Снова ночь

***

      На часах без десяти одиннадцать. За окном воет ветер, что не удивительно - осень. Но мне тепло и уютно: мягкая кровать, близко придвинутая к батарее, свежее постельное белье, исправное отопление, мерное тиканье часов, я один. Мне тепло и уютно, но мне одиноко. В телефоне без восьми одиннадцать. Хах, постоянно смотрю время, не могу уснуть. Чтобы отвлечься, вспоминаю сегодняшний день настолько детально, насколько возможно. "Утром привычно завтракал бутербродом и кофе. Друг написал, что не пойдет в школу - зачем получать двойку по контрольной, если можно получить н-ку? Одноклассница снова пыталась стать ко мне ближе, но получила отворот-поворот, потому что... Тренировка прошла хорошо, продуктивно, много ребят пришло. Тошик сказал, что уже пора бы мне подстричь свои блондинистые патлы, но я этого не сделаю, ведь за них... Пропустил автобусную остановку, пришлось ждать следующую, час лазил в телефоне, проверил все чаты и настолько увлекся, что какой-то дед почти вытащил мои гроши из кармана. Бить не бил его, но отпугнул, и пока пугал, наступил в грязищу. Мои новые белые кроссовочки. Рядом на остановке какая-то женщина, сильно пахнущая тройным одеколоном, громко кричала собеседнику, что не успела закрутить облепиховое варенье, а Славик расстался с Маринкой, и вообще, хлеб подорожал на двадцать копеек! Мне стало как-то тоскливо, и кроссовки заморал, и Маринку со Славиком жалко, и ветер задувает под короткий пуховик; небо серое-серое, мрачно посмотрело на город и заплакало.       Наконец показался автобус. Бодрый неоновый номер «56» не оставлял сомнений, что маршрут мой, и, в лучшем случае, дома я буду где-то через полчаса"... Хлопок входной двери прерывает мои воспоминания. Шорохи ведают, как ты снимаешь куртку, обувь. Пытаешься не разбудить меня? Я знаю, что ты пойдешь сначала в ванную, а потом на кухню, пить чай с малиновым вареньем, твоим любимым, потому что варил его Я.       На часах десять минут двенадцатого. Нет, ты не пьяный, ты вообще не пьешь алкоголь и, на моей памяти, выпивал раз в жизни - когда женился твой брат. Ты опять засиделся на работе, наверное, конференция, срочное собрание или другой форс-мажор. Но вот ты идешь сюда. Снова пришел в мою комнату. Сначала тонкий, затем полный просвет в двери, темный силуэт в проёме, печальный вздох. Я не боюсь тебя, так почему ты так вздыхаешь? Я знаю, что ты пришел в очередной раз согреть мою постель. Смотри внимательнее, край одеяла уже откинут... Папа.       Когда ты пришел первый раз, признаюсь, я испугался. Ты просто пришел и лег рядом, обняв со спины, громко сопел в шею, сжимал руками бока, как будто боялся, что я исчезну. "– Данечка, - я вздрогнул от твоего шепота, - прости меня... Прости, если сможешь..." - Так и уснул, стискивая меня в объятьях. Неделю продолжались эти приходы, я привык к твоему теплу, даже обнимал в ответ. Может быть, это дало тебе уверенность зайти дальше. И я был полностью растерян, когда тиски разжались, а пальцы забрались под футболку, поглаживая и слегка пощипывая. Но я молчал, твои ладони теплые, дыхание участившееся и прижавшееся к моему бедру... Я понял, о чем ты умолял простить... Я все понял.       Я никогда не подстригусь коротко, потому что сейчас ты нежно стискиваешь мои волосы в кулаке, с упоением целуя глубоко, от чего я, привыкший к твоим ласкам, выгибаясь на встречу, льну, намеренно трусь об твое горячее, возбужденное достоинство. Ты хочешь быть грубее, но сдерживаешься... Любишь. Любишь горячо, когда гладишь ребра, словно пересчитываешь их, когда целуешь и прикусываешь чувствительное место за ушком, когда нависаешь надо мной, раздвигая коленом ноги, когда шепчешь: – Мой малыш, прости. Мое солнце, мой ненаглядный... Мой...       Ты знаешь, как заставить меня стонать и кричать. Ласкаешь член и на контрасте грубовато растягиваешь пальцами, потому что мне так нравится. Нам так нравится. Я хватаю за щеку двумя пальцами - это означает, что я уже хочу тебя, это значит, что: – Сейчай, малыш. Иди ко мне.       Ты не надеваешь презерватив - я не позволяю. Раньше ты ругался, но похоже вспоминал, что это в целом аморально(в твоем восприятии), посылал все...       Сначала двигаешься аккуратно, но нам обоим срывает крышу. Хаотично и жёстко доводишь до оргазма, до чертовых звезд в глазах. Обнять тебя за шею, почувствовать семя внутри, сходить с ума. И сегодня, и завтра, всегда. Сейчас я счастлив, что ты решился, я уже не отпущу тебя. Я люблю тебя, а ты меня. Поэтому завтра я привычно позавтракаю приготовленными тобой бутербродами и сваренным тобой, ароматным кофе. Целомудренно поцелую в губы, взяв обещание, что ночью ты снова придешь ко мне, чтобы в очередной раз согреть нашу постель.