меняю свой мир.

«Шум воды, и звук железа. Вода что течет из шланга. Прямо на кафельный пол смывая грязь, пот. Кровь. Боль. Специальные ножи из нержавеющей стали, которыми разрезают плоть. Принося боль и печаль.» Все это Эвин иногда все еще слышит и видит во снах, уже не так явно, как раньше, но все еще пугающе острое, как ночной кошмар. Каждые семь лет, он сбрасывает старый облик что бы вновь стать на семь лет моложе, это генетическая модификация его тела, приобретенная в ходе незаконных исследованиях. Не нужная ему, в сущности, возможность, не дающая ему нормально жить. Проснувшись утром, молодой человек снимает ошметки кожи со своего лица и тела, и идет в душ. Он уже неделю ни где не появлялся, сегодня как в библейском сотворении мира, седьмой день преображения. Он снова стал 20-летним юнцом, волосы отросли до талии за эту неделю и стали на один тон темней. Глаза снова приобрели шоколадный оттенок и утраченную зоркость. Это единственные плюсы от трансформации. Выверенным жестом молодой человек померял температуру тела. И включил горячую воду. Холодное как у земноводного, с тихим дыханием. Эвину хотелось тепла, солнечного света, и крепкого сна. Но в это утро ему придется, собрать вещи, убрать или выбросить не нужное и переехать на новое место. Новые документы, новая личность, и старые сны. Все начинать сначала. Да и ошметки кожи и выделений следовало убрать. Обычно он выбрасывал их как мусор в черном пакете. -Я тебя ненавижу, - шепчет он с улыбкой своему запотевшему отражению в зеркале, размытые черты, измененная внешность. Лицо снова новое, оно изменилось стало другим не знакомым пока. Как ему себя величать получеловек? Или человек с особенностями? Или... Ненависть отступает. Сегодня первый день новой жизни. Позже с легким чемоданом и рюкзаком за спиной, он заходит в дешевую парикмахерскую. Женщина средних лет пьет воду из бутылки, в её салоне мало посетителей. И этот панк с длинными волосами не вызывает у неё никакого желания работать. Парень смотрит долго на расценки. Потом вежливо кивает и садиться в одно из двух свободное кресло, перед блеклым старым зеркалом. - Подстригите как можно короче, -просит он, его ласковые интонации в голосе, заставляют женщину вздрогнуть. И она сама того не понимая подчиняется его просьбе. В ходе стрижки, она рассказывает молчаливому клиенту, как тяжела её жизнь, что посетителей мало и заработка едва хватает на жизнь. Но так у многих в этом районе. Он внимательно слушает, в его взгляде понимание и сочувствие. Стрижка закончена. Молодой человек теперь выглядит еще моложе. Его прохладная кожа, на удивление приятна на ощупь. Женщина вздрагивает, как будто бы её застали за неприличными приставаниями к ребенку. Юноша улыбается, благодарит и оставляет чуть больше положенной платы. Только покинув салон молодой, теперь, «человек» позволяет себе передернуть плечами, ему неприятны прикосновения, но он давно научился пользоваться своей не свойственной людям притягательностью. Теперь ему нужно сфотографироваться в дешевой фото кабинке, фотография на новый паспорт. С этими документами, он получит вполне себе легальный паспорт в этом отсталом районе не большого провинциального городка, в котором он провел последние три месяца. Правда придется еще раз напрячься и повлиять на женщину в паспортном отделении, что бы она не увидела в его документах неточностей в фамилии и проставила снова 20 лет. Кепка. Старые потертые джинсы, рубашка слегка полинялая, но чистая. Рюкзак и чемодан. « Эвин Статикан» 20лет. Место проживание Провинция. Место рождения деревня. Теперь он снова студент. На сей раз выбор пал на профессию экономиста. Молодой человек накидывает на плечи легкую куртку, она скроет его руки и шею. Он не давно приехал в центральный город и сегодня подает документы на зачисление. Институт не самый престижны, но достаточно бюджетный. Для спокойной жизни еще на семь лет… Часть накопленных сбережений ушло на покупку квартиры, и на велосипед. Он все продумал, это не первая его жизнь. Но в душе по-прежнему тоскливо и одиноко. Хочется тепла, и своеобразного уюта. Он уже давно смирился с тем, что не может умереть, и ему некуда стремиться в жизни. Ведь эта жизнь коротка, всего семь лет. С этими мыслями он заходит в кабинет, где сидит приемная комиссия, он один из первых студентов, пришедших сегодня рано утром. Юноша рассматривает внимательно присутствующих здесь учителей, три женщины разного возраста и четверо мужчин. Самый молодой проверяет его документы, рядом с ним девушка заносит документ в компьютер. Сканируя и печатая. Очень быстрая и улыбчивая. Его быстро заносят в реестр учащихся, выдают кипу сопроводительной документации и отпускают с пожеланиями увидеться через месяц. Выходя, Эвин слышит, как старшая из женщин в секретариате приемной комиссии жалуется на жару и духоту. …- День сегодня будет душным, удивительно как эти дети и в жару таскают свои новомодные куртки. Нехотя молодой человек снимает куртку, да сегодня будет странно если он будет её носить. Термометр на градуснике показывает летнюю жару в 30 градусов, но это еще утро, а что будет дальше днем. В коридорах учебного заведения пока нет суеты, редко встречаются учащиеся или зачисляющиеся. Молодой человек поднимается по лестнице на верх четырехэтажного здания со множеством кабинетов, изучая этажи. Он не торопиться. Чем выше, тем теплее для него и жарче для остальных. На крыше самое пекло полуденное солнце припекает. Он присаживается не далеко от дверей впитывая в себя палящий свет солнечных лучей. Греется, как большая змея на солнышке зажмурившись от удовольствия и неги. Пара часов солнечных ванн приводят его в хорошее расположение духа, жизнь уже не кажется «отстойной и тоскливой». Спускаясь вниз по лестнице, он случайно становиться свидетелем так называемого «булинга» трое старших студентов пристают видимо к пришедшему зачисляться школьнику. Все четверо видимо знакомы, школьник пытается вырваться из сильных рук что его держат. Эвин прошёл бы мимо если бы парни просто мутузили друг друга кулаками. Как это было раньше. Но сейчас он видел именно насилие. Над этим ребенком эти трое явно хотели сотворить что то непотребное. -Привет, - в его шипящем голосе отражаются нотки подчинения. И все четверо смотрят на него. - Отпустите. – это приказ и взрослые парни нехотя разжимают руки отпуская свою жертву. - Уходи. – говорит он дрожащему пареньку, который судорожно поправляет рубашку на груди и застегивает трясущимися руками ремень. Подхватывая свои брошенные вещи, он спешно убегает. - Закройте глаза. – Эвин шепчет нежно, и парни его слушаются. – Считайте до ста. Пока эти трое как заведенные ведут счет, молодой человек удаляется. Вряд ли они смогут его запомнить, после отсчета их память на эти несколько минут сотрется из воспоминаний, если их никто не прервет. Сила внушения не терпит суеты и резких движений. Но и его она задевает, расходуя силу. Организм устает. Покинув институт, молодой человек направляется к остановке сейчас он едет в храм. Сегодня он снова навестит своего очень старого друга. Сложив руки в приветственном жесте, юноша присаживается на против очень древнего монаха, тот шепчет себе под нос сутры и не обращает внимание на пришедших. Но вздрагивает как будто бы проснувшись ото сна услышав знакомый голос. - Приветствую вас Досточтимый. Старик жмуриться стараясь разглядеть полуслепыми глазами пришедшего, разглядеть в нем знакомые черты. - Подойди ближе, не заставляй меня напрягать зрение. Юноша смиренно встает с колен и подходит практически в плотную. Молодые монахи косятся с удивлением. В храме не так много народа, сейчас обеденный перерыв буднего дня. Старик касается ссохшимися руками головы, лица, плеч юноши, обнимает его похлопывая по спине. - Ты почти не изменился, сколько я тебя знаю, - шепчет он, - приятно прохладен в эту жару, останься со мной на несколько дней в храме, хочу отдохнуть рядом с тобой. Юноша издает шипящий звук похожий чем-то на смех, который разносит эхо. - Останусь. - Так же тихо произносит он. Помогая старику встать, они направляются в жилые помещения для монахов. Самый младший из монахов, которые видели все происходящее, удивленно спрашивает у старшего. — Это новый послушник? - Нет, - один из старших провожает задумчиво взглядом старшего монаха и его спутника, - скорей всего какой-то из его пра правнуков пришел. Вроде один постарше приходил сюда месяца три назад. - А. – младший монах теряет интерес к произошедшему. Родственники любят навещать монахов. Хотя те уже давно стали служителями веры и проводниками в мире суеты. Старик и Юноша приходят в скромную комнатушку, там есть постель на одного человека, тумбочка и не большой шкаф. На тумбе стоит графин с теплой водой и стакан. Все очень аскетично. - Ты стар, зачем тебе прохлада моего тела, тебе бы солнышка и покоя. - Много ты понимаешь в людях, -шепчет старик, - я чувствую эту жару до самого сердца, и сейчас хочу прохлады. Юноша садиться на пол и в его объятия садиться старик. -Твое лицо изменилось, стало более привлекательным. – продолжает старик разговор, жара отступает и в маленькой комнате становиться прохладнее. Юноша как будто бы впитывает весь жар в себя. – рост и вес, наверное, не поменялись, тело все такое же. Снова будешь учиться. -Да, факультет экономики. — Это какая по счету профессия? - седьмая, думаю надо научиться считать деньги и высчитывать возможности, смогу не много пожить в комфорте. - семь лет. Сколько мы с тобой знакомы? Ммм. Дай как припомню, лет 70, наверное, плюс минус два-три года. Ты меняешься и снова приползаешь ко мне повидаться. Я уже так стар, доживу ли до следующего твоего преображения... - надеюсь доживешь, - шепчет молодой человек, растирая плечи старика, осторожными движениями делая массаж. - Когда умру, не забывай приходить на мою могилу, все же ты единственный кто у меня остался в этой жизни. Милана велела мне заботится о тебе. Она не простит меня если я оставлю тебя одного без помощи. - я приду, - тихо отзывается юноша. Он уже раз пять слышал о смерти от этого человека, в конце своих дней все о ней думают, все люди смертны. Он вспоминает их встречу, когда этому человеку было всего 9 лет, и свою неосторожность, когда он доверил ему свою тайну, когда тому исполнилось 20. В их жизни было многое, и ссоры, и риск, и взаимное уважение. Он для него стал братом, другом, отцом и дедом. И сейчас ему было тоскливо наблюдать увядание этой жизни. Терять дорогого человека всегда больно. Его жена была милой и возвышенной натурой, человеком большой души и сострадания. Благодаря им он перестал желать себе смерти, на какое-то время почувствовал узы семьи. Старик засыпает в его объятиях. И Эвин еще долго сидит, обнимая исхудавшее сгорбленное тело. ***