письма с зоны

Над Нью-Йорком уже опускались сумерки, когда Ходж Бейкер наконец вытащил свой член изо рта Кассандры. Он и правда скучал по её глубокой глотке и мягкой гортани. Теперь, когда он наконец смог себе в этом признаться, всё стало чуть проще. Можно было просто наскоро поебаться в своём же кабинете, не задумываясь, что там она себе надумает, когда будет ожидать цветы, и куда бежать от влюбившейся девицы. Кассандра быстрым движением вытерла уголки рта и, поправив одежду, поднялась на ноги. — Я, наверное, пойду, — неуверенно сказала она. Ходж кивнул. Ему давно пора было возвращаться к делам, но Кассандра так мастерски убирала зубы, что его немного унесло в мечты. Пару секунд он даже представлял себе, что это Кэтрин. Едва вернувшись на место, он услышал, как Сириус заёрзала на своём месте. — Не начинай, — строго сказал ей Ходж. — Ты уже ела. Та в ответ только сильнее ударила крыльями по прутьям клетки. Не дождавшись реакции, повторила движение. И ещё раз. Ходж устало вздохнул — иногда Сириус была просто невыносима — и поднялся с кресла. Надел перчатку и открыл дверцу клетки. Если эта чёртова сова решила, что хочет размять крылья, ей было проще дать это, чем объяснить, почему сейчас не время. Проигнорировав его, Сириус вылетела и сделала почётный круг по кабинету. Села на угол секретера, раскрыла крылья ещё раз и камнем бросилась на пол. Не веря своим глазам, Ходж бросился к ней. Но вместо своей совы он обнаружил обнажённую девушку, сбрасывавшую с белоснежной кожи последние перья. Она была восхитительна: густые и длинные каштановые волосы, рассыпавшиеся по спине, нос с небольшой очаровательной горбинкой, аккуратно очерченные губы и карие глаза, в которых горели озорные огоньки. Поднявшись на ноги, девушка смешливо посмотрела на него и ткнула пальчиком в его грудь. — Ну ты и дурила, Бейкер, — язвительно сказала она. — Я из-за тебя сама себе проиграла сто баксов. Я ставила, что первой ты выебешь малышку Кэтрин. — Ты, блядь, кто вообще? — офигевше спросил Ходж. — Звёздочка твоя, дурила, — девушка осмотрела своё обнажённое тело и принялась вытаскивать перья из волос. — Ты называешь меня Сириус. — Сириус — моя сова. — А я по-твоему кто? Пеликан? Слушай, там на макушке не осталось? Ходж, не понимая, что он делает, послушно вытащил из её волос пару маленьких серых перьев. — Нальёшь своему питомцу? — Сириус, совершенно не стесняясь своего тела, подошла к столику и взяла в руки бутылку виски. — Ты не сова, — сказал Ходж, пытаясь переварить произошедшее. — Дошло, да? — сочувственно спросила она. Сириус открыла бутылку, шумно вдохнула запах виски и расплылась в улыбке. — Да кто ты?! — Ходж не выдержал. Он отнял у неё бутылку, насильно усадил в кресло напротив своего и налил себе виски. Выпил залпом. Не помогло — он всё ещё видел обнажённую девушку на месте своей совы. — А мне? — обиженно протянула она. — Помолчи, — попросил он, наливая второй стакан. — Эй, так нечестно! Она вырвала у него из рук стакан и сделала глоток. Довольная, посмаковала его и прикрыла глаза от удовольствия. — Объяснись, — потребовал Ходж. — Ну, я человек в теле совы, — спокойно ответила та. — Живу у тебя в кабинете. Ты меня называешь Сириус, почти как в этом… В Гарри Поттере, вот. — А почему ты… раньше не сказала? — А зачем? Тут тепло, хорошо, кормят вовремя. И телевизор бесплатный. — Какой телевизор? — Ну, ты. Ты мой телевизор. Сириус сделала ещё один глоток и отставила стакан. — Давай к делу. Потрахаемся? — Что? — Что «что»? Давай, говорю, потрахаемся. Я тут посмотрела на тебя — нормально. Подойдёт. — Зачем мне с тобой трахаться? Ты же сова, — спросил Ходж, переставая понимать уже даже себя. — Так, Бейкер, ты меня разочаровываешь, — она поднялась с кресла и встала рядом с ним. — Тебе девушки нравятся? — Ну… да. — Я сейчас девушка? — Вроде бы. — Я тебе нравлюсь? Сириус положила ладони Ходжа на свою маленькую упругую грудь с задорными затвердевшими сосками. Кожа у неё была нежная и бархатистая. Он не нашёл, что ответить, и она пошла дальше, решительно переместив его руки себе на зад и даже заставляя сжать его. — …да, — наконец ответил Ходж. — Ну тогда чего ты ждёшь? Скидывай одежду, ковбой! Без малейшей тени сомнения она начала помогать ему раздеваться. Ходж подумал о том, что выебать сову — это конечно идея так себе, но вспомнил, что это была не просто сова. Это была его упрямая сова, которой проще было дать, чем отговорить. Смирившись со своей участью, Ходж разделся. Сириус развернулась к нему спиной, облокотилась на стол и самостоятельно расставила ноги. — Выеби меня, Ходж Бейкер, — радостно проговорила она, слегка развернув к нему голову. Член ещё не отдохнул от глотки Кассандры, но стоило Ходжу увидеть маленький оттопыренный зад Сириус, как возбуждение вновь появилось. У неё внутри было узко, и это делало его член ещё твёрже, заставляло забыть, что он ебётся с совой. Ходж начал неторопливо двигаться, и Сириус протяжно простонала, подаваясь навстречу. Уже через считанные минуты они двигались резко и быстро, её волосы были намотаны на его кулак, а второй ладонью он ритмично шлёпал её по заднице. Сириус уже не стонала — она выла, ругаясь, повторяя его имя и размашисто двигаясь навстречу его члену. Неожиданно она резко подалась вперёд, заставляя его выпустить свои волосы. Развернулась лицом, запрыгнула на стол и, обхватив Ходжа за плечи, притянула к себе. Он проскользнул в неё и быстро возобновил темп. Сириус спрятала своё лицо у него на груди и глухо стонала. Обхватив его плечи руками, она оказалась наконец обездвижена, и он мог делать с ней всё, что угодно. Долго так не могло продолжаться. Ходж, чувствуя, что подходит к пику, резко вынул член и кончил ей на живот. Сириус смотрела на его сперму с недоверием и потянулась за салфеткой. — И всё? — недовольно протянула она. — А я? Ходж несколько растерялся. Он не знал, что ответить на такую претензию. Член, получив разрядку, стремительно падал. — Давай, Ходж Бейкер, — подбодрила его Сириус. — Пальцы-то у тебя есть. Он послушно опустил ладонь в перчатке к её клитору. От первого же прикосновения она задрожала и начала сама тереться о его пальцы. Он не смог бы не заметить такой оргазм — если раньше она издавала громкие звуки, то теперь наоборот, затихла, безмолвно сжимая его плечи, зажмурилась и откинула голову. Наконец успокоившись, Сириус поднялась и подошла к своей клетке. Легко обернулась вновь совой, взлетела, описала ещё один круг и вернулась обратно. — Ебануться, — произнёс Ходж то ли себе, то ли ей. — Ух-ху, — довольно ответила сова.