Потерянные в вечности...

Когда-то давно людьми правили Вампиры. Они несли страх и их сердца не бились, не живые и не мертвые, они были чужды к страданиям человечества. Бессмертные, так видели их люди. Чудовища, что питались кровью живых, забирая с нею жизнь для себя. Но даже среди Вампиров был страх перед тем бессмертным, чье сердце забьётся от любви, кто искренне проникнется любовью и которого в ответ так же искренне полюбят. Отдавший добровольно кровь Вампиру очистит его и тот познает великую силу, перед которой все Вампиры преклонят колени, ибо по силе ему не будет равной во всей вселенной. Вампиры гонялись за жаждой вселенской силы. Много молодых девушек погибло ради могущества, но никто из вампиров так его и не приобрёл. И вот, когда у людей страх переродился в гнев, люди попросили силы у других богов и природы. Их молитвы были услышаны, из темных уголков леса вышли звери, а молитвы жрецов обратились в вечный огонь, который мог уничтожить вампиров. И вот началась долгая кровопролитная война людей и вампиров. Несмотря на все страдания и постоянные убийства, людей было больше. Вампиры же могли плодить себе подобных раз в сто лет. Хоть дети ночи не уставали, не страдали, лишь жаждали снова подчинить себе людей и больше пролить их крови для своей жизни. Среди людей была женщина, что однажды, по чистой случайности, увидела короля вампиров и осталась жива. Дочь одного из жрецов, которая родилась с даром предсказывать будущее, видела, как смеётся и радуется солнцу Король Вампиров. Как дарит ей цветы, и что нет вражды между людьми и детьми луны. Король Вампиров волновал её сердце. Все Вампиры без исключения обладали красотой, несмотря на ужас, что творили они, их красота оставалась изысканной в глазах людей. Женщине нравилась та улыбка в видении, как они вместе смотрелись. Однажды она тайком пробралась в зону короля, словно безумие охватило ее, она дышала встречей с ним. В тот день на небе светило полнолуние, окрашенное в кровавый отблеск, и вся атмосфера наливалась страхом и холодом, но юную жрицу словно это не смущало. Она кралась среди зарослей, медленно, и молясь, чтобы её увидел только он. То ли боги были благосклонны, то ли судьба решила так пошутить, или же жрица была по природе везучей. Её любили все люди и звери. Ее дар не раз спасал людей от неминуемого проигрыша. Жрица спиной наткнулась на Короля и повернувшись резко к нему, взглянула в его глаза. Возникла тишина в её сердце. Они оба не отрываясь смотрели на друг друга, на их лицах и тканях одежды загадочно падал свет от кровавой луны. Затем словно пробудившись от долгого сна, сердце Короля забилось. Он прижал её к себе, почувствовав её тепло. Король Вампиров первый решился на поцелуй. Их губы соприкоснулись, а жрица не сопротивлялась. Их тени, отбрасываемые рубиновым цветом на водной глади, образовывали единое существо. И словно поцелуй как печать договора под кровавой луной образовал мир и покой. Но вечна ли будет любовь между человеком и вампиром? Этот вопрос они не задавили даже самим себе. Когда наступил рассвет, своими золотыми лучами разгоняя атмосферу романтики и говоря, что пора влюбленным расстаться, голова короля ещё лежала на коленях возлюбленной. Почувствовав тепло утреннего солнца, она повернулась к нему. Король сощурил глаза от солнца, но ему было приятно встречать рассвет со своей любимой. Когда она повернулась, то увидела, что солнце не вредит ему. Жрица и Король улыбались, ведь их чувства даровали обоим нечто замечательное в их жизни. Король Вампиров приятно потянулся, наслаждаясь солнцем, словно делал это он тысячу раз. Её же одолел страх и волнение. Она задала вопрос, все ли будет хорошо? Король, поцеловав любимую, отвечал, что если она согласиться стать его женой и жить с ним в его замке, то люди обретут свободу. А вампиры покинут мир людей. Ведь теперь он силен как никогда и сможет создать убежище для таких как он. Осознав, что ответив ему да, она навсегда покинет мир людей, жрица стала отпрашиваться покинуть его на один день. Король не хотел её отпускать, но после тысячи просьб, он разрешил ей покинуть его, но если она не вернётся, то земля покроется ещё большей кровью. И он уничтожит всех людей, а после и всех вампиров. Король подарил прощальный поцелуй жрице со словами, что будет ждать ее с нетерпением. Король ждал возлюбленную три ночи, и три ночи светила кровавая луна, словно говорила о беде, словно молила о крови. На четвертую ночь он не смог ждать, собрав свое войско, он начал жестокую войну, как и обещал. Ночью вампиры убивали людей, днём люди уничтожали вампиров и пытались убить Короля, что даже днём не давал людям покоя. Война была в пользу вампиров. Король искал свою любимую, а люди теряли надежду и уже вера в их глазах и сердцах угасала. Король Вампиров не понимал, куда делась его любимая. Он не мог найти ее ни живой, ни мертвой. Сейчас он решил для людей и для своего рода поставить точку. И как только в воздухе заиграли первые отблески ночи, вампиры кинулись в атаку, но люди остались стоять на месте. Каждый был готов прикрыть спину товарищей, но уже без надежды на выживание. Краем глаза Король Вампиров заметил движение, он увидел свою возлюбленную, скачущую на лошади. Жрица гнала лошадь из-за всех сил. Выглядела она потрёпанной, слабой, и он заметил, что она сильно ранена. Король оставил свое войско, и ринулся к ней на встречу. Кобыла, на которой скакала жрица, выдохлась и упала. Он подхватил её, и сам спрыгнул с лошади. Теперь он мог отчётливо видеть, как сильно её тело изранено. Он проводил рукой по её волосам, и по складкам ее одежды. Король Вампиров не мог понять откуда у нее ранения и ожоги. Словно ее прожевал огромный зверь и выплюнул. Её тело тряслось, говоря королю, что это последние минуты её жизни. По его лицу, впервые за долгие годы его существования, потекли слезы. В отчаянии его охватило желание сделать её дитём ночи, но жрица отказалась. Поведав Королю, что она видела, как Ангелы пришли за ним и убили его, она совершила ужасный обряд, поймав одного. Пока между людьми и вампирами существует мир, Ангелы не тронут душу Короля, и ему позволят быть с ней, когда тот откажется от своей силы. Взяв её на руки, жрица провела рукой по его щеке, улыбнулась, и обмякла. Он не задумываясь выбрал её, а не власть над миром. Неся ее на руках, он шел вперёд все дальше и дальше…

***

В роскошных нарядах прибывали гости, кареты подъезжали одна из другой, в замке прекрасном Князь встречал с демонами верными, украшено все было, в честь праздника луны красной, в центре зала главного окно отрытое, гостью главную ждало, когда заглянет красавица, да свет свой прольет на сердца израненные, судьбы существ великих соединит, как произошло когда-то с семьёй Княжеской, и войнам славным — Вельзевулом. На жизнь всю с женой своей связан был танцем простым, красотой вечной убит. — Друг мой, где же Госпожа Бриар? Почтит ли нас присутствием свои иль откажется вновь, не хочет ли она зятя своего проведать? Горечью голос вампира пропитан был, с той ужасной поры, как пропала жена его прекрасная, ушла Королева на скалу, там поселилась, не выдержала пропажу дочери, все Александра винит, а как и мужа не стало, сошла с ума женщина, ни один лучший лекарь не смог помочь. — Ответ тот же, Нечисть, не выйдет Бриар в свет и на этот праздник, боль изнутри съедает, не хочет никого видеть, но в письме обещала, что девушку пришлет, красива, говорит, как небо звёздное, сердце любого покорит взгляд очей прекрасных. — Мое сердце, Друг, пропало с Агатой, женой моей единственной, никто и никогда не затмит красоту ее, да свет зелёных омутов не забыть мне, во сне вижу, манят меня, как огни, на смерть верную. Не смогу я на другую смотреть, вижу лишь образ ее, всех затмевает. Шаги тихие за спиной раздались, обернулся Князь, посмотреть желая, куда же взгляд друга устремился, и восторг в его глазах застыл лишь на секунду, когда встретился он с очами зелёными. Юная красавица, чуть голову опустив, к Александру шла, платье темно-синее по полу струилось, волосы черные серебром отдавали, кожа бледная, лишь румянец слабый краски придавал ей. Нимфа ночная прекрасна была, подошла она к друзьям, в поклоне приседая, ожидая, когда представиться позволят. — Приветствую, Красавица неземная, не озвучишь ли, как звать тебя? Не вставая, шепотом сказала она имя, поднимая глаза наконец. — Назвали меня Амелфой, Мой Господин, рада с Вами познакомиться лично.

«Мой Алекс, не верится»

— Госпожа сегодня вместо Бриар прибыла, вместо тещи твоей будет. Усмехнулся Вельзевул, видя, кто на самом деле под обликом скрывается, понял он, что план в действие приходить должен, покинул пару, пред эти плечо вампиру сжимая, знаком показывая, что рядом будет. Растерялся Князь, не знал, о чем с особой юной говорить, да только не тихой Амелфа оказалась, разглядывая повелителя с интересом своими глазами прекрасными.

Глаза смотрели прямо в душу,

Пытаясь свет там увидать,

Но Тьма, лежащая на сердце,

Скрывала яркий свет тепла,

Красавица смотрела нежно,

Манят любимые черты,

Но Князь, за маской бесконечной,

Не видит кто же перед ним.

Глаза зелёные светились,

На плечи локон тёмный пал,

Но не увидел Князь, что это, всего лишь колдовской дурман.

Он отпустил, не зная правды,

Купился слепо на обман,

А девушка, с печалью сильной,

Из дома бывшего ушла…

— Ваши глаза… Произнес он, замолкая тут же, перед глазами вновь образ его Агаты предстал, с очами зелёными, лишь у нее одной они такие были, знак рода знатного, отличались они от простого зелёного, и глаза Амелфы были…

«Как у моей Агаты. Судьба жестока слишком, не смогу я смотреть на девушку эту, боль в сердце режет заживо.»

Но молчать нельзя по этикету, договорить Князь должен, себя пересилить. — Ваши глаза прекрасны, как и вы сами. Заалели щеки девичьи, на губах улыбка заиграла, но не дрогнуло сердце холодное, не растопить его. Оркестр заиграл, знакомая слуху музыка до пары донеслась, окутали обоих воспоминания о дне том, и пусть не знает Александр о том, кто стоит перед ним, не мешает это трепетать сердцу влюбленному, в памяти бережно хранить момент столь важный.

***

— Не подарите ли мне танец, Принцесса? Голубые глаза с зелёными встретились, искра, что была между ними вот уже несколько лет, во взглядах мелькала, пусть и скрывали свои чувства влюбленные, но не обмануть им судьбу свою. — Конечно, Князь, как могу я перечить вам? Вложила ладошку свою в руку мужскую, что притянул ее к себе сразу, сталкивая с крепким телом, из груди вздох выбивая. Обвила вторая рука талию тонкую, глаза в глаза, все движения четкие, Александр уверенно ведёт свою Леди, не давая отступиться. Шаг за шагом, все ближе тела их, все сильнее сердца бьются, расстояние пропастью кажется, когда Князь руку на шею ей кладет, приближая личико женское к себе, чувствуя дыхание клубничное на губах своих. Ахнули гости вокруг, шепот все громче становился, но не замечала ничего пара танцующая, поглощены друг другом лишь были. — Как ты прекрасна в красном свете, Душа Моя… Как в бреду прошептал вампир, но удивление в глазах партнёрши в чувства привело его, заставляя вокруг посмотреть. — Красная луна, Александр, свет ее упал на нас. Проговорила тихо Агата, заглядывая в глаза родные. — Да, Судьба Моя, соединил души наши танец под луной, навек моя ты теперь, коль согласна будешь. — Согласна. Слово одно, сердца соединившее, счастье, вселившее в души вампиров, вместе теперь путь пройдут, рук не отпустят…

***

— Не желаете ли вы потанцевать, Господин? Вырывает из воспоминаний его голос нежный, без слов утягивает Александр в танец девушку, в глаза смотреть не желая, слишком похожи на очи любви его пропавшей, больно слишком. — Дом прекрасен, Господин, наше скромное жилье никогда не сравнится с богатством и изыском, что видны в детали каждой. Ожидала девушка, что улыбнётся он, благодарность произнесет, но глаза Князя стали лишь печальнее, когда взглядом зал обвел он. — Благодарю, Мисс Амелфа, но предь попрошу не называть замок мой таким словом громким, как «дом». Уют внешний создаётся легко, а домом он станет лишь тогда, когда судьба моя вернётся, да рукой стен этих коснётся. Танец молча продолжили они, пока Князь, сам того не зная, вновь прижимал к себе Любимую жену. И чувство странное охватило его, знакомое до дрожи в пальцах, вновь красный свет на них упал, своим лучом души переплетая, вот видит он испуг в глазах родных, слетает маска, ожерелье в миг к ногам слетает, пред ним стоит его жена, в слезах любимая им очи, уста ему шепчут «прощай» и скрылась вновь под царством ночи… Князь побежал за ней, хотел догнать, схватить, спросить о том, где все века была, но не было ее нигде, как будто то видение, но амулет, лежащий в ладони его, рассыпает все сомнения, как и один любимый взгляд, возобновил мучения. — Она жива, я знал и верил, теперь найду свою Княжну, не посмотрю на преграды, верну домой. Из глаз вампира текли слезы, но решимостью голос полон был, теперь он точно был уверен, что Агата жива.

***

Четыре демона, скалу облетев, сели на крышу, ожидая, когда вернётся Агата. Нашли они одно место, через которое сбежать легко будет, да только стражи там много, опасно это. Вскоре шелест крыльев услышали они, подлетела к демонам девушка, на выступ вставая. Лицо женское в слезах было, губы потрескались от укусов постоянных, дрожали руки от нервов. Кинулась она на шеи друзей своих, обнимая крепко, да на волю чувства выпуская. Кричала она, повторяя лишь фразу одну: — Видел он меня, пропало все, я испортила все…