In The Ice

Они брели по густому снегу, дрожа в своих толстых плащах и стряхивая снежинки с ботинок. Облака закрывали небо над ними, защищая их от любого тепла, которое могло бы дать солнце, заманивая их в ловушку холода тундры. — Как, блядь, далеко живут эти сучки? — пожаловался Томми. — У меня болят ноги, — промурлыкал Ранбу. — Эй, сукин сын. Неси меня на своей спине. Ты доставишь нас туда быстрее со своими длинными ногами. — Что? Мы почти уже на месте. Томми сдался и глубоко вздохнул, подняв глаза к небу, когда начал падать снег. Снежинки падали на его кожу, тая почти сразу же, как только касались его. Он вспомнил время, когда ощущение снега раздражало его, но теперь это напомнило ему, что он жив. Было время, когда он не мог чувствовать холод, он не мог чувствовать тепло. Он ничего не почувствовал. Дрожь пробежала по его спине, когда всплыли воспоминания, и тот зажмурился, заставляя ноги двигаться быстрее. Ранбу взглянул на него, натягивая капюшон плаща, чтобы защититься от снега. — Ты в порядке? Томми кивнул, успокаивая свое дыхание. Ранбу понял намек и продолжил идти, но замедлил шаг. Вокруг них к небу вздымались холмы, справа простирались еловые леса. Это было прекрасно. Мир. Томми понял это, когда Техно и Фил решили поселиться там. Перед ними расстилалась большая ровная площадка, ровный снег, не тронутый ничем. От белизны, глазам Томми стало больно. — Мне кажется, что неправильно идти по такому пути, — сказал Ранбу. — Но будет быстрее? — Угу? — Тогда давай поскорее доберемся до туда. Ранбу закатил глаза, когда они направились через самолет, высоко поднимая ноги, чтобы не наступить как можно больше снега. Томми поплелся вперед, прежде чем остановиться и подождать Ранбу, так как ему пришлось идти медленнее. — Догоняй, Ранбуб, — передразнил Томми. Томми думал, что, возможно, впервые в своей жизни боги оставят его в покое. Они позволили бы ему жить своей жизнью без осложнений, без проблем, без войн. Он заслуживал этого, не так ли? Очевидно, нет. Не было никакого предупреждения, кроме неприятного скрипа, прежде чем лед под ними сломался. Вода поглотила их обоих, тысяча ножей врезались в их кожу, прокладывая себе путь через их тела, заставляя тех онеметь. Томми вынырнул на поверхность, хватая ртом воздух и размахивая руками. Ранбу вынырнул на поверхность рядом с ним, визжа от боли. Ожоги распространились по его лицу и всему телу, погруженному под воду. — Ранбу! — закричал Томми, пиная своего друга. Схватив эндермена под мышки, он подтащил своего друга к краю льда. — Помоги мне, чувак, я не справлюсь один! Ранбу ухватился за лед, и Томми толкнул его, изо всех сил пытаясь удержать их обоих на плаву, так как его руки онемели. Рыдания Ранбу ворвались в его душу с такой яростью, что дали ему силы для толчка, который в конце концов отправил Ранбу на лед. Дрожащими руками он держался за край льда, яростно стуча зубами. Ранбу закашлял водой и встряхнулся на льду. Во льду под ним появились трещины. — Ранбу, — прохрипел Томми. Ранбу, казалось, не слышал его, задыхаясь от боли. — Р-Ранбу! — Он толкнул Ранбу в руку, которая, казалось, причинила эндермену боль, но это заставило его открыть глаза. Холод сковал грудь Томми. — Ранб-бу, д-двигайся! Лед л-ломается! Стиснув зубы, Ранбу откатился еще дальше, и зловещий скрип льда прекратился. Но Томми все еще был в воде. И он не видел себе выхода. Его руки соскользнули со льда, и он попытался ухватиться за другую руку, подтягиваясь на лед. Его желудок успел подняться до того, как лед под ним сломался, и он снова оказался под водой. Он бы ушел под лед, если бы ему не удалось удержать руку на краю. Он быстро поднялся, хватая ртом воздух, задыхаясь и дергаясь, когда Ранбу крикнул его имя. Открыв глаза, которые становились тяжелыми, Томми заметил Ранбу, пробивающегося к дыре во льду. Он пытался помочь. Но лед был хрупким. Он сломался бы, если бы Томми встал на него, и не удержался бы, если бы они оба стояли на нем. Он выбросил руку, чтобы остановить Ранбу. — Ранбу, н-не д-двигайся! — его голос был жалобным, чуть громче шепота. — Иди за п-помощью! Ранбу всхлипнул, зажмурив глаза. Томми не был уверен, было ли это от боли или от осознания того, что даже если он уйдет за помощью, Томми не будет там к тому времени, когда он вернется. Мир расплывался перед глазами. Он больше не чувствовал ничего ниже своих плеч. По льду появились ещё трещины. Томми наблюдал, как они приближаются к нему. Он встретился взглядом с Ранбу. Он не хотел, чтобы его друг видел это. — Ранбу, иди, — взмолился он, — пожалуйста. Ранбу на мгновение поднял глаза к небу, а затем сосредоточенно зажмурил их, собирая всю свою энергию. Когда он исчез в шквале частиц Эндера, скорее всего, телепортировавшись где-то поблизости со льда, мир вокруг Томми наполнился оглушительным треском, и его мир был поглощен водой. Напрасно Томми брыкался ногами, размахивал руками, но, казалось, только глубже погружался в глубины озера. Трещина, в которую он провалился, становилась все меньше по мере того, как его тянуло вниз, окутывая леденящим холодом. Он надеялся, что Ранбу в безопасности, что он успеет помочь до того, как его ожоги заразятся или он замерзнет насмерть. Молясь любому богу, который мог бы его выслушать, Томми позволил своим последним мыслям быть о своем друге, прежде чем погрузиться во тьму. Лицо Ранбу горело, то ли от озерной воды, то ли от слез, бегущих по его щекам, он не был уверен. Он спотыкался об снег. Глаза затуманились, а тело кричало. В голове было смутное направление, которое должно было направить его на помощь. Он игнорировал ту часть себя, которая знала, что Томми спасать будет некого, и продолжал заставлять себя добраться до коттеджа в одиночку. В ушах у него зазвенели голоса, и впервые за все время похода он поднял голову. Что-то теплое обвилось вокруг его конечностей, и он почувствовал мягкость перьев на своей коже, отводя холод и влагу. — Бу, — эхом отозвался голос где-то в глубине его сознания. — Что случилось? — Т-томми, — сказал он дрожащим голосом. — Что? — на его плечи был наброшен плащ, — Ранбу, нам нужно затащить тебя внутрь и снять с тебя эту мокрую одежду. Ранбу оттолкнул этого человека. — Н-нет, — выдохнул он, — Томми. Он у-упал в л-лед. Он ушел под воду.. Последовала пауза. Руки направили Ранбу, надежно удерживая его. — Давай отведем тебя куда-нибудь в теплое место. С Томми все будет в порядке. Давай. Остальное было как в тумане. В один момент они тащились по снегу, в другой Ранбу лежал на диване перед ревущим огнем. Завернутый в одеяло, его мокрая одежда была где-то сброшена. Теплая чашка горячего шоколада дымилась в его руках. Фил сидел рядом с ним, подбрасывая дрова в огонь и заворачивая его в одеяла, если он двигался. Время от времени он убирал волосы с лица Ранбу и клал руку ему на лоб. — Томми? — прохрипел Ранбу, беспокоясь за своего друга. Фил улыбнулся, но Ранбу видел беспокойство в его глазах. — Они скоро вернутся. Почти сразу после того, как он закончил, дверь распахнулась, впустив сильный порыв воздуха, который пробрал Ранбу до костей. И все же он с трудом сел и повернулся к двери. Техноблейд ворвался в дом, неся на руках фигуру, завернутую в его фирменный красный плащ. С него капала вода на пол, и лед прилипал к его розовым волосам по всей спине. — Техно, — начал Фил, но Техноблейд прошел мимо него. — Достань мне тотем, Фил, — приказал он, кладя Томми на землю возле костра. — Сейчас, — побледнев, Фил исчез. Ранбу почувствовал, что его сейчас вырвет. Когда плащ развернулся вокруг фигуры Томми, у него перехватило дыхание. Светлые волосы Томми были покрыты льдом и инеем, почти белыми. Его кожа была бледной и синей, все тело обмякло. Тотем не спасет того, кого уже нет. Но Техно не останавливался. В ту минуту, когда Томми оказался на земле, он начал сжимать грудную клетку, накачивая грудь Томми. Ранбу боялся, что он может разбить хрупкое тело Томми вдребезги. Томми ненавидел физический контакт после Хранилища Пандоры. Часть Ранбу хотела выйти вперед и убрать Техно, потому что это заставляло Томми чувствовать себя неловко. Но он знал, что Томми этого совсем не почувствует. — Давай, Томми, — прорычал Техно, наклоняясь и вдувая воздух в легкие Томми. — Приходи в себя. Не умирай у меня на глазах, Томми. Снова появился Фил, упал на колени рядом с Томми и сунул в его руку золотистый тотем с изумрудными глазами. Техно не остановился, чтобы посмотреть, работает ли тотем, продолжая свои усилия. Никаких изменений не произошло. Ранбу не видел зеленых и золотых завитков, окутывающих тело Томми, ничего похожего на то, что произошло во время казни Техно. Это было бесполезно. Слезы застилали глаза Ранбу, но он не пытался их вытереть. Может быть, он заслужил эту боль. Томми спас ему жизнь и в результате этого умер. Пути назад не было. — Почему это не работает?! — Ранбу никогда раньше не слышал, чтобы голос Техно надломился, но когда он произнес эти слова, он услышал, как внутри у него все разлетелось вдребезги. Фил склонил голову, и слезы потекли у него из глаз. — Почему он не вернулся? Фил встал и подошел к Ранбу на диване, притягивая его в объятия. Он осторожно вытер свежие слезы со щек Ранбу. Он не заслуживал той нежности, которую проявлял к нему Фил. Это была его вина, что Томми умер. — Мне жаль, — всхлипнул он. Фил повернулся к нему, но Техно не сдвинулся с места от тела своего брата. — Что? Ранбу, ты не виноват, — сказал Фил, задыхаясь от своих слов. Ранбу покачал головой. — Он спас меня. Он вытолкнул меня изо льда, но сам выбраться не смог. Я пытался помочь, но он велел мне прийти сюда. Я должен был спасти его. — Я видел лед, Ранбу, — тихо сказал Техно, — если бы ты попытался спасти его, то ты бы упал. Сомневаюсь, что у Томми хватило бы сил вытолкнуть тебя во второй раз, — Техно покачал головой и убрал волосы Томми с его лица, но с осторожностью, которую Ранбу никогда раньше не видел у этого человека. — Ты просто должен был умереть героем, не так ли, Тесей? Ты ничего не мог с этим поделать. Ранбу разрыдался, вцепившись в Фила. Предполагалось, что это будет простой визит в Арктику на короткое время. Как все могло пойти не так? Как он все еще не смог спасти своего друга? Было ли что-нибудь, что он мог бы сделать правильно? Может быть, это была его вина. Он только усугублял ситуацию. Он только причинял боль людям. Даже когда он сам этого не осознавал, он знал, что его другая сторона только вредит. Томми уже умер, спасая его. Он никому не позволил бы быть следующим.