Любите, несмотря ни на что

Летом светает рано. Уже в полчетвёртого утра первые солнечные лучи робко начинают освещать землю. Арсений сидит на подмостках, обняв свои ноги, и наслаждается предрассветным спокойствием. Над рекой и её берегами лежит пушистый туман, пуская по коже холодок, а от комаров не спасает даже спрей, но это всё мелочи. Небольшая деревня ещё спит, и даже самые ранние бабульки не спешат выводить своих коров на поле. Арс слышит шаги позади и настораживается. Опять-таки, в такую рань все либо спят, либо сидят дома, но уж точно не шастают по улице. Он оборачивается через плечо и видит высокого парня примерно его возраста, уже подходящего к этим самым подмосткам. Попов его видел лишь пару раз, и то издалека. Вроде тоже приехал в деревню на лето к бабушке. — Не против? — почти-незнакомец оказывается совсем рядом и кивком головы указывает на место рядом с Арсением. — Нет, — голос от долгого молчания охрип, поэтому приходится прочистить горло, откашлявшись, в то время как парень плюхается рядом. — А ты чего здесь в такую рань делаешь? — опять задаёт вопрос почти-незнакомец, переведя взгляд на Попова. — Да так. Созерцаю утреннюю красоту, — легко усмехается. — А ты? Они говорят спокойно и расслабленно, будто знакомы уже долгое время, не желая нарушать утреннюю тишину. — Я в общем-то тоже. Плюс у меня небольшая традиция есть — встречать первый рассвет после приезда. — Интересная традиция, — хмыкает парень. — Кстати, Арсений. — Антон, кстати, — уже-не-незнакомец протягивает руку, которую Попов пожимает, — Приятно познакомиться, получается. — Взаимно. Они молчат некоторое время, глядя на водную гладь. Тишину нарушает Попов: — И давно ты сюда приезжаешь? — Чуть ли не с самого рождения, — мечтательно улыбается Антон. Это место явно ассоциируется у него с лучшими воспоминаниями, — Почти шестнадцать лет, выходит. А тебя, Арсений, здесь раньше не видел, — он с интересом смотрит на Арса. — Да я и был-то тут всего один раз, и то пару дней. Обычно бабушка сама к нам приезжала, а сейчас вот я к ней. — А можно вопрос? — спрашивает Антон. — Можно. — Почему именно Арсений? Такое странное имя... Нет, не в плане, что оно какое-то некрасивое, просто… необычное, — скомкано спрашивает парень, а брюнет беззлобно фыркает в ответ. — Мама думала, что я стану председателем колхоза, — усмехается он. — Серьёзно? — парень смеётся. Арсений кивает и подхватывает его смех. В ту ночь парни так и не ложатся спать, так как сначала разговаривают обо всём, а после Антон вызывается провести экскурсию по окрестным местам.

10 лет спустя

— Шастун, куда ты меня тащишь? — восклицает Арсений, когда из-за закрытых повязкой глаз спотыкается и чуть не падает. — Это сюрприз! — Антон своих карт не раскрывает и продолжает за руку вести парня в очень хорошо знакомое, но пока неизвестное Попову место. — Открывай, — спустя пару минут ходьбы говорит Шастун и помогает снять повязку. Как только Арсений фокусирует своё зрение, он видит, куда его привели. Это же их место, родные подмостки, на которых много лет назад началась их история. На деревянном сооружении застелен плед, на нём стоит корзина, очевидно, с какой-то едой и небольшой букет из полевых цветов, которые Попов просто обожает. — Ты такой романтик, Шастун, — он ярко улыбается, обнимает и нежно целует Антона. Парень отвечает на поцелуй и ласково обнимает в ответ, положив руки на талию партнёра, — Спасибо. — Ты тоже почти Шастун. И не за что, — Антон светится ярче солнца, которое только восходит. Он не в силах отлипнуть от Арсения и, продолжая обнимать того за талию, ведёт к подмосткам. Как же быстро летит время. Кажется, только вчера они познакомились на этих самых подмостках, а уже послезавтра у них свадьба. — Антош, я тебя так люблю. Очень-очень сильно, — уже усевшись и положив голову на родное плечо, шёпотом говорит парень, глядя в зелёные глаза. — Я тебя тоже очень-очень люблю, Арсений Шастун, — он целует его нос-кнопку и тоже смотрит в голубые глаза, пожалуй, самого родного человека на этой планете. Где-то в маленькой деревушке на рассвете сидят на подмостках два человека, которые любят друг друга. Любят друг друга несмотря ни на что.