Криолан

Деньги от Геррита Хейнеманна вскоре закончились, и пришлось снова начать попрошайничать. Да, они смогли сэкономить на звонке — нападение испугало почти всех обитателей Репербана, и каждый занялся поиском нового прибыльного места, никого с телефоном так и не удалось найти. Но все ушло на еду, пару одеял — так как стало еще холоднее, и на выпивку. А так же на газеты и нового информатора. Пока Класс не узнал, что Штофферса вскоре нашли с передозировкой в какой-то подворотне, не смог спокойно спать и дышать. Понятно, что это был Свис. Отплатил дружку за предательство. И даже не пожалел. Класс тоже ненавидел гаденыша всеми фибрами души, но смерти ему не желал. Хотя, в его случае, это было даже подарком. Соскочить паренек уже не смог бы. А в его состоянии это была не жизнь, а мучения. Информаторы донесли, что Свис тоже исчез с радаров. Его снова искала полиция. А его дружки сознались, что это они перехватили вместе со Штофферсом Криолана у Свиса из-под носа и немножко покалечили. По приказу наркоши, конечно же. У того были какие-то личные счеты с бедным чудаковатым бездомным. И он сорвался и порезал беднягу в приступе отчаяния. В какой-то момент его хотели даже оттолкнуть- никто не собирался никого убивать, но само все разрешилось. Почему-то бедняга слишком быстро вырубился, совсем не оказывая сопротивления, и Штофферс своим наркотическим недалеким сознанием решил, что он уже мертв и не стал дальше марать руки. Бездомный был крепким, видно, что сильный, но ни разу никого не ударил в ответ. И молчал, когда били его. А потом просто отключился. Никакого веселья. Криолана спасло только то, что он потерял сознание. И он должен был, наверно, уже выздороветь и прийти в себя. В возвращение памяти Класс пока не верил, но надеялся, что Геррит о нем позаботился и не отпустил на Репербан. Хотя, теперь уже можно было. Штофферса больше нет. Никто не захочет его убить, чтобы отомстить за прошлые обиды. Они же с Никласом перекантовались на старом месте на той стороне реки у моста, где уже были раньше, а потом все-таки возвратились на Репербан. И все снова вернулось на круги своя. Туда, где еще не существовало Криолана и рекламы с Герритом. И где с деньгами было совсем худо. Где они просто попрошайничали на выпивку и какую-нибудь еду, ни о чем не думали и ни за кого не переживали. Сложно возвращаться к тяжелому прошлому после счастливого настоящего. Возле Маклональдса, как всегда, было шумно и многолюдно. Еще не утихли разговоры о сбежавшем Свисе и мертвом Штофферсе. Те, кто покупал у них наркотики, тоже постарались пока не высовываться, так что на Репербане теперь было чуть ли не самое безопасное место. Да и полиция здесь всегда рядом. Никлас старался дружить со всеми — никто ведь не откажет хорошему приятелю в стаканчике пива? А может, и закусить что-нибудь найдут? И так и выходило, что чаще Никлас ел с посторонними, без Класса. А друг его стал все чаще и чаще посещать центры для бездомных, чтобы совсем не помереть с голоду. И в один из таких визитов он и узнал, что его, оказывается, разыскивали. Нет, не полиция, и даже не Геррит. Со слов персонала, это была очень красивая девушка с пирсингом и белыми необычными волосами. Она спрашивала про парня, называла его имя даже, упоминала сиреневую толстовку. А как оказалось, в центре только у него такую красивую, правда, уже порядком заношенную и даже грязную, кофту и видели. Девушка оставила свой телефон и адрес, очень просила передать их Классу, если вдруг он зайдет. У них ведь все фиксируется. Класс все выслушал, взял листок с адресом и телефоном и решил больше не приходить в этот центр. Еще не хватало столкнуться с Алексией прямо там. И что ей от него понадобилось только? Почему она его ищет? Ну подумаешь, они поговорили в библиотеке и вместе посидели в кафе. Ничего такого. Никто никому ничего не обещал. Как встретились однажды, так и разошлись: быстро и без обязательств. История Геррита и Криолана никак ее не касалась. А если она вдруг захотела через него узнать побольше о дизайнере или о модели, то не к тому обратилась. Нет, он не ревнует. Просто точно не станет с этим помогать. Слишком уж далеки друг от друга их жизни в этой реальности. Уже порядком стемнело, и Класс свернул с освещенного дерзкого Репербана в сторону набережной. Захотелось немного проветрить голову. Да и он всегда любил смотреть на загадочно-черную ночную Эльбу. В это время года туристы уже расходились по гостиницам, поэтому никто не мешал гулять и слушать прохладный свежий вечер. Да Класс и не любил уходить далеко, в сторону метро и тоннеля. Здесь, на окраине, вид открывался получше. Да и непрошенных свидетелей его пьяной меланхилии было гораздо меньше. Штофферса больше нет. Справедливость восторжествовала. Но Грету не вернуть. Как и не вернуть вновь Криолана. Наверно. Они расстались теперь навсегда. Он только обрел кого-то, кто стал ему больше, чем просто друг. Он стал семьей. Он стал смыслом жизни. Стал для Класса самым дорогим человеком. Удивительно, как они оба смогли так быстро почувствовать и принять друг друга. Учитывая, что один был буквально не в своем уме. С новыми мозгами, новыми эмоциями и новой жизнью. И настоящей любовью к другому реальному человеку. Класс никогда не сомневался, что у Криолана к Герриту была именно любовь. В таком странном проявлении в его измененном сознании, но именно она, самая настоящая и светлая. И наверно, что-то очень крепкое и неразрывное все-таки связывало дизайнера Кристиана Хармса и модель Геррита Хейнеманна. Не могла такая любовь возникнуть просто из ниоткуда. И жаль, что никак теперь не узнать, не раскрыть этот секрет. Ветер трепал волосы, выглядывающие из-под капюшна, но Класс почти не обращал на него внимания. Ни на ветер, ни на холод, ни на темноту, в которую он все сильнее погружался, с каждым новым шагом и глубоким вдохом. Никлас быстро принял, точнее, вновь смирился с вернувшейся тяжелой жизнью, выживанием на улице, а Класс все никак не мог. Криолан словно вывернул его наизнанку, показал ему прежнего его, заставил вновь поверить в нежные и искренние чувства. Ни о ком так сильно не хотелось заботиться, как о Криолане. И каждый день он возвращался мыслями к нему. А может, позвонить все-таки Герриту? Или хотя бы А…. — Класс! Привет. А я все жду твоего звонка. Алексия появилась буквально из темноты. Окликнула его сзади и догнала, упрямо заглянула в глаза, нахмурившись. Словно они расстались только вот-вот, и именно по его вине. На ней был все тот же объемный шарф и короткая куртка, а волосы собраны в огромный причудливый пучок. Пирсинг поблескивал в темноте, но был едва различим. А вот глаза буквально светились. И Класс глубоко выдохнул, когда встретился с ними вновь. И с опасением попытался найти в них неприязнь, омерзение, ужас, жалость. Но не смог. Там было нечто совсем другое. — Алексия? Как? Что ты здесь делаешь? Я…я прости, я просто… — Тебе не надо ничего мне объяснять, Класс. Я все знаю. И про тебя, и про Геррита, и про Криолана-Кристиана. Голос ее был мягким, даже ласковым, но уверенным. И ни капли жалости. Хотя Алексия едва не дотронулась до его плеча. Но он опасливо отступил назад, пытаясь совладать с собой и позорно не сбежать. — Да, ты сама читала мне про них в журналах. Я помню. — Я видела их. Обоих. Позавчера. И разговаривала с ними. — Видела? — Да. Случайно встретила Геррита в магазине «Криолан». И сразу вспомнила о тебе. — Алексия… — Класс, тише. Подожди. Я все знаю про тебя. И я хочу помочь. — Помочь? Алексия все-таки дотронулась до его плеча, и даже через кофту и кожаную куртку прикосновение буквально обожгло и заставило вздрогнуть. А еще она смотрела так пристально прямо в глаза, что сопротивление было просто бесполезным. Да и не хотелось отводить взгляд. В темноте плохо были различимы черты, но Класс помнил их и никогда, он был уверен, уже не сможет забыть. И тоже коснулся ее предплечья — гладкой прохладной ткани куртки. — Мне не нужна помощь. Алекс… — Можешь просто Алекс, да. Класс, пожалуйста. Я не знаю, кто ты такой, но чувствую, что мы встретились не случайно. И я вижу, как ты смотришь на меня. — Сейчас темно. Я просто смотрю, Алекс. И я тоже не знаю, кто ты такая, но я думаю о тебе. Хотя, я понимаю, что это бессмысленно. — Тогда, давай, давай поговорим. Я расскажу тебе о себе. И Криолан, кстати, он переживал за тебя. Геррит тоже. Ведь ты не перезвонил. — С Криоланом все хорошо? Он с Герритом? — Да, и они, по-моему, оба этому рады. Каждый по-своему. Какие же они оба красивые. — Да, красивые. Но ведь Криолан…сложно с ним, наверно. Я так скучаю по нему, черт возьми. И я так ошеломлен, что даже не спрашиваю тебя, откуда ты все про них знаешь. Почему, вообще, мы говорим сейчас снова о них? Почему, Алекс? Она немного смутилась и засмеялась. А потом вдруг абсолютно внезапно дотронулась до щеки Класса, всего лишь кончиками пальцев, но и этого хватило, чтобы он перехватил весьма грубо ее запястье и отошел. — Ты совершаешь ошибку. — Класс, я уже все для себя решила. — Решила подобрать бездомного? Так вот. Я не жалкий щеночек или котенок. — Я так вовсе не думаю. Давай просто поговорим. Сначала в библиотеке появляешься ты, потом — я встречаю Геррита на концерте, потом — в магазине. И он знакомит меня с Криоланом. Я не просила. Все само так произошло. — И что? Произошло и произошло. Зачем тебе все это? — Не знаю. Правда, я не знаю. Но сегодня вечером я пошла именно сюда и встретила тебя. Видишь, оно само так происходит. И я не хочу отказываться. Класс перевел взгляд и зажмурился. Это все казалось каким-то самым нереальным и прекрасным сном. Что эта девушка сейчас творила? Она ведь несерьезно, нет? Неужели она почувствовала то же, что и он, и просто не смогла с этим бороться? И пришла сюда. Просто по велению сердца. — Ты удивительная, Алекс. Но ты ведь совсем меня не знаешь. И я. Я ведь живу на улице. Не живу, даже, а просто выживаю. — Мы что-нибудь с этим придумаем. — У меня есть собака. Я его не брошу. — Я очень люблю животных. — Ладно, мы поговорим. Можно дойти до Макдональдса на Репербане. Но я не смогу угостить тебя гамбургером. — Не страшно. Уже слишком поздно. Да я и не ем мясо. — Точно. Я и забыл. Прости. И, тебе лучше ко мне не прикасаться и не приближаться. Так мне будет спокойнее. — Я не согласна, но, как хочешь. Я буду идти на расстоянии. — Спасибо. Так мне гораздо легче. Ну так что, как там Криолан? Что он говорил? Как выглядел? Мне все интересно, рассказывай. И про Геррита. И как ты, вообще, начала общаться с ними? — Как много вопросов сразу. Вижу, что ты правда скучаешь. Но ты тоже должен рассказать мне все. Согласен? — Согласен. Расскажу. Вчерашний день Геррит с уверенностью даже смог бы назвать одним из лучших за последнее время. Все шло ровно и спокойно. Утром они позавтракали и поехали в больницу снимать швы. Криолан большей частью молчал, ни о чем не просил, ничего не требовал, был тихим и кажется, абсолютно всем довольным. Удивительно, но в этот день до самого вечера он так и не попросил ни разу включить ему ролики. Пока ехали до больницы, видели несколько экранов, и Криолан просто радостно воскликнул «Геррит», но при этом даже не попытался открыть окно и не просил остановить машину. Сам Геррит лишних вопросов тоже не задавал. После всего случившегося ему все еще было не по себе. Сложно так быстро смириться, что влюбился в такого особенного человека, который никогда не сможет ответить тебе взаимностью. А в том, что это влюбленность, сомнений больше не осталось. Ведь все-таки Криолан был человеком, а значит, в него можно влюбиться. Все просто и одновременно очень сложно. Но теперь Геррит решил просто принять эти чувства. А еще научиться ими наслаждаться. За завтраком Криолан внезапно похвалил яблочный пирог и сьел аж три куска за раз. И если бы это случилось еще пару дней назад, то Геррит тут же бы заволновался, завалил Криолана вопросами, попытался бы выпытать, что он именно чувствует и думает, но сегодня он просто молча улыбнулся и кивнул. Пусть это останется только с ним. Это тепло и благодарность. Эта нежность, которая теперь поселилась у него внутри к этому человеку. К каждому его слову, взгляду и улыбке. Да, изменения на лицо. Но пусть потом Марк Бенеке ими занимается. Герриту же просто хотелось наслаждаться редкими моментами их общения. А что делать со всем этим потом, когда Криолана заберут, он подумает как-нибудь позже. В больницу приехал Марк и почти не отходил от своего странного подопечного ни на шаг. Швы сняли, Геррит получил еще несколько рекомендаций и мазей, и в целом, остался всем доволен. И даже предложил Марку пообедать вместе с ними. И они втроем поехали домой, так как там оставался котенок, а так же большой выбор приготовленной заранее еды, которую никто не хвалил до сегодняшнего утра. И Марк остался у них до самого вечера. Когда Криолан ушел в свою комнату с котом, доктор во всех подробностях рассказал Герриту о лечении и методиках. И начал с самого начала. Это был очень непростой разговор, но он был нужен парню. Он хотел знать абсолютно все. И так же понимать, стоит ли на что-то надеяться в будущем, и главное, на что именно. Марк не стал давать конкретных прогнозов, но уверил, что изменения уже начались, а значит, надежда есть. И в этом он видит заслугу и самого Геррита. После ухода доктора Бенеке Геррит еще долго сидел на диване и думал о разговоре. Интересно, как бы Марк отреагировал, если бы узнал, что появились чувства? Сразу бы приказал собираться в лечебный центр или бы дал хоть какой-нибудь шанс все объяснить? В принципе, оказаться с Криоланом в одной палате на соседних кроватях — не такая уж и плохая перспектива. Жаль, что кота никто им не позволит забрать с собой. Перед сном безумные мысли о Криолане и больнице немного отступили — Флориан написал о предстоящем фотосете и прислал красивый закат с едва различимой темной фигурой на фоне. И почти целый час они проговорили в переписке обо всем на свете. Так легко и беззаботно было сейчас только с Флорианом. Жаль, что никак уже не получится влюбиться в этого прекрасного парня. Место в сердце безвозвратно занято. Утром приехала Скарлет, и завтрак прошел в веселой непринужденной обстановке. Геррит даже постарался по такому случаю и организовал роскошный шведский стол. Намекнул менеджеру, что все только ради нее, потому что она с радостью согласилась присмотреть в парке за Криоланом. Сам он ведь будет занят на съемках. Геррит думал, что Криолан придет в восторг от возможности побывать на настоящей фотосъемке с Герритом Хейнеманном. Что он засыпет его вопросами про одежду и партнеров, что будет немного нервничать и переживать за него, что непременно захочет как-нибудь поучаствовать. Да и сам Геррит с удовольствием что-нибудь бы для него придумал. Фло точно не стал бы возражать. Но Криолан не проявлял никакого интереса к съемке. Он привычно игрался с котом после завтрака в гостиной, пока ждал Геррита. Он снова надел любимые потертые штаны и толстовку с курткой. Бриться он отказывался напрочь, так что трехдневная щетина и нерасчесанные волосы, спрятанные неаккуратно за куртку вновь мысленно вернули Геррита на Репербан, к тому моменту, когда он еще не знал, что перед ним не бездомный, а потерявший память дизайнер. Скарлет рядом с ним в высоких сапогах на каблуках, короткой кожаной юбке и светлом пальто до колен выглядела слишком вызывающе и инородно. Но саму девушку это ничуть не смущало. Она привычно обняла Криолана при встрече и ласково разговаривала с ним, разглядывая с неподдельным интересом. — Хорошо, Криолан. Пока Геррит собирается, давай с тобой договоримся. Я сегодня за тобой присматриваю, так что не подведи меня. Хорошо? — Красивой Скарлет не о чем беспокоиться. Криолан будет сидеть в стороне и читать журналы. Он не будет мешать Герриту работать. Все понятно. — Хорошо. Людей будет немного, так что, в целом, надолго это все не затянется. Я надеюсь. — Никаких проблем. Марк вчера говорил, что свежий воздух никому не сможет навредить. А я сейчас не бываю на Репербане, почти все время сижу дома. — Ты восстанавливаешься после травм. Это нормально. — Я скучаю по тренировкам на улице с Классом. А Геррит мне не разрешает ходить с ним в спортивный зал. И в бассейн. — Вот как? Ты скучаешь по спорту, Криолан? Ну надо же. Ты удивительный. — Скучаю. Мы с Классом много времени проводили на площадке. Да и… Да, я скучаю. — Но ты в отличной форме, скажу я тебе. Геррит хорошо тебя кормит. Так ведь? Он в этом деле знает толк. С ним даже при всем желании не растолстеешь. Он даже пироги с фруктами делает на полезной муке и без яиц. Нам с тобой очень повезло. Криолан внимательно смотрел на Скарлет, пока они болтали на разные темы в гостиной, улыбался, отвечал, они гладили котенка, и Геррит тоже не мог не радоваться, когда, наконец-то, вышел, и увидел их вместе. Криолан даже захотел сесть в машину к Скарлет, та только пожала плечами, мол, я не предлагала, он сам, но Геррит не разрешил. Он ни за что не лишит себя еще одной возможности полюбоваться этим прекрасным мужчиной и побыть с ним наедине еще немного. Вряд ли на съемках он сможет хоть парой слов с ним переброситься. Да и вокруг будут люди. Будет Флориан. Место в парке для съемок выбрали нелюдное, рядом с большой красивой беседкой, где как раз и планировали сделать большую часть фотографий. Палатку-гримерку и по совместительству раздевалку поставили тут же неподалеку. Едва Геррит приехал, как его тут же захватили в свои руки гримеры-визажисты и костюмеры. Он едва успел помахать улыбающемуся Фло, занятому расстановкой света и другой аппаратуры. Парень выглядел, как всегда, сосредоточенным и увлеченным. Но увидев Геррита тут же изменился в лице. А еще на нем было красивое короткое полупальто с молниями поверх худи и обтягивающие серые джинсы. Да, Геррит с легкостью отмечал про себя его привлекательность, но обниматься и целоваться совсем не тянуло. Надо будет все-таки найти потом время и спросить, как у них со Свеном все складывается. А вдруг они нашли друг друга? И теперь Фло не свободен. Пока Геррита красили и готовили к съемке, Скарлет всего пару раз заглянула проверить, как обстоят дела и доложила, что Криолан сидит на лавочке с журналами и никого не беспокоит. Хотя некоторые с него, наоборот, не сводят взглядов и задаются немыми вопросами. Личность ведь всем известная в этих кругах. И чувства сожаления никому не чужды. Геррит попросил все-таки не оставлять его одного, на что получил только заранее подготовленный ответ: «Там же Флориан, он тоже с него глаз не сводит». В этот раз фотосессия была для бренда обуви, сезон осень-зима, и Флориан пошутил, что потом им кое-где дорисуют в фотошопе снег. Геррит работал в паре с девушкой, которой пришлось в конце сентября примерить не только зимние сапоги, но и перчатки с шарфом. От парня такой тщательности в образе не требовалось — куртки или даже утепленного пальто нараспашку вполне хватало. А вот девушку кутали по-настоящему. Хорошо, что хоть не летом решили снимать. Сара, так звали модель, стойко выносила все требования фотографа и заказчика, и меняла обувь и костюмы еще быстрее, чем Геррит. Парень был увлечен съемкой, но иногда все-таки поглядывал на Криолана, что сидел как раз напротив места фотосессии на лавочке рядом со Скарлет. И Герриту хотелось увидеть хоть какой-нибудь реакции. Он тут, можно сказать, работает в поте лица, постоянно обнимается с девушкой, даже поднимает на руки, а Криолан совсем не смотрит в его сторону. Вместо этого он сосредоточенно читает журналы, в которых и букв-то всего на пару минут чтения. Рассматривает уже виденные до этого сотни раз фотографии, когда прямо на его глазах создаются новые снимки? Странно. В небольшом перерыве Геррит не выдержал и сам к нему подошел. — Ну как ты тут? Не скучаешь? Не проголодался? Я брал несколько сендвичей и салат в контейнерах. — Да, Криолан. Все в машине, если хочешь, — поддержала Скарлет, внимательно наблюдая, как Криолан и Геррит смотрят друг на друга. — Спасибо, Геррит. Но Криолан не голоден. Какой же красивый Геррит, когда работает. А когда будут фотографии? — Скоро. Я тебе самому первому покажу, обещаю. — Хорошо. Я буду ждать. — Ты, кстати, пока перерыв, не хочешь подойти поближе, посмотреть? Я могу тебе показать нашу импровизированную гримерку-раздевалку. Сара отошла перекусить. Мы никому не помешаем. — Криолан не должен мешать Герриту, это неправильно. У меня есть журналы, я посижу здесь со Скарлет. А там другие люди, они хотят спросить меня про него. А Криолан не хочет говорить про него. — Ох, дорогой. Ну конечно, оставайся со мной. Здесь никто тебя не потревожит. Скарлет легко приобняла Криолана одной рукой, а другой коснулась его пальцев, лежащих на глянцевой странице журнала, аккурат поверх крупного лица Геррита трехлетней давности. — Прости, Криолан, я не подумал. — Геррит не должен извиняться… — Должен. И правда этого хочет. Но спорить не станет. — Геррит странный. Скарлет и Геррит переглянулись, и менеджер дала понять, что лучше сейчас парню вернуться к работе. Видимо, Криолан все-таки не совсем комфортно себя чувствовал в новой обстановке и с незнакомыми людьми. Быстро считал их желания подойти и порасспрашивать про Кристиана. И ему это не понравилось. Намного спокойнее с привычными журналами. Когда Геррит отошел, Скарлет заметила, как Флориан опускает фотоаппарат и смотрит очень внимательно в их сторону. Хотела уже было возмутиться, но парень улыбнулся и подмигнул. Было что-то в этом фотографе слишком близкое и родное, что-то знакомое. И сердиться сразу же перехотелось. «И вот почему Геррит не мог влюбиться в него? Классный же парень. А сколько у них общего. Но нет». Скарлет повернулась к Криолану и заметила у того ту самую широкую улыбку, которой он постоянно делился с изображениями Геррита. «Да уж. Красивый такой и трогательный, что сердце замирает. Ну как тут устоять?». Еще через час съемок на свежем воздухе и нескольких рабочих звонков, во время которых Скарлет приходилось отходить от Криолана, чтобы лишний раз не волновать его — мало ли, что он там может услышать? — усталось и голод начали подбираться к менеджеру. И она предложила все-таки сходить к машине и принести заранее приготовленные заботливым Герритом сендвичи. — Криолан, я к машине. Сейчас вернусь. Хорошо? — Да, Скарлет. Немного странно и непривычно было разговаривать с взрослым мужчиной, как с малолетним ребенком, но по-другому почему-то даже и не получалось. Геррит трясся за него, как за драгоценность, ну точно как за собственное чадо. И к Скарлет тоже видимо передалась эта сверхсильная забота. Да и к тому же, Криолан и вел себя сегодня, как дитя. Задавал вопросы, листал журналы и радовался фотографиям. А еще искренне хотелось, чтобы он был счастлив. Ну и накормлен, разумеется. Но это после главного желания — чтобы вспомнил прошлую жизнь. Когда Скарлет вернулась, то на лавочке сидел только Геррит, уже в своей одежде, но все еще с легким макияжем и уложенными волосами. И смотрел слишком уж тревожно. — Где он? — Кто? Вы закончили уже, да? Хочешь перекусить? С чем ты делал сендвичи? — Скарлет! Где Криолан? — В смысле, где? Здесь он. Он был …здесь. Я только за сендвичами сходила. — Его нигде нет. Черт! — Как нет? Криолан! Скарлет бросила на лавочку пакет с едой и заозиралась по сторонам. Она уже смекнула, что подвела Геррита, оставив все на пару минут его подопечного одного. Плохо дело. Очень плохо. — Скарлет, я же просил. — Не отчаивайся, он не мог далеко уйти. Криолан! Черт. Криолан! — И куда он мог пойти? До Репербана тут очень далеко. — Решил пройтись по парку? — виновато ответила Скарлет, но тут же закусила губу, понимая, что Герриту сейчас явно не до шуток. Они оба смотрели по сторонам и звали Криолана, но без успехов. И Скарлет буквально кожей чувствовала отчаяние Геррита. — Что у вас тут стряслось? Вас и в гримерке даже слышно. Геррит, что с тобой? Флориан подошел поближе и сразу же положил руку на напряженное плечо своей недавней модели. — Он ушел. Криолан.ну…он просто исчез. А завтра за ним должны приехать ко мне. Мне его доверили. — Ясно. Ну он не мог далеко уйти. Здесь с той стороны парка уже начинается дорога, там остановка. Если не сел в автобус, то догоним. А с этой — еще минут двадцать до выхода идти, не сворачивая. — Фло, нам надо его найти. Срочно. — Но ты ж говорил, что он сам на Репербан ездил. И вообще, самостоятельный. Может, он сам скоро вернется? — Не вернется. Я велел ему быть со Скарлет. У него вообще непонятно что в голове творится. И постоянные боли. — Так, ясно. Если голова заболела, он мог пойти в аптеку, например? Деньги у него есть? Телефон? — Скарлет, у него были деньги с собой? — Я не знаю. Но телефона точно не было. — Да. Телефона у него нет. Я не могу просто ждать, Фло, пойми. Геррит отчаянно вцепился в плечо друга и заглянул в глаза. И наверно, тот смог прочесть в них все чувства, о которых вовсе не хотел бы знать. — Так, ладно. Давайте тогда быстро проверим парк. Предлагаю всем идти в разные стороны. И обязательно вернуться сюда. Я пойду в сторону дороги, я знаю эту улицу. А вы пробежитесь по парку. Я сейчас и парням скажу. Мы его найдем, Геррит, не переживай. Не мог он далеко уйти. Фло еще раз сжал плечо парня и постарался улыбнуться. Тот кивнул и быстро побежал искать своего ненаглядного безумного любимого. И вот почему это случилось? Все же было так хорошо. Все съемки Криолан сидел спокойно. Даже не вставал толком с лавочки. Куда его понесло только и зачем? А вдруг он все вспомнил? И тогда понятно, почему он не смог усидеть на месте. С каждым шагом и новым одинаково-незаметным деревом Геррит накручивал себя все больше и больше. Уложенные пряди уже давно растрепались от постоянных поворотов головы и пальцев в волосах — хотелось в буквальном смысле рвать от безысходности на себе волосы. Да еще и ветер поднялся, мешая идти вперед. Голоса коллег за спиной уже давно стихли, вот уже показался выход из парка, а Криолана он так и не нашел. Что говорить теперь Марку по телефону? В розыск сразу не обратишься, прошло еще слишком мало времени. При этом Криолан мог за эти полчаса уже уехать очень далеко на автобусе. И если у него проблемы с памятью, например, она вернулась к нему частично, или, вообще, он забыл и о Криолане (и тут Геррит едва сдержал рвущийся наружу всхлип), то он сам уже никогда не вернется. А если его обидчики с Репербана его снова найдут? Тогда все. Геррит вышел из парка, быстро осмотрелся по сторонам и побежал обратно. Может быть, Скарлет или Флориану повезло больше? На месте была только растерянная Скарлет, о чем-то беседующая с Сарой. Девушка тоже выглядела неважно, явно уже посвященная в курс проблемы. Тут же неподалеку стояли и ребята из команды, помогали убирать оборудование. Заказчик уехал. Лишние свидетели ни к чему. Все-равно никто не сможет понять, как же сейчас плохо Герриту. И как же страшно. — Фло? Фло не возвращался? — Пока нет. Ждем его. — Геррит, он найдется. Он же понимает, что ты будешь переживать. — Не знаю, Сара. Понимает ли? Он непредсказуемый. Он… — Геррит, смотри! — О боже! Флориан медленно шел к ним, ведя за руку Криолана. Тот хмурился и смотрел в землю, как провинившийся ребенок. И Герриту очень сильно захотелось его прижать к себе и никогда больше не отпускать от себя ни на шаг. Но черт, он ведь даже не мог его коснуться. А вот Фло уверенно и крепко держал его за руку без особых сопротивлений. — Криолан! Где ты был? — Так. Спокойно, Геррит. Все хорошо. Все обошлось. Я нашел его возле остановки. Он ушел за каким-то автобусом. Сказал, что вспомнил про него абсолютно случайно. И узнал по цвету. Заметил между деревьями. Я не очень понял, но никуда уезжать он не собирался. — Господи, Криолан. Какой еще автобус? Ты чего? — Скарлет тут же притянула беглеца к себе и крепко обняла. Поправила съехавшую шапочку и поцеловала в щеку. Тот совсем не сопротивлялся и, кажется, даже хотел поцеловать ее в ответ. — Автобус со мной. Я прав ведь, да? Ты пошел смотреть на дурацкий автобус с рекламой, забыв обо всем? — Автобус красивый. Как и Геррит на нем. Я увидел его сквозь деревья и захотел посмотреть поближе. Он как раз стоял. У меня в кармане даже были мюсли. — Геррит, он ушел смотреть рекламу на автобусе, я правильно понял? — Фло, не спрашивай. Это долгая история. А почему ты никому не сказал? — Так все были заняты. Я не хотел мешать. И это не заняло бы много времени. Автобус быстро уехал. Я уже шел назад, когда меня увидел Флориан. Флориан, все правильно? — Да. Да, Криолан, правильно. Геррит глубоко вздохнул, собираясь снова задавать вопросы, но Скарлет подошла к нему и заглянула настойчиво в глаза. — Тише ты. Все обошлось. Не узнаю тебя. Веди себя спокойнее. Не напугай Криолана. — Я чуть чувств из-за него не лишился. — И напрасно. Я отведу его в машину и отвезу домой сама. А ты немного поболтай с Флорианом, хорошо? — Ты его отвезешь? — Да. И глаз с него не спущу. А ты успокойся, погуляй, пообедать сходи, в конце концов. Я напишу, как мы будем дома. Позволь мне реабилитироваться. — Я тебя не виню ни в чем, Скарлет. — Все, мы поехали. Менеджер взяла Криолана за руку и улыбнулась. — Поехали домой. Там нас уже кот заждался голодный. А у Геррита еще дела. — Я рад, что поеду со Скарлет. Пока, Геррит. Пока, Флориан. — Пока, Криолан. Рад был встрече! — Я скоро приеду. Но Геррит видел, что на его слова никто уже не обращал внимания. Криолан уже о чем-то весело болтал со Скарлет и быстро шел к машине. В его сознании все было по-прежнему. Он не заметил никаких перемен в поведении Геррита, он молча смотрел, как тот переживал и даже злился. Но ничего ему не ответил. Он абсолютно не чувствовал своей вины. Он ведь за автобусом с Герритом пошел, да еще и мюсли при этом жевал. В его системе координат все было очень даже прекрасно. А вот сам Геррит смог выдохнуть и сесть на лавочку, только когда машина Скарлет уехала с парковки. — Я хочу тебе кое-что показать, Геррит, пошли. — Фло, а обязательно куда-то идти? — Нет. Я могу принести и сюда. А ты не уедешь? — Нет. Я бы еще поесть не отказался. Ты же помнишь, что после съемок я всегда иду есть? — Помню. Приглашаешь меня с собой? — Сейчас не время издеваться. Приглашаю. И наверняка ты хочешь узнать побольше о потерявшем память Кристиане Хармсе? — Если только ты сам хочешь мне рассказать. Не мое это дело. Ладно, жди, я сейчас. — Жду. Фло вернулся довольно быстро и сразу же сунул Герриту под нос камеру, где был открыт снимок Криолана. Крупным планом одно лицо. И это было самое прекрасное лицо на свете. А еще Криолан ласково улыбался, глядя куда-то вперед. И весь буквально светился от теплоты и счастья. У Геррита аж снова замерло сердце. Ну сколько уже можно-то? Пора бы и привыкнуть. Но снимок был таким красивым и искренним, что невозможно было не коснуться его. — Ты специально, Фло? — Нет. Я сделал его для тебя. И еще несколько. Вечером пришлю. Это он на тебя смотрит, кстати, во время фотосессии. — В смысле, на меня? Когда ты успел? — Успел вот. Обернулся, а там вот такой Криолан. Он не все время в журналы пялился. — Это…это странно. Я не знал. Спасибо, Флориан. — Не за что, Геррит. Я же фотограф. Я люблю ловить такие вот моменты. А это не иначе, как момент любви. Хотел бы я, чтобы на меня кто-нибудь так смотрел. — Фло. А что у вас со Свеном, кстати? — Свен весьма занятный парень. Но сердцу не прикажешь. Все, Геррит, поехали на поздний обед. — Поехали. И еще раз спасибо. Ты классный. Фло. Но… — Но ты ждешь каждое мгновение, что к Кристиану Хармсу вернется память, так ведь? Ты любишь его, да? — Господи. Ты… Неужели это так заметно? Я сам не понимаю, что со мной происходит, Фло. — Кто знает, куда смотреть, тот заметит. Не отчаивайся. Я верю, что он вернется. — Спасибо.