Туман нашей памяти

Автобус переполнен вечноспешащими людьми, которым именно в этот день приспичило ехать до конечной. В ушах шум, который готов съесть парня с ног до головы. Темноволосый парень держится правой рукой за поручень и вспоминает про себя все вспомнившиеся молитвы, чтобы быстрее оказаться на остановке и вдохнуть свежий воздух поглубже в лёгкие, а левой ближе прижимает к себе рюкзак, в который он еле как запихал учебники по психологии и анатомии. Мужчина в очках, находившийся в самом конце автобуса и которому нужно было срочно выйти на следующей остановке, тут же двинулся, рассталкивая всех других людей, тараторя про себя: «Мне на следующей». Хёнджин закатил глаза и попытался вжаться в несчастное, стоящее рядом кресло, чтобы пропустить его. Хёнджин вышел на конечной, закинув на плечо рюкзак. Солнце беспощадно светило в глаза, но воздух был намного свежее, нежели в автобусе. Парень вздохнул, вспомнив наконец, что сегодня очередной семинар по психологии, который нужно просто пережить. — Ты балда, — кто-то треснул по голове Хёнджина, а после оттянул того за руку от проезжей части. Хёнджин лишь на секунду прикрыл глаза, потому что понял, единственный человек, который может назвать его «балдой» — Хан Джисон. — Я не был на проезжей части, дурак, — фыркнул Хёнджин и, поправив лямку рюкзака, пнул Джисона. Не сильно, а так, по-дружески. Джисон подстроился к быстрому шагу Хёнджина, рассказывая об очередной произошедшей ситуации с ним в автобусе. –… И прикинь, я проехал зайцем! — хохотнул Джисон, одаривая друга своей улыбкой деснами. Этот парень, который радуется каждой мелочи и смеётся, стоит показать ему простой пальчик, чем-то привлёк абсолютно нелюдимого Хёнджина, который часами мог сидеть дома и ходить из угла в угол, и лишь иногда, рисуя в альбоме акварельными красками. Хёнджин был белым пустым листом, на котором со временем появлялись те самые акварельные краски, нанесённые Хан Джисоном. — Не боишься попасться так однажды? — спросил Хёнджин, запустя руку в рюкзак, где искал несчастный пропуск. — Знаешь, уже попадался, но я успевал удрать от кондукторши. Парни стали подниматься по лестнице на третий этаж, попутно одаривая препода по психологии самыми «приятными» олицетворениями. Это был единственный преподаватель, на паре которого ты мог чувствовать себя полнейшим дерьмом. Выходя из его кабинета, тебе хотелось всего лишь одного — выйти в окно. Собственно, сегодня ничего не поменялось. Семинар завалила вся группа, не считая двух счастливчиков, ответивших на четверки, которые за пол часа до конца пары уже сидели в столовой. — С днем очередной двойки, предлагаю отметить по баночке энергетика! — радостно выбегает Джисон из туалета, а после получает по шеи от Чана. Бан Чан — самый ответственный из этой компании. Он занимается плаванием уже десять лет, собрал все медали, которые только можно было и не можно было, в стенах колледжа он является очень серьёзным человеком, и только выйдя за пределы колледжа, он заводит свою черную девятку и едет рассекать ночные дороги города. Частенько выбирается на рыбалку, заезжая рано утром за парнями, которые ещё будут около часа спать в его девятке, пока Чан готовит все к рыбылке. Джисон поморщился и стал чесать затылок, улыбка тут же спала. — Есть в тебе один минус-ты слишком непредсказуем, Чан-хён. Чан закинул правую руку на плечи Джисона, попутно объясняя, чем вредны энергетики «твоему молодому организму». Хорошо, Чан до сих пор не прознал, что Джисон редко, но стоит с Минхо за гаражами и делает небольшие затяжки дешёвых сигарет. –Да понял я, понял, — быстро пробубнил Джисон, выбираясь из тяжёлой хватки Чана. Хёнджин сидел на первом этаже, слушая в наушниках песни Эда Ширана. С каких пор он слушает его песни? Ответа он пока не нашёл. Нога на ногу, правая слегка качается от нарастающей нервозности, от которой Хёнджин до сих пор не мог избавиться. Джисон подбегает незаметно и плюхается рядом, заставляя Хёнджина выдернуть один наушник. — Ты сегодня до какой остановки? — До Кристалла, — учиться во вторую смену было не так уж и плохо, так как возвращение домой вечером, когда жара спадёт и ярко-алый закат будет следить за тобой, пока едешь в полу-пустом автобусе — все это невероятно привлекало Хёнджина. Джисон кивнул и разлегся на стуле, скрестив руки на груди. Он задумался. — Вот если бы я сейчас закричал, что бы ты сделал? — Надел бы второй наушник, — вопросы от Джисона, когда ему становилось скучно и он не знал, куда деть свою энергию, уже не приводили врасплох Хёнджина. Невороятно спокойный Хёнджин и безумно неугомонный Джисон. Как судьба могла свести таких противоположных личностей вместе? Прозвенел долгожданный звонок с анатомии, все студенты начали спешить домой. Время было уже позднее, но на улице был просто прекрасный вид. Жара упала, солнце перестало ослепляет своими лучами глаза, которые успели за май начать болеть. Впереди сдача сессии и заслуженные каникулы, которые Хёнджин решил провести в компании своих друзей. — Парни, — Бан Чан помахал Джисону и Хёнджину, — идите сюда. Чан стоял рядом со своей девяткой, он копошился в багажнике, пока Чанбин настраивал радио, и изредка ругался, когда не мог поймать нужную волну. — Чанбин, ты уже вернулся, — Хёнджин очень обрадовался появлению старшего. — Да, на днях приехал, — выругался вновь Чанбин, — чтобы чинить это долбанное радио в девятке Чана. Эй, — парень откликнул Чана, — я тебе новое притащу с батиного гаража, тут черт ногу сломит, пока разберёт, где что. Чан кивнул и продолжил копошиться в багаже. — А вы, как тут без меня? Меня не было… неделю? Джисон, ты похудел что ли? — парень пихнул Хана в живот. — Я тоже рад тебя видеть, Чанбин — хен. — съежился Джисон. — А сиги ты так и не научился прятать, — сказал Чанбин и достал из заднего кармана Хана оставшуюся сигарету, которую Джисон приберег на всякий случай. — Ты тише, Чанбин. Я потом не хочу огребать от Чан-хёна. — забирает сигарету Джисон и прячет её уже в сумку, которая была на талии. — Да, за энергетики он сегодня уже выслушал лекцию от Чана, — добавил Хёнджин, залезая на водительское сидение, чтобы попробовать себя в вождении, хоть и не по настоящему. — Хёнджин, ты когда сдавать на права будешь? — подошёл Чан и присел над колесом, чтобы подкрутить его. — Я уже два раза завалил, денег больше у меня нет на пересдачу. Чан продолжил подкручивать колесо, делая выдох при каждой прокрутки гаечного ключа. — Знаешь, на выходных можно будет выбраться на природу, –встал на ноги Чан, вытирая тыльной стороной руки лоб, — пацаны, как вам идея? Джисон и Чанбин о чем-то спорили, но услышав как их позвал Чан, тут же замолкли, и все их внимание уже было сосредоточенно на старшем. — Предгалаю на выходных съездить на природу, пора отдохнуть от городского воздуха, да и Хёнджин сможет попробовать прокатиться. Джисон начал смеяться, ибо вспомнил момент, когда они отправились на речку, где Хёнджин по итогу просидел в машине Чана, ибо было огромное количество насекомых, которые не давали выйти парню на свежий воздух. — Надеюсь, в этот раз Хёнджин не проспит в девятке, как в тот раз, — за это Джисон отхватил от Хёнджина. — О, отлично. С меня мангал, с вас шашлык, — выдавил улыбку Чанбин. Чан улыбнулся всем, ведь был рад, что вновь ощутит те моменты, по которым он так сильно соскучился. — Садитесь, я вас отвезу до дома. А то на этих ваших общественных транспортах никакого комфорта, — Чан убрал гаечные ключи в багаж и, вытерев руки первой пропавшейся на глаза тряпкой от мазуты, принялся заводить свою девятку. С первого раза этого не удалось, поэтому Чанбин закатил глаза, глядя на Чана. Тот лишь улыбнулся как можно шире и попробовал ещё раз. — Моя ласточка ещё всех вас переживёт, вот увидете. — Как мы увидим, если нас не будет? — Джисон, конечно, же не забыл про свой искрометный юмор за, что получил по шеи от Чана.