Фотография на память

Джозеф улыбнулся, видя легкую и сдержанную радость Эзопа, когда он поймал очередную лягушку. Видимо, вчерашней ему было мало, да и наверное после фотосессии. Он никак не изменился за год. Парень все еще готов был ползать по земле и собирать какую-то живность ради своих грязных дел. Голубые глаза упали на землю и с особой четкостью охотник пронзил своим мечом какую-то убегающую мышь. Эта чуткость, прекрасный слух и реакция - все это далось ему, когда он пришел в особняк в роли охотника. —Ma Muse, Здравствуй! Наконец вышел из тени Дезольнье и подошел ближе к Эзопу, который в испуге отступил на несколько шагов. Конечно, после вчерашнего он был просто в бешенстве и Джозеф явно не тот, кого он хотел видеть. Но только парень собирался сбежать, как охотник протянул тому руку, зажатую в кулак. Конечно, тут уже сыграло любопытство и бальзамировщик, хоть и издалека, но стал пытаться понять, что держит фотограф. Ответ пришел сразу, мужчина открыл руку и там лежала мертвая мышь, которую он минуту назад убил. —Je voudrais m'excuser, chéri Фраза на незнакомом языке, заставила вновь Эзопа отступить на шаг и непонимающе посмотреть на Джозефа. Но даже в этой ситуации он молчал, словно вообще не умел говорить. Это была его транная особенность: мрачный и неприступный бальзамировщик, который ночью, вдали от чужих глаз, занимается "украшением" трупов. Он называет это путешествием, а сам парень проводник на последней остановке —Не делай такое лицо, chèri. Мне хотелось бы извиниться перед тобой, за то, что наше знакомство прошло именно так. Моя страсть к таким моментам, к таким редким и чувственным моментам сильнее разума. Поэтому сейчас, я хотел бы исправить свое ужасное поведение и вновь познакомиться при более нейтральных обстоятельствах. Эзоп отвернул голову и поправил маску на лице, поднимая ее выше на нос. Парень не мог просто так поверить своему мучителю ‐ это было бы просто ненормально —Я не хочу с вами знакомиться! Через зубы сказал бальзамировщик, отходя к своему ящику, который с хлопком закрыл и поднял его к своей груди. Кажется, вне матчей, это было его любимое положение —Прошу тебя, cher, дай мне еще один шанс. Бальзамировщик посмотрел на фотографа, что все еще тянул к нему руку и та все еще не дрожала, что его даже как-то пугало. Но разве он настолько наивный, что вот так просто согласиться? Нет, он не собирается... Но в тоже время, очень интересно, что же взамен может предложить Джозеф... Что же, что же... Эзоп встал на ноги и еще раз оглядел Дезольнье, а затем с тяжелым выдохом кивнул, подошел к охотнику и взял с его руки мышь, которую закинул в чемоданчик. Интерес взял верх и он решил попробовать все таки "сдружиться" с фотографом, в надежде, что тот больше не сделает подобных глупостей *** Эзоп приоткрыл глаза и стал сладко зевать. Вчерашний день его вымотал, весь вечер с Джозефом был хоть и приятным, они смогли найти общие темы, но его это изнурило в ноль. Только парень хотел подняться с кровати, как почувствовал, что на его движения, кто-то крепче прижал его к себе. Парень поднял глаза и чуть не закричал от увиденного. Его маленькое хрупкое тело обнимали холодные руки, а в волосах было чье-то бледное лицо. Тяжелое дыхание заставляло тельце дрожать. Фотограф обнимал его и тихо посапывал. Они спали вместе?! —О-отпусти меня! Воскрикнул бальзамировщик и оттолкнул от себя Джозефа, из-за чего тот проснулся. Когда высокая фигура села на кровать и стала потирать глаза, то Эзоп чуть дар речи не потерял, когда увидел, что тот лежал без верхней одежды. А после глянул на себя и также вскрикнул, начиная прикрываться одеялом —Какого черта, почему мы в одной кровати?! Уже более тихо, но с той же паникой в голосе спросил парень, а в ответ услышал лишь сонный смех Джозефа —А ты разве не помнишь?)