Диалог Глаз

Осушив до дна очередную кружку кофе, Кейтлин переворачивает ветхие пожелтелые страницы журнала. Сон упрямо лезет в глаза, строки сбиваются в кучу и смазываются, как в бреду, а читать и без этого удавалось с трудом. Никогда еще на ее памяти страдания, пытки, искалеченные судьбы и смерти людей - тем более, таких юных - не имели настолько(!) методичного описания. Больше всего на свете ей хочется просто закрыть глаза, порвать записи в клочья и забыть, как ночной кошмар. Но все-таки она читает... __________________________________________________ 4 февраля. Опыт - 21. Донор №5 (группа: 1, подгруппа: 1-2. Возраст - 8 лет, пол - м. рост - 50 дюймов, вес - 55 фунтов). Материал исследования: левое легкое; Объект исследования: сыворотка С-14/70; Цель опыта: установить возможность преобразования структуры ДНК клеток органа донора посредством сыворотки для его наилучшей генной совместимости с организмом реципиента при дальнейшей трансплантации, предотвратить отторжение; План опыта: 1. Ввести инъекцию С-14/70 в эпителиальный слой средней доли легкого; 2. Провести наблюдения (в течение 12 часов), записать результаты; 3. Взять три пункции верхнего слоя эпителия на биохим. анализ; 4. Занести р-ты в таблицу №16. Время инъекции: 9:05. Наблюдения: 9:25 - увеличение средней доли легкого в объеме (≈10% от общ. об-ма); 10:17 - потемнение наружного слоя эпителия. рН клеток поднялся с 7.2 до 7.9; 11:42 - появляется сероводородный запах, на верхнем слое эпителия присутствуют обильные слизистые выделения рН клеток поднялся до 8.5; 12:12 - потемнение всех долей легкого до черно-коричневого оттенка; присутствует ярко выраженный гнилостный запах, объем выделяемой слизи возрос почти вдвое; рН клеток - 8,7; ... 14:27 - полный некроз тканей легкого. Выводы: причиной некроза может являться высокая концентрация токсинов "В-11" и "АС-143" в сыворотке - ДНК клеток разрушается, не успев претерпеть необходимые структурные преобразования, вызывая отмирание тканей. Следует повторно протестировать С-14/70 на органах другого донора, в случае аналогичного результата - изменить формулу. ____________________________________________________________________ 7 февраля. Опыт №45. Донор №10 (группа: 2, подгруппа: 2-2, возраст - 8 лет, пол - м. рост - 51 дюйм. вес - 57.32 фунтов). Материал ис-я: печень. Объект ис-я: сыворотка С-14/80 План ис-я: 1) ввести инъекцию С-14/80 во внутренний эпителиальный слой левой доли печени; 2) провести наблюдения (12 часов); 3) взять 3 пункции верхнего слоя эпителия на биохим. анализ, 4) Занести р-ты в таблицу №18 Время инъекции: 12:15 Р-ты наблюдений: 13:15 - незначительное увеличение лев. доли печени; 14:24 - увеличение лев. доли печени в объеме (≈15%); 16:45 - изменение цвета печени до синевато-бурого; 17:28 - наблюдается абсцесс в левой и правой долях органа с образованием желто-серых бубонов (диаметром ≈ 0.5 дюйма). 18:47 - деформация левой доли и искривление венечной связки. .... 19:56 - некроз более 70% клеток печени... _________________________________________________________________ Почерк, как и у любого врача, почти не читаем. Меняется по нескольку раз на одной и той же странице, или во вовсе - в одном абзаце - то сбивается, то дергается, то скачет; строки так и норовят наползти друг на друга, то мутнея, то твердея, то заплывая жирными кляксами. Разбирать их - само-по себе - пытка, но вникать в суть и осознавать реальность описанного... Кейтлин ритмично раскручивает на пальце новый табельный кольт. Прежде это занятие помогало сосредоточиться, а сейчас еще и, как никогда, успокаивает. Хоть и навевает крайне навязчивое ощущение сожаления... Если бы два дня назад, она узнала все, о чем читает сейчас, то спустила бы курок без раздумий. Ничто ее бы не остановило. Теперь же остается только читать... __________________________________________________________________ С-14/90 дала наилучшие результаты в опытах. Более 50% клеток органов успешно претерпели преобразования генома, 20% не среагировали на инъекцию, менее 20% подверглись некрозу, однако результаты все еще далеки от желаемых - нужно исключить некроз полностью. Для чистоты эксперимента следует изучить реакцию тканей на инъекцию в живом организме... ___________________________________________________________________ Кейтлин сжимает ствол кольта до онемения в костяшках. Ее ведет - дурнота подступает к горлу, голова неумолимо кружится и явно не от недосыпа. С нажимом растерев похолодевший лоб, она листает дальше. Она уже догадывается, что прочтет на новом развороте... ______________________________________________________________________ 16 апреля. Донор № 14 (группа 2, подгруппа 2-1, возраст - 9 лет, пол - м., рост - 54 дюйма, вес - 58,5 фунтов);

Кол-во инъекций: 1 (сред. доля лев. лег-го), время: 14:35 ... - покраснение кожи - обильные красные высыпания - сильный отек лица и области шеи - влажные хрипы, сильный кашель, кровь в мокроте - анафилактический шок - асфиксия ... Время смерти: 15:01 (28 мин. с момента инъекции). Причина: анафилактический шок. _____________________________________________________________________ 18 апреля. Донор № 17 (группа 2, подгруппа 2-2, пол - м. возраст - 8 лет, рост - 51 дюйм, вес - 52.4 фунта) Кол-во инъекций: 1 (печень, лев. д.), время: 7:20 ... - Побледнение кожи; - Судороги; - Обильная рвота; - Вздутие брюшной полости; - Покраснение белков глаз; - Образование бубонов на коже; - Кровотечение из всех естественных отверстий; ... - Внутреннее кровоизлияние; ... Время смерти: 9:12 (1 час, 58 мин. с момента инъекции). Причина: разрыв печеночной артерии... ________________________________________________________________________ 19 апреля: Донор № 18 Кол-во инъекций: 2 (ср.д. лев. лег-го; лев. д. печени), время: 5:05; 7:41. ... Время смерти: 8:56 (3 часа, 51 мин. с момента ин-ции). Причина: некроз тканей печени. ... Донор № 21... _________________________________________________________________________ Почерк трясется все заметнее с каждой датой - все более быстрый, более косой - набросанный горячей рукой. Каждая новая запись короче предыдущей чуть ли не вдвое. Описания настолько рваные, словно вовсе перестали иметь для автора какое-либо значение... Результат все равно одинаков. Слово "смерть" ползет по пятам за каждым номером - разница лишь во временных промежутках. Но все же они растут. И почему-то... именно этот факт угнетает только сильнее. Сколько часов страданий и пыток может вынести самый обыкновенный маленький ребенок...? Кейтлин кажется, она уже слышит их крики наяву. Все чаще между наблюдениями, тут и там - разбросанные по страницам невпопад - проскальзывают и карандашные заметки. В основном небрежные, короткие, будто записи в ежедневнике, набросанные второпях, словно под рукой не нашлось другого листа, но порой... попадаются куда более пространные. Усталые, вдумчивые и неторопливые - писали их явно по ночам и без лишней педантичности - просто рассуждения на бумаге. Догадки, теории, домыслы... В них Кейтлин вчитывается особенно пытливо... _______________________________________________________________________ 25 апреля. 2:15. 15 минут назад сдался №24 - последний из группы. Он подавал большие надежды - выдержал 3 инъекции, продержался почти 17 часов - на 43 мин. дольше, чем 22-ой. Причиной смерти обоих стал (как это не парадоксально) успех в эксперименте. Геномы их органов претерпели необходимые изменения, однако этот фактор и стал для мальчиков фатальным - организм отторг собственные органы, как инородные тела. Есть подвижки, есть прогресс, но чертовски слабый... 17 часов на трансплантацию трех органов - срок почти невозможный. Нужно его увеличить. Исходя из наблюдений, можно сделать вывод, что время реакции напрямую зависит от состояния организма донора - 22-ой и 24-ый отличались наиболее плотным телосложением, соответствующим возрасту, и не имели хронических заболеваний - уверен, они протянули дольше по этой причине. Нужны доноры, способные выдержать больше. Больше времени, больше инъекций. Нужно переформировать группы - отобрать в доноры самых сильных. Истощенных и зараженных - в реципиенты. Нужно узнать, сможет ли самый ослабленный организм принять пересадку... _________________________________________________________________________ Страница разделяется на две колонки: "Донор" и "Реципиент" - один напротив другого... №25 - №36 №26 - №32 №27 - №33 №28 - №35 №29 - №34 №30 - №31 Ниже, в таблице - результаты операций. Кейтлин мрачно сползает по ней глазами. Шесть операций. Одна успешная. За таблицей снова следуют заметки... ______________________________________________________________________ 15 мая. 6:43. Прорыв! №31 успешно перенес пересадку легкого и левой доли печени. Донор скончался после инъекции в сердце - пришлось прервать операцию. Реципиент на данный момент стабилен. Прослежу за его состоянием в ближайшие трое суток. Однако прогноз не слишком воодушевляет... _______________________________________________________________________ 16 мая. 4:55. Я не ошибся. Начался абсцесс тканей печени - заражение быстро пошло в кровь, антибиотики не помогли. Я был занят - не успел ничего предпринять вовремя. Ничего. Тем не менее, успех стал ближе - нельзя останавливаться. Нужно найти новых доноров. Здоровых и сильных - идеальных доноров. Беспризорники с обочин не подойдут. Поиски займут время... вероятно, длительное. Возможно, стоит пустить в ход химер - неплохая возможность проверить, чего они стоят... _______________________________________________________________________

- "Химер"?

Кейтлин смаргивает и перечитывает еще три раза, убеждаясь, что не ошиблась, и еще долго смотрит в центр страницы, задумчиво постукивая рукоятью кольта о подбородок.

- Химеры были лишь орудием добычи - не целью опытов... Что тогда...?

Сон снимает, как рукой, даже без четвертой кружки кофе. Клубящийся в подкорке сознания гнев плавно сменяется любопытством. Все ее внимание теперь занято одним вопросом, на который она упорно ищет ответ. _______________________________________________________________________ 27 июня. Звери выполнили свою задачу - их потенциал поистине впечатляет - правда, принесли всего десятерых. Всего десять мальчиков, и в доноры годятся только шестеро пилтовских - не хватит даже на полноценную группу. Однако, теперь ничего не поделать - придется работать с тем, что есть - больше уже не достать, слишком рискованно. Уже утром ищейки кинуться по следу. Остается надеяться, что уловка сработает. Нескольких бабочек не хватает... Этой зацепки оставлять не следовало. Нужно торопиться. Доноров мало, времени - еще меньше, придется отказаться от ряда операций и экспериментов, выверить все до мелочей, работать с максимальной точностью. Каждая попытка теперь может стать решающей... ________________________________________________________________________ 29 июня. Донор №37. (группа 4, пол - м. возраст - 8 лет; рост - 52; вес - 52.9); Кол-во инъекций: 1 (сред. д. лев. лег-го); время: 8:26... ________________________________________________________________________

- Сэм Баккер, - болезненно жмурится Кейтлин.

Номерная бирка на большом пальчике бледной ноги, запятнанная кровью простынь на замороженном хрупком теле - воспоминания обжигают глаза черной вспышкой. Результат эксперимента ей уже известен. "Время смерти: 9:51"... ________________________________________________________________________ Провал. Щенок не выдержал и двух часов. Всего одна инъекция - отек горла, удушье. Моя ошибка - не предусмотрел элементарную аллергическую реакцию на седативные. Потерять донора из-за такой оплошности... Больше никаких транквилизаторов, никакой анестезии, обезболивающего - по два куба, не больше. Может хоть боль заставит этих щенков бороться за жизнь. Как же надоел их рев... _________________________________________________________

1 июля. Операция 7. Донор №38 - реципиент №28 Кол-во ин-ций: 3 (лев. легк., печень, лев. почка) Усп. пересадок: 2 (левое легкое, левая доля печени) Начало: 7 июля 21:33. Окончание: 8 июля 13:56 Время смерти донора: 12:21 Состояние реципиента: кома 4-ой степени. __________________________________________________________________________ Строки ниже до невозможного дерганные и кривые - писали ватной рукой - видно сразу. Время не отмечено, но Кейтлин догадывается, сколько их автор провел без сна... __________________________________________________________________________ 28-ой не отошел от наркоза - давление упало, пульс почти остановился... но он еще жив. Можно ли считать это успехом, покажет время... которого у меня нет. Как и выбора. Дольше тянуть нельзя. Завтра придет черед Э****... __________________________________________________________________________ Слово размыто чернилами настолько, что не удается разобрать ни одной буквы, кроме первой. Похоже - не случайно. Кейтлин отворачивает страницу и поднимает на просвет к торшеру. "Э**ли" - все, что удается распознать. Опустив журнал обратно на пол и вооружившись лупой, она листает дальше. Как минимум, две страницы вырваны, другие сильно помяты; кровавые отпечатки пестрят по краям вперемешку с каплями чернил. Никаких записей о следующей операции - только потертые, замызганные карандашные каракули, в которых с трудом угадываются слова: __________________________________________________________________________ Отторжение... Донор выдержал 5 инъекций, было три успешных пересадки, я не допускал ошибок, продумал каждый возможный исход. Что я сделал не так... 28 часов... Она лежала у меня на столе 28 часов... без результата... __________________________________________________________________________ Строки ломаются, слова смазываются, буквы расплываются - по бумаге будто водили проспиртованной тряпкой. В каком нужно быть состоянии, чтобы так писать...? __________________________________________________________________________ Святая Жанна... ни один отец не должен видеть того, что я видел сегодня... Не верю, что поднял на нее скальпель. Тебе ведь не было больно, милая, правда? Потерпи еще, прошу, еще немного. Будь сильной, девочка. Ради меня... __________________________________________________________________________ Следующий же абзац, и следующий день, начинаются, как ни в чем не бывало - ровными твердыми буквами: __________________________________________________________________________ Звери поймали у реки еще одного мальчишку - принесли нагого, без сознания, парализованного - похоже, получил дозу яда, но все еще дышит. На плече - метка поджигателей - только этого еще не хватало... Животные становятся своевольными - больше не стоит выпускать их без крайней необходимости. Мальчишка, однако, крепкий, выглядит здоровым. Пожалуй, его вполне можно использовать... __________________________________________________________________________

- Сори, - печально прикрывает глаза Кейтлин.

- Он всего лишь оказался не в том месте, не в то время.

Записи обрываются снова. Вверху новой страницы чернеет дата: "10 июля", обведенная в изящный кружок. Сама же страница пуста. В развороте покоится маленький белый сложенный пополам тетрадный листочек. Кейтлин раскрывает его за уголки. ________________________________________________________________________ Сегодня твой двадцатый день рождения, милая... хотя ты изменилась гораздо меньше, чем я. Надеюсь, ты еще сможешь узнать меня, когда проснешься. Если бы ты знала, как я жду этого момента... даже заготовил подарок. Мечтаю увидеть, как ты его откроешь... когда-нибудь. И - остальные одиннадцать. Я очень скучаю, милая. Ты не представляешь, как. По твоему смеху, по твоей улыбке, по твоим глазам... Все эти годы не было ни минуты, когда бы я не вспоминал о них. Я не был идеальным отцом, дорогая. И стал ужасным человеком. Страшным человеком. Но что бы не случилось, помни, милая, папа очень тебя любит. И сделает для тебя все. Я писал бы тебе сутками, но прости, мне пора за работу. Завтра будет еще операция. Я буду с тобой. Мы скоро встретимся, милая. Я обещаю. С днем рождения, моя Эмили. _________________________________________________________________________

- Эмили.

Кейтлин хмурится, мимолетно сморгнув проступившую слезу, и отворачивается, в смятении постукивая уголком письма о паркет. Она наконец-то начинает понимать... На душе вдруг становится так гнусно, словно прямо в грудину залили бочку дегтя. Она сама не знает, жалость это, разочарование, горе, или гнев, или, может быть, все сразу, но ощущение на редкость паршивое. Убрав листок подальше, она вновь берется за журнал. И снова - никаких записей об операции. Только нацарапанные, будто в хмельном бреду, дрожащие строчки: "Отторжение! Снова! Я не могу найти причину... Все мертвы, осталось два донора, хранилище забито телами... нужно избавиться от лишних. Еще тридцать два часа за столом в пустую. Эмили была на грани. Святая Жанна, помоги ей, это все, о чем я прошу... Я отдам все, отдам столько душ, сколько будет нужно, отдам все, что у меня есть, но верни ее мне! Моя девочка... Избавь ее от страданий, Жанна, она не выдержит больше. Помоги мне, дай знак, скажи мне что сделать. Верни ее мне. " И вдруг под ними, в самом центре страницы - размашистая, косая надпись, подчеркнутая трижды, будто вспышка озарения среди ночи: "Инъекции в аорту"... __________________________________________________________________________ 16 июля. Сработало! Эффект превзошел мои ожидания - инъекция в аорту позволила равномерно распределить сыворотку по организму донора и исключить преждевременное отторжение. Трансплантация завершена. Успешно, или нет - теперь покажет только время... и воля богов. Состояние донора, на удивление, стабильно - мальчишка оказался сильнее, чем я полагал. Выдержал четыре инъекции - перенес не только трансмутацию, но и потерю четырех органов за рекордно короткий срок... Лишился легкого, почки, желудка, половины печени и все еще дышит... Похоже, я все же сумел найти идеального донора для моей девочки. Хоть едва не оглох от его криков - сопротивлялся он куда дольше остальных. Пришлось перерезать ему шейный спинномозговой узел, чтобы утихомирить - транквилизаторы могли повлиять на течение реакции, однако паралич все равно ее существенно замедлил: трансмутация наступила только через 12 часов, еще 29 ушло на операцию. Мальчишка выдержал. Возможно, он не только выживет, но даже сможет восстановиться... насколько возможно. Стоит проследить за ним в ближайшие дни. Если не загнется за двое суток, начну операцию по трансплантации сердца... Даже не слишком удивлюсь, если он переживет и его потерю. __________________________________________________________________________

- Рауль, - понимает Кейтлин. - Сколько же ты вынес...

__________________________________________________________________________ №36 никак не замолкнет. Говорить членораздельно уже разучился, но визжит, как поросенок на бойне. Похоже, уже окончательно потерял рассудок - вчера пытался поедать собственные экскременты, сегодня грызет цепь - уже сломал четыре передних зуба. Однако признаков ухудшения физического здоровья не наблюдается... даже наоборот - излишняя активность - и трех минут не может усидеть на месте, все пытается вырваться. Стоит перевести его в клетку покрепче - эта долго не выдержит. __________________________________________________________________________ Состояние Эмили не изменилось... Никак. Признаков отторжения нет, пульс стабилен, давление в норме, иммунодепрессанты должны действовать, но она по-прежнему не приходит в себя. Не изменилось абсолютно ничего... Я ничем не могу ей помочь... __________________________________________________________________________ 17 июля. Еще сутки. Изменений нет. Я не могу понять, почему ее организм не реагирует на трансплантаты. Иммунитет подавлен, гены МНС полностью совпадают, нарушений в ВНС не обнаружено, некроза нет, но органы все равно не функционируют. Если до завтра она не очнется... придется прибегнуть к новому методу. Не думал, что дойдет до этой меры... Но, боюсь, у меня не осталось другого выбора. Звери насторожились. Кто-то вспугнул амфибию - стоит готовиться к приходу гостей... Благо, мне есть чем их встретить... _______________________________________________________________________

Новый метод? - пристально щурится Кейтлин.

- Всего за два дня до штурма... Что он мог предпринять за это время?

Она переворачивает страницу, выжидая очередную таблицу, формулу и время чьей-то смерти, но поистине удивляется, обнаружив лишь один-единственный замызганный обрывок белой ткани, оттяпанный, судя по всему, от медицинского халата. Едва ли он попал сюда случайно... Придвинув торшер поближе, Кейтлин укладывает клочок на горячую лампу. Первую минуту ничего не меняется - она уже готовится шагать на кухню за солевым раствором, как вдруг на такни плавно, одна за другой, начинают проступать желтовато-рыжие контуры букв, постепенно складывающихся в слова... _______________________________________________________________________ Феноменально. За всю жизнь, за всю свою практику, я еще не наблюдал явления настолько(!) близкого к понятию "чудо"... Но это оно. Поистине оно! Не трансплантация, не трансмутация - модификация живых тканей в нечто совершенно новое - симбиоз(!) плоти и металла. Изменение не просто структуры, но материала клеток, слияние органики с неизведанным*... Оно возможно. Ответ был так прост и так невероятен, но ты доказал мне. Подобного прорыва человечество еще не видело. Это и есть - наше будущее! Не знаю, прочтешь ли ты это, мой друг, но знаю, что твое имя войдет в историю. Эмили... Моя Эмили снова со мной. Благодаря тебе. Она будет жить благодаря тебе, будет снова бегать и играть у ручья благодаря тебе. Как и тысячи, возможно, миллионы других, кто пойдет за тобой. Я обязан тебе всем, что у меня есть. Даже чем-то намного большим. Спасибо. Не знаю, смогу ли еще отплатить тебе, но надеюсь, мои труды тебе послужат. Не останавливайся ни перед чем. Будущее человечества теперь в твоих руках. _______________________________________________________________________ Текст обрывается. Кейтлин оторопело мечет взгляд обратно к журналу, листает до самой корки, но все оставшиеся страницы пусты. И в этот раз нагрев не помогает. Не помогает ни соляной, ни йодистый раствор, ни ультрафиолетовый фонарь. Больше записей нет. Она споро хватается за новую стопку изъятых папок, журналов, блокнотов и дневников. Из особо потрепанной толстой тетради с крупной подписью: "№ 1088", вылетает на пол небольшой листок с карандашной схемой - глаз невольно цепляется за нее. На схеме - зарисовка гигантского волка со спины, и рядом - чертеж странного устройства, напоминающего панцирь с двумя впаянными цилиндрическими камерами. Очертания до боли знакомые. Кейтлин открывает тетрадь. Пролистывает несколько разворотов, выискивая что-нибудь примечательное. Находит. Хоть и не совсем то, что ожидала... __________________________________________________________________________ 14 июля. 13:36. Объект отказался от обеда - подобного за ним прежде не наблюдалось. Долго принюхивался к телам, но так и не притронулся. Возможно, у тел присутствовал бальзамический запах, или у зверя внезапно пропал аппетит, но все же... можно допустить мысль, что имели место некие моральные принципы. Возможно, у него еще сохранились остатки человеческого сознания. Стоит повторить опыт вечером. 20:25 Аппетит в норме. Кусок сушеной козлятины объект проглотил, не жуя, и охотно поедает моего давнего пациента, но к телам детей по-прежнему не подходит. Похоже, я не ошибся. __________________________________________________________________________ 15 июля. Объект снова предпринял попытку заговорить. Подобного не повторялось уже больше четырех месяцев - не ожидал, что речевые центры мозга еще работают. Его поведение крайне непредсказуемо после последней трансмутации - я не могу понять, по какому принципу работают его нейронные связи. Двигательная активность подавлена; этот фактор зачастую пробуждает активность таламуса и зону Брока, но сделать точный вывод будет возможно только при трепанации черепа. Стоит заняться этим, когда закончу с основными делами. Пока что, увеличу дозу седативного. __________________________________________________________________________ 17 июля. 01:27 Седативные перестали действовать - объект снова проснулся. Снова вспышка агрессии и судороги: опять поднял рев, чуть не порвал цепи. Вероятно, я все же переборщил с концентрацией кислоты в спинальных камерах - превышает болевой порог, вызывает приступы агрессии - контролировать их все сложнее, но понижать концентрацию рискованно - может наступить кома. Попробую снова удвоить дозу обезболивающих. 10:15 Зверь пробудился! Врывался из цепей, разнес половину оборудования, чуть не снес мне голову и не вызвал обвал. Всадил ему тройную дозу транквилизатора - подействовало лишь за три минуты. Резистентность к седативным растет с каждым часом, объект выходит из под контроля... Испытаю на нем новую сыворотку - возможно, мерцание угомонит его хотя бы на сутки. Сукин сын - едва не добрался до отсека с гремучими кислотами! Он будто целенаправленно пытается похоронить меня в моей же лаборатории. Вандер и в прежней жизни был одной большой проблемой - никогда не умел сдаваться... __________________________________________________________________________ Кейтлин замирает глазами. Перечитывает снова, и снова, и снова. Перелистывает к самому началу и читает, не отрываясь... __________________________________________________________________________ 8 октября. В лабораторию забрел внезапный гость - бродячий пес - самец, довольно крупный, но истощенный. Черт знает, как он сюда пробрался - вероятно, учуял запах крови. Пока оставил его, накормил, выделил ему просторную клетку - кто знает, может он мне еще послужит... __________________________________________________________________________ Пес отказался от еды, не может пить - давится водой, глотательные рефлексы нарушены, из пасти обильно капает слюна; по всем признакам - прогрессирующая стадия бешенства. Стоит усыпить беднягу, однако... его недуг может стать хорошим полем для нового эксперимента... __________________________________________________________________________ 17 октября. Вирус прогрессирует - дошел до финальной стадии. Купировать процесс при помощи мерцания уже не представляется возможным, однако есть потенциал для образования нового мутагена. По счастью, у меня есть подходящий кандидат для его испытаний. Вандер, в кои то веке, сможет послужить на благо науки... " __________________________________________________________________________ Кейтлин листает, словно под гипнозом, уже не замечая, ни противного зуда в глазах, ни головной боли, ни рассветных лучей, плавно подползающих от окна к страницам. Заметки, описания, формулы и схемы стремительно складываются в единый невероятный, умопомрачительный, но, к сожалению, до боли логичный и четкий паззл.

- Вандер...

Впервые за годы работы ее подозрениям и догадкам нашлось самое, что ни на есть, документальное подтверждение. И впервые за все годы работы этот факт ее ни черта не радует. Позади доносится сонное мычание и тихая возня, шуршат шаги, и вскоре теплая ладонь подруги чутко ложится ей на плечо. - Кекс... ты что, всю ночь не спала? Кейтлин плавным движением прикрывает тетрадь. - Прости, я... почти закончила. - Вечером ты тоже самое говорила, - протестует сонный бубнеж над ухом. - Да, но... это важно, Вай. - Важно то, что этот ублюдок теперь за решеткой и больше никуда не денется, кексик. Так что хватит изводить себя из-за того, что уже не исправить. Ложись спать. - Еще чуть-чуть, - мягко улыбается Кейтлин. Подруга ворчливо фыркает под нос, но не уходит - укладывается рядом на ковре, обхватив ее руками, как плюшевую игрушку, и пристраивает голову на изгибе ее поясницы. Кейтлин вздыхает, нежно оглаживая ее малиновый висок, чуть поигрывая короткими волосками. - Вай... Рано, или поздно, она все равно узнает правду. Пусть уж лучше узнает от нее. -... Я должна кое-что тебе показать...