Вишнёвый пирог

Лекси помнила вечеринку в честь Нового года отрывками. Скорее только две её части. До и после встречи с Фесом. Она помнила запах его одеколона, перстень на мизинце правой руки, то, как свет идеально обрамлял его голову. Она помнила драку. Кровь на его руках. И его взгляд, когда он оглянулся на неё, пробираясь глубже, в самую глубину её души. Она помнила, как он уходил, и в тот момент чувствовала, как часть её души покидала вечеринку вместе с ним. Она помнила, как увидела его свитер на диване и как аккуратно она взяла его в руки. Как кончики пальцев коснулись невероятно мягкой шерсти. Она помнила, как забрала его домой. Смутно помнила, как, спотыкаясь, она вошла в свою спальню со свитером в руках и, прижимая его к груди, уснула и спала крепко и мирно впервые за последние годы.

***

Она много думала о той ночи. Когда было темно, а она оставалась одна, девушка переигрывала в голове каждое слово, каждый взгляд, каждое движение, которое они разделяли на той кушетке. Она пыталась расшифровать язык его тела в ту ночь, перечитывала каждую статью, которую находила на эту тему. Она пыталась понять, что это все значило или может означать. «Ну ты бесстрашная». И об этом она тоже думала. Его взгляд на её глазах, дым из-под приоткрытых губ, веснушки, обрамляющие его лицо. Бесстрашная. Она сама убеждала в этом себя, шепча своему отражению в зеркале или самой себе, спрятав лицо в ладонях. Она не верит в Бога. Но она верит в Феса, а иногда, когда никто не видит, она тихо и неохотно бормотала молитву за него. На всякий случай, просто чтобы быть спокойной. — Ты выглядишь как-то иначе. — Подозрительно прищурившись, посмотрела на неё Ру на уроке химии в следующую неделю. — Может помада? — Лекси будто осознала, что этот оттенок красного цвета ей не подходил, и попыталась стереть его с губ тыльной стороной ладони. Ру пожала плечами. — Нет, что-то еще. Будто твоя аура стала немного другой, но мне это нравится. Лекси выдохнула, безнадежно усмехаясь. Рука отступает от губ, и пальцы сжимаются в кулачок -Спасибо! Она надеялась, что Фес заметит эту ауру, когда она прибудет в его магазин на велосипеде. Она надеялась, что он посмотрит на нее сверху вниз своими красивыми глазами и скажет «Что-то в тебе изменилось, Лекси.» И, возможно, на этот раз она не заикнется, не покраснеет и не отвернется. Возможно, она будет смелой и бесстрашной. Возможно, она посмотрит на него без стеснения своими большими глазами и скажет: «Я надеялась, что ты заметишь». Но она ведь не храбрая и не бесстрашная. Её лицо её выдаст, а зубы крепко стиснутся. Все, что она сделала, так это бросила взгляд на блондинку, сидящую на прилавке, скрестив ноги, и подумала о том, насколько она красивее, возможно, намного круче, интереснее и гораздо опытнее Лекси. Так что поэтому сейчас она стоит, смотря сквозь стеклянную дверь холодильника на бутылки с креплёным пивом, пока Кэл Джейкобс медленно расхаживает по магазину. Лекси чувствовала себя маленькой девочкой с красной помадой на губах и в черных сапогах. Фес продолжал говорить, хотя в его голосе были слышны нервные нотки. Он, должно быть, почувствовал, как ей стало не по себе. Смущение. В этот момент Лекси захотела, чтобы в магазине образовалась чёрная дыра, которая смогла бы поглотить ее. Когда Кэл ушёл, исчезла и причина, которая держала её в этом магазине, поэтому она тихо и быстро вышла на улицу. Она знала, что это будет мучить её, и, возможно, она будет плакать по этому поводу, слушая песни Ланы Дель Рей. — Эй, подожди, — его рука схватила её за запястье. Его рука такая мягкая, несмотря на мозоли на пальцах. Будто отшлифованный камень. — Притормози. Лекси повернулась и посмотрела на Феса. Взгляд упал на его руку, держащую её за запястье. Вскоре он отпустил её, несмотря на то, что девушка хотела, чтобы он продолжал её держать. Запястье внезапно оказалось одиноким и голым, поэтому она резко прижала руку к бедру. — Куда ты рванула? — О, я не знаю. Думаю, домой. — Она говорила, чувствуя, что слова кажутся лишними, нежелательными, льющимся потоком, который она не может остановить. — Или, может быть, схожу в библиотеку? — Чёрт, — лёгкий смешок вырвался с его губ. — Даже не знал, что она у нас есть. — Её и нет. Не знаю, почему я это сказала. — Краснея, проговорила Лекси, лицо будто таяло от смущения. Она выдавила улыбку. — Извини. — Брось, тут не за что извиняться. — Он улыбнулся ей в ответ, и это, возможно, самая идеальная улыбка, которую Лекси когда-либо видела за всю свою жизнь. — Я думаю, что должна быть. — Да, — улыбка становится шире, а взгляд Лекси, словно магнитом, прикован к его лицу. — Действительно должна быть хотя бы одна, правда? Они засмеялись, хотя смеяться на самом-то деле не над чем. И Лекси понимала, позже когда она вернется домой, она проанализирует их диалог, вспомнит каждую деталь, чтобы сохранить их в своём сердце. — Знаешь, я просто хотел сказать… — Он трёт свои кроссовки о гравий, не находя смелости посмотреть ей прямо в глаза. — Фей может быть немного грубой с людьми, сечёшь? Так что извини, если она тебя… Лекси вопросительно посмотрела на него. — Если она меня что? — Обидела или что-то такое. — Он пожал плечами, улыбаясь. Парень не знал, куда деть руки, перебирался с ноги на ногу. — Я бы не хотел, чтобы кто-то обращался с тобой дерьмово. — Ты никогда не сможешь меня обидеть. — Знаешь, — Фес подался вперед, заправляя прядь её волос за ухо. В его взгляде было что-то серьёзное, когда она наконец посмотрел на неё. Его большие глаза были похожи на глаза лабрадора. Когда он отпрянул, его рука на секунду вновь оказалась у её лица, что заставило её улыбнуться. — Что-то в тебе изменилось, Лекси. Глаза сверкнули в голубом свете. — Я надеялась, что ты заметишь.

***

Вернувшись домой в ту ночь, Лекси бросилась на кровать и завизжала. Она спрятала покрасневшее лицо в подушку, начала махать ногами вверх и вниз, как маленькая девочка, стараясь не смеяться, когда Кэсси спросила: — Какого хрена с тобой происходит? — Ничего, — ответила она, улавливая визг в своём голосе. — Вообще ничего. Она ложилась спать, мечтая о нём. Прокручивала в голове сценарий. Их следующая встреча. В следующий раз его рука может упасть на запястье, на талию или на любую часть тела. Она вообразила, что они вместе проводят лето где-то на пляже. И несмотря на то, кем она является, её почти забавляет мысль о том, чтобы быть женой своего рода мафиози. Считать его деньги и прятать оружие. Исцелять раны поцелуями. Во сне она любит его, а Фес любит ее взаимно. Этот идеальный сон никто не может испортить. Ни Кэсси, ни мама, ни даже она сама.

***

Это первая вечеринка, на которую Лекси не потащили против ее воли. Она действительно хотела пойти и была в предвкушении этого вечера. Она выглядела неплохо, по крайней мере, она так думала. На глазах подводкой тонко прорисованы стрелки. А духи, которые, она надеялась, не вызовет ни у кого приступа астмы, мягко тянулись ароматным шлейфом за ней. Всё больше людей стало её замечать. Кажется, ей это нравилось. И сладостное, и сомнительное чувство. Мэдди проскользнула мимо неё в коридоре, энергично помахав ладонью с длинными блестящими ногтями. — Ух ты, Лекс! Ты выглядишь отпадно. — Спасибо! — улыбнулась Лекси Мэдди, та ей подмигнула, а Лекси подмигнула в ответ, не зная, что еще сказать или сделать. Но это перестало иметь значения, потому что неожиданно её подтолкнула в соседнюю комнату Джулс, и мгновенно заставила танцевать с ней. После пятой или шестой песни Джулс повела Лекси в другую часть дома, более тихую сторону дома. Здесь свет более мягкий и спокойный. Здесь находился Фес, сидя вместе с Ру и Эллиотом, его глаза блестят сквозь облако дыма, которое окутывает их троих. — Я уже слишком пьяна, — сказала Джулс, падая на колени Ру и мягко целуя её в щёку. — Спасите. — Завидую, — выдохнул Эллиот, передавая ей самокрутку. Джулс что-то ответила, но Лекси уже не слушала. Она смотрела на Феско. Она смотрела на него, а он смотрел на нее, и никто из них ничего не говорил. Она вздрогнула, когда блондинка стукнула её по плечу пальцем. — Дыржы? — Джулс протянула косяк, её глаза расширились. — Лекси не курит, — посмеялась Ру, наклоняясь вперед, чтобы забрать косяк с пальцев Джулс. — В первый и последний раз когда она курила, была полная катастрофа, её охватила паника, а потом она, заплакав, звонила маме. Внезапно мир сузился и стал крошечным. Лицо Лекси пылало от смущения. Она попыталась посмеяться, отвлечь внимание, но бесполезно. Она чувствовала на себе взгляд Феса, когда она отворачивалась. — Не будь сукой, Ру. — Его суровый голос почти заставил Лекси вздрогнуть. Ру пожала плечами, подняв в руки в знак защиты. — Эй, да здесь ничего такого. Мы с Лекс постоянно шутим над этим. — Да, — ответила Лекси, её голос задрожал. — Всё в порядке, правда. На самом деле… — Она протянулась через остальных, наклоняясь вперед и осторожно вытаскивая косяк из пальцев Ру. Её взгляд упал на Феса, который наблюдал за ней, напрягая челюсть. — Я могу это сделать. Она подняла сигарету к губам, медленно вдохнула дым, и он тут же ударил по лёгким. Она выдохнула достаточно спокойно, несмотря на желание откашлять горькую мокроту, затем вдохнула ещё один раз, прежде чем передать косяк обратно Эллиоту. Джулс прищурилась, ободряюще похлопывая её по спине. — Посмотрите-ка! Какая же ты взрослая. Лекси неловко улыбнулась. Она кивнула, чувствуя, как тот самый «кайф» постепенно охватывает её. Вокруг все продолжали разговаривать, а она нет, и время продолжало двигаться, но она так и стояла на месте. Спустя тридцать минут, которые казались тридцатью годами, всё вокруг закружилось, потеряло форму и стало не таким, каким должно быть. Она попыталась откинуться на спинку стула и посмотреть в потолок, но стало только хуже. Она почувствовала, что ее мозг гремит в черепе, как разбивается восьмёрка в бильярде. В голове всё перемешалось. Самое ужасное и божественное чувство в мире. — Лекс? — Голос Ру звучал будто издалека, как-то странно и неправильно. — Ты в норме? — Эм, — простонала Лекси, кажется будто говорила не она, а слова сами появлялись в воздухе. — Думаю… Думаю, мне нужно отойти. Затем она встала на ватные ноги и ушла от друзей, подальше от шума, музыки и ярких цветов. Она услышала, как кто-то обращался к ней, но она проигнорировала их, вытряхивая звуки из ушей. — Ты в порядке, — сказала она себе, ноги затряслись, и вскоре она добралась до самой тихой части дома — подвала. — Серьёзно, с тобой всё хорошо, прекрати. Не паникуй. Девушка присела на прохладный пол, пытаясь охладить жар исходящий от тела. Ей хотелось снять с себя кожу и просто лежать на холодном бетоне. Воздух вокруг горит, её тело слишком расслаблено и слишком громоздкое. Она хотела бы вытащить своё сознание из головы и запереть его на некоторое время, на достаточно долгое, чтобы провести остаток этой ночи. — Лекси, — это был Фес. Она знала, что это был он. Поняла это по звукам его шагов, спускающихся по лестнице. Она знала. — Твою мать, ты напугала меня. Где ты, блядь, была? — О, — произнесла она, пытаясь отмахнуться от него улыбкой. — Прости. — Йо, всё в порядке? — Он прошёл в комнату. Он такой высокий, такой сильный, но в то же время почему-то такой мягкий. Лекси прикрыла глаза, чтобы восстановить дыхание. — Ты можешь сесть на пол? — Она жестом указала в сторону пола. — Перестань быть таким высоким хотя бы на пять секунд, потому что мне некомфортно. — Понял. — Без сомнений и вопросов парень присел на корточки, не смотря на неё. — Ну как ты? — Хм, — засмеялась она. Несмотря на неприятные ощущения, она хотела этого. — Не очень хорошо. — Да, — он посмотрел на нее сверху вниз. — Ру не должна была говорить это дерьмо. — Это не ее вина, — сглотнула Лекси. — Это был мой выбор. — Все-таки, — его язык издал цоканье, и этот звук, отскочив от каждой поверхности в комнате, врезалось прямо в барабанные перепонки Лекси. — Несправедливо по отношению к тебе. Я уверен, что дерьмо, которое принёс Эллиот, искусственная хрень. С губ Лекси вырвался стон. — О Боже. — Йо, — Фес пододвинулся поближе к ней. — Так, я не дам тебе здесь умереть. — Спасибо, — она посмотрела на него, чувствуя, что весь мир расплывается. — Такое ощущение, что вся комната горит. — Хочешь снять пиджак? — Я хочу снять с себя кожу. Фес рассмеялся, и даже сквозь ужасные ощущения, для неё это все еще самый красивый звук в мире. От его смеха становилось приятно и тепло. — Не думаю, что это возможно. — Знаешь, — голос Лекси начал хрипеть. — Если бы мне пришлось выбирать кого-то, кто бы мог освежевать меня, я бы выбрала тебя. Он снова рассмеялся, и Лекси посмеялась вместе с ним. — О чем ты, блять, говоришь? — Я не знаю, — на мгновение она потёрла закрытые глаза, увидев звезды, распыляющиеся во тьме. — Пожалуйста, забей на всё, что я тут говорю. Фес встал, его кроссовки заскрипели о пол. Лекси будто услышала открывающуюся и закрывающуюся дверь старого ржавого холодильника. Он подошёл поближе к ней и снова сел. — Откинься, — его рука нежно подтолкнула ее к кирпичной стене, и он слегка прижал холодную бутылку пива к ее лбу. — Лучше? — Да, — проговорила Лекси, глядя на него широкими глазами. — Кажется. — Класс. Они просидели в тишине минуту, его левая рука держала холодную бутылку у ее головы в то время, как правая немного поправляла завитые локоны. Некоторое время всё повторяется, и секунды замедляются. В её голове появлялись слова, которые она хотела сказать ему, определенно должна сказать, но просто не может. — Думаешь, это нормально? — Лекси услышала свои же слова, но не понимала, как рот мог их вымолвить. Фес вопросительно поднял бровь. — В смысле? Лекси почувствовала, как ее сердце застенчиво забилось в груди, безнадежно пульсирует кровь в жилах, ещё немного и сердце, кажется, остановится. Она тяжело вздохнула, пытаясь унять биение в груди. — Я имею в виду эту штуку, что происходит с нами. Тебе это кажется нормальным? — Штуку? — улыбнулся Фес, глядя на Лекси, но Лекси отвела взгляд в сторону. Она быстро заморгала и покраснела. — Ты же решил поговорить со мной в Новый год в комнате, полной более интересных людей. — Никто не может быть интереснее тебя, — сказал он, поменяв положение бутылки на ее горячей коже. — Ты что-то хочешь сказать, но почему-то избегаешь этого. О какой штуке ты говоришь, Лекси Говард? В её взгляде читается мольба «Не заставляй меня говорить это». Фес просто улыбался, парируя ей как «Продолжай. Скажи что-нибудь». Но Лекси закрыла лицо руками, пряча глаза. Она не могла смотреть на него. Она хотела провалиться сквозь землю. — Ну, наверное. — Она сделала паузу, чтобы продумать свои слова, вздохнула, пытаясь вытащить их. — Наверное, я просто подумала, что у тебя могли появиться чувства ко мне. Потому что у меня есть к тебе чувства. Но если я ошибаюсь, то обещаю, что мы никогда не вернёмся к этому разговору. — Да ладно тебе, — он посмотрел на нее, будто и так обо всём знал. Он продолжал улыбаться, затем свободной рукой приподнял её подбородок. — Конечно, ты мне чертовски нравишься. — О, — ответила Лекси, тело теперь будто плывёт, руки и ноги начало покалывать. Ее лицо, вероятно, уже совсем покраснело. — Круто. Могу я спросить еще одну глупость? Он засмеялся так завораживающе и невинно. — Валяй. Травка все еще затуманивала ее разум, что затрудняет нахождение правильных и неправильных слов. Так что она просто говорила, надеясь на лучшее. — Ну, я не хочу показаться неуверенной или жалкой, но почему ты выбрал меня? — Что ты имеешь в виду? — Я имею в виду, — её обидела и расстроила своя неуверенность, так как она не получила сходу прямого ответа. Другие девушки признались бы гораздо более романтично и изящно, но все же, вот она — девушка, затянувшаяся пару раз травкой, неспособная говорить, как нормальный человек. — Ничего особенного. Всю вечеринку на Новый год говорила только я, едва позволяя сказать что-то тебе! К тому же я потешалась твоей вере в Бога, а потом сказала, что Рождество — лживый праздник. — Йо, притормози. Серьёзно, это же бред. — Он отнял бутылку с её лба и поставил её на пол, следя за тем, чтобы она не смогла избежать его взгляда. — Ты говоришь так, будто это не было чем-то космическим. Лекси рассмеялась, как-то по-девчачьи и уныло, но всё же очаровательно. — Космическим? — Да, — он тоже прыснул, затем они улыбнулись друг другу. — Так и было. Я знаю, что ты тоже это чувствовала. — Я имею в виду, — она кивнула, затем посмотрела на него. Медленно, нежно и мило. — Да. — Именно, — сказал он. Его голос уверенный, но на щеках появился легкий румянец. — Речь не шла о выборе. Потому что ты была там, как и должно было быть. В смысле, йо, я не думал о ком-то другом, как только ты села рядом со мной на тот дурацкий диван. — В самом деле? — Спросила Лекси, руки снова закрыли лицо, пытаясь прикрыть её раскрасневшиеся щёки. — Зачем мне врать? — Он оторвал одну руку от её лица, открывая её неуверенный взгляд на его веснушчатое лицо. — Эй, не прячься от меня. — Он высвободил от второй руки её щёку и задержал её в своей ладони, очень близко к ней. Она посмотрела на него. — Я думаю, ты мне очень нравишься, Феско. — Ее голос так тихо прозвучал из горла. Она определенно все еще чувствовала несвежую травку на задней части языка, но сейчас это не имело значения, потому что он наклонился к ней, чтобы поцеловать ее. Он пах шоколадом, дымом и чем-то сладким, и это совершенно сводило с ума. Такое ощущение, что поцелуй длился часами, даже днями. Такое ощущение, что это поцелуй века. Как поцелуй в кино. Нежный и мягкий, достаточно острый, чтобы Лекси простонала в шею Феса, чтобы заставить ее забыть слова, когда в голове их и так было немного с самого начала. — Ты такой хороший, — промычала она между поцелуями, прижавшись к нему. И Фес был удивлён, что эти слова заставили его почувствовать слабость в коленях, побудили его целовать её требовательнее и медленнее, никогда не желая останавливаться, желая целовать её вечно до конца времён. — Такой хороший. — Чёрт, Лекси. — Он должен был остановить свой вой, вырывающийся наружу. Было что-то в ее прикосновениях, что невероятно воздействовало на него, он не мог объяснить это. Он хотел бы знать что. Но сейчас он мог только выть и стонать, слушая, как Лекси издает те же звуки в ответ. — Я хочу только тебя, — проговорила Лекси, целуя отметины на его шее и прижимаясь к нему сильнее. Фес осознал, что его окаменевший член прижался к её бедру. Лекси чувствовала его. Ей было всё равно, она просто продолжала целовать его, как будто это её последний день на Земле. — Только тебя. Лекси не знала, что Фес готов был кончить прямо здесь и сейчас. Фес не знал, что Лекси позволила бы ему лишить ее девственности в холодном, дерьмовом подвале, если бы он только попросил. Лекси не знала, что позже, после того, как он подвезёт ее домой, он всю ночь будет любоваться на любовные укусы на своей шее. И Фес не знал, что когда Лекси нырнёт в постель, пропахшая его одеколоном и дымом, она прошепчет его имя в подушку и оставит на ней поцелуй на ночь.

***

В воображении Феско Лекси появлялась в таком образе, в каком ему не стоило её представлять. Все парни так делают, это своего рода клише, он это знал. Большинство ночей он ловил себя на мысли, что думает о постыдных вещах. Например: Лекси с блестящими глазами и алыми губами медленно опускается на колени. Или его любимая фантазия, где ее обнаженное тело растянуто на его кровати. Боясь дотронуться до нее, он вставал на колени перед ней, позволяя ей манить его, будто она Божество, а он всего лишь один из ее последователей. Он представлял их секс чем-то большим, чем просто секс. Он представлял себе каждое их прикосновение так, как будто бы они забирали части друг друга, маленькие части друг друга — три четверти сердца, одна треть ребра, пять четвертей веснушек или ямочек. Он представлял их диалог в постели. Куда она может положить руки. Хвататься ли ей за постельное белье или за его шею. Представлял её ногти на его коже. Может, она оставила бы кровоточащие царапины, а Фесу это понравилось бы. Она ведь оставит свой след на нём. Она вполне могла бы сказать, что ей очень жаль, и она не хотела сделать ему больно. Фес заткнул бы её поцелуем, прижимая обратно к кровати. — Ты никогда не должна сожалеть, — сказал бы он ей. И может быть, на следующий день, и через день, и через два дня, он будет носить эти следы на шее гордо, как медаль.

***

Они переписывались регулярно, почти каждый день. Лекси вспоминала дни после их первого поцелуя, чувствуя внезапную жадность, и как во время урока биологии она попросилась в уборную, чтобы написать ему: — Привет. Ответ пришёл мгновенно: — Я скучал Ей хотелось завизжать, прыгать, схватить какую-то девушку у зеркала и спросить, может ли она в это поверить. «Я кому-то нравлюсь! Кто-то заботится обо мне! Кто-то, блин, скучает по мне!» Лекси заперлась в кабинке и, опустив воротник водолазки, обнажила пару небольших засосов, которые Фес оставил там раннее. Она сделала фотографию своей шеи и без стеснения просто отправила ему с сообщением: — Ты отличный художник Всего через мгновение, её телефон загудел. В ответном сообщении девушка увидела фото его шеи, также покрытое отметинами: — Научился у лучших:)

***

Всё произошло в магазине. Она точно этого не планировала, весь всё произошло там, где она и не предполагала. Но от этого всё и не было неромантично. На самом деле, даже мило. Страстно. А это всё, чего она хотела. Лекси крутила педали своего велосипеда в позднюю ночь, на улице светила полная луна. Она надеялась застать Феса до того, как он закроет магазин, а возможно, украсть несколько поцелуев, но самое главное — она собиралась туда, чтобы вручить ему кое-что. Свежеиспечённый вишнёвый пирог, завернутый в кухонное полотенце в клетку. Когда она приехала, он говорил с группой парней, похожих на братство, одетые в одинаковые кепки козырьком назад. Она не знала, что делать, как-то обратить на себя внимание или нет, поэтому она просто стояла в стороне, надеясь, что её никто не заметит. Фес поймал её взгляд, пока рассчитывал парней за таблетки. Он кивнул в их сторону, как бы показывая, что всё нормально. Зелёный свет, можно входить. Лекси непонятливо уставилась. Затем указала на себя, спрашивая таким образом «Ты мне?» Он посмеялся и опять кивнул. Он ответил жестом, не обращая внимания на братство. «Да, тебе». Позже, когда клиенты уехали, Лекси вытащила пирог из корзины, находящийся на велосипеде, поставила его на прилавок и, широко улыбаясь, сняла с него полотенце. — Это для меня? — Спросил Фес, глядя на пирог с улыбкой, его рука потянулась к её спине на мгновение. — Для тебя. — Кивнула Лекси. — За что? — Не за что, просто за то, что ты есть. — Ты серьезно? Она почувствовала, как что-то бурлит в груди. — Зачем мне врать? — Никто никогда не делал для меня ничего только за то, что я есть. — Вишнёвый. — Круто, вишнёвый, — он улыбнулся ещё шире, на лице проступил лёгкий румянец, не меняя его сурового вида. — Реально мой любимый. — Правда? — Улыбаясь, произнесла Лекси. Щёки уже болели, но она не могла сдержать улыбку. — Я же говорил, — он облизнул губы, возможно, не удержавшись. — Между нами есть что-то космическое. — Кажется, да, — ответила Лекси, которая, возможно, смотря на него, сама облизнула губы, она не могла смотреть в сторону, его глаза слишком притягательны, даже чтобы начать обычный разговор. — Хочешь попробовать? — Конечно, но у меня нет тарелок, вилок и прочего. — Всё в порядке, — помыв руки, Лекси оторвала кусок пирога из блюда пальцами и поднесла его к лицу Феса. Её пальцы стали липкими, красными, покрытыми вишнёвым соком. — Блин, — проговорила она, глядя на руку. — Я странная? Не стоило мне… — Не парься, — ответил Фес и, взяв её за руку и потянув ближе, съел кусок прямо с её пальцев. — Вкусно. — В самом деле? — Спросила она, её глаза заблестели, а взгляд светился. Фесу вдруг захотелось, чтобы её глаза всегда были такими, чтобы она всегда была счастлива, всегда относилась к нему так тепло и с такой заботой, поэтому он снова наклонился вперед к её руке, прикоснувшись губами к её пальцам, высасывая остаток вишневого сока с них. — Реально, вкусно, — сказал он и наконец благодарно облизнул губы. — Ты должна дать мне рецепт. Щёки Лекси залились румянцем. Фесу нравилось, когда она краснела, ему нравилось смотреть, как ее лицо получает это красивое, радужное свечение, которое он никогда не видел ни на ком другом. — Я не знала, что ты умеешь печь. — Тихо пробормотала она, глядя на него. — Я хочу научиться. — Для меня? — Да, — ухмыльнулся он про себя, чуть не отвернувшись в сторону. Теперь он засмущался, и прежде чем остановить себя, он добавил. — Я сделаю для тебя что угодно, Говард. Лекси посмотрела на него своими большими глазами. — Ты бы это сделал? Он просто кивнул и смущённо сглотнул ком в горле. Лицо приобретает оттенок розового, покрывая чуть заметные веснушки вокруг носа. Но она продолжала смотреть на него, так что в конце концов он сказал: — Не делай так. Глаза Лекси расширились, а ресницы затрепетали. Её гранатово-красные губы чуть приоткрылись. — Не делать что? Негромкий смешок сорвался с его губ. — Не смотри таким взглядом. — Что не так с моим взглядом? — Она опустила взгляд, наклоняясь вперед и начиная водить пальчиком вверх-вниз по его предплечью. — Нет, я… — Феса остановился на полуслове, так как Лекси взяла его руки в свои. Трудно сказать, что именно она хотела. — Мне нравятся твои глаза, очень. — Да? — Ее голос сладок, как мёд, когда она говорила с ним. Она перевернула его ладонь в своей и стала рисовать замысловатые фигуры пальчиком. Её нежность поразила Феса, он не мог вспомнить никого, кто бы прикасался к нему так мягко. — Что тебе в них нравится? Он начал заикаться на мгновение, мозг будто грузил информацию. — Чёрт, я не знаю… — Хочешь знать, что мне нравится в твоих глазах? Фес услышал свой вздох, дыхание дрожало, издавало звук, который он никогда не слышал. С другими девушками он тоже мог чувствовать смущение, но с Лекси всё немного по-другому. Её глаза становились шире и темнее, кажется, она наслаждалась этим моментом. — Что тебе нравится в моих глазах, Лекс? — спросил он тихо, тем временем его взгляд сфокусировался на её губах. — Это будет звучать глупо. — Просто скажи. — При правильном свете луны иногда я могу понять по твоим глазам, о чём ты думаешь. Только по твоему взгляду. — Реально? — Он захотел поцеловать ее прямо сейчас, размазывая помаду, доставляя ей удовольствие. — Свет такой, как сейчас? — Да, такой. — Кивнула она. На его лице появилась улыбка. — Ну и о чём я тогда думаю? Она вернула его улыбку, все еще краснея. Затем она наклонилась к нему, прижала руки к его груди, еле оставаясь в состоянии спокойствия. — Ты думаешь о том, чтобы… — она сделала паузу, чувствуя его сердцебиение под своей ладонью и чувствуя, что её сердце бьётся в унисон. — О том, чтобы отвести меня в подсобку. Феско не нуждался в подтверждении её слов. Вместо этого он взял её за руку и повёл в сторону комнаты, которую он использует в качестве кладовки, её дрожащие губы будто гипнозом действовали на него. — Вот так? — Да, — она посмотрела ему в глаза, как только дверь закрылась за ними, позволяя ему поправить непослушную прядь волос за ухо. — Именно так. — Йо, ты прям самый горячий экстрасенс, Лекс. — Прошептал Фес, усаживая ее на самый мягкий ящик, который у него был, прежде чем он начал вверх и вдоль покрывать поцелуями ключицы. — Ну, — она посмотрела в сторону, на лице появилось какое-то эйфорическое свечение. Её так легко смутить, но при этом она становилась ещё более неотразимой. — Тебя легко читать. Рука Феса опустилась на её талию, колеблясь у подола её кофточки. На его лице появилась очарованная улыбка, когда пальцы Лекси медленно подняли ткань вверх по длине живота, бросая предмет одежды на пол и оставляя девушку в бюстгальтере. — Ты в порядке? — Его губы дотронулись до её уха, затем он поцеловал её в лоб и нежно в щёку. — Да, — она нервничала, быстро вдыхая воздух, каждая клеточка была на взводе. Её горячая кожа контрастировала с его. — Я же не делаю чего-то неправильно, правда? Он улыбнулся ей в рот, целуя ее снова и снова. — Ты никогда не сможешь сделать что-то неправильно. Лекси выдохнула ему в шею. Идиотка. Она наклонилась вперед, хватая его за руку, нуждаясь в успокоении. Ее сердце пропустило болезненно долгий удар, когда она снова прильнула к его губам, тяжело дыша, чувствуя легкую сладость вишни, смешанной с дымом на его языке. — Ты должен знать, — прошептала она между поцелуями, когда Фес уже прижимал ее к стене, держа руки на её запястьях. — Я никогда раньше этого не делала. Ни с кем. Никогда. На мгновение Фес прервал поцелуй, чтобы посмотреть на неё. Он все еще улыбался. — Хочешь, чтобы я остановился? Глаза Лекси расширились, а губы прильнули к его губам обратно. — Нет, определенно нет. Фес снова отпрянул от неё, легкий смешок скользнул по его губам и вырвался в воздух. — Просто мы не обязаны ничего делать, если ты не хочешь. — Я хочу, — произнесла она, затем глубоко вдохнула, прежде чем поцеловать его снова. — Я хочу этого с тобой. — Хорошо, — ответил он. Его руки смело блуждали по её телу, будто исследуя каждую клеточку, пока наконец они не опустились за талией и не утонули под юбкой. С губ Лекси вырвались сквернословия, она задыхалась — дурацкая смазка на его руках. — Тебе нравится? — Да, — сглотнула Лекси, улыбаясь. Ее глаза заблестели. — Нравится. — А так? — Его палец вошёл в нее медленно, а он наблюдал, как Лекси прижималась к нему и тихонько всхлипнула. — Да, — она тяжело дышала, казалось, её тело бросило в пожар. Она тихо засмеялась. — Мне очень нравится. После этих слов он впился в её губы жадным поцелуем, от чего Лекси застонала. — Фес, я… хочешь, чтобы я… — её голос дрогнул, когда он сдвинул свой палец под другой угол, заставляя всё её тело дрожать. На его лице проступила довольная дьявольская ухмылка. Она повторила. — Ты хочешь, чтобы я тоже тебя коснулась? — Я просто хочу, чтобы тебе было хорошо, — ответил Фес низким и отрывистым из-за дыхания голосом, целуя её шею, ключицу, затем родинку на груди, в то время как его руки блуждали повсюду, вдавливаясь в бедра, растирая их. — Ты заслуживаешь того, чтобы чувствовать себя хорошо. Его слова, заставившие колени Лекси подкоситься, почти заставили её сползти с ящика на пол. Но Фес крепко держал её, его тело было плотно прижато к ней, поддерживая её. — Блять, — прошептала она дрожащими губами. — Пожалуйста, скажи это еще раз.  — Ты заслуживаешь того, чтобы чувствовать себя хорошо, — ухмыльнулся Фес, его рука снова нырнула под юбку. — Чертовски хорошо. Они посмотрели друг на друга. Сейчас ей это нужно. Это правильно, казалось Лекси. Это то, чего ей не хватало. Но мысли начали затуманиваться, так как он осторожно снял с нее юбку, а затем опустил её нижнее белье к ногам. — Господи, Лекс, — пробормотал он, возможно, из-за детского рисунка плюшевых мишек на её трусиках, а, может быть, потому что она была чертовски мокрой. Её колотила мелкая дрожь, она жаждала его. Приоткрыв рот, она услышала, как он потянул вниз молнию, а затем почувствовала, как его рука притянула её ближе к нему. Она поцеловала его в шею, слегка покусывая, затем посмотрела прямо на него, буквально уставилась. Её глаза были тёмными, глубокими и болезненно нежными. — Знаешь, — начала Лекси, жадно вдыхая воздух. Она не знала, почему начала это говорить, но чувствовала, что это необходимо. Она горит и беспокоилась, что не сможет контролировать себя. Слова просто выскользнули с её рта. — Я думала об этом… после Нового года. Раньше я трогала себя в постели. Думала о тебе, о твоих руках. — Чёрт, Лекс. — Рука Феса поглаживала бедро Лекси, будто исследуя, пока его большой палец не нашёл дорогу к её клитору. Лекси вздрогнула, воздуха не хватало. Фес почувствовал, что готов кончить прямо здесь и сейчас, но старался сдержаться. — О чем еще ты думала? Лицо Лекси загорелось алым цветом. — Я покажу тебе. Фес вдохнул, стараясь сохранять хладнокровие, что сейчас казалось невозможным, учитывая совершенно очаровательное выражение лица Лекси, когда она потянулась к нему и наклонилась к его паху. Она посмотрела на него, глаза большие и красивые. Ему трудно сосредоточиться на поставленной задаче после такого. Не теряя больше времени, он начал входить в неё, позволяя её теплу поглотить его целиком. — Блять, — он вновь почувствовал себя близким к тому, чтобы кончить. — Тебе хорошо? — Да. — Лекси извивалась в его руках, закрытые глаза дрожали. — Продолжай. Фес подчинился, скользя дальше в неё, когда она громко вздохнула, стараясь изо всех сил сдерживать стоны, который зарождались глубоко внутри неё. — Чёрт, я… — сказала она, задыхаясь, голос стал более звонким. Ее руки обвивались вокруг него. — Можешь быстрее? — Да, — ответил он, выталкивая приглушенный стон из её рта, когда он начал поднимать темп. Он посмотрел на нее, поднял подбородок, чтобы она смотрела прямо на него, в его глаза. — Так? — Да, — пропищала она, её волосы были в беспорядке, как и руки Феса беспорядочно поглаживающие её голову. — Именно так Он притянул ее ближе к груди, так она смогла обвить ноги вокруг него. Она застонала, прижавшись лицом ему в шею, чтобы перестать громко издавать стоны. Фес врезался в неё под прямым углом, и, наблюдая за её стонами и всхлипываниями, он почувствовал себя всё менее скоординированным, всё ближе и ближе подходящим к финишу. Поэтому он двигал бёдра Лекси быстрее, напористее, смотря на её восторг, когда она растворялась в блаженстве и бездумности, не в состоянии больше молчать, она почти кричала. — Чёрт, ты такая идеальная, — сказал он, простонав, когда его рука опустилась к её клитору, натирая шершавые, быстрые круги над ним. — Как ангел или типа того. Лекси опять пискнула, теряя воздух и чуть ли не рыдая от блаженства. — Замолчи, — прошептала она ему на ухо, ёрзая бёдрами. — Просто замолчи. — Точно. — Он двигался внутри неё сильнее, но осторожнее поначалу, а сейчас более беспорядочно и необузданно. Руки Лекси обвились вокруг него, её пальцы давят на его спину, держась за него, как за драгоценную жизнь. Она почувствовала надвигающуюся волну горячего напряжения в животе. — Блять, я… сейчас… — Было сложно вымолвить слова, она чувствовала, что вот-вот заплачет. В ней проснулось желание посмеяться над звуками, которые она издаёт, она захотела привести свой мысленный бардак в голове в порядок, но не могла. Она не могла контролировать себя. — Боже… Ещё один стон вырвался из горла, когда она кончила ярко и быстро, выгнувшись дугой напротив Феса. Её тело дрожало и вздрагивало. Она прижималась к нему близко, чувствуя его внутри себя. — Ты.? — Да, — она спрятала лицо ему в шею, сильно и безнадёжно краснея. — Ты же почти? — Я ждал тебя. — О, — она посмотрела на него, успокаивая дыхание, глаза загорелись. — Ты так и не.? Фес просто кивнул, зная, что сейчас он не сможет связать и пары слов, потому что он был так близок. Лекси просто наклонилась вперёд. Она улыбнулась ему в губы, она была слишком смущена, чтобы смотреть на него. — Хочешь… внутрь меня? Он вдохнул в её рот, поцеловав её. — Только если ты хочешь. Она снова улыбнулась. — Я хочу этого. После её слов Фес наклонил её спиной к стене, поцеловал, издавая стоны ей в рот снова и снова, пока он не вошёл в неё, хватая её бедра с отчаянием, которого у него никогда не было. Он кончил бесшумно, его тело было сильно напряжено, руки плотно обхватили талию Лекси. После того, как он вытащил член из неё и попытался натянуть джинсы, он посмотрел на Лекси. Она, сияя, посмотрела на него. Её помада размазалась, а волосы растрепались. Он зажмурился, засмеявшись про себя. Голова кругом. Фес заметил, что её грудь все еще вздымалась. — Ты был очень хорош. — Да? — Фес улыбнулся и посмотрел в сторону. Его щёки начали гореть. — Ты смущаешься сейчас? — Нет, — усмехнулся он, отворачиваясь в другую сторону. — Тебе показалось. Лекси встала с картонного ящика, подошла к нему и взяла его лицо в свои руки. Он позволил ей дотронуться до него, позволил ей провести большим пальцем над его щекой, и он почти растаял, когда она наклонилась и прижалась мягким поцелуем к его губам. Позже, когда они оба оделись, а Фес закрыл магазин, он отвез ее домой. Он наблюдал за ее взглядом по зеркалам, смотрел на изгиб её шеи и утопал, когда она бросала взгляд на него. Они смеялись, когда она включила радио, и на нём заиграла Afternoon Delight, он рассмеялся из-за того, что начала смеяться она, и остаток дороги до её дома смех в машине не стихал. Она поцеловала его на прощание, когда он припарковал автомобиль около её дома, и не задумываясь, он потянул её к себе на колени. Он гладил её завитые кудри, аккуратно стёр недавно наложенную помаду, которую вскоре он смял своими губами. — Пока, Феско. — Сказала она, выходя из машины, и махала ему, пока шла к двери. Он махал ей в ответ, выкрикивая из окна: — Пока, ангел. Она покраснела, а он заметил легкую дрожь в её ногах, когда она шла к двери. Он ухмыльнулся себе, возможно, более самодовольно, чем стоило. Всё правильно, подумал он про себя. Это то, чего мне не хватало.