Часть 1
13 сентября 2013 г., 15:23
Вставать на путь истинный человеку, который не привык находиться в обществе интеллигентных людей, очень трудно. Джейку намного приятнее пребывать в компании таких же, как и он сам, когда можно на радость себе и назло собеседнику нахамить ему всласть, так, чтобы чувство собственного достоинства возвышалось до седьмого неба. Или украсить чью-нибудь физиономию ярким фингалом, чтобы тот светился в темноте.
Мюллер до конца не понимал, что же он забыл в элитном здании, где служащие ходят в строгих деловых костюмах, педантично поправляя то шелковые галстуки, то белоснежные блузочки. От таких людей, пахнущих праведностью и правильностью, наемник воротил нос. А как представил себя в подобном одеянии, нервно поперхнулся, привлекая внимание соискателей. Последние буравили Джейка гневными взглядами, словно предупреждали, что высокопоставленная вакансия непременно достанется им. Решив, что если вступить с этими ребятами в открытый конфликт, то для инициатора заварушки дела будут обстоять не самым лучшим образом, бывший наемник миролюбиво склонился над анкетой. Первые несколько строк он заполнил без проблем, а на остальных начал подозревать, что составляющий бланка был явно не в адекватном состоянии. Ибо мозг здравомыслящего человека на такое не способен.
Сидя в кабинете приемной комиссии, Мюллер казался убийственно спокойным — он держался достойно и уверенно, что понравилось интервьюерам. Такой администратор точно вселит страх работникам, заставит лентяев работать и всю компанию будет держать в ежовых рукавицах.
— Итак, мистер Мюллер, какую зарплату вы хотите?
На Джейка полетел первый и самый жизненно важный вопрос, который сразу же раззадорил его интерес. Вот все бы с этого собеседование начинали!
— Как у президента США, — честно признался наемник наисерьезнейшим тоном. Невозмутим как всегда. Чего-чего, а наглости ему хватало, чтобы прямым текстом заявить о желаемом. Ведь денежная жаба его душила регулярно: всегда и везде. — Что это вообще за вопрос? Естественно, я хочу получать настолько высокую зарплату, насколько вы можете предложить. Только ведь вы мне все равно столько не заплатите. Тогда не надо выпендриваться. Все равно выбор за мной: вы говорите цену, я — согласен или нет.
Члены комиссии недоуменно переглянулись и единогласно решили, что сотрудник, знающий себе цену, очень важен для крупной компании.
— Ответьте, пожалуйста. Кем вы видите себя через пять лет в нашей компании?
Парень нахмурился, заставляя шестеренки сложного мозгового механизма крутиться в голове, и соображал, как лучше ответить на каверзный вопрос.
— Вот вам встречный вопрос: какие планы у компании на ближайшие пять лет? Нет таких? Так если вы сами не знаете, что с вами будет лет через двадцать, не обанкротится ли вообще компания, и какую нишу она намеревается занять, то мне-то откуда знать такие подробности?
Повисла напряженная тишина. Интервьюеры офигевали от неповторимого оригинала, который, уже освоившись, вальяжно, по-королевски восседал на стуле, как на троне. Попросить освободить помещение, когда не истекло время собеседования, выглядело бы неприлично для солидной компании. Остается только одно — продолжать задушевную беседу.
— Почему вы ушли с предыдущего места работы?
Джейк просиял, как ясное солнышко в прекрасную безоблачную погоду. Чем, собственно, напугал комиссию.
— Предположим, отвечу честно, ибо, как вы уже заметили, я не люблю искажать действительность: не удовлетворяла маленькая зарплата, большая вероятность моей гибели, не сошелся с коллективом, не понравился собачке начальника. И что? Вы же не знаете, сойдусь ли я с вашим начальником, коллективом или собачкой. И не узнаете, пока не попробуете.
Время на песочных часах, выделенное для Мюллера, намертво остановилось. Одна крупная песчинка предательски застряла в горлышке и не давала перетечь остатку песка вниз. Никто из интервьюеров не смел даже пошелохнуться, а уж о том, чтобы протянуть руку и встряхнуть часики, не могло быть и речи. Джейк, видя комичность сложившейся ситуации, не собирался останавливаться на достигнутом и решил еще немного поиздеваться, раз само время на его стороне.
— Вы не заполнили в анкете графу недостатки. Неужели вы настолько идеальный человек, что решили пропустить данный пункт? — голос спрашиваемого дрожал, и как только он увидел на лице наемника недобрую улыбку, проклял свой длинный язык.
— У всех есть недостатки, и я не исключение. Я, например, тенором хорошо пою, но соседи жалуются, а в консерватории сказали — талант. Заодно распишу и следующую графу про достоинства, их у меня много. Я умею плеваться на 15 метров в длину. Если вам нужно что-то еще — спросите об этом. А если вы сами не знаете, чего конкретного хотите, то тут, извините, ничем помочь не могу. Формулировать скрытые и неясные желания — это вам к психиатру нужно.
Для всех присутствующих случилось неземное чудо — песок в часах вновь посыпался как ни в чем не бывало. Осталось время для одного решающего вопроса.
— Каким бы вы хотели видеть своего начальника?
— Я бы его предпочитал не видеть. Серьезно, мне нет разницы, как он выглядит. Главное, чтобы он был начальником: тем, кто нормально и внятно мог бы формулировать задачи. А в остальном, пусть хоть в красных труселях на белой капибаре разъезжает по офису.
Начальник, задававший всё это время вопросы, снял с себя парик, прикрывавший блестящую лысину, и вздохнул полной грудью, когда время на часах истекло.
— Мистер Мюллер, мы вам позвоним, — многообещающе заверил работодатель и, как только Джейк вышел из кабинета, скомкал анкету и выбросил ее в корзину, где покоилась макулатура, оставшаяся после не прошедших собеседование.
