вечные поцелуи

- феликс, ты знал, что если бы ван гог не рисовал, а продавал картины, как его семья, нас бы с тобой сейчас не было здесь? - намекаешь на то, что мы дети звёздной ночи? - нет, - сидя перед мольбертом, хенджин на секунду завис в мыслях. - а если и дети, то точно не звёздной ночи. - тогда чьи? - может, ты и можешь быть и созерцать с моей стены, как звезда ван гога, но я - нет. феликс подержал неловкую паузу между двумя, раздумывая при этом про сказанное и изображая на лице некую тревожность. - то есть мы будем не вместе? пропустив очередной глупый вопрос ликса через ясную головку и задев мыслями светлые локоны, хван вырисовывал подсолнух на полотне. ликс вдыхал запах масляных красок и беззвучно наблюдал за парнишкой, ни о чем не размышляя. его поражала влюблённая пустота внутри головы, когда он наблюдал за постепенным выходом хенджина из творческого кризиса. мальчики сидели в комнате, похожей на одну из картин ван гога, которая висела на стене. между картинами давно покойного винсента было приклеено несколько постеров знаменитостей, куча фоток из полароида с несчастливым феликсом и много ярких фантиков из-под жевательных конфет, а тёплый розовый плед был расстелен на полу. но этого не было на картине художника, мальчики лишь приукрасили семидесятые года этим всем. они не собирались стрелять в себя из револьвера или отрезать мочку уха, хотя бы все равно остались чем-нибудь весомым в истории человечества. всех людей слишком много для их двоих? тогда им хватит остаться чем-то весомым в жизни друг друга. запах масляных красок впился в мозг, несмотря на жгучий дофамин. два прекрасных вещества сопротивляются, не дают истребить друг друга из головы парней. будто пьяные и влюблённые сидят лишь юные. один созерцает на возлюбленного, а другой старается для веснушчатого. - хочешь, когда я в следующий раз буду рисовать звездную ночь, воображу во всем твои веснушки? - хочу. - феликс покачнулся вперёд на дряхлой табуретке, удерживаясь руками за ее край. хен лишь мило прищурил глаза, прикрыв своими чёрными, как масляная краска ресницами, маленькое пятнышко под ними и своей кисточкой провёл по кончику румяного носика ликса. огненная краска будто засветилась, отражая свет восковых свечей. даже на дорогом полотне масло выглядело не так, как на феликсе. - ты знал, что ты волшебный? - хван не отводя взгляда от пятнышка, заговорил мальчику. - почему? - не глупи, мы же и так знаем, - расплывшись в улыбке, старший обратился к светловолосому. - дитя звёздной ночи. сначала ликс утонул в своих смущенных румянцах, а через секунду наполнился уверенностью. самодовольный хенджин спустил свои карие глаза на вертящуюся в руках грязную кисточку и почувствовал пылающее желание целоваться где-то на дне. - тогда используешь меня вместо холста? - светловолосый спустился с табуретки на пол к хенджину и потянулся руками к его лицу. прочитал меня насквозь.. почему он такой волшебный? - думал хван. уронив от испуга кисть, хен приподнял взгляд на феликса. веснушчатый кончиками пальцев придерживал подбородок художника и впивался в его кожу своими горящими от страсти зрачками. - тебе уже не грустно? - хенджин с поднятым лицом все время прыгал взглядом с карих глазок на желтую краску. мальчик с светящимся пятнышком на носу опустил свою руку, но все ещё сидя на коленках, отклонился телом немного назад и еле слышно промолвил: - когда я грустил? сделав вид, что задумался, хван поднял взгляд в небо, несмотря на то, что оно было закрыто дырявым потолком. - когда подумал, что мы не будем вместе. - я так не думал. - но испугался. - старший в миг взял разговор в свои руки и пододвинулся ближе к ликсу. их ладони были в миллиметрах от друг друга и никто не осмеливался переплести их в вечный узел. - с тобой уже все в порядке? - облизывая губы, хен морозился, что бы не оборвать разговор поцелуем. феликс тихо промычал в знак согласия. белые шрамы на его запястьях все ещё напоминали про меланхолию с металическим привкусом, но сейчас все в порядке. запах красок зашьёт недавние раны без швов и не оставит следа от вечной печали. - а ты.. с тобой все хорошо? - ликс прошептал. бросив взгляд на неудачные подсолнухи, хван промолчал. у него был длительный творческий кризис, который рвал на большие куски изнутри. кашель с кровью иногда напоминал про смертельную болезнь, но печаль была могущественнее. спустя месяца закрытый парень с большим сердцем наконец-то набрался сил и нашёл вдохновление в маленьком мальчике с поломанным детством. воплощенная любовь дала надежду на жизнь и возобновила мертвые клетки сердца, забирая ту самую вечную печаль. перечитывая цитату винсента, хван искал новые желания и пытался помочь веснушчатому, несмотря на металический вкус во рту и карамельные конфеты в золотистых прядях волос. если внутренний голос говорит тебе, что ты не можешь рисовать – рисуй как можно больше, тогда этот голос затихнет. - со мной все хорошо. - хенджин взял чужую маленькую ладонь. - но сейчас мне безумно скучно. они сидели в тишине слишком долго, феликс уже привык к этому. - я лучше умру от страсти, чем от скуки. светловолосый мигом оказался на коленях хенджина, поглаживая большим пальцем тыльную сторону его руки. на розовом пледе сидело двое влюблённых парней, а рядом с ними полотно с подсолнухами хенджина. масляные краски переворачивали все внутри старшего, а ликс просто хотел жить и наслаждаться хваном. молчаливое желание осталось где-то на дне и могло вырваться из художника, но веснушчатый сделает все сам. он слишком волшебный, что бы не понять, чего желает. мальчик потянулся обкусанными губами к хенджиновым, прикрывая глаза. всего миг, а вся страсть разлилась у двоих по венам. испачканные в красках руки переместились на лопатки и поясницу феликса, пока тот своими ладошками держал бледное лицо парня. двое несуществующих парней сидели в комнате и отдавали друг другу жгучую до крови страсть. это был не сон, но и не настоящий мир. это был не март пятьдесят третьего года, но и не июль девяностого. автопортрет винсента созерцал со стены хенджина, но мальчики не боялись, его осуждения. это все слишком не по настоящему. дитя звёздной ночи исполнило молчаливое желание старшего и дало надежду на новую жизнь. звёздную ночь хенджин согласен рисовать до своей смерти и даже после неё, но подсолнухи никак не получались. наверное, он просто осознал существование звёзд и бесконечности пространства, поэтому наполнился светом. феликс любил что-то вечное, как любовь хенджина, а его сердце было соткано из лунного света и роз, но иногда было прозаично, как утро в понедельник. однажды хван сказал ликсу: лучше жить в своё удовольствие, чем кончать с собой. веснушчатый даже подумал, что хенджин прозрел, а потом тот просто рассказал, что это цитата винсента. несмотря на обломанные мысли феликса, он правда поверил в эти слова и в силу масляных красок. печаль будет длиться вечно. - сказал ван гог перед смертью, но это было для них ложью. почему же тогда эти двое чувствуют себя хорошо и будут жить дольше вечности, дольше печали? их бесконечная страсть будет длиться вечно, даже дольше вечной грусти. поцелуями они подарят друг другу все что имеют, а приторный запах красок вернёт их обратно. даже если это не настоящий мир. даже если их и не существует вовсе.