Панацея

Следующее утро на корабле Пиратов Красного Галстука снова началось рано. Чуть ли не на рассвете прошмыгнул на камбуз Марио, через некоторое время туда же отправился Фабер с чертежами для починки корабля под мышкой, наспех поел и спустился вниз на пристань, где вчера уже была сделана черновая работа по подготовке судна к ремонту, делать замеры, расчеты и вычисления. Звон посуды на камбузе разбудил некоторых спавших на палубе бывших заключенных и пиратов, в том числе и расположившуюся у стены своей каюты Илию. В капитанской каюте ночевал один из раненых на войне беглецов из Импел Дауна, для чего оттуда все ценные вещи и судовые документы были перенесены в плотницкую, занимаемую ее непосредственным владельцем, а не кем-то из раненых, ввиду большого количества чертежей корабля, хранившихся там. Илия, выбравшись из-под своего плаща, которым она укрывалась на ночь, нехотя открыла глаза навстречу поднимавшемуся над горизонтом солнцу. В его лучах угрожающе поблескивал огромный черный шип, которым был увенчан нос корабля. Его острие смотрело точно на небесное светило. На носу судна по разным местам спали пираты и сбежавшие из тюрьмы преступники: кто на каких-то тряпках, кто в обнимку с пустой бочкой из-под выпивки, кто примостившись у фальшборта. По правую сторону от черного шипа находились самые опасные из забравшихся на корабль в Маринфорде беглецов: Крокодайл и Даз. Последний спал, опустив согнутые в предплечьях руки и голову на стоявшие рядом старые ящики, которые эти двое, видимо, определили как свое собственное место на палубе. Рядом с Мистером 1 вытянулись длинные ноги Крокодайла в лакированных туфлях, а сам бывший шичибукай прислонился спиной к фальшборту. Шуба, из-под которой опасно выглядывало острие крюка, была плотно запахнута: очевидно, и Крокодайл тоже мерз ночью, когда с моря дул обжигающе холодный ветер. Лицо спящего мужчины выглядело расслабленным и спокойным, и Илия подумала, что ей представился весьма неплохой шанс убить этих двоих, одним своим присутствием вызывавших у нее и ее команды излишнее волнение. Два точных выстрела в две головы — она почти никогда не промахивается — и проблема была бы устранена. Но капитану искренне не хотелось будить накама пальбой, да и с другой стороны, где была гарантия того, что двое преступников все же не проснутся и не уничтожат ее за попытку убийства? Илия отбросила эти мысли, вытянула вперед затекшие за ночь ноги и вытащила из кармана новую зажигалку, купленную вчера в городе взамен сломавшейся прежней, и пачку сигарет со звучным, но чересчур уж пафосным для курева названием «Морской дьявол». Женщина закурила, упираясь затылком в деревянную, еще не прогретую солнцем стену своей каюты, и проследила взглядом заспанных глаз растворившуюся в прохладном утреннем воздухе струйку сигаретного дыма. Где-то ближе к мачтам слышались голоса только что проснувшихся людей, с камбуза доносился скрип то и дело открываемых и закрываемых шкафов и звон кастрюль, и капитану корабля было на удивление спокойно, несмотря на то, что на судне находилась пара-тройка десятков беглых заключенных, несколько человек из числа которых вчера уже проявили себя, пытаясь ее пристрелить. Мысли Илии, блуждавшие где-то между только что отгремевшей войной и ее личными переживаниями, вновь вернулись к Крокодайлу, когда она, откинув упавшую на глаза челку, мельком глянула на него. Бывший шичибукай, который пытался захватить целую страну и овладеть древним оружием и которого затем победил резиновый мальчик в соломенной шляпе Шанкса, чье имя сейчас разносилось по всем уголкам мира, мирно спал на палубе ее корабля, закутавшись в свою шубу. Это было не сколько забавно, сколько странно. Видеть сильных людей беззащитными и уязвимыми Илии было не впервой, — во времена ее плавания с командой Рыжего капитан после пьянок частенько вырубался прямо на палубе с бутылкой рома в руке — но подобное зрелище ее всегда удивляло. И что только было на уме у Крокодайла и не собирался ли он прибрать к рукам корабль? Почему-то дико было представлять, как пират, превращаясь в столб песка, уничтожает команду, когда он вот так безобидно спал, привалившись к борту судна. В нескольких метрах от Крокодайла и Даза завозился мужчина в полосатой тюремной робе, рябое лицо которого было покрыто шрамами от ожогов. При одном только взгляде на его здоровенную тушу, крепкие ручищи и маленькие злые глаза, буравчиками воткнутые между ожогов, было понятно, к какому социальному слою тот принадлежит. Бандит поднялся на ноги, потер ладонями лицо и куда-то заковылял, по дороге наградив подозрительным взглядом исподлобья сначала Крокодайла, через ноги которого ему пришлось перешагнуть, а затем капитана судна. Бывший шичибукай лениво приоткрыл один глаз: видно, спал он чутко, и прошедший мимо него беглец его разбудил. Крокодайл посмотрел ему вслед, проморгался и откинул с лица несколько выбившихся из зачесанных назад волос прядей цвета корабельной смолы. Он встал с деревянной поверхности палубы, заставив какую-то досточку жалобно заскрипеть, распахнул полы тяжелой шубы и потянулся, чтобы размять затекшее от неудобного положения тело. Мужчина закурил и оперся о фальшборт, устремляя взор в сторону ближайшей к порту городской улицы, по которой в такое раннее время уже шагала какая-то местная жительница. Смоливший сигару Крокодайл почувствовал на себе взгляд Илии, которая продолжала рассеянно наблюдать за ним, при этом думая о чем-то своем. Пират едва заметно сощурил глаза с желтоватой радужкой, глядя на женщину, которая, затем встрепенувшись и отвлекшись от своих размышлений, будто бы специально не прерывала зрительного контакта. Крокодайл думал, что она, должно быть, проживет еще недолго: он пока не решил, станет ли захватывать этот корабль, но в случае, если он все-таки на это пойдет, то пиратка, чей фрукт был ничтожным по сравнению с его собственным, погибнет мгновенно. Даже ее старпом со своим Сей Сей но Ми — весьма серьезным оружием при грамотном использовании — не спасет ситуацию. Крокодайл про себя хмыкнул: будет забавно лишить эту женщину жизни, а заодно и ее мечты. Впрочем, мечта — это то, чем сейчас горят глаза мальчишки Мугивары и когда-то горели его собственные, а у Илии была скорее цель, притом, как понимал бывший шичибукай, довольно четко обозначенная. По мнению Крокодайла, гоняться по морям за кем-то было гиблым делом, но он не знал, кого именно искала эта женщина — вполне возможно, что это был какой-то пират, о которых информации всегда было гораздо больше, чем обо всех остальных. С кормы послышался звон бутылки, которую, судя по всему, уронил кто-то из пиратов или преступников, и выдернул Крокодайла из его мыслей, заставив его с неким раздражением обнаружить, что он во время своих раздумий таращился на поганую пиратку с сигаретой в зубах, причем она неизвестно зачем делала то же самое в ответ. Мужчина отвернулся, стряхнул пепел с кончика сигары в воду и по привычке сдвинул тонкие брови, вглядываясь в безбрежный Гранд Лайн. За его спиной послышался скрип дерева — встала с палубы капитан. Она накинула на плечи плащ, выбросила докуренную почти до фильтра сигарету за борт и отправилась на камбуз, бросив взгляд на Крокодайла, с которым из какого-то невнятного глупого интереса только что играла в гляделки — весьма опасное мероприятие, если учитывать то, кем был мужчина. Обычно таким безрассудным идиотизмом Илия не занималась, но, кажется, расшатанная войной нервная система теперь выкидывала подобные кульбиты, до этого не свойственные поведению женщины. Она подошла к распахнутой настежь двери камбуза и заметила торчавшие из-за нее ноги в продранных тюремных ботинках. Капитан заглянула за дверь и обнаружила привалившихся к стене двоих беглецов из Импел Дауна, которые, судя по всему, дрыхли после попойки. Один из них держал в руке бутылку, содержимое которой благополучно пролилось на палубу. Илия цокнула языком — такого беспорядка она никогда не позволяла своим людям и уж тем более не собиралась прощать тюремному сброду — и, развернувшись, шагнула на камбуз, где готовил завтрак Марио. — Марио. — Позвала его капитан и, когда он повернулся в ее сторону, указала на открытую дверь, за которой спали пьяные бандиты. — Капитан, я с утра пришел, там уже так было. — Пробормотал он, сжимая в руках половник. Илия вздохнула: паренек был хоть в целом и хороший, но откровенно чудной. — Ты не мог их хотя бы разбудить и попросить убрать за собой? — Спросила она, с укором глядя на кока. — Ну как же, капитан, они же… Ну… Я как-то… — Промямлил Марио, почесывая затылок и с опаской косясь на дверь. Капитан молча махнула рукой. Боявшийся всего и всех кок нередко создавал лишние проблемы. Женщина вышла на палубу и ткнула носком ботинка в ногу одного из спавших пьянчуг. — Эй. — Окликнула их она. — Подъем. Бывший заключенный недовольно поморщился, зашевелился и схватился за раскалывающуюся с похмелья голову. — Уберите за собой вот это. — Произнесла капитан, указывая на темное пятно засохшей выпивки, которая пролилась на доски из бутылки. — Еще чего сделать? — Прохрипел другой преступник, уставившись на женщину. — Как минимум вспомнить, что вы находитесь на чужом корабле, где вам не рады и где стоит соблюдать хотя бы элементарные правила приличия. — Строго ответила сверлившая его недобрым взглядом капитан. — Твой корабль, ты и убирайся здесь… — Проговорил тот, что продолжал держать в руках пустую бутылку и до сих пор пытался продрать хмельные глаза. — Свиньи, честное слово… — Процедила Илия. Она огляделась по сторонам и тут же заметила идущих по направлению к камбузу двоих парней из ее команды. — Ребят, разберитесь здесь. — Приказала она им, кивая на двоих беглецов. — Объясните, что нехорошо так себя вести на чужом судне, и пускай ототрут с палубы эту дрянь. — Указала капитан на пятно пролитого пойла. — Сделаем! — С радостью отозвались всегда готовые помахать кулаками пираты и тут же подняли двоих пьяниц за грудки, намереваясь преподать им урок хороших манер. За этим испуганно наблюдал высунувшийся с камбуза Марио с кастрюлей в руках, который молча хлопал глазами.

***

После завтрака в порту объявились местные горе-плотники, которых Фабер пытался нанять для помощи в ремонте корабля. Пришедшие, очевидно, с целью заработать на чекушку, они снова были изрядно под градусом и в итоге были отосланы назад в город, узнав о себе много нового и пополнив свой словарный запас отборной пиратской руганью. Вместо них старпом привлек к починке судна нескольких немного смыслящих в плотницком деле накама и некоторых юнг, которые согласились помогать заделывать пробоины в бочине корабля только после того, как Фабер красноречиво пообещал поближе познакомить их с силой своего фрукта в случае отказа. Мальчишкам хотелось приключений вместо скучной работы, и они, таская доски и бочки с варом, всем своим видом демонстрировали недовольство. Остальные члены Пиратов Красного Галстука тоже не сидели без дела, готовясь к отплытию с крошечного бедного острова. Боцманы и канонир с помощью нескольких ребят налаживали пушки, которым был оснащен корабль, чтобы повысить скорость поворота стволов при наводке на цель. Некоторые вместе с судовым врачом ухаживали за ранеными, которые постепенно шли на поправку. Кто-то менял прохудившиеся паруса, иные прибирались на палубе, пребывавшей в не самом лучшем состоянии из-за того, что на ней ночевала пара десятков человек. На корабле повсюду кипела работа, и даже некоторые беглые заключенные тоже присоединились к пиратам: скорейшая починка судна входила в интересы и тех, и других, поскольку на острове никто оставаться не собирался. Крокодайл, которого одолевала скука от постоянного пребывания на палубе, по второму разу перечитывал газету с новостями о войне в Маринфорде. Идти в город не было смысла: там было так же нечего делать, как и на корабле. Бывший шичибукай пока что не знал, куда ему отправиться после побега из тюрьмы, но ближайшей целью было убраться подальше от этого несчастного островка на границе Гранд Лайна и Калм Белта, в крошечном порту которого не было ни единого корабля, кроме того, на котором они сюда приплыли. Крокодайл уже отправил Даза помогать пиратам ремонтировать судно, чтобы отплыть как можно скорее, и благодаря ему дело действительно пошло живее, тем более что после этого к накама присоединилась еще и капитан. Ближе к обеду парень, сидевший в вороньем гнезде, оповестил всех о приближающемся со стороны Гранд Лайна пиратском корабле. Через некоторое время возле острова действительно показалось чужое судно, и Крокодайл оживился, надеясь хотя бы сражением с очередной кучкой идиотов, исход которого был заранее известен, развеять адскую скуку. По мере того, как корабль подходил к порту, с его борта становились все отчетливее слышны бодрые выкрики пиратов, которые, судя по всему, ввиду начинавшегося передела мира хотели заграбастать себе как можно больше территорий и начать решили с малого — с этого захудалого островка, который не был нужен никому, кроме этой галдящей толпы. — Это Пираты Красного Галстука, с ними еще Крокодайл! В газете писали, что он удрал из Импел Дауна! — Оповестил своих накама один из стоявших на носу судна пиратов, заметив скалящегося с борта чужого корабля беглого заключенного. — Убьем и его! Что мы, слабее, что ли? Тем более нас много, а он один! — Отозвались откуда-то из вороньего гнезда, и эта реплика была встречена одобрительными возгласами остальных разбойников. Крокодайл хмыкнул, дивясь беспросветной глупости этого сборища, и в этот момент рядом с ним появилась Илия. Она подошла ближе и — Крокодайл не мог этого не заметить — как-то слишком уж грациозно для пиратки вспрыгнула на фальшборт и села, закинув ногу на ногу и выпрямляя и без того ровную спину. Плащ она сняла — очевидно, чтобы он не мешал ей работать, и с той же целью засучила рукава своей белой рубашки, как оказалось, скрывавшие синяки и ссадины, которыми капитана разукрасили на войне. — Кто там у них капитан? — Спросила она, кивая в сторону чужаков. — Думаю, тот, что в красных штанах. Орет больше всех остальных. — Поделился своими наблюдениями Крокодайл, глядя на упомянутого им пирата, который отчаянно размахивал руками, агитируя своих товарищей уничтожить стоявший в порту корабль и его команду. Илия кивнула и подняла правую руку. Указательный и средний пальцы тут же соединились и приобрели форму ствола пистолета. Женщина направила руку в сторону врагов, прицелилась и выстрелила. Пират, идентифицированный Крокодайлом как капитан, рухнул на палубу с простреленной головой, с которой символично слетела треуголка. Уголки губ бывшего шичибукая поползли вверх: действие было грамотное, однако используемое большинством пиратов. — Почему стреляешь именно в капитана? — Спросил мужчина не сколько из интереса, а сколько ради того, чтобы хоть чем-то себя развлечь. На этот вопрос можно было ответить по-разному: например, шебутной Мугивара, если бы следовал такой тактике ведения боя с чужой командой (и если бы в принципе придерживался чего-то, хотя бы отдаленно напоминающего здравый смысл), заявил бы, что с капитаном нужно разбираться в первую очередь, потому что тот, мол, самый крутой. — Разве это не очевидно? С гибелью капитана теряется организованность команды. Нет ее — нет и шансов на победу. — Отозвалась Илия. — Впрочем, часто находится тот, кто почти сразу занимает место капитана и пытается вести людей вперед под своим началом. — И кто будет этим человеком, если убить тебя? Твой старпом? — Оскалился Крокодайл, не отказывая себе в удовольствии припугнуть пиратку. — Думаю, да. — На удивление спокойно пожала плечами она. К легкому разочарованию бывшего шичибукая, провокация не удалась. Вдоль фальшборта уже стояли накама Илии с оружием наперевес и неотрывно следили за вражеской командой, члены которой беспорядочно бегали вокруг мертвого капитана. Вдруг кто-то из них рванул к штурвалу и резко крутанул его в сторону. Маленькое судно начало медленно поворачивать в сторону, и, пока многие пираты суетились возле капитана, некоторые спорили с тем, кто встал у руля. Он что-то отвечал, крутя штурвал, и, казалось, не обращал внимания на стоявший на палубе гвалт и выводил корабль из порта. Команда сдалась без боя. — Более чем разумное решение. — Прокомментировала Илия, развернулась на девяносто градусов и легко спрыгнула с фальшборта на палубу. Ее накама тоже разошлись по разным концам судна и вернулись к оставленным из-за появления чужаков делам.

***

Ближе к ночи пошел сильный дождь, и всем тем, кто до этого спал на палубе, пришлось ютиться по коридорам, более-менее свободным каютам и трюмам. Капитана чуть ли не силком затащил в свою мастерскую старпом: она категорически не хотела занимать койку Фабера, которую тот собирался ей уступить, но в конечном итоге из-за сильной усталости и желания поспать в горизонтальном положении, а не согнутой в три погибели на палубе, согласилась. Илия лежала на чужой койке, укрывшись одеялом, и сонно наблюдала за тем, как сидевший за столом Фабер трудился над чертежами для ремонта корабля. На гвозде около двери висели ее плащ с галстуком и штормовка старпома. — Фабер. — Позвала женщина. — А? — Повернулся к ней плотник, кладя руку на спинку стула, сидя на котором он и собирался спать. — Как тебе идея отправиться в Ватер 7? — Спросила капитан и затем села на койке, чтобы распустить собранные в пучок волосы. — Ватер 7? — Тут же оживился Фабер, и Илия улыбнулась, предвосхищая такую реакцию. После событий в Эниес Лобби, когда команда вместе с Пиратами Соломенной Шляпы некоторое время пребывала в городе, старпом успел сдружиться с местными кораблестроителями и жалел, что ему не удалось побыть с ними и поднабраться побольше опыта в плотницком деле: после появления в Ватер 7 вице-адмирала Гарпа Пиратам Красного Галстука пришлось в срочном порядке уносить оттуда ноги. — Да. Айсберг-сан сказал, что будет рад нам и Мугиварам в любое время, помнишь? — Проговорила она. — Как же не помнить. Хочешь навестить его? — Спросил плотник, глядя, как по плечам женщины рассыпаются пряди русых волос. — Не только. Я посмотрела на то, как мы мучаемся с починкой корабля, и подумала, что нам не мешало бы обучить наиболее толковых ребят плотницкому делу. Хотя бы азам, это будет полезно. Ты один вряд ли с этим справишься, а вот если мы попадем в город, известный своими плотниками на весь Гранд Лайн, то там у парней мотивации учиться будет побольше. Раньше я как-то об этом не задумывалась, мы всегда ремонтировали серьезные повреждения корабля в портах, привлекая на помощь местных плотников, но в этот раз с ними вышла беда, и мы теперь вынуждены стоять тут где-то неделю. А было бы у нас побольше тех, кто хоть что-то смыслит в плотничестве — снялись бы с якоря раньше. — Сказала капитан. — Ну и, как ты сказал, Айсберга и остальных проведать не мешает. Им точно будет интересно узнать о войне в Маринфорде от непосредственных участников событий, а не из газетных сказок. — Подожди, а от Иванкова еще не было никакой информации? Мы точно можем спокойно отплыть в Ватер 7? — Сдвинул брови плотник. — От него не поступало вестей. Если бы они были, я бы сказала. — Качнула головой Илия. — Поэтому мы пока не знаем, куда нам нужно направляться, чтобы… — Она замолчала, не став продолжать фразу, и Фабер понимающе кивнул. — А что там с Лог Посом? — Спросил он, посчитав нужным перевести тему. — Бейтан сегодня целый день у себя в каюте проторчал, какие-то карты сверял, что-то рисовал, и ни слова про Лог. — Он мне еще на Калм Белте говорил, что на этом острове Лог перенастраивается дня за три-четыре, с этим проблем никаких. — Отозвалась женщина и зевнула, прикрыв рот рукой. — Так, все, капитан, спи давай. Хватит нам болтать. — Произнес Фабер, убирая руку со спинки своего стула. — Тебе же свет не мешает? — Указал он на стоявшую на столе лампу. — Фабер… — Устало улыбнулась Илия, в очередной раз немного смущаясь от заботы своего старпома. — Все хорошо. Делай, что тебе нужно. Мужчина пожал плечами, пожелал ей спокойной ночи и продолжил работу над расчетами и чертежами.

***

Благодаря общим усилиям корабль был готов к отплытию уже через три дня, и в общей сложности команда пробыла на острове пять дней вместо ожидаемой недели. Идея отправиться в Ватер 7 была поддержана почти всеми пиратами, и те из них, кого капитан планировала привлечь к обучению плотничеству, тоже восприняли это вполне положительно, несмотря на то, что изначально их воротило от скучной, по их мнению, работы. Как и предполагала Илия, известный город кораблестроителей сам по себе являлся хорошей мотивацией. Набившихся на борт в Маринфорде преступников, никто из которых не желал оставаться на маленьком островке, пираты собирались высадить на ближайшем более-менее крупном острове, перед этим стребовав с них деньги за пребывание на корабле. Все надеялись, что Крокодайл и Даз, присутствие которых сильно напрягало всех без исключения и создавало лишнюю опасность, тоже сойдут с судна где-нибудь на другом острове, но бывший шичибукай, узнав о намерениях команды плыть в Ватер 7, решил, что тоже направится туда. Там он собирался купить хороший корабль и затем отправиться в свой собственный путь — в Новый Мир. В последний день на острове пребывавший в хорошем расположении духа Крокодайл наведался в город, купил газету с последними новостями и бутылку весьма неплохого вина, неизвестно как оказавшегося в магазине на таком крошечном, Богом забытом клочке земли. Ценивший алкоголь подобного качества пират не мог пройти мимо этой находки. Правда, было непонятно, куда ее девать: сидеть в местных полуразвалившихся наливайках Крокодайл не собирался, а пить хорошее вино на палубе корабля, где обычно глушат ром да пиво, было для него как минимум смешно. Поэтому незапланированное приобретение одиноко стояло на ящиках, возле которых все это время находились Крокодайл и Даз, и терпеливо ждало лучших времен. Они, как ни странно, настали в тот же вечер, уже ближе к ночи, когда все начали готовиться ко сну. Из капитанской каюты ретировался успевший поправиться раненый бандит, и Илия переносила туда судовые документы из плотницкой, параллельно обсуждая планируемое на утро отплытие в Ватер 7 с то и дело подбегавшими к ней накама. Когда дверь каюты наконец захлопнулась, краем глаза наблюдавший за перемещениями пиратов по палубе Крокодайл подумал, что, пожалуй, разделит купленное им вино с капитаном. Во-первых, в каюте пить было гораздо более цивилизованно, чем, например, сидя на палубе, а во-вторых, компания Илии была не такой уж и плохой и в чем-то даже получше времяпрепровождения рядом с не сильно разговорчивым Дазом: женщина была спокойная, неглупая и в целом не вызывала у Крокодайла сильного раздражения, хоть и вела себя порой слишком уж нагло. К тому же она вряд ли отказалась бы от предложения выпить хотя бы потому, что все же опасалась бывшего шичибукая и прекрасно понимала, что тот может убить ее в любой момент и что лишний раз бесить его не стоит. Еще немного подумав и придя к выводу, что после сырой камеры на шестом уровне подводной тюрьмы, где его единственными компаньонами были отпетые головорезы да Огненный Кулак с шичибукаем Джимбеем, провести время в обществе относительно здравомыслящего человека, который мог хоть как-то развлечь его разговором, было действительно не такой уж и плохой идеей, Крокодайл взял бутылку вина здоровой рукой, поднялся и направился к капитанской каюте. Уже задремавший Мистер 1 приоткрыл глаза и слегка удивленно проследил за бывшим боссом. Тот постучался в дверь каюты. — Не заперто. — Послышался голос оттуда. Крокодайл открыл дверь и шагнул внутрь, закрывая ее за собой. На него тут же оказалась направлена рука-пистолет, созданная при помощи паршивой, по мнению мужчины, парамеции капитана. В каюте не горело электричество, и единственным источником света был огрызок луны, заглядывавший из-за облаков в круглый иллюминатор над столом. — Заблудился? — Произнесла Илия, глядя на него. Цеплявшиеся за край столешницы пальцы ее левой руки нервно дрожали, выдавая страх их обладательницы. — Нисколько. — Отозвался Крокодайл, привычно скалясь на нее сверху вниз. — И что тебе тут тогда надо? Все же решил меня убить? — Спросила женщина, продолжая держать его на мушке своей руки — видно, ей было так спокойнее. Для бывшего шичибукая это выглядело лишь как жалкая попытка ухватиться за жизнь, но убивать он ее пока что не собирался. — Если и убью, то не сегодня. — Равнодушно ответил пират, рассматривая обрамленное челкой лицо Илии. — Стоять в порту скучно, ты так не думаешь? — Конечно, скучно, если ни черта не делать и тупо дымить на палубе. — Хмыкнула она, затем опуская вниз руку. Из ее взгляда постепенно исчезал страх, но настороженность никуда не девалась. — По-твоему, я должен был помогать твоим людям чинить эту посудину? — Нахмурился Крокодайл, и позолоченный крюк приподнялся вверх. — Твой цепной пес именно этим и занимался и явно не выл от тоски. — Усмехнулась капитан, опираясь обеими руками о стоявший сзади нее стол. — Я бы посоветовал хорошо подумать, прежде чем дерзить мне. — Проговорил мужчина, изобразив на своем лице некое подобие улыбки, скорее напоминавшее оскал дикого зверя. — Не надо пугать меня. Я и так знаю, что ты в любую секунду можешь меня прибить, не стоит напоминать об этом. — Спокойно отозвалась Илия и перевела взгляд на бутылку вина в руке Крокодайла. — Я так понимаю, вот этим ты собираешься разогнать свою вселенскую скуку? — С ухмылкой кивнула она на алкоголь. — Интересно, почему именно в моей компании, да еще и в моей каюте. — Кто в здравом уме станет распивать нормальное вино на палубе? — Парировал Крокодайл. — За неимением другого варианта — много кто. — Пожала плечами Илия, заглядывая ему в глаза. — Ладно, раз уж ты набрался наглости сюда заявиться, то садись. Выпить я и сама не против, тем более если угощают. — Махнула она рукой на один из двух стульев, стоявших у стола, и открыла настенный шкафчик. Достав оттуда два стакана, женщина поставила их на стол и села напротив Крокодайла. — Бокалов не держу. У нас не плавучий ресторан. — Сказала она. — Очень жаль. — Недовольно поморщился бывший шичибукай: пить вино из обычных стаканов было верхом вульгарности. — Твое присутствие заставляет меня чувствовать себя маленькой зверушкой в пасти огромного хищника. — Вдруг произнесла Илия, наблюдая за тем, как Крокодайл разливает вино по стаканам. Он поднял на нее взгляд и скривил губы в улыбке. Подобное ему льстило. — Существует миф, согласно которому определенный вид птиц состоит в симбиотических взаимоотношениях с крокодилами. — Проговорил он, закрывая пробкой горлышко бутылки. — Птицы якобы прилетают к открытой пасти крокодилов и чистят их зубы от остатков пищи. Но никакого подтверждения этому нет, на то это и миф. На самом деле крокодилам это без надобности. Вероятно, если птицы все же лезут в крокодилью пасть, то он просто ее захлопывает. Вместе с птичкой, разумеется. — Он взял стакан и вдохнул терпкий запах болтавшегося в нем вина. — Меня еще никогда не сравнивали с птицей. — Сказала пиратка, саркастично улыбнувшись, и Крокодайл, оценивший эту реплику, подумал, что действительно выбрал не самую плохую компанию на вечер. — За что пьем? — Спросила Илия. — За Новую Эру. — Ответил бывший шичибукай, и края их стаканов с легким звоном стукнулись друг о друга. Крокодайл не прогадал: вино и вправду оказалось достойным, и даже варварский способ его употребления нисколько не портил напиток. Илия сделала пару глотков и повернула голову в сторону иллюминатора, демонстрируя Крокодайлу четко очерченный изгиб челюсти и линию скулы, ставшую заметной благодаря слегка заправленной за ухо челке. Женщина расслабила галстук и расстегнула верхнюю пуговицу рубашки, обращая свой взор на пирата. — Расскажи мне про Импел Даун. — Попросила она. — И что именно ты хочешь услышать, Илия? — Отозвался Крокодайл, впервые называя ее по имени и отмечая, что оно у нее было какое-то неподходящее для пиратки, чересчур… красивое. Создавался эффект, схожий с тем, какой получился бы, если бы кто-то додумался окрестить какого-нибудь идиота вроде Багги Йонко. — Все то, что ты посчитаешь нужным мне поведать. — Сказала Илия, едва заметно дернув уголками губ, выкрашенных в цвет свежей крови. И Крокодайл действительно принялся рассказывать про подводную тюрьму, при этом старательно избегая повествования о том, за что его туда упекли. После пребывания в этом месте выпить и поговорить с кем-то, помимо отпетых бандитов и Даза, с которым бывший шичибукай пять дней проторчал на палубе чужого корабля, было на самом деле неплохо. Собеседница Крокодайла внимательно слушала его, сопровождая рассказ своими комментариями, и он видел, что ей было вправду интересно. По мере того, как количество вина в бутылке уменьшалось, разговор заходил то о войне и Мугиваре, то о Мировом Правительстве, то о нынешнем поколении шичибукаев, то о грядущем переделе власти на морях, но ни Крокодайл, ни Илия не делились друг с другом ничем личным. Алкоголь закончился ближе часам к двум ночи, когда все на корабле уже давно спали, и капитан, которая выпила меньше, чем заметно расслабившийся благодаря вину Крокодайл, намекнула, что ему пора возвращаться на палубу. — Кстати говоря, я планирую доплыть на твоем корабле до Ватер 7. — Произнес мужчина, подходя к двери каюты. — Не делай ничего по отношению к моим ребятам, ладно? — Сказала Илия, вместе с тем прекрасно понимая, что если он захочет, то сделает, и никакие слова его не остановят. Крокодайл лишь усмехнулся, вышел из каюты, прикрыв за собой дверь, и прошагал к спавшему Дазу. Тот проснулся, разбуженный тяжелой поступью бывшего руководителя, внимательно посмотрел на расплывшийся в хмельной улыбке рот и проговорил: — Я думал, вы останетесь на ночь, босс.