escritor y perdedor

Арсений отодвигает от себя ноутбук и устало трёт переносицу, снимая очки. Сегодня была проделана колоссальная работа, он закончил писать любовный роман. История эта была из его собственной жизни, разумеется, приукрашенная в несколько раз. Но не сильно, со вкусом. Попов медленно встаёт с кресла и смотрит на время. 03:24. Чего-то сегодня он засиделся. Зато главная в последнее время его существования работа закончена. Завтра поедет в издательство, утвердит её с соавторами и пустит в печать. Но это всё завтра. Лениво передвигая ногами он доходит до дивана, потому что плестись в соседнюю спальню в кровать сил нет. А диван-то неплохой, большой и даже мягкий. Жаловаться не приходится. Роняя свою тушу на диван, не удосужившись даже переодеться, он прикрывает глаза и пытается уснуть. Конечно, ничего у него не выходит. Грёбанная бессонница мучает его уже второй месяц, и он даже не знает с чем её связать. Стресс? Возможно. Перенапряжение? Пф, конечно. Он совсем не жалеет себя в последнее время. Антидепрессанты? Они тоже. Поворочавшись примерно полчаса, Арсений, чертыхнувшись, поднимается и на ватных ногах идёт на кухню. Живёт он в небольшом старом домике на окраине города. Интернет и электричество имеются, а большего и не нужно. Деньги у него есть, ведь он довольно известный в своих кругах писатель, но он всегда делал выбор в пользу «классики» и «старья». Знакомые часто говорят, что попал он далеко не в нужный век. Он с ними не спорит. Что ж, если сон к нему не идёт, можно заняться вещами гораздо полезнее. Например… почему бы не начать новую книгу? Да, со старой ещё не всё понятно, но чем чёрт не шутит. Заварив себе крепкого кофе и взяв слойку с лимоном, Арсений возвращается в «офис». Перекусывает и напрягает мозги. Естественно, ничего не получается. Недосып даёт о себе знать. Несколько раз выругавшись, Попов идёт в спальню и включает на фон телевизор. Во время просмотра он почти засыпает от тихих звуков с экрана и громко стучащих капель дождя по окну, как на весь дом разносится звонкий стук в дверь. Кого принесло в безлюдную окраину города в полпятого утра? Встав с кровати Арсений подошёл ко входной двери. Открывать он не спешил, ведь из-за его режима вполне могли появиться галлюцинации, но через минуту звук повторяется. Он медленно открывает замок и раскрывает дверь и видит перед собой такую картину: промокший насквозь подросток в одной футболке и домашних (видимо) шортах (на дворе сентябрь) стоит на пороге его дома с опущенной головой. Как только он уловил взглядом открытую дверь, резко поднял голову и посмотрел огромными глазами на мужчину: — И-и-извините… можно, пожалуйста… погреться у вас… прошу, я только на коврике в прихожей, я обещаю… я не пройду дальше… пожалуйста… — дрожащим голосом начал свою тираду юноша. — Ты кто блять такой? — материться Попов позволял себе крайне редко, но сейчас был именно такой случай. Почему какой-то наглый ребёнок прервал его почти сон? Ещё и просится пустить в дом… хотя, если честно, выглядит он жалко. — М-меня выгнали из дома… пожалуйста, мне некуда идти… — Ладно, проходи, — вздохнув «сделал одолжение» Арсений. На лице мальчика расцвела широкая и счастливая улыбка, хотя как вообще в его положении можно выглядеть счастливым? Он больше похож на маленького напущенного воробушка. — Так, ты скорее всего заболел, поэтому проходи, первая дверь прямо, сейчас градусник принесу, — уже внутри дома сжалился Попов. Уж больно этот ребёнок милый. — Вы чего? Н-нет, я буду тут, я не займу много времени, я только погреюсь… — начал парень. — Замолчал и прошёл в гостевую. Мне проблемы не нужны, тебе, я думаю, тоже, — прорычал Арсений. Юноша кивнул и прошёл по направлению, указанным мужчиной. В «гостевой» парень аккуратно присел в кресло-качалку и шмыгнул носом. Чёрт, реально заболел. Через 10 минут в ту же самую комнату входит Попов с аптечкой и чашкой горячего кофе в руках. — Чай не пью, у меня только кофе. Сейчас согреешься и будешь рассказывать, понял? Парень снова кивнул. Несколько минут назад он был многословнее. *** — Меня, как я уже сказал, выгнали из дома. Точнее как… я сам ушёл, мне пришлось. Меня постоянно унижали, избивали и ни во что не ставили. Побои оставлял отчим, а матери было всё равно, она просто закрывала на это глаза. Ох, этот мужчина совсем меня не жалел. Он меня ненавидел за то, что я похож на своего отца. Раньше они были лучшими друзьями, но отец ввязался в долги и ушёл в мафию. Ему пришлось убить родителей моего отчима. А отчим же в ответ убил его. Знаю, звучит неправдоподобно, но так оно и было. Полиция его так и не нашла, а за любое лишнее слово он грозился убить и меня. Мне не оставалось делать ничего другого, как подчиняться. Сегодня он окончательно перешёл границу. Он разбил бутылку водки о мою спину. Если приподнимите футболку, увидите раны. Поэтому я сбежал. Сил оставаться больше не было. Я и сам не заметил, как добежал до вашего дома. Я уйду сразу после сна, правда, он мне необходим. Если вам конечно не… — Замолчи, — с придыханием сказал Попов. История мальчишки его задела за душу. Кажется, пришла идея для новой истории, но сейчас надо думать не об этом. Сейчас нужно позаботиться об этом брошенном котёнке, — хватит. Сколько температура? Парень трясущимися руками вытащил градусник и с удивлением уставился на него: — 38,3. — Ужас! Я тебе сейчас постелю диван, подожди. — Я могу на полу… — начал было юноша, но мужчина его перебил. — Ещё хоть слово… — Арсений так и не закончил. Парню угрожать не хочется, наоборот, возникает желание лишь его защищать. Сейчас нужно создать для него самые лучшие условия, и плевать он уже хотел на своё недавнее желание заснуть. Сейчас самое главное другое. И это другое сейчас сидело в его кресле-качалке и тряслось от холода. — Допивай кофе, переодевайся в мои вещи и ложись. А как тебя зовут-то? — почему-то мужчина забыл спросить об этом заранее. — Антон… Шастун, — с опаской проговорил новый знакомый. — Тоша, значит. Всё, не мешаю тебе. И не спеши уходить с утра, можешь оставаться здесь столько, сколько потребуется, — конечно, Арсений думал, что Антон не останется. Он бы сам так и поступил. Но крохотная надежда всё-таки была. И к удивлению парень снова улыбнулся своей самой милой улыбкой: — Спасибо… — в замешательстве замолчал он. — Арсений. И давай на «ты». — Спасибо тебе, Арсений. — Спокойной ночи, ребёнок, — с доброй усмешкой проговорил Попов. — Сладких снов. *** Проснулся Антон от запаха вкусной еды, кажется, это были блины. Господи, как же давно он не просыпался в спокойствии и тишине. Медленно разлепив глаза, он поднялся и пошёл на предполагаемую кухню. — Доброе утро, воробушек, — неожиданно бодро сказал Арсений. Он успел выспаться, потому что уже три часа дня. Пусть сон был немного беспокойный, но ощущение того, что в доме ты не один распаляет и окрыляет. Чувство, когда есть, о ком заботиться. — Воробушек? — не скрывая улыбки спросил Шаст. Он сейчас выглядел так уютно и по-домашнему, что кажется, будто они были знакомы несколько лет. — Воробушек. Вчера ты был безумно похож на него, без обид. — Да какие обиды, меня так никто никогда не называл, это неожиданно приятно. — Ну и хорошо. Можешь воспользоваться душем, а потом жду на завтрак. — Вы… ты серьёзно? — удивлённо проговорил Антон. — Серьёзнее некуда. Юноша пожал плечами и скрылся в коридоре. Почему Арсений так поступает? Почему он приютил бедного подростка? Почему он приготовил Антону завтрак и дал свою одежду? Мужчина и сам не знает. В парне есть что-то тёплое и как будто бы родное, и это притягивает. Когда Шастун вышел из душа, на столе его уже ждала стопка горячих блинов и две кружки кофе. Арсений сидел на стуле с другого края стола со сложенными руками и опущенной на них головой. — Арсений? — мужчина вздрогнул, — что случилось? — Я не представляю как ты всё это пережил. Я очень проникся твоей историей, — он поднял голову, — понимаешь? Знаешь, я писатель. На моём счету десятки книг и все очень интересные и профессиональные, по мнению моих знакомых. Но твоя история… можно, я напишу книгу? С тобой в главной роли? — с опаской поинтересовался Арсений. — Конечно можно! — у парня загорелись глаза, — А можно мне будет её прочитать? — Разумеется! — заметно повеселев сказал Попов, — Садись, кушай, всё готово. — Приятного аппетита! — И тебе того же. *** Мужчина создавал новую историю, пока парень сидел в его же кабинете, на его диване, читая «Я помнил всё» — крайний роман Арсения. Антон был очень милым и одухотворённым, он комментировал почти каждую главу, радуя тем самым мужчину. Он решил отложить момент поездки в издательство, пока с парнем всё не уляжется. — Я так понимаю, это ваша… твоя личная история? — спросил Шастун, когда дочитал девятую главу. — Правильно понимаешь, — подмигнул младшему Арсений. — Это очень интересно! Она так легко погружает в себя и как будто все события происходят со мной. Я обожаю книги, написанные от первого лица. — Может мне и твою историю написать таким образом? — а что, это вполне реально. Если парень будет помогать с написанием, то книга получится великолепной. — Давай! — у парня загорелись глаза. Весь день они провели в офисе Арсения. Юноша помогал мужчине описывать некоторые моменты его жизни, когда последний пообещал, что как бы то ни было, у истории будет счастливый конец. Сам парень верит в это не меньше. *** — Арсений. Спустя три дня проживания у мужчины, Антону кажется, что он совсем обнаглел. Нет, серьёзно. Припёрся ночью, в дождь к молодому писателю, прожил несколько дней за его счёт, питался его продуктами и пользовался его интернетом. Это уже край. — Ты куда? — насторожился Попов, когда увидел в дверях своего офиса подростка с собранным рюкзаком. — Я думаю, мне пора уходить. Извини меня, я и так сильно обременил тебя своим нахождением здесь. — Ты чего такое говоришь? — удивился Арсений. — Правда, прости меня, я… — Так, — прервал он юношу, — ты остаёшься здесь. И остаёшься на столько, пока у тебя не будет сил и денег снимать собственное жилье, — мужчина увидел как Антон открыл рот, пытаясь что-то вставить, но сразу же продолжил: — Шаст, мне не сложно. Ты мне совсем не мешаешь, даже наоборот, я могу назвать тебя своим вдохновением. Я давно живу один, и только сейчас понимаю как же мне не хватало кого-то рядом. Останься, пожалуйста. Парень стоит на пороге комнаты и обдумывает все «за» и «против». Конечно, бесплатное жильё в его ситуации это здорово, но он обещает себе отдать долг перед мужчиной, когда будут нужные ресурсы. — Хорошо. «Так просто?» — подумал Попов. *** — Эй, ну хватит! — громко и заливисто смеётся Шастун, пока мужчина щекочет его бока. — Это тебе за «обременил», это — за чай купленный вчера, а это… — Арсений на секунду задумался, — а это просто так. — Ну перестань, Арс! — взвизгнул парень. Попов резко остановился. — Как ты меня назвал? — в его взгляде читалось… восхищение? — Арс…? Извини, я… — Тоша, — ласково промурчал Арсений. — Тоша? — с улыбкой переспросил младший. — Арс и Тоша. Мужчина не понимает, почему позволяет себе такое. Не понимает своё отношение к подростку. Они живут вместе уже неделю, и за это время стали друг другу самыми родными людьми, как бы это не звучало. Антон уже понял, что испытывает к Попову далеко не дружеские чувства, и очень винит себя за это. Не хватало ещё, чтобы он выставил юношу за дверь. Ему пока больше некуда идти, поэтому приходится подавлять в себе эти тёплые эмоции. *** Прошёл месяц. За это время Антон нашёл себе подработку в виде написания статей и сценариев для рекламных компаний, так его навык письма тоже был неплохим, но уезжать от Арсения не спешил. В «их» доме существовало негласное правило: живут вместе, расходы делят, пишут книги и работают. Этому правилу все подчинялись и никто не жаловался. Что касается Арсения, он тоже недавно осознал свою влюблённость. И он правда не знал, что с этим делать. С одной стороны мальчишка очаровательно реагирует на знаки внимания, но близко к себе не подпускает. С другой же: зачем ему это всё? Ведь если так посудить — он просто нашёл себе дешевое жильё и хорошего соседа по дому. Конечно, Арсений надеется, что всё на самом деле не так. Их отношения были в тупике, если они вообще были. Оба боялись этой связи. Обоим она нравилась из-за риска и азарта. — Тош, поговорим? — не выдержал как-то Попов. — О чём? — удивлённо уставился на старшего Антон. — О нас. — О… нас? — с сомнением протянул Шаст. — Именно. Слушай, давай на частоту, я не переношу намёки. Ты ко мне что-то чувствуешь? — Ну да, чего это я удивляюсь, прямолинейностью ты всегда отличался, — Антон отложил роман в сторону, — как мне ответить, чтобы ты не вышвырнул меня за дверь? — Вот как… я понял, — Арсений повернулся и собрался выйти из комнаты, но тяжелая рука упала на его плечо. — Нет, Арс, стой. Я не это имел ввиду. Конечно, ты мне нравишься, глупо это отрицать. Я не знаю, не понимаю на сколько сильны эти чувства и… но может стоит попробовать…? — с опаской взглянул юноша на Попова. Последний без всяких слов притянул подростка к себе и сплёл их губы в нежном, аккуратном и таком нужном поцелуе. Неизвестно, сколько они так простояли, но ясно было одно: всё взаимно. Теперь всё изменится. Они нашли друг друга.