Потерянные в вечности...

Нежность глаз, многие полюбили Агату именно за нее, но для Александра глаза его Любви были прекрасны всегда, не важно, какие эмоции в них бушевали. Ладонь тянется к родному личику, большой палец гладит по щеке, а девушка прикрывает глаза от наслаждения, которое испытывает лишь рядом с ним. - Любовь моя, нам пора вставать. Ее голос полон любви к вампиру, лишь с ним Агата позволяет себе быть такой беззащитной, такой хрупкой. С ума сводила его эта храбрость и сила, но чего стоил один взгляд виноватый. Все готов вампир отдать за девушку эту и сердце ее, но получил все бесплатно, в награду за искренность чувств своих. - Не хочу прерывать момент, мне так хорошо с тобой. Прижимает ближе к себе Любимую, и тут же родной запах, будто на поле попал, коснулся обоняния вампира, стоило ему в плечо девичье уткнуться. Этот запах он узнает из 1000, так пахнет лишь его Душа, его Агата. - Прошу, давай останемся здесь. Не просит, практически умоляет ее не уходить, остаться в этом мгновенье сейчас, замереть и не рушить хрупкость момента, но девушка будто впервые не хочет быть рядом. - Милый… Оттолкнуть попытается его Агата, но не получается ничего, лишь Александра холод пробирает, как если б Борей на замок напал и ветер наслал бы на них. - Нет, Агата, не уходи. Вырывается вампирша из объятий Любимого, зеленые глаза форму поменяли, зрачки расширились, полностью перекрывая собой радужку, наполненный пустотой взгляд, кровавые дорожки появились на щеках вместо слез, а тело покрывается порезами и глубокими ранами. Голос не родной раздается, прогремев в комнате, как гром. - Освободи меня, Александр, освободи! Смех раздался, хриплый, пугающий, такой незнакомый… - Ха-ха… Освободи меня, Моя Любовь! Упала на пол Агата, светлая кожа окрасилась в кровавый, а в висках у Принца все колотило, эмоции бурей накрыли юношу, превращаясь в истошный крик загнанного зверя: - Агата! Нет, нет, нет… Он бы бросился к ней, обнял бы, но, когда вампир к месту тому подошел, увидел он лишь лужу из крови девушки любимой.

***

- Нечисть, открой глаза, прошу… Повелитель метается по кровати, издавая рыки, будто зверь дикий из ловушки выбраться пытается, вот только не выходило у него это. Испугались демоны за друга, но пришел он в себя, тут же попадая в объятия двух близких друзей. - Она пришла ко мне во сне, это знак, она жива. Вельз, вели собрать войско смешанное, я чувствую ее, она рядом. Вампир за надежду хватается, что как пламя синее мелькала пред ним, но в руки никак не давалась. Смотрят демоны на него с тоской глубокой, верности взгляд полон, руки женские поглаживают плечи Князя, мази целебные втирая, от кошмаров сберечь желая, песню тихую напевая. - Слово я тебе дал, коль жива, найдем Княгиню нашу, жизнь отдадим, но вернем Солнца Лучик домой, об одном прошу, Брат, вернись к народу, времена не простые настали, без тебя тяжко им, пора Князю восстать вновь, и защитить тех, кто столько веков верен ему был. - Вельзевул прав, Александр, не мы дети, не нам покровительство твое нужно, а им. Вампирам малым да пожилым, тяжелее всех сейчас таким, так стань их надеждой, подари веру, что свет они увидят, что рассеется тьма пугающая. Мы войны великие, не трать время на нас. Молчал князь, понимал, права Буфовирт, он народу сейчас нужен, но что делать, если сердце вампирское на части рвет, да с силой такой, будто несколько лучших воинов тянут в стороны разные, намеренно болью убивая Повелителя. Не мог он без жены любимой, без очей ее ясных и губ мягких, но бросить немощных без помощи? Никогда! - Вы правы, друзья мои верные, не должен я про долг и клятву свои забывать, права не имею народ бросать. Отправлю стражу в города, пусть следят за спокойствием, чтобы никакая тварь покой моих граждан не смела нарушить. А с драконами… Совет соберу, там решать будем. Встал с постели Александр, к шкафу подошел, доставая из него костюм черный, серебром да золотом ушитый, корону из-под купола взял, наконец гордо расправляя плечи. - Князь вернулся, больше никто не посмеет напасть на Черную Долину.

***

- Я согласна на все, но обещай, что каждое полнолуние я смогу спокойно летать под луной да рассвета, и ты не будешь следить за мной.

- Будь, по-твоему, Княжна.

Час пришел, замок в клетке отворился, выпуская девушку на свободу. Кивнула с благодарностью, и исчезла, спрятав за плащом то, о чем никто не должен узнать. Знакомая крыша встречает девушку, когда та тихо приземляется на самый ее край. - Пора… Пергамент со знаками дьявольскими достала, ладан и свечи цветов разных зажгла. Взяв свиток обеими руками, лицом на восток повернулась, громко произнося призыв: DEAMONIUM RESIDENTE, OSTENDE MIHI FACIEM TUAM POTENTIAM, VENIT AD ME. DONA MIHI PER FOEDUS QUOD EST IRE AD PRAESENS SUM VOBIS, UT VOTA OMNIA OPUS EST. - Придите ко мне, друзья мои верные, помогите той, которой в верности клялись! Волоеян, воин храбрая моя, явись! Бельфегор, клялся ты семье моей в защите своей, появись! Асмодей, обещал до последнего вздоха сражаться с нами, приди! Вельзевул, друг мой верный, не оставишь в беде меня ты никогда, помоги! Огонь свечей разгорелся, крики ворон и вой лесных волков доносились до девушки, когда она услышала голоса родные, слитые в один страшный рев. - Как посмел ты, глупый смертный, вызывать на… Звуки прекратились на крыше, где девушка стояла, появилось 4 демона, красоты нечеловеческой и такой манящей. Каждого знала девушка, каждого любила, как брата или сестру, но одного, чей голос слышит сейчас, не забыла бы никогда, даже от зелья забвения. - Не может быть… - Может, Вельз, может.