Наруто: повесть Кагами

Глава 50 *** В небольшом старом школьном кабинете, чьи стены наверняка помнили портреты всех вождей, начиная с Сталина, сидели трое: Аркадий Арчилович – владелец данного кабинета и одновременно директор школы, Михаил Ярославович – вызванный в школу родитель и Артур Михайлович – отличник, призёр многих региональных олимпиад, будущий кандидат в мастера спорта по боксу и девятиклассник, чьи отношения с одноклассниками можно было назвать довольно натянутыми. Директор был эталонным представителем народа принесшего миру известное национальное блюдо с названием «хачапури». Густые усы, смуглое лицо, карие глаза и легкая улыбка, которая почти никогда не покидала его лицо даже при обсуждении, казалось бы, не самой приятной темы. Акцент его также выдавал, но стоило признаться, что русский язык он освоил почти идеально, все гласные чётко произносились, не было никаких «ми» или «ви как поживаити?». -Михаил Ярославич, вы человек занятой, а у меня сегодня назначены несколько встреч, потому, если вы не против, то перейдём сразу к причине вашего вызова. – Михаил, рослый, опрятный мужчина сорока пяти лет, с пробивающейся сединой и скандинавскими чертами лица, едва ли заметно кивнул со словами: -Было бы славно. -Отлично. – чуть шире улыбнулся Аркадий – Возможно, вы об этом уже слышали, всё же новость попала в наши местные сми, но всё же сообщу: три дня назад, новый ученик и одновременно одноклассник вашего сына, совершил попытку самоубийство, как он пролез на закрытую крышу своего жилого дома, нас не волнует, а вот то почему ученик моей школы попытался проститься с жизнью, сильно беспокоит родителей и журналистов. -И как это относится к моему сыну? Вы думаете он столкнул этого ученика? – чуть приподняв левую бровь, спокойно спросил мужчина. Его будто никак не волновала новость о том, что одноклассник его сына чуть не умер. -Нет, что вы. Предварительное расследование показало, что в тот день, во время попытки совершения суицида, все одноклассники Олега находились в школе. Просто…до меня дошли слухи, что причиной этой возможной трагедии мог являться вашим сыном, путём опроса, я выяснил, что у них несколько раз происходили конфликты. -Интересно, я бы хотел послушать что это за слухи. – по его вопросу, становилось понятно, что Михаила сами конфликты не особо волновали. -Скажем так, несколько учеников, чьи имена я не буду озвучивать, прямо утверждали, что виновник скорее всего ваш сын, они почему-то были уверены, что он на это способен, а с учётом отношений одноклассников к Артуру, которые нельзя назвать никак иначе, чем опасением… - То есть, никаких прямых доказательств в виновности моего сына у вас нет и весь этот разговор был начат исходя из каких-то слухов и беспочвенных обвинений? - перебил его Михаил. В итоге, даже спустя десять минут разговор не привёл никуда, потому Аркадию ничего не оставалось кроме, как закончить эту встречу. Уже в машине, как стоило им отъехать на несколько километров от школы, Михаил прервал завёл разговор с сыном: -И что, оно стоило того? Чьи-то родители чуть ли не лишились своего ребёнка, ты доволен? Чувствуешь себя счастливым? – спросил он не отвлекаясь от дороги. -Я ожидал несколько иной исход, кто же знал, что это полудурок решится спрыгнуть с своей хрущевки, нет, честное слово, должен же быть предел идиотизму? Там же ведь всего 5 этажей, он не знал, что у него есть шанс выжить? – возмущался Артур. -А то, что тебя в этом подозревают тебя не волнует? – буднично спросил его отец. -Ой, слова — это не доказательство, а с теми, кому больше не чем заняться, кроме как пятнать моё доброе имя…я потом отдельно поговорю. -Артур, жизнь коротка, однажды, меня с твоей матерью не станет, кто тогда будет тебя прикрывать? А ещё у тебя нет друзей или других близких люде, если ты не изменишься, то весь остаток своей жизни ты проведёшь в одиночестве. -Пфф, сдались мне потенциальные предатели. – повернул он лицо к боковому окну. – да и что такого в одинокой жизни? Тишина, спокойствие, что может быть лучше? Михаил не сразу ответил, он несколько секунд молчал и только съехав к другой дороге сказал: -Если ты и вправду так думаешь, то летом мы с твоей мамой одни полетим в Италию, почувствуешь на своей шкуре, каково быть один в течение месяца. -Хах! Да хоть на все каникулы летайте, уж чем себя отвлечь, я найду. – уверенно сказал Артур. Как только каникулы начались, Михаил с женой принялись прощаться с сыном. Виктория, которую вдруг при приезде такси пробило на эмоции, снова обняла сына и принялась плакать. -Артик мой, не волнуйся, я вернусь уже через 28 дней, не забудь покушать вовремя, вместо газировок пей чай, не ешь вредную еду, а если захочешь, то лучше приготовь пиццу, я ведь тебе показывала как, помнишь? -Ну, мам, хватит. – смутился Артур. – я терпеть не могу горячие напитки, а насчёт еды…думаю ни один кусок пиццы мне в горло не пролезет больше никогда в этой жизни, честное слово, ты же только её и готовишь в свободное время. Михаил, с трудом отцепив жену от сына, подошёл к Артуру и встал напротив него. -Артур, что делать при пожаре или любом чп, ты знаешь не хуже меня, потому я скажу только одно: береги себя пока нас не будет, не занимайся ничем сомнительным и…если почувствуешь, что в доме слишком тихо, позвони нам или выйди погулять в парке и я снова это повторю: если хочешь найти себе друзей, улыбайся, будь более общительным и помогай нуждающимся. – на несколько секунд обняв сына, Михаил сделал шаг назад и напоследок сказал: - Знай, мы тебя любим, если бы не тот инцидент, то я бы обязательно взял бы тебя с нами, поразмышляй над этим немного. – ещё раз хлопнув сына по плечу, Михаил взял чемодан и развернувшись вышел во двор, где его ждала жена, что с слезами смотрела на сына. «Хехе, целый месяц один дома, как там говорил Картман? Щикарно…» - Артур уже собирался помахать рукой и закрыть дверь, но на секунду остановился, наблюдая за спинами уходящих родителей. -Мам, Пап. – выкрикнул он, и те остановившись, развернулись. – Вы себя это…будьте поосторожнее в Италии, я читал, что там много анархистов и мигрантов с ближнего востока. – родители улыбнувшись и помахав рукой, пообещали быть осторожнее. Уже в такси, на заднем сиденье, Виктория удивленно скосилась на мужа. -Это слёзы? Ты плачешь? – её шоку не было предела, в последний раз она видела слёзы мужа…никогда? -Я потею глазами, какие слёзы, женщина? – холодным тоном произнёс Михаил и смахнул одинокую слезинку. Виктория на это лишь улыбнулась, она тоже чувствовала, как сильно сжималось её сердце, оставляя сына одного на столь долгое время. Уже на следующее утро Артур узнал, что самолёт Boeing 737MAX, летевший рейсом IF1045, потерпел крушение. *** -Хааа! – резко присев, Кагами принялся прерывисто дышать. Осмотревшись, он обнаружил Айку, что с недовольством приподнималась с голого деревянного пола. -Тявк-тявк. – произнесла Айка и запрыгнула обратно на кровать, уместившись подальше от Кагами. «Всего лишь сон…» - вытерев ладонью пот со лба, он перевернул подушку и лёг обратно спать, захапав, себе поближе возмутившуюся Айку. *** -Надеюсь это сработает, иначе…- не закончив предложение, я мысленно выругался, вспомнив чертовую технику призыва, с ней мне всяко было бы поспокойнее. Сколько я уже клонов отправил в свободный призыв? 24? Моя удача полностью иссякла, столкнувшись с великой неудачей Тсунаде? Так или иначе, я уже почти сделал все возможные приготовления, для чего-то большего, мне придётся привлекать левых или едва ли знакомых людей, а это слишком рискованно. Хах, в школьные годы, с крышей в виде отца, я бы такие вещи проворачивал, не стесняясь и ни о чём не беспокоясь, а сейчас меня защищает, пожалуй, только одна удача, видно, что Данзо сейчас интересует больше клан Учиха, как только он с ним разберётся, а всё к этому и идёт, он придёт по моей душе. Печально всё сложилось, явно вмешиваясь в ситуацию с кланом Учиха, я ускорил планы Данзо по отношению ко мне. Пойдёт ли всё по канону? Одному летающему макаронному монстру только известно. Убрав со стола бумаги в пространственный свиток, я вышел из кабинета Макдональдса и взглядом принялся искать Аюми, дабы сообщить ей, что ухожу, но тут в моё поле зрения попала одна знакомая фигура. -Ты пытаешься меня разорить?! – от возмущения громко воскликнул я. Киёми, что заталкивала себе в глотку n-ый бургер, услышав меня, принялась кашлять и задыхаться. Со стороны мне это показалось забавным, как и остальным клиентам, но когда Киёми принялась бить себя по груди, вся при этом побледнев, люди не на шутку испугались, в том числе и я. -Аюми! – тут же закричал я и она тут как тут появилась, бросившись к бедной девушке. От её «помощи» я даже на несколько секунд завис, с каких пор простое похлопывание по спине помогает откашляться? То, что ты воду предложила, это ты, конечно, молодец, но видно было, что она едва ли кашлять могла, а значит водой запить застрявший кусок еды было бы для неё не посильной задачей. -Отойди. – приказал я, сейчас не было времени проявлять японскую вежливость, да и нормы этикета в целом. Если она умрёт в моём ресторане и тем более от бургера, то Макдональдс получит заметный ущерб по своей репутации! И всем будет плевать, что умер этот кто-то, задохнувшись, по собственной глупости. Как бы странно это не звучало, но я нагнул Киёми, точнее её корпус, дабы если что, еда не пошла дальше по глотке, одной рукой я её придерживал, дабы не дать ей упасть вперёд головой, а второй принялся бить по спине ладоней. Именно что бить, так как синоби простые похлопывание могут и не почувствовать. Когда стало ясно, что это не помогает, мне пришлось сменить подход. И если для похлопываний достаточно было стоять сбоку, то вот для того, чтобы «выдавить» пищу, мне пришлось плотненько так встать к ней, прямиком сзади Киёми. Расположив кулак чуть выше её пупка и обхватив его ладоней, резким движением вдавил кулак в живот, чуть смещая его вверх. Сделал это ещё раз, потом ещё и ещё… *** Сказать, что посетители и персонал Макдональдса были удивлёны, значит ничего не сказать. Владелец ресторана ни с того, ни с сего, принялся совершать недвусмысленные движения с задыхающимся человеком и казалось, одежда ему совершенно не мешала. Не успели эти мысли полностью осесть в их разуме, как девушка выкашляла здоровый кусок булки. -Ха, хо… - принялась восстанавливать дыхание бледная девушка. -Аюми, впредь, если такое повториться, то ты видела, что делать, если и это не поможет, то нужно как можно скорее отвести задыхающегося в госпиталь. Принесите воду. – сказал Кагами сотрудницам, что прибежали на шум. Несколько клиентов одобряющее сказали, что владелец-сан, молодец и хорошо справился с ситуацией, после чего народ успокоился, возвращаясь к своим столикам. -Ты чуть не прославилась. – сказал Кагами присаживаясь напротив Киёми, к чью лицу постепенно возвращались краски. -Что? Причём здесь слава? – на секунду оторопела девушка. -Ты бы стала первым человеком в Конохе умершего от бургера. Как себя чувствуешь? – увидев, как Киёми рукой вновь потянулась к бургерам, Кагами не смог не сдержать вздох. -Хоошо, спаибо Кагаи. – проговорила она с набитым ртом. И уже тщательно пережевав еду проглотила её, после чего спросила: -Вы уже идёте домой? -Собирался прогуляться по центру. – буднично ответил Кагами и Киёми тут же предложила совместную прогулку. Кагами же согласившись, на секунду вернулся в свой кабинет, по его словам, чтобы проверить не забыл ли он что-либо. *** Итачи покидала храм клана в смешанных чувствах. Её соклановцы были возмущены плохим отношением жителей и верхушки, они требовали справедливости и с их точки зрения, справедливость могла восторжествовать только когда их клан станет управлять деревней. Никто не кричал о перевороте, какими бы высокомерными не были члены её клана, идиотами они далеко не являлись и прекрасно понимали, что некоторые вещи лучше не озвучивать, до поры до времени. И всё же…их намерения были ясны как день. Все практически перестали ходить на миссии, вооружение клана усилилось. «Ничем хорошим это не закончится» - пронеслось у неё в голове. «В прошлом месяце, мне казалось, что клан начинает меняться в лучшую сторону, это был самообман? Слабаки, что мнят о себе невесть что, такими они были, такими они сейчас и являются. С одной стороны, я теперь даже понимаю, чем руководствовался клан Хьюга, ставя рабские печати на своих соклановцев. Глава Учиха представляет волю своих членов, у них же, члены клана представляют волю главы клана…Если встанет выбор: деревня или клан, как мне поступать? Шисуи, поскорее возвращайся с мисии.» *** Довольно быстро прошла одна неделя. Количество членов клана Учиха, поддерживающее мирный способ решения конфликта с верхушкой деревни стало значительно меньше, Фугаку же, откладывал решение до собрания совета кланов, что должен был состояться в начале следующего месяца. Его целью было заставить признаться Данзо, что это он настраивал деревню против их клана, а после признания заставить его распалиться. В случае если эту цель нельзя будет достичь, то он считал, что у него не останется иного выхода, кроме как следовать воли своих соклановцев. Два раза в гости к Кагами приходила Наруко, точнее, пыталась, тот не пускал её за порог своей двери оправдываясь тем, что боялся её заразить своей «простудой». Сам же Кагами, завершив все этапы своего плана, полностью сосредоточился на тренировках. Рано утром, он отправил клонов искать призыв, до обеда он в доме в утяжелителях занимался физическими упражнениями, после обеда, подзарядив клонов заняться расэнганом, принялся медитировать, надеясь таким образом быстрее восстановиться чакру, за несколько часов до вечера он уже сам принялся тренироваться с чакрой. Его контроль чакры по местным меркам был неплохим, но опыта в её использование ему сильно не доставало, отчасти, он нашёл способ решить эту проблему – бой с тенью. Представляя перед собой противник, он выполнял выпады из боксерской стойки, питая конечности чакрой в процессе удара. Воображая, что его бьют в ту или иную часть тело во время контратаки, он чакрой питал те области куда в теорию должен был прийти воображаемый удар. Как человек, что сумел написать неплохую книгу, он не жаловался на своё воображение, от того, битва с тенью выходила даже более напряжённой, чем физические упражнения: пот с него лился, словно из ведра. На улице он этого особо не замечал, но тренируясь весь день в гостиной, обливаясь семи ручьями пота, он не мог не подметить одну странность – его пот не вонял. Точнее, запах-то был, и в гостиной он стоял, причём довольно плотно, но так запах был не свойственен обычному поту. Странная смесь, чего-то сладкого и легкого, и в этом аромате он уловил запах своей одежды. Всё это время, тот приятный аромат, что иногда шёл с его одежды, который он принимал за запах стирального порошка, оказалось собственным ароматом его тела. И это заставило его немного поволноваться, ведь собственный пот обычно не воспринимается чем-то плохо пахнущий, а вот для окружающих он всё это время вполне мог вонять. Тревога от этого осознания длилась не долго, ведь если для окружающих он плохо пах, то почему у него время от времени спрашивали какими духами или эфирными маслами он пользуется? Кагами на этот вопрос каждый раз отвечал, что пользуется обычным мылом и что это запах стирального порошка и оказалось…это не совсем так. «Мой пот воняет приятным запахом.» - пришёл к странному, противоречивому выводу Кагами. В течение трёх дней Кагами только и делал что тренировался, прерываясь только на сон, отдых и еду. В нём внезапно не пробудилась сила юности, а также он не считал, что подобными тренировками он быстро сможет стать сильнее. Дабы достичь уровня силы тех же чуунинов требовались годы тренировок, этими тренировками он просто пытался отвлечься, ведь план что он запустил мог и не сработать полностью, так как отчасти он полагался на удачу. У Кагами в отличие от Данзо была лишь одна попытка, один единственный шанс спастись, хотя он мог сдаться Хокаге и признаться кто он и откуда взялся, но такой шаг был верным, для того, кто хочет полностью лишиться своей свободы, а Кагами такое совершенно не устраивало. *** Посреди ночи, Кагами проснулся от раздавшегося вдалеке взрыва. Встав с кровати, он отправился на кухню, дабы достать бутылку сакэ. Налив себе рюмку до края, он приподнял её в предполагаемую сторону расположения квартала клана Учиха и опустошил со словами: -За ваше здоровье. – подождав пока теплый ручеёк спирта не пройдёт до конца до желудка, он снова наполнил рюмку. «Кушина и Наруко скорее всего не услышат ничего, фуины на шумоизоляцию, однако, не всегда полезны.» - вспомнил Кагами те моменты, когда шум улицы полностью исчезал, стоило ему прийти в гости к соседям. - За смерть Данзо. – опустошил он вторую рюмку и вскоре отправился обратно спать.