принеси с собой прошлое

Он всегда был другим. Радостный мог бежать по полю, собирать цветы, встречать рассвет и снова убегать куда-то. Но всё изменилось всего лишь из-за одного человека. Как мог он позволить себе перечеркнуть всю радость в такой юной жизни? Как мог взять и растоптать все яркие цветы внутри, что росли круглый год? Он смог сделать юного мальчика, верящего в волшебных фей и единорогов, холодным и безразличным. Теперь он такой и есть. Нелюдимый, странный, недоверчивый. Все люди–враги, не смей им доверять. Установка в голове того юного мальчика, что теперь не верит в волшебных фей и единорогов, а зависает в клубе, дабы найти себе жертву на ночь, чтобы потом забрать её домой, а утром выгнать со словами: "мне не нужны отношения, забудь о том, что между нами было"

***

–Ты знаешь, где он сейчас, Феликс? Старый друг долго не решался вновь заговорить на эту тему, но для него это было важно. Возможно, это первый ключ к восстановлению его друга. Возможно, он сможет помочь ему. –Всё ещё сидит, Джисон. Ему осталось шесть лет или около того, мне не особо это интересно. –довольная и злобная ухмылка на лице блондина, и ещё один бокал вина за этот вечер летит, обжигая горло. –Я не хочу давить на тебя, но я вижу, как тебе плохо. Ты не хочешь поделиться со мной? Феликс поднимает голову, внимательно смотрит в глаза напротив, кивает своим мыслям и вновь отворачивается куда-то в толпу. –Мне нечего рассказывать тебе. Правда, что можно рассказать человеку, которого изнасиловали? Я был на дне рождения, а это уёбище решило, что я не против отдать свою девственность какому-то поганому деду. Нет, это правда всё, но это в прошлом. Уже два года прошло, Джи, не парься. Он сидит, мне этого достаточно. –Уже два года прошло, а ты до сих пор не можешь никому доверять, ищешь отношений на ночь и клеешь каких-то левых парней. –Ну уж прости, девушки меня не привлекают. Смотри, там парень стоит, –решил съехать с темы. –не видел его раньше. Пойду к нему, познакомлюсь. –Как знаешь, Ликс, но послушай меня хоть раз в жизни. Я же советовал тебе хорошего психолога, тебе нужно что-то делать со своими проблемами доверия. Решив согласно кивнуть, Феликс не удосужил полноценным ответом своего друга и направился в сторону парня, внимание которого ему захотелось привлечь. –Ну привет. Первый раз здесь? Высокий брюнет повернулся в сторону довольно низкого голоса и, немного замявшись, ответил. –Да, меня друг позвал, но куда-то делся. Не думаю, что найду его среди такого огромного количества тел. –Так зачем тебе друг, если ты можешь быть рядом со мной? Феликс подошёл ещё ближе так, чтобы оказаться носом на уровне шеи нового знакомого, и вдохнул приятный цветочный аромат, который мешался с запахом акварели. –Прекрасно пахнешь. Меня зовут Феликс. Представишься? Ещё больше опешив от такого пристального внимания от незнакомца к своей персоне, а особенно к своему запаху, брюнет медленно проговорил. –Спасибо, мне приятно, когда делают комплименты моему аромату. –совершенно искренне.–Хёнджин, моё имя Хёнджин. –Мм, Хёнджин. –будто пробуя имя на вкус, протянул загадочно младший. –Мне нравится. Не хочешь познакомиться чуть ближе в комнате? –Прости, я против одноразовых связей. Но познакомиться ближе я был бы не против. –Как знаешь. Оставлю тебе свой номер на случай, если передумаешь. Ну и если захочешь пообщаться, завтра в кафе напротив этого клуба в районе двух часов дня, жди меня там. Мне пора бежать, чао. Встретившись взглядами с Джисоном, Феликс помахал ему, подмигнул своему новому знакомому и поспешно вышел из клуба. Засыпал он сегодня крайне тревожно. Не смотря на алкоголь, в голове уже стали проклёвываться трезвые мысли. Хёнджин. Обычный красивый парень, с которым он был бы не против провести ночь. Или пару ночей, если действительно понравится. Почему он дал ему свой номер и назначил место следующей встречи? Сославшись на просто сильное желание овладеть этим парнишкой во что бы то ни стало, Феликс всё таки заснул.

***

Та встреча в кафе состоялась и весьма не плохо. Заплатив за них двоих, Хёнджин предложил прогуляться по городу, что они, собственно, и сделали. День выдался очень солнечным, поэтому расходиться по домам как-то не хотелось. В ту же ночь они много переписывались, рассказывали смешные истории друг другу, а потом пожелали спокойной ночи и оба вышли из сети. Каждый заснул с приятной теплотой внутри. Хёнджин, потому что нашёл человека, что заинтересовался его хобби и жизнью в целом. А Феликс, потому что вроде как нашёл человека, которому хочется рассказать всё всё всё. И вновь отогнав навязчивые мысли, он постарался заснуть. Вот только не получилось, ведь перед глазами стояла милая улыбка во все тридцать два и забавно вьющиеся волосы на ветру.

***

Сидя бок о бок в квартире младшего, Хёнджин потягивал сок из трубочки и иногда брал из тарелки чипсы. Феликс же настолько сильно был увлечён фильмом, что не замечал, когда старший клал ему в рот какую-нибудь из приготовленных вкусняшек. Это маленькое чудо, что подошло к нему однажды в клубе, потихоньку становилось для него всем. Он был для Хёнджина неизведанным островком, который так хотелось изучить. Три месяца знакомства, а он уже в нём таял. Поболтав один раз с Джисоном, Хёнджин понял, что Феликс не будет ждать серьёзных отношений. Что он не верит в любовь, а встречается с людьми, дабы лишь как-то заглушить свои потребности. Он хотел его понять, разгадать, позаботиться об этом маленьком существе. Но младший не подпускал к себе, не говорил о чувствах и не открывался. От этого больно было очень. –Феликс, можно я останусь у тебя? –Конечно, хён, дивана у меня нет, так что поспим вместе. Не проблема? –Нет, конечно нет.. Ликси, –ласковое прозвище, что старший дал тому ещё во второй день встречи, звучало грустно и обречённо. –я не знаю, как сказать тебе... Феликс уставился на старшего и попытался разгадать, что же творится в его голове. Но достаточно быстро оставив все попытки, он сказал максимально просто и невозмутимо. –Просто скажи. Нет ничего страшного в том, чтобы открыто выражать свои чувства, верно? "Верно, солнце, вот только ты до сих пор не научился этого делать"–навязчивые мысли топят Хёнджина всё сильнее, но он решает выбраться и заглотить чуть больше воздуха, чтобы потом вновь пойти на дно. –Ты нравишься мне, Ликси. Так сильно, что я готов кричать об этом. Я знаю, что ты не ответишь мне на чувства, но знай это, пожалуйста. Не прогоняй меня, я хочу быть рядом. Так искренне, насколько смогу, можно? Что-то кольнуло в районе груди. Что-то странное, но приятное. Младший не чувствовал этого раньше. Ну или же запрещал себе это чувствовать. В данный момент в его голове боролись две мысли. Первая твердила: он нуждается в тебе, помоги. А вторая перечёркивает первую, лишь вторя: просто возьми его, раз он просит, твоя цель будет выполнена, как ты и хотел. Сделав выбор, Феликс только перелез через ноги старшего, оказываясь на его коленях, и провёл одной рукой по волосам, пока вторая покоилась на чужом плече. –Ты прав, я не отвечу на твои чувства. Но я хочу тебя. Ещё, буквально, с первой встречи. Имей в виду, если я возьму тебя прямо на этой кровати, это не изменит между нами отношения. Но мне будет очень приятно, если ты позволишь. И мы можем так же, как и раньше, гулять, смотреть фильмы и общаться. Ты хочешь этого? Мягкое "хочу" на уровне шёпота, и у младшего срывает все тормоза. Резко впившись в чужие губы, он аж прорычал от удовольствия. Всё было прекрасно, как он себе и представлял. Пока тот покрывает всё лицо поцелуями, вновь и вновь возвращаясь к опухшим губам, Хёнджин тонет. Глубоко и безвозвратно. Тонет в чувствах, эмоциях и снова в чувствах. Отодвигает фразу, которая прочно осела в голове, на второй план, лишь бы сейчас не слышать. Это не изменит между нами отношения. В руках Феликса, что повалил его сейчас на кровать и продолжает покрывать кожу поцелуями и укусами, попутно избавляясь от одежды, он был лишь игрушкой. Игрушкой, которой так смело можно было пользоваться. И он готов быть этой игрушкой для него, ведь сейчас он может сделать хорошо ему. Хотя бы что-то, ведь после этого всë равно ничего не изменится. Феликс, взяв смазку, что как будто была приготовлена специально, аккуратно растягивал двумя пальцами тело под собой. Он делал это не в первый раз, но сейчас что-то в этом теле было другое. Не хотелось взять сильно, быстро, до боли. Хотелось подарить комфорт и одно лишь удовольствие. Хёнджин был открыт для него целиком и полностью. Блаженно закатывал и прикрывал глаза, закусывал губу и просил о большем. –Феликс.. Феликс! Я хочу тебя. Замени пальцы, пожалуйста, я хочу больше.. –Точно? Так сильно хочешь? –пальцы внутри нашли простату, из-за чего Хёнджин резко раскрыл глаза, выгнулся и вскрикнул от неожиданности, ту же закрывая себе рот ладошкой. –Три месяца назад ты говорил мне, что против одноразовых связей. –двигаясь под нужным углом, каждый раз задевая чувствительное место, Феликс ухмыльнулся и постарался уловить взгляд Хёнджина. Заметив его руку, которая сейчас закрывала рот и не давала всем звукам выйти полностью, он перехватил её и положил рядом с его головой, переплетая пальцы. –Ну же, не сдерживайся, я хочу услышать твои прекрасные звуки. Хёнджин от таких разговоров улетел из этого мира совершенно. Больше не сдерживая себя, он был счастлив лишь от того, что Феликс сейчас с ним. Пусть на одну ночь, пусть это ничего для него не значит, но сейчас он рядом. Низкий голос в самое ухо, ставший ещё ниже от возбуждения, лёгкие поцелуи в плечо и ключицы, пальцы внутри, в точности попадающие по комочку мышц. Всё это сводило с ума и заставляло терять связь с настоящим. –Вот так, молодец, Джинни, просто умница. Теперь ты готов, так что просто расслабься, окей? –Даа.. Ликси, пожалуйста, можно быстрее? –Конечно, малыш, сегодня всё для тебя Надо было бы для себя отметить, что только сегодня всё для него, но мысли разлетелись, когда Феликс вошёл во всю длину, внимательно наблюдая за эмоциями Хёнджина. Полностью отдавшись ощущениям, старший лишь больше расслабился, давая понять, что готов. Не смотря на то, что обычно Ликс гнался лишь за своим удовольствием, сегодня особенно хотелось доставить его старшему. Получив лёгкий кивок, он начал двигаться сначала медленно, но с каждым разом ускоряя темп. Хёнджин под ним извивался, плакал и просил быстрее. Ему хотелось насытиться младшим сполна, ведь этого больше не повторится. Слёзы лились не из-за боли, а из-за недосказанных чувств, безысходности и переизбытка эмоций. Сил говорить что-то уже не было, поэтому приходилось лишь хвататься за чужие плечи, стонать, срывая голос и слушать тихое бормотание в самое ухо, что только быстрее подводило разрядке. Не в силах больше держаться, старший излился, пачкая свой живот и стараясь восстановить дыхание, пока Феликс продолжал вбиваться в его ослабленное тело. Держась лишь на своих руках, тот шумно дышал в самое ухо, отходя от недавнего оргазма. А кинув короткое "я в душ", скрылся в дверном проёме, оставляя старшего наедине со своими мыслями. Приведя себя в порядок, Ликс вошёл на кухню. Закурил, что делал довольно редко, и лишь слушал шум воды из душа, в который сейчас пошёл Хёнджин. Мысль о произошедшем никак не покидала его голову. С самого начала, по его мнению, цель была одна: просто переспать с очередным красивым парнем. Но он пообещал сохранить с ним общение, совершенно искренне пообещал, а теперь не знает, правильно ли поступил. Сделав вывод, что очень часто откладывает важные мысли на потом, он вернулся в комнату, сел на подоконник, перед этим подготовив чистое постельное бельё, и решил немного порассуждать. Давненько он не делал этого намеренно. В последнее время старший стал нравится ему не только телом и внешностью. Спустя три месяца общения он стал открывать в нём новые качества, что притягивали его. Хёнджин любил рисовать и мёрзнуть на балконе, чтобы не упустить красивый закат. Хёнджин любил гулять по ночному парку, считать звёзды, сбиваться со счёта и искать Большую Медведицу. Хёнджин любил делать кофе утром, пить его с потрёпанной книгой в руках, а потом писать младшему "доброе утро, малыш" всегда с двумя скобочками в конце. Это стало таким родным и обычным, что в обычное время Феликс даже не придавал этому значения. Но постепенно осознавая эмоции и чувства, что он испытывал, общаясь с этим парнем, Ликс чётко ощущал это давно забытое и запрещённое чувство. Влюблённость. Хуже слова для него не было. Но когда начинаешь чувствовать, это уже не кажется чем-то не правильным, верно? В конце концов, Хёнджин всегда был с ним честен и открыт, не давал поводов сомневаться в словах и всегда был рядом. Тогда почему же он никак не может начать ему доверять? Услышав тихие шаги за спиной и сделав вывод, что постарается разобраться с этим чуть позже, парень забрался под одеяло. Постепенно засыпая, он видел дорожки слёз, что стекали по щекам старшего.

***

Хёнджин не сдался, как и обещал сам себе. Не смотря на то, что младший не проявлял никакого интереса к развитию их отношений, он всё равно надеялся, что сможет что-то поменять. Наивный и влюблённый, куда ещё хуже, но он действительно верил. А эта надежда помогала ему справляться с проблемами и жить более менее счастливо. Но вместе с этим счастьем приходило отчаяние и тревога. Как всё-таки это на него влияло, он и сам не до конца понял. Ежедневные переписки. Как и раньше. Прогулки в парке или посиделки в кафе. Как и раньше. Фильмы, мороженое и объятия. Тоже как и раньше. Как будто ничего и не было. Из-за этого ещё больнее. Ну а вообще, на что он расчитывал, когда соглашался? Феликс напрямую сказал, что конкретно ему нужно, и что после этого ничего не изменится. Но в тоже время он согласился продолжить общение дальше, значит Ликсу нужно было не просто его тело, а что-то большее... Постоянная борьба мыслей не давала жить спокойно, кидая состояние Хёнджина из стороны в сторону. Постепенно он научился с этим справляться, но губы младшего, что всегда расплывались в улыбке перед ним, всё так же сильно хотелось поцеловать.

***

–У тебя квартира классная, Джинни. Довольно уютная, мне нравится. –нежное прозвище от младшего, что тот дал ему несколько месяцев назад, так грело сердце, что на мгновение не хотелось думать совершенно, а просто слушать, что же ещё скажет это маленькое солнышко. Жаль, что не его... –Я старался добавить сюда всё, что мне нравится и в тоже время создать уют. Как по мне, получилось очень даже не плохо. Рад, что тебе нравится, можешь оставаться здесь в любое время. –Спасибо, я пойду руки помою. Пока вода настраивалась на более тёплую, в голове начали появляться мысли. В очередной раз. "Он слишком добр ко мне. И доверчив. Я прям чувствую, что он готов рассказать мне всю свою подноготную. Почему? Неужели он до сих пор влюблён в меня? Кого я обманываю, я же не слепой.. И опять я думаю об этом. Зачем? Попытаться дать ему шанс? А что если обманет? Предаст и оставит меня. А если нет? Он так и останется с разбитым сердцем, если я в очередной раз откажу. Господи, слишком много вопросов. Так сильно напрягает. Хочу его объятий.. Странно, в последнее время сильнее, чем обычно.. " Феликс постарался быстрее помыть руки, чтобы отправиться в комнату, где его уже ждал Хёнджин в окружении разных вкусняшек, напитков и игрушек. –Ты что, сюда вещи из всей квартиры решил перетащить? Раздалось удивлённое "м?", а потом радостный смех. Боже, ему действительно так сильно нравился этот смех. Иногда даже страшно становилось, насколько нравится. –Нет, не всю, просто так удобнее. Залезай, ты сам всё поймёшь! Кстати, фильм сегодня выбираешь ты. Забравшись в самодельную крепость, которую так старательно строил Хёнджин, Феликс поудобнее устроился на чужом плече и принялся крутить мышку, чтобы найти подходящий фильм. А старший, кажется, даже не дышал, лишь бы не спугнуть этого мальчика. За такие моменты близости он был готов отдать всё, что у него только было. Даже больше, если бы это хоть что-то значило. Фильм действительно был довольно интересный, парни даже забывали иногда есть или ставили на паузу, чтобы обсудить какие-то моменты. После небольшой уборки они вернулись в своё прежнее положение: Феликс на плече Хёнджина, а Хёнджин полусидя, облокотившись на подушки. Оба думали о чём-то своём, но вдруг младший подал голос. –Джинни.. –звучало немного растерянно и растянуто, так что старший сразу напрягся. –Что случилось, Ликси? –Я хочу кое-что сделать, ты можешь не двигаться? Шок, удивление, надежда и страх. Не самый вкусный коктейль эмоций, но что поделать. Хёнджину оставалось только замереть и ждать чужих действий. Дождавшись одобрительного кивка, Феликс ещё немного подумал и поднял голову. Посмотрев в глаза напротив, но так и не считав эмоций по ним, он всё ещё решался. Спустя пару мгновений глаза закрылись, мягкие губы опустились на слегка розоватую от смущения чужую щёку, а голова резко упала на грудь, лишь бы не смотреть сейчас в глаза. Сжав в кулачке футболку старшего, Феликс зажмурился и попытался переварить сейчас свой поступок. Он давно хотел сделать это, да и к тому же он делал вещи и посерьёзнее обычных поцелуев в щёку, но почему-то губы до сих пор приятно жгло. Как и щёку старшего. Этот поцелуй был слишком невинным для такого мальчика. Слишком нежным, слишком безрассудным, слишком любящим. Слишком. Хёнджин никак не ожидал такого, но сердце будто проткнули ветки сирени, а в груди щебетали птицы, что вот вот должны были вылететь на свободу. Только он набрал воздуха, чтобы сказать хоть что-то, младший его перебил. –Ну не знаю, что ты делаешь, Хёнджин. Мне слишком легко с тобой, слишком комфортно и слишком хочется доверять. Я обещал рассказать тебе, что со мной случилось, и почему я такой недоверчивый к тебе. Да и ко всем в принципе. В семнадцать лет меня изнасиловали, а я никак не хотел решать свои проблемы с психикой. Жил я себе дальше, никого не трогал, никому не доверял, а тут врываешься ты и начинаешь заботиться обо мне. Проявляешь искренний интерес, доверяешь и не скрываешь своих чувств. Что же мне делать, по твоему? Ты никогда не давал поводов сомневаться в доверии к тебе, но мне всё равно очень сложно это сделать. Возможно, я сейчас скажу глупость, но я начинаю любить тебя, Хёнджин. И по-моему, назад мне уже некуда идти. Ты так много терпел меня... Прости меня за это, мне так сложно. –тихий всхлип, потому что держать эмоции уже нет никаких сил, и он поднимает голову, чтобы всё-таки заглянуть в глаза напротив. –Давай попробуем, Джинни. Прошу, будь рядом. Не уходи только, я не вынесу этого. Всё это время я так боялся стать наивным и просить о помощи других. Но сейчас я прошу тебя, Джинни, будь со мной. Тебе не страшно доверять. Никогда не было. Покажи мне, что значит любить.. Вдруг резко и неожиданно, как и начался этот разговор, Феликс крепко сжал руки на шее Хëнджина и перевернул его так, чтобы самому оказаться на спине. Ещë один невинный и полный слëз взгляд, и младший прижался всем телом к парню, пытаясь показать всю серьëзность своих слов. До Хëнджина медленно доходил смысл чужого откровения через призму таких же слëз и кучи мыслей в голове, поэтому он лишь крепче сжимал в объятиях хрупкое и такое доверчивое тельце. Ликс, почувствовав ответные объятия и тëплое дыхание куда-то в район макушки, вжался носом в открытую сейчас шею, чтобы вдохнуть такой любимый аромат. Теперь он только для него. –Не плачь, родной, пожалуйста. –нежный голос и дыхание в самое ушко. И как тут можно успокоиться? –Я рядом, слышишь? Всегда был и буду, верь мне. Ты не просто мне нравишься, Ликси, я люблю тебя. Так сильно люблю. И никуда не уйду. Я не смогу этого сделать, пока ты не попросишь меня об этом. –Нет! Нет.. Не попрошу, ясно? Никогда.. –младший перебивает, вновь срываясь на слëзы. –Успокойся, солнышко, дыши глубже. Вот так, умница. –всë тот же тихий голос как всегда помог быстро прийти в чувства. –Я сказал это только для того, чтобы ты верил мне. Чтобы понимал всю серьëзность моих слов и чувств. Я люблю тебя любым, абсолютно. Когда ты мило улыбаешься на какие-то тупые подкаты или комплименты. Когда злишься, что я съел что-то из твоих запасов. Когда внимательно следишь за пролетающим самолётом, будто видишь его в первый раз. Когда бываешь грубым, если что-то идëт не по-твоему. Всегда люблю. Со всеми косяками и всем прекрасным, что в тебе есть. Феликс, милый, услышь меня сейчас. Я так хочу, чтобы ты доверял мне. Хочу показать тебе, насколько это прекрасно–любить и быть любимым. Как уютно быть с человеком, который искренен с тобой. Позволь мне показать и подарить тебе все эти чувства.. –Покажи.. Пожалуйста, люби меня и научи чувствовать.. Снова.. Начиная целовать лоб и щëки, Хëнджин аккуратно и почти невесомо добрался до чужих губ. Которые и не были чужими вовсе, а самыми любимыми и родными. Вложить в их первый спустя время поцелуй все свои чувства казалось чем-то ужасно важным. Феликс отвечал с таким трепетом и нежностью, что пальцы сводило, а в груди тяжелело что-то очень приятное. Не спеша углублять поцелуй, старший снова и снова пробовал и изучал губы напротив, сминая то верхнюю, то нижнюю по очереди и получая нежные пальчики в своих волосах, что путали прядки и слегка их оттягивали. Переместив руку на заднюю часть шеи, Хëнджин принялся выцеловывать ключицы, а проведя пальцами по чувствительной коже чуть ниже затылка, получил сдавленный стон через сомкнутые губы. Ему там нравится. Это место стоит запомнить. Как и все, в общем то, на которые особо ярко реагировал его возлюбленный. Насладившись вдоволь ключицами, старший аккуратно провëл пальцами по бокам, пересчитывая рëбра и наслаждаясь тихими вздохами, и подцепил край футболки, поднимая взгляд на Ликса. –Милый, можно мне снять это? –Ты можешь делать всë, что хочешь.. –с трудом выговорив одно несчастное предложение, Феликс вновь потерялся в ощущениях, когда пухлые губы коснулись его щеки. –Что это значит? –Делай со мной всë, что тебе нравится и хочется, я не буду против. Подняв всë тот же непонимающий взгляд на растянувшегося под ним младшего, Хëнджин мягко засмеялся и невесомо коснулся его скулы. –Не пойдëт так, маленький. Я могу лишь предложить тебе всë, что мне хочется сделать с тобой, но я не прикоснусь к тебе даже мизинцем, если ты будешь против, услышал меня? С этого дня мы должны с тобой обсуждать всë, чтобы между нами не возникло недопониманий. –Ох, господи, помолчи.. –сжав руки на плечах любимого и зажмурив глаза, чтобы не выдать вновь подступающие слëзы проговорил Феликс. –Не говори ничего, ты слишком хороший, Джинни.. Одарив младшего самой тëплой улыбкой из своего арсенала, Хëнджин медленно потянул мешающую ткань и снял с того футболку. На несколько секунд пришлось замереть, ведь не смотря на то, что он уже видел это тело, сейчас всë было как в первый раз. Проведя пальцем по груди, вычерчивая непонятные узоры, он ловил каждый вздох и полустон Ликса, что сейчас был так открыт для него. Его не возможно было не любить. Невозможно было не желать. Для Феликса это было слишком не привычно. Он никогда за два года не находился снизу, всегда брал контроль над ситуацией и не позволял управлять собой. Но с Хëнджином всë по-другому. Всегда. Ему без какого либо страха можно было отдать и всë, что у тебя есть, и самого себя. Он никогда не думал, что оказаться в чьих-то сильных руках и оставить другому человеку весь контроль над собой может быть так приятно. Но важнее было понимание, что это не просто чьи-то руки, а именно руки его любимого человека. Эта мысль грела и позволяла отдаваться всем новым ощущениям полностью. Поэтому парень, стараясь перебороть всю свою стеснительность, совершенно не понятно откуда сейчас взявшуюся, отвечал на все прикосновения очень нетерпеливыми стонами и вздохами через нос или плотно сжатые зубы. Когда Хëнджин спустился губами на грудь, а через несколько секунд продолжил свой путь ещë ниже к животу, перед глазами поплыло, голова кружилась, а член не приятно пульсировал и упирался в резинку штанов. Тем временем от внимания старшего это не ускользнуло, поэтому он, затянув Ликса в очередной чувственный поцелуй, освободил того от одежды, рассматривая полностью обнажённое тело. Щëки младшего от такого явного разглядывания покрылись розоватым оттенком, поэтому стараясь хоть как-то это скрыть, он сжал вместе коленки и потянул футболку Хëнджина, который почему-то всë ещë был в одежде. А старший в свою очередь освободился от одежды сам, перед этим нежно поцеловав запястья парня, и взял того за подбородок, аккуратно прося посмотреть в глаза. –Даже не думай закрываться от меня, слышишь? Я хочу видеть тебя открытым только для меня, хочу, чтобы ты видел меня таким же. Ты весь для меня прекрасен, целиком и полностью. Мой любимый мальчик. Самый лучший. Хëнджин, продолжая шептать комплименты тому на ушко, развëл чужие коленки и потянулся за смазкой. Где-то он уже еë видел. Разогрел тëплым дыханием и, внимательно наблюдая за эмоциями младшего, ввëл один палец, осторожно прокручивая. Феликс был слишком узким, а причинять ему боль не хотелось совершенно, поэтому старший делал всë с такой размеренностью и аккуратностью, что Ликс уже несколько раз умер и воскрес обратно. Он почувствовал лëгкий дискомфорт, когда добавился ещë один палец, а движения уже напоминали ножницы, но поцелуи в виски и щëки полностью компенсировали всю боль. На третьем пальце Хëнджин услышал мелодичный стон и почувствовал ноготки в своих плечах, потому что нашëл то самое приятное место, а на четвëртом решил, что парень под ним достаточно готов. Только он собирался что-то сказать, как услышал тихий голос, больше напоминавший шëпот. –Джинни, посмотри на меня, пожалуйста. Хëнджин не мог отказать, вот только беспокойство вновь появилось на его лице, когда он увидел младшего. Феликс судорожно хватался на плечи и пытался что-то обеспокоенно отыскать в чужих глазах. –Что с тобой, маленький? Пожалуйста, говори со мной. Я остановлюсь, нужно? –Нет, всë, что угодно, только не останавливайся сейчас.. –Тогда что тебя беспокоит, м? Расскажи мне.–никак не унимался старший, лишь ближе прижимая хрупкое тельце к себе, стараясь подарить опору и тепло. –Скажи, что не сделаешь мне больно. Скажи, что не уйдëшь от меня после этого. Скажи, что поможешь мне заново научиться доверять. Прошу, скажи, Джинни, пообещай... Старший никак не ожидал, что Феликс так сильно до сих пор переживает на этот счëт, но оно и было понятно, если знать ситуацию, что произошла с ним. Так что он уже был готов к этому, но в данный момент не знал, что делать, кроме как обнять ещë крепче и зарыться в нежную шею. Вдохнув глубоко несколько раз, он всë таки нашëл нужные сейчас слова. –Я люблю тебя. Феликс, это не просто слова. В наше время эта фраза ужасно потеряла свой смысл, но для меня она продолжает быть слишком серьёзной. Я могу сказать эту фразу только некоторым людям в своей жизни, а ты–первый из этих людей. Если я полностью доверяю человеку и чувствую себя рядом с ним комфортно, то я могу сказать, что люблю его. Я не могу позволить себе разбрасываться подобными словами направо и налево. Для меня любовь–это доверие, комфорт и уют. Ты, Феликс, для меня всë из перечисленного. Ты–моя любовь. И неужели человека, который столько значит для меня, я смогу когда-то оставить? Я буду рядом, буду заботиться и оберегать, буду делать тебя счастливым, просто откройся мне. Доверяй мне, верь мне. Я готов сделать для тебя всë, что угодно, если только ты попросишь. Каждый из нас совершает ошибки, но я стараюсь изо всех сил, чтобы рядом со мной тебе было спокойно. Никогда, слышишь? Никогда я не позволю себе причинить тебе боль. Я не буду чувствовать себя человеком, если узнаю, что сделал больно тебе. Пойми мои слова сейчас правильно, пожалуйста, и никогда больше в них не сомневайся. Я всë таки скажу это ещë раз и буду повторять это тебе всегда. Я люблю тебя, Ликс. Останови меня, если станет больно, хорошо? Больно не было. Лишь чувства хлестали изо всех сил и доводили до исступления. В этом человеке больше нельзя было сомневаться. Просто невозможно. Феликсу стоит научиться так же открыто вести себя с ним, так же показывать себя настоящего, любить, оберегать и дарить тепло. Он обязательно научится всему этому, но пока он может только прижимать к себе сильное тело. Не смотря на свою скорую разрядку, Хëнджин старался сдержать себя, чтобы не переступить черту и не причинить боль его мальчику, но того, похоже, это не сильно волновало. Проведя языком по шее старшего и прикусив не сильно мочку уха, Феликс нежно прошептал. –Ускорься, милый, не сдерживай себя. Издав несдержанный рык, Хëнджин не мог ослушаться. Крепко сжав одной рукой талию любимого, а второй водя по чужому возбуждению в такт толчкам, он ускорился и больше не мог сдержать себя. Закончив одновременно, оба выпустили облегчëнный выдох, а старший, не смотря на сильную слабость, потянулся за салфетками, попутно задавая вопросы Феликсу. –Я не смог сдержаться, прости меня. Тебе не было больно, точно? Всë в порядке? Ты хочешь пить? –Успокойся, Джинни, всë в порядке.–подарив тëплую улыбку, прошептал Феликс. –Ты у меня самый лучший, самый самый. У меня ничего не болит, я даже не знал, что может быть так потрясающе. Чувствую себя просто превосходно, лучше не бывает.–младший провëл рукой по щеке Хëнджина, убирая волосы за ухо и наблюдая за действиями старшего, что трепетно вытирал его живот, а позже лëг рядом. –Какой же ты замечательный.. Чем я только заслужил тебя? Поверить не могу, что это не сон.. Лишь слабо промычав, старший сгрëб в объятия парня и укрыл их большим одеялом. Должно быть, они забыли сходить в душ, но сейчас это мало кого волновало. Завтра они проснуться в объятия друг друга и будут долго смотреть в глаза, а потом целоваться до горящих губ. Вместе сходят в душ, приготовят завтрак и много чего обсудят. Жизнь постепенно начнëт налаживаться, ведь рядом с самым близким человеком по-другому и быть не может.

***

–Джинни, что ты пишешь? Ужин уже готов, я жду тебя Объятия со спины и поцелуй в плечо. Мурашки по коже, а улыбка счастливей некуда. –Не знаю, просто в голову пришло что-то. Пойдëм, а то остынет весь наш ужин

Мы были двумя половинками, что потерялись в этом огромном мире Но сейчас стали одним целым, чтобы создать свой маленький и не теряться в нëм никогда

{∞}