Забытый кошмар

Техно устало поморщился, откладывая книгу и надетые для чтения очки в сторону. Время близилось к ночи и в такое время Филза уже гнал своих сожителей в кровати, но сейчас их личный «домомучитель» находится далеко за стенами дома, поэтому мужчина позволил им такую роскошь, как не спать до полуночи. Томми же был только рад возможности заняться своими делами в вечернее время. Именно поэтому юноша почти сразу же после ужина собрался в псарню — подрессировать своих новых любимчиков. Мужчина на это всегда лишь закатывал глаза — парень разбаловал не только воинов, но и их личных волков, которые когда-то своими зубами дробили кости их врагов. Теперь же Техно не раз видел как эта белоснежная гурьба носилась за звонко смеющимся мальчишкой и выглядела не как опасная стая, а группа совсем молодых щенков. Это раздражало и веселило одновременно — поэтому Техноблэйд старался занять время юноши хоть какой-то работой, лишь бы он не бежал баловать их верных волков. Прямо сейчас Томми должен был закончить свои телячьи нежности с пушистыми шкодниками и принести в дом парочку мечей, которые Техно собирался проверить и по необходимости починить. Всё же, рано или поздно им придётся взять в руки что-то весомее тренировочных деревяшек. Так что стоит позаботиться о своём вооружении заранее. Неожиданно, послышался стук в дверь. — Ха, что-то вы опоздали, — с напряжением в голосе усмехнулся Техно, аккуратно поднимаясь со своего места. — Фил ушёл ещё с утра, а воскрешать начали только под вечер, — эта странная шутка показалась особенно смешной, если не считать всей странности происходящего сейчас. Мужчина точно понимал, что Филза не мог вернуться настолько быстро — путь до одного Киноко занял бы пол дня, а после этого ворон намеревался посетить парочку небольших деревень южнее, где местные жители с радостью продавали товар даже таким неоднозначным личностям как Ангел Смерти. Техноблэйд впервые поймал себя на мысли, что не хочет открывать дверь и смотреть в лицо очередного гостя, что он просто хочет убежать от неизбежной правды. Это было в новинку для такого храброго человека, как он — Бог Крови славился своим нравом и неиссякаемым желанием вступать в битву. И вот, теперь он, стоя перед несчастной дверью, не хочет её открывать. Он хочет позорно развернуться и вернуться в удобное кресло, открыть оставленную книгу и сделать вид, что ничего не происходит. И всё же… он щёлкает громоздким замком. — Уф, я думал, что вы уже померли тут, пока я не приходил, — довольная улыбка вторила той, что яркими чёрными полосами на белой маске закрывала её. — Доброй ночки, Техно. — Дрим, — напряжённо выдохнул Техно, смотря на присыпанную снегом фигуру и экстренно придумывая причину для того, чтобы закрыть дверь прямо перед чужим носом. — Ага, спасибо что вспомнил, — усмехнулся визитёр, нагло обходя замершую в дверях фигуру и осматривая окружающий интерьер, будто и вправду отлично видел сквозь небольшие отверстия в маске. — Ого, да вы тут ремонтик замутили? А что, выглядит очень даже — теперь эта халупа хоть похожа на дом двух уважаемых воинов. — Что тебе снова здесь нужно? — Техно внимательно следил за чужими движениями, силясь понять, что за вести мог принести этот зелёный подонок на этот раз. Обычно Дрим приходил к ним раз в два-три месяца, чтобы потрепать нервы, а также принести последние новости, которые они могли пропустить во время своего уединения. Техно был против таких гостей, но Филза молчаливо молил не нарываться на новую драку, так как им и вправду было на руку то, что им доставляет новости один из лучших разведчиков прошлых войн. Дрим давно отошёл от какой-либо из сторон, поэтому был одним из немногих, с кем мужчины поддержали нейтралитет даже после разрушения Мэнбурга. Однако теперь всё изменилось. Теперь у Техно в доме возродившийся подросток, чья личность играет далеко не последнюю роль в жизни самого Дрима. Так что мужчина даже представить не мог, что произойдёт при их встрече, поэтому сейчас было необходимо как можно скорее получить явно срочную информацию и отправить визитёра восвояси. — Что-то ты какой-то совсем неприветливый, — театрально вздохнул Дрим, проходя дальше и рассматривая новую утварь чужого дома. — Я, вообще-то, принёс очень важную новость, которая будет интересная непосредственно тебе, однако, я уже начинаю сомневаться в том, что ты хочешь её услы-… — парня неожиданно прерывают, кидая ему мешочек с игриво позвякивающими изумрудами, — ладно, теперь я верю. — Выкладывай, что там у тебя и проваливай, — рыкнул Техно, молясь всем богам, чтобы Томми вновь ослушался его и задержался в псарне, занятый своими четвероногими друзьями. — Эх, вот хочешь поболтать с хорошими людьми, а они тебя взашей гонят, — Дрим явно наслаждался чужой спешкой и специально тянул время, чтобы узнать причину. — Но, так и быть, я выполню твою просьбу — от оплаченной работы не отказываюсь, — он быстро убрал позвякивающий мешочек себе в сумку и обернулся в нервному собеседнику. — Думаю, ты знаешь, что после войны Лас-Невадас и Сноучестера, между ними был подписан мирный договор, который обговаривает все условия их сосуществования. Однако, где-то неделю назад Таббо впервые самолично отправился в Лас-Невадас и подписал новые бумаги о экономическом партнёрстве. Я точно не знаю, что планирует этот сумасшедший паренёк, но после этого Квакити возобновил работу нескольких заводов. Я ничего не утверждаю, но Джордж и Сапнап очень обеспокоены таким… союзом — Киноко вновь может оказаться камнем преткновения, — голос Дрима стал намного серьёзнее в момент его рассказа. Каким бы инфантильным придурком в глазах других он не казался, Техно точно знал о его великих стратегических познаниях. Будь он у руля какого-то государства, и легенды о падении великих городов стали бы вопросом времени. — И ты принёс мне эти сплетни в такой поздний час? — недовольно буркнул Техноблэйд, мысленно всё же начиная придумывать возможные повороты событий. Новый союз мог стать угрозой для остального мира. — Если это всё, то можешь выме- — Техно! Смотри какой подарок принесла мне Тикки! — до ужаса довольный Томми подобно урагану ворвался в дом, широко распахивая входную дверь. Видок у парня был тот ещё. Весь перемазанный в непонятно откуда взявшейся крови он сжимал заляпанный такими же багровыми пятнами меч, а в другой руке держал что-то пушистое и активно истекающее источником грязи. И всё же, Томми был до ужаса доволен и не обращал внимания на некоторые «особенности» своего внешнего вида. — О, Дрим, сколько лет, сколько зим, — неожиданно встрепенулся Томми, впервые за долгое время видя того, кто ни на дюйм не изменился за всё прошедшее время. Дрим был точно таким же, как успел его запомнить в своём времени Томми — странным придурком в маске и в извечном зелёном балахоне а-ля плащ. На миг в душе появилась маленькая надежда, что Дрим тоже воскрес в этом мире. — Дрим? Однако, кажется, незваный гость был не настолько рад этой встрече. Техно медленно повернулся к замершему на месте Дриму, ожидая увидеть на его лице, что отлично просматривалось сбоку, удивление или злость — вполне ожидаемые эмоции при виде воскресшего соперника, однако, мужчина нашёл нечто другое. В зелёных глазах плескался поистине животный ужас, а нижняя губа нервно дрожала от сдерживаемых криков. Техноблэйд с удивлением понял, что сейчас их неожиданный гость напуган до смерти. Его напугал Томми. — Дрим? — Томми явно не понимал, почему все так резко замерли при его появлении, и сделал небольшой шаг навстречу. Это заставило Дрима ощутимо вздрогнуть и, сначала сделав шаткий шаг назад, обернуться и со всех ног броситься наутёк из треклятого дома. Уже вылетая за порог, он вновь услышал оклик этого пугающего голоса, который не раз приходил в его кошмарах. Парень трясёт головой и, не разбирая дороги, рвётся вперёд, подальше от этого места, подальше от кровавой фигуры и стойкого запаха смерти. Буря бьёт его по лицу и смещает маску вбок, но Дрим не обращает на это никакого внимания, путаясь в ногах, падая в глубокие сугробы, но упорно продолжая свой бег. Только возле первых деревьев он позволяет себе напуганным зайцем замереть и оглянуться назад, проверяя собственный след на наличие погони. Никого. Дрим, содрогаясь от ужаса и покидающего его тело адреналина, падает на запорошенную землю, вцепляясь в собственные плечи и смотря на белёсое марево перед глазами. Дыхание давно сбилось и лёгкие режет от холодного воздуха, что огромными порциями проникает и выходит из него. Дрим вновь неверяще оглядывается назад. Никого. Только снующие туда-сюда толпы снежинок, медленно заметающие его неряшливые следы. Дрим чувствует, как из тьмы ночного неба на него смотрят. Голубые глаза в насмешке щурятся и следят за ускользнувшей в последний момент добычей. Его нашли. Он вернулся.

***

— Фил! Фил, подожди! — неожиданный оклик заставил мужчину неловко замереть, недоверчиво оборачиваясь на знакомый голос. Он уже собирался покидать пределы Киноко, закупившись всем необходимым, и остановился на небольшой полянке, дабы комфортно взлететь. К нему со всех ног бежали Сапнап и Джордж, чем привлекали кучу ненужного внимания. Конечно, увидеть двух важнейших людей города бегущих к какому-то ободранному старику было чем-то за гранью реальности. Именно поэтому все горожане как-то вмиг смолкли и неотрывно следили за разворачивающимися событиями. — Сапнап, Джордж, — кивнул в знак приветствия Филза, чувствуя себя жутко некомфортно в центре чужого внимания. — Фил, нам хотелось бы кое-о-чём поговорить, — отдышавшись, первым завёл разговор Сапнап. Джордж же, явно непривыкший к таким пробежкам, стоял рядом и загнанно дышал, посматривая на ворона. — Ам, это обязательно делать здесь? — неловко прижал к себе сумку Филза, осматриваясь вокруг и видя приближающихся к ним стражников Киноко. Видимо, не только ворона эти двое застали врасплох — их личное сопровождение было явно не в восторге от прыткости своих правителей. — Нет, мы бы хотели пригласить тебя в чайный домик неподалёку, — отдышавшись, Джордж поправил растрёпанные кудри и кивнул в сторону великолепного дома. — Это наше личное здание и там нет лишних ушей. — Что ж, тогда, как же я могу отказаться от приглашения самих правителей Киноко, — улыбнулся Фил, смотря на ребячество таких высокопоставленных людей. Всё же, эти двое хранили ту самую искру искренней довоенной радости и энтузиазма, которую потеряли многие из них. Под внимательные взгляды толпы они прошли в величественный чайный домик, в котором их встретили женщины в цветочных кимоно. Им учтиво поклонились и проводили в «специальную» комнату. Ей оказался впечатляющий зал с горами мягких подушек и небольшим столиком посередине. Парни явно использовали это место для переговоров с важными личностями. Филза даже усмехнулся с этого факта, так как себя важным он отнюдь не считал. — Так что же вам нужно от такого старого ворона, как я? — присаживаясь на предложенное место, Фил осмотрел парней, которые разместились по другую сторону чайного столика. — На самом деле, мы бы хотели попросить тебя об одной услуге, — взял на себя право рассказчика Джордж. Он наклонился в сторону своей небольшой сумки, которую не оставлял ни на минуту, и достал из неё свёрток пергаментной бумаги. — Мы знаем, что ты владеешь множеством рецептов траволечения и хотели бы попросить тебя сварить одну настойку для нас. Ингредиенты находятся здесь, а оплата будет такая, какую ты пожелаешь — мы можем заплатить деньгами, а можем оказать услугу. — И какая же настойка вам требуется? — поднял бровь Фил, слыша столь необычную просьбу от юноши. Уже давно никто не вспоминал о его навыках, приобретённых за долгую жизнь странника. Только в военное время некоторые люди приходили за настоями для лечения ран или противовоспалительными. — Снотворное, — коротко ответил Сапнап, забирая свёрток из рук Джорджа и вручая его Филзе, который сразу же поспешил взглянуть на предоставленный набор. — Хм, интересный выбор, — протянул Фил, разглядывая множество различных засушенных ягод и травинок. — Здесь очень много успокаивающих средств, а так же тех, что используют для вызова галлюцинаций. С кем-то из вас случилось что-то серьёзное? Может, стоит сходить к Паффи? Некоторые кошмары не лечатся снотворным, а лишь усугубляются ими. — Он не хотел ходить к… — устало выдохнул Сапнап, но мигом остановился, понимая, что только что выдал лишнюю информацию. Филза же сразу опознал нужную часть оговорки. — Господи, Сапнап, ну хоть раз ты мог не проебаться, — страдальчески протянул Джордж, проводя ладонью по лицу и кидая настороженный взгляд на их гостя. — Да, это не для нас. Это для Дрима — он уже несколько лет мучается от кошмаров и ничего из имеющегося у нас не помогает. — Несколько лет? И он до сих пор не сходил к Паффи? — поразился уровню чужого безразличия к собственному здоровью Филза. Он всегда знал, что этот парнишка в первую очередь думает о близких и лишь потом о себе, но чтобы настолько. — На самом деле, всё это не происходит постоянно, иногда бывают перерывы на несколько месяц, а в последний раз это продлилось полгода, но месяц назад… — Джордж досадливо поморщился, — кошмары вернулись вновь и стали ярче. Он стал чересчур нервным и даже не спал первую неделю. — Вы знаете содержание этих кошмаров? — чуть подумав, спросил Фил, однако на него сразу же направилась пара недоверчивых взглядов. — Это нужно для того, чтобы наметить путь лечения. Если это что-то из настоящего, то настои могут помочь, а если из прошлого, то тут необходимо более глубокая практика психологии. Парни быстро переглянулись между собой, кажется, мысленно общаясь и что-то решая для себя. Их «диалог» закончился тяжёлым вздохом Джорджа и внимательным взглядом Сапнапа, обращённого к притихшему ворону. — На самом деле Дрим мало рассказывал о своих кошмарах, — кажется, их общим решением было приоткрыть завесу тайны этих двухлетних мучений друга. — Чаще всего это происходило непосредственно ночью, когда он подрывался с криками и молил не убивать его. Сначала он хранил их содержание в строжайшем секрете, но спустя месяц недосыпа он сдался и рассказал всё нам. — Фил, знаешь, Дрим никогда не желал убивать людей, — занял место рассказчика Джордж, — он до последнего использовал лишь оглушение, поэтому смерть Томми стала для него большим ударом. Ты знаешь, что они когда-то даже были… приятелями? До всей этой военной кутерьмы. Незаметно, но во время упоминания сына Фил напрягся. — Именно поэтому, мы даже не удивились, когда узнали, что в кошмарах Дрима именно Томми является причиной его страхов, — вздохнул Джордж, смотря на разбросанные подушки, которые когда-то они использовали для шуточной борьбы с друзьями во время отдыха в чайном домике. — В них Томми сам не свой и одержим местью. Дрим не рассказывал нам никаких подробностей о том дне, но мы видим, что его сожаление переросло в маниакальный страх за свою жизнь. — В кошмарах Томми воскресает и убивает Дрима, раз за разом, — подвёл итог их странного рассказа Сапнап. — Недавно он сказал, что ему нужно успокоить свои мысли, так что, думаю, Техно в скором времени увидит его на пороге. Впрочем, Дрим подготовился и добыл интересную новость, которая не более чем причина, чтобы войти в ваш дом и убедиться, что ему ничего не угрожает. Да, это ст-… Фил? — Сап неуверенно запнулся, смотря на ошарашенно замершего собеседника. — Мне надо домой, срочно, — резко подскочил Филза, выходя из своих мыслей. — Я приготовлю вам настой и принесу позже, — кинул он напоследок, выбегая из комнаты. — Стой. Что? Фил! — в унисон вскрикнули парни, в шоке смотря на распахнутую дверь. — Хах, кажется, кто-то и вправду «успокоит нервишки», — нервно улыбнулся Фил, стремительно взлетая прямо возле выхода из чайного домика. Его сейчас не волновали возможные разрушения от могучих порывов ветра, ведь его цель требовала скорейшего возвращения домой. «Только бы они не натворили дел»

***

Дрим отчётливо, будто просматривая вновь и вновь, помнит эти события. — Просто оставьте нас в покое! — озлобленный крик Таббо заставляет изменить запланированный маршрут и резко завернуть за груду обломков. Дрим был вымотан продолжительным сражением, но он знал, что силы союза ещё не исчерпали себя. — Хорошо, — слышит от надрывистых вздох и, наконец, его взгляду предстаёт до боли знакомая долговязая фигура молодого воина Синдиката. Они встречаются взглядами. — Что ты здесь делаешь? — сразу же ощерился Томми, смотря на своего бывшего приятеля. Он держал свой меч наготове и явно следил за любым позывом обнажить его в сторону неожиданной преграды. — Я спасаю невинных людей от смерти, — выдохнул масочник, молниеносно вытягивая меч из ножен и направляя его в сторону замершего парня. — У меня есть задание и ты не помешаешь мне его выполнить. — Хочешь принести головы лидеров всех трёх держав и склонить людей к миру? — насмешка так и сочиться из изломанных в ухмылке губ. Ещё никогда это по-детски невинное лицо не искривлялась в подобных гримасах, а в глазах не светилась безумная боль. Томми был сломлен, разбит и морально уничтожен — неизвестно, было ли то влияние его «соратников» или на нежной душе военные раны оставили слишком глубокие раны. Сейчас на его месте стояла лишь жалкая копия, которая молила о свободе. Дрим решил исполнить последнее желание друга. Потерявший страну, друзей и близких, Томми более не видел смысла в борьбе — его моральные рамки размылись, стали рассыпчатее прибрежного песка в знойный день. Даже его отца поглотила пучина страданий и боли — в кристальных глазах читалось желание покоя, однако, понятие о нём у каждого разное, и Синдикат видел покой во всеобщем безвластии. Мечи со звоном столкнулись в смертельном танце. Томми был научен опытом множества воин, он побывал в горячих точках, которые Дрим мог только представить, однако его душевное состояние оставляло желать лучшего. Дрим же по большей части занимался мелкими делами, которые явно не годились на военном поприще, но прямо сейчас он, как и его соратники, желали остановить век безудержного кровопролития. Он боролся за правду, за свободу, за истинный мир. Одна ошибка, один неверный шаг и Томми летит на грязную землю, запуская в воздух тысячи мутных брызг. Дрим не собирается медлить — он знает свою цель и даже если ради неё придёт похоронить свои чувства, он положит их на алтарь общей победы. — Ты не останешься безнаказанным, — с сумасшедшими искрами во взгляде выплёвывает Томми. Его лёгкое пробито и следующей целью станет израненное сердце. Его время на исходе. — Клянусь, я вернусь. Я вернусь и пущу твои внутренности по ветру. Я расскажу этому миру о том, что бывает с теми, кто… И на этом закончилась его пламенная речь. Точное попадание в левую часть груди прервало истончившуюся нить чужой жизни. Дрим наблюдал, как медленно гаснут полюбившиеся голубые глаза, как меркнет ярчайший свет в его жизни. Только что он, собственными руками, оборвал существование того, кто когда-то до хруста сжимал его в объятьях. — Ха-ха, ты убил его, — неожиданный смех со стороны Таббо вырывает Дрима из глубин собственных мыслей. Масочник ошалело смотри на парня, что не мигая наблюдает за трупом лучшего друга. И вдруг. — ХАХА, ТЫ УБИЛ ЕГО, — Таббо заходится в неудержимом хохоте, сгибаясь пополам и царапая землю поломанными ногтями. Он корчится на земле, выплёвывая новые и новые порции истеричного смеха. — ТЫ УБИЛ ЕГО. ОН УМЕР. ОН МЁРТВ. МЫ ВСЕ УМРЁМ… Дрим отшатывается, в сторону с ужасом глядя на обезумевшего юношу. Уродливые шрамы до красноты натягиваются на искажённом истерикой лице, а в глазах бушует ядовитое беспамятство. Таббо вновь и вновь, как заученную перед алтарём мантру повторяет эти слова, медленно соприкасаясь лицом с грязной землёй, но не переставая извергать уже хриплые вопли безумной радости. Дрим смутно помнит оставшуюся часть того дня, но поле боя он покидает досрочно — в мыслях всё ещё труп Томми под его ногами и набатом стучащие в висках слова Таббо. Всю последующую неделю он не мог спокойно спать. Впрочем, мало кто из участников прошедшей бойни мог похвастаться долгими часами беспамятства во владениях сна. И вот, на седьмой день его разум просто отключается, позволяя телу окунуться в тёмные, как безлунная ночь, кошмары. Он вновь видит залитое кровью и грязью поле. Он видит обломки великий зданий. Он слышит надрывный смех Таббо. Он видит, как медленно открываются белёсые глаза проткнутого его мечом Томми. Он наблюдает, как посиневшая рука тянется к его шее. Он чувствует, как покидает его тело жизнь, стоит шейному позвонку переломиться от чужой силы. Дрим просыпается в час ночи, крича от боли и страха. Джордж и Сапнап не оставляют друга в одиночестве и всячески поддерживают его в ту тёмную пору. Он не раз и не два будил их своими вгоняющими в ужас криками, но парни упорно бежали в гостевую спальню, чтобы обнять дрожащее тело и нашептать кучу глупостей, которые успокоят рвущееся из груди сердце. Дрим приходил в себя лишь спустя мучительных полчаса — разум всё ещё находился среди развалин, захваченный мертвецким взглядом голубых глаз. Со временем Дрим перестал кричать, привыкая к тому, что каждую ночь вынужден умирать. Он считал это собственной расплатой, карой за самовольную казнь, однако, даже спустя год его не покидали страшные образы. Они стали частью его существования, настолько прочно въелись в разум, что Дрим и забыл, какого это — жить полноценной жизнью. Он стал навещать изгнанных Фила и Техно, чтобы лишний раз убедиться, что Томми никогда не вернётся и его воображение лишь вновь и вновь ставить ему препятствия на пути к спокойной жизни. Иногда Дрим даже расспрашивал их о белокуром юноше, но те были слишком огорчены его потерей, чтобы беседовать с убийцей. Дрим их понимал и поэтому лишний раз не трогал эту щепетильную тему. Однако, месяц назад кошмары вернулись и стали другими. Теперь Томми не спешил убить его сразу, а некоторое время вёл себя так, как Дрим мечтал в своих снах. Паренёк сладко улыбался, наваливаясь сверху и щебеча кучу глупостей об очередной вещи, что нашёл во время прогулки. Дрим лишь периодически кивал и слушал, слушал, слушал этот звонкий голос. И всё же, кошмары на то и кошмары, чтобы приносить боль их обладателям. — А знаешь, я бы мог всё это сделать, — как всегда, голос Томми за секунду терял всю свою искренность и солнечность, становясь похожим на запись магнитофона. — Да только ты же убил меня. Убил меня. Убил меня. Убил меня. Эти слова звучали из каждого уголка некогда солнечного мира, а чужая тяжесть со спины представлялась мёртвым грузом подгнившего в земле тела. Дрим отпрыгивал в сторону и с ужасом наблюдал, как ломаются полые кости под зеленоватой кожей, как течёт трупная жидкость из пустых глазниц и как сухие губы вновь и вновь шепчут два проклятых слова. Дрим убил Томми. Дрим распалится за это. Рано или поздно.