Безликий

— Итак, что я могу сказать. — хмурый Юнги сидел в гостиной, развалившись на кресле и нервно постукивая пальцами по подлокотнику. Рядом сидел не менее серьезный Чимин, а так же напротив них Хосок и Тэхен. Эти двое пока что находились на расстоянии, не собираясь ничего в ближайшее время говорить им о том, что между ними, потому что сами еще не до конца разобрались, да и нет на это времени сейчас. — Что мы в пиздеце, ребят. — Капитан очевидность. — хмыкнул Тэхен, теребя в руках пачку ягодной жвачки. Дурацкая привычка. — Что будем делать? Время идет, а продвижек никаких. Даже твоя мама не смогла найти ничего, за что можно было уцепиться. Остается только надеяться на то, что тайцы смогут найти хотя бы место, где держат родителей. Если не справятся они, я умываю руки. — Согласен. Дело херня. Но мы не можем просто так все бросить, сами понимаете. Чимин не может прятаться вечно — это просто не жизнь. — Дело ведь не только в Чимине. — тихо сказал Тэ, как бы напоминая Юнги о его проблеме. — Если ты о Чонгуке, то забей. Это не такой пиздец по сравнению со всем остальным. Тем более, он мертв, а разгребать делишки за него никто не будет — дурная слава, сам знаешь. Со всем остальным пообещал разобраться Намджун. Чимин тихо кашлянул, привлекая внимание. — Ребят, можно я кое-что скажу. — он встал с кресла и повернулся так, чтобы видеть всех в лицо. — Спасибо вам огромное всем, за то, что вы делаете. Я не знаю, как я буду с вами расплачиваться за все это, но я на самом деле благодарен. Если бы не вы, меня бы уже, наверное, на органы пустили. Я никогда не встречал таких людей, вы совсем не знаете меня, но помогаете. Юнги, я люблю тебя. Тэхен-хен, и тебя тоже, извини, если бы не я, ты бы не попал в аварию. Хосок-хен, ты тоже очень много делаешь для меня. — Чимин старался не расплакаться, чтобы не показаться нюней, и у него это получилось. Он с улыбкой смотрел на лица успевших стать ему родных людей и был счастлив. — Ой, да брось, никто от этой аварии застрахован не был, тем более, это чистая случайность. — улыбнулся Ви и, встав, подошел к Чимину и обнял его. Следом встал Юнги и сделал то же самое. Чимин рассмеялся, обнимая их. — Хосок, а ты чего в стороне? Давай к нам. — поманил его рукой Юнги. Тот слегка поколебался, но все же подошел, неловко обнимая эту компашку. Тут у Тэхена зазвонил телефон и он, выпутавшись из объятий, ответил. — Алло? Что? Серьезно? Срочно адрес мне и езжайте туда все. Думаю, оружие нам тоже понадобится. Вы знаете, что делать. — Юнги тут же напрягся, вопросительно смотря на друга. — Я же говорил, что они лучшие в этом деле. Нашли место, где находятся твои родители, Чимин. — Пак сразу побледнел. — Это недалеко от Сеула, какая-то то ли деревенька, то ли еще что. Отсюда примерно полтора часа езды. Нам нужно ехать туда. — Ты с ума сошел, Тэхен? Он никуда не поедет. — тут же оскалился Юнги. — Нет, Юнги, я поеду. — неожиданно твердым голосом сказал Чимин, от чего рыжеволосый даже вздрогнул, не ожидая услышать подобный ответ. — Хочу посмотреть им в глаза. Я знаю, что ты не позволишь случиться плохому, поэтому я поеду с вами и хочу увидеть и услышать их в последний раз. Мин медленно вдохнул и выдохнул, собираясь с мыслями. Это было очень опасно для всех, не только для Чимина. И он принял решение. — Звони Файту и скажи, чтобы они не подбирались слишком близко. Я позвоню отцу. На этих словах Ви присвистнул, вытаскивая телефон из кармана. — Отцу? Неужели ты хочешь попросить его о такой помощи? — Да. Первый и, надеюсь, последний раз. Ты же не дурак, Тэхен, понимаешь, что к чему. Если родители там, значит и те, кто во всем этом замешан, тоже крутятся где-то неподалеку, а если повезет, то они все будут в одном месте. Мы приедем с полицией и накроем эту чертову лавочку. — Подожди, но ведь насчет них нет никаких доказательств, их нельзя просто так взять и арестовать. — Сначала их упекут за похищение. Пока будут разбираться, зачем они это сделали, родители проболтаются и скажут, что захотели продать сыночка, что его преследовали. Когда выяснится, зачем им это было нужно, то есть за долги, возникнет резонный вопрос, откуда эти долги. И тогда вся подноготная вылезет наружу — как работники этой фабрики они знают правду и благодаря им возможно будет доказать нелегальные делишки. Себя они, конечно, тоже подставят, поэтому отправятся за решетку. — А если не хотят расколоться и будут говорить неправду? — Мы соберем всю необходимую информацию, но, поверь, папины связи и не такое делали. Это реально первый раз, когда я прошу у него помощи. Хосок наблюдал за всем этим со стороны и уже мысленно прокручивал у себя в голове варианты возможных событий, а так же переживал за Тэхена. Он ведь поедет с ними, а значит будет подвержен риску. Если будет нужно, он готов отдать за него жизнь. Чимин же выглядел очень серьезным, напряженным, но не растерянным. Значит, готов к тому, что будет происходить, хоть и понятия не имел, чего ждать. — Да. — Папа. Привет. — Здравствуй, сынок. Как ты? — Хорошо. Как вы? — Все в порядке. Ты хотел о чем-то поговорить? — Да. Папа, мне нужна помощь. Очень. — Я тебя внимательно слушаю. Юнги вкратце обрисовал ситуацию, не упоминая о том, кем ему приходится Чимин. Еще пока что рано. — Хм. — в динамике повисло молчание. — Я понял тебя, сынок. Перезвоню через двадцать минут. И вот спустя час они уже ехали в машине навстречу неизвестному будущему, и каждый отчаянно надеялся, что все будет хорошо.

***

Дорога заняла чуть меньше двух часов. Ремонтом этой дороги явно давно никто не занимался, везде были ямы, неровности, разогнаться было попросту нельзя. Это еще больше усугубляло ситуацию, томительное ожидание никого не радовало. Когда они почти достигли адреса, Юнги затормозил. — Мы почти приехали. И я хочу сказать, чтобы никто из вас не высовывался из машины без необходимости и не подвергал свою жизнь риску. За нас сделают эту работу, я приехал сюда чисто из-за того, чтобы посмотреть на этих тварей. Чимин, тебе все еще не обязательно это делать. — Я в порядке. Я принял решение, Юнги, и я не изменю его. Я устал бояться. — Пак, сидевший позади водительского кресла, подался чуть вперед, обнимая парня за плечи. — Спасибо тебе. Юнги рвано выдохнул и, набрав нужный номер, стал ожидать ответа. Буквально через пару гудков ему ответили. — Господин Мин, у нас все готово. Можем начинать? — Да. Запомните, не упустите самого главного, если он находится там. И проследите, чтобы семья Пак была жива и относительно здорова. Буду ждать сигнала, когда вы закончите. — Будет сделано. — Слушай, тебе в командиры нужно было идти. — хохотнул Тэхен, пытаясь разрядить обстановку. — И ты толком не объяснил, что и как там организовалось. — Папа попросил людей, связанных с полицией и более высоким уровнем власти, организовать штурм на этом месте, якобы поступила сводка о том, что там держат пленников. В общем, если кратко, то там сейчас кого только нет. Дом оцеплен по периметру, сбежать никто не сбежит, но есть вопросы, кто там вообще находится. Не спрашивай, кого он просил, потому что я сам не в курсе. Иногда чего-то лучше не знать, спать лучше будешь. — Иногда меня пугает твой отец, Юнги. — Не поверишь, меня тоже. Но если бы не ты, мы бы не нашли это место и ничего не вышло бы. — Не торопи коней, пока еще на самом деле ничего не вышло. Вдруг там вообще ничего и никого нет. Потом благодарить будешь. Юнги молча кивнул. Обязательно отблагодарит. Хосок все это время сидел молча, напряженно держа руку на кобуре, хотя, признаться честно, держать сейчас в руках хотелось Тэхена. Когда это все закончится, он обязательно поговорит с ним еще раз, доказав, что его намерения очень серьезные. Ему неизвестна причина, по которой Ви опасается сближаться с людьми на уровне чувств, но он это исправит, обязательно. Зазвонил телефон Юнги, все разом притихли и напряглись. — Да? — Господин Мин, все сделано, вы можете подъехать ближе, но на территорию заходить нельзя. Семья Пак жива, часть людей, замешанных в этом, задержана. Мы взяли их тогда, когда они употребляли какие-то вещества, предположительно наркотики. Главы всей этой банды здесь не было, но это вопрос времени, он тоже будет задержан. Юнги слегка потрясывало от этой информации, и он, сбросив трубку, сорвался с места и поехал по этой ужасной неровной дороге. Чимин сидел в какой-то прострации, не зная, что думать. Ему казалось, что он был готов к этой неприятной встрече, но оказалось, что совсем нет. Они остановились возле одной из полицейских машин и, оглядевшись, вышли. К Юнги тут же подошел какой-то человек в форме и указал в сторону, где родителей Чимина вели под руки к автомобилю. Он чуть не сорвался с места, но Юнги удержал его. — Тише. Пойдем вместе. Тот кивнул, не в силах что-либо сказать. Когда Пак Инчон и Пак Суа увидели сына, то дернулись в его сторону, но их крепко держали и не дали приблизиться к ним. На лицах даже расцвело некое подобие улыбки, как будто они были рады видеть сына, а в остальном их внешний вид был ужасен. Где-то была запекшаяся кровь, порванная одежда, синяки и царапины, грязь. — Чимин, сынок, как мы рады видеть тебя! — воскликнула мать. — Ты наверное переживал за нас? Видишь, мы живы, все в порядке. — Нет. — ровным голосом ответил Чимин, смотря прямо ей в глаза. — Я не переживал за вас, после того, как узнал, что вы хотели со мной сделать. — О чем ты, сынок? — подал голос отец, сделав максимально удивленное лицо. — Не притворяйтесь. Я все знаю. И я желаю, чтобы вы горели в аду после всего, что сделали с моей жизнью, и очень надеюсь, что больше не увижу вас никогда. — Не дожидаясь ответа, он развернулся и быстрым шагом пошел прочь. Юнги поспешил за ним. — Чимин, хей, стой. Ты как? — он остановил его и развернул лицом к себе. — Я в порядке. — улыбаясь, ответил тот. — Правда, Юнги, я не вру. Мне стало легче. Они живы, получат свое, я сказал все, что хотел. Это, конечно, еще не конец, но я уверен, что все закончится хорошо. Все благодаря вам. Спасибо тебе, что появился в моей жизни. — прошептал Чимин, обнимая Юнги. — Это я должен благодарить вселенную за то, что она подарила мне тебя.