о поцелуях, которые теперь не табу для вани

серёжа и ваня стрим вместе ведут. серёжа ваню в щёку чмокнуть хочет. объясняется и оправдывается, что не борщ это никакой, что даже люди, знакомые малое количество времени, так делают. ваня отнекивается. на языке вертится, то, что дипинс не способен озвучить: «я готов был поцеловать тебя в первый же день нашего знакомства.» - ну я не могу на стриме, мне тяжело — из последних сил пытается слиться ваня. - давай без камеры тогда? — не сдаётся пешков. - давай — уж слишком неожиданно для самого себя воодушевлённо говорит старший. серёжа победно улыбается (ура, победа ХААХХАХАХА), поднимает чуть вверх вебку, смотрит на монитор, чтоб оценить картинку. видны только их макушки. а ваня губы ест, переживает, зная жожу. были бы они у него, он бы для надёжности микрофон оффнул, а у серёжи такой микрофон, который если съешь, он всё равно работать будет. ваня теряется, инициатива вся у серёжи. пешков понимает, что времени у них мало, поэтому ухмыляется и чмокает дипинса в губы, чуть задерживается на них и отстраняется. он делает это с такой непосредственностью и спокойствием, будто делает это каждый день. но нет. только если в мечтах ванечки дипинса, который сейчас сидит в ауте. жожа снова опускает вебку и нужно сидеть крутить кольцо, есть губы – что угодно лишь бы подавлять ахуй и красные щёки. а серёжа реально на похуй сидит, будто ничего и не произошло. он быстро забывает и вливается обратно в стрим, а ваня растерянный ни одного сообщения в чате поймать не может. с горем пополам дипинс дожидается момента, когда серёжа рейд кому-то кидает и стрим наконец оффает. снизошла благодать. -вань, мы тикток снять… - не успевает договорить пешков, как его прерывают. - поцелуй меня ещё – тараторит дипинс, не веря, что говорит это. не верит и серёжа, у которого чуть телефон из рук не падает. он удивлённо вскидывает брови, но всё же приближается к другу, чмокает того в губы, выполняя просьбу. - нет, не тааак – разочарованно тянет ваня. - ну, а покажи мне как, в таком случае – ухмыляется серёжа, видя, как ванечке невтерпёж. всё он, конечно, знает и понимает. но просьба была ванина. инициатива была ванина. а инициатива наказуема. старший глаза недовольно закатывает, хочется сказать «давай сам», а сам ему никто не даст, поэтому он приближается к серёжиным губам и целует неумело. серёжа поцелуй разрывает на долю секунды, улыбается ване в губы, а потом накрывает их своими, углубляя поцелуй. и тут ванюше крышу сносит. дорвался. он руками в жожины волосы зарывается, кудряшки на пальцах крутит, чуть оттягивает. а жожа тоже не пальцем деланный, он через какое-то время руки с ваниных щёк на шею тому опускает и чуть поглаживать большими пальцами начинает. у дипинса табун мурашек по телу проходит, становится так хорошо и аж страшно от того, что так хорошо раньше никогда не было. серёжа снова отстраняется, и в его взгляде читается немое «ага». он ваню на руки берёт, и тут старший будто трезвеет, когда его на кровать кладут, привычно для себя буянить начинает. - тихо, в штаны и под кофту лезть не буду, но скажешь «борщ» - не будет тебе никаких поцелуев больше. довыёбываешься – говорит жожо, нависая сверху. ваня к сведению принимает и тянет младшего обратно. только на этот раз жожа дорожку поцелуев на шее оставляет, а потом языком проходит, будто слизывая. ванечка глаза от удовольствия закатывает, а потом чувствует, как кожу чуть прикусывают. хочется остановить пешкова в привычной манере, но он то к сведению принял, поэтому просто смотрит на него осуждающе, давая понять, что это лишнее. лишнее на шее, но чуть пониже вполне приемлемо. но дипинс пока к чуть пониже не готов, поэтому они возвращаются к обычным поцелуям. ваня так доволен, что ларчик этот открыл и из зоны комфорта немного вышел, чтоб потом с головой в неё окунуться. так доволен, что они теперь с серёжей постоянно целоваться будут, когда ему захочется. потому что понимает ваня, что целоваться с пешковым его самое любимое занятие на свете.