"Дикая магия"

Они гнали лошадей на пределе, хотя огни Урубаена скрылись два часа назад, ибо знали, что ни одна не сравнится по скорости с драконом. А, по словам Муртага, Шрюкн с лёгкостью преодолеет всё проеханое ими расстояние за несколько минут. Поэтому им необходимо было уйти как можно дальше, пока их не хватятся. — Нужно остановиться! Кони больше не выдержат! — прокричал Муртаг, пытаясь заглушить свист ветра. — Пусть Торн найдёт нам укрытие! — ответила Элин. Чёрная тень взметнулась высоко в небо. Через пару минут, послал им обоим изображение небольшой полянки, окружённой высокими деревьями. Элин вздохнула с облегчением. Она не смогла бы ещё час поддерживать лошадей своей жизненной силой. — Надо зайти дальше в лес, чтобы нас не увидели с воздуха, — сказала девушка, слезая с коня. Торн, подлетевший сверху, с презрением отряхнулся. Муртаг и Элин несколько часов уговаривали его перемазаться в грязи. Красная чешуя дракона, была слишком заметна даже ночью. Теперь же у Торна зудело всё тело. Костёр разводить не стали. Слишком опасно. Поели прихваченными из дворца хлебом и сыром. Торн поймал себе нескольких кроликов. И только после этого Элин, наконец, нарушила молчание. — Ты можешь поверить Муртаг, мы свободны! — Свободны! — Эхом повторил юноша, на лице которого расцвела улыбка. «Сво-бо-дны?» — Зазвучал у них в головах голос дракона. Они рассмеялись, и Элин стала объяснять Торну смысл этого слова с помощью образов. Муртаг же вспомнил о том, как они провернули весь этот побег. Тем вечером Элин действительно отправилась с ними в сад. И король действительно её не заметил. Когда девушка сказала Муртагу, как она собирается оставаться невидимой, он сначала не поверил, а потом даже испугался. Элин хотела переместить часть своего сознания в их с Торном мысленный Карман. И таким образом, как бы находиться рядом с ними при этом оставаясь в покоях. Муртаг был не против, но вот его воспоминания… Если бы Элин узнала кто его отец, то случилось бы непоправимое. Девушка поклялась на Древнем языке, что не тронет ни единого воспоминания. Муртаг согласился. И это принесло плоды. Кто обращает внимание, куда летит Торн, гоняясь за птицами? Элин как бы летала вместе с ним и попутно очищала им путь от различных ловушек. С тех пор Муртаг только и делал, что таскал всякую всячину для побега, закидывая её в свой Астральный Карман. Лук, запас стрел, два меча, одеяло, огниво, посуда, несколько запасных рубах и штанов и конечно провиант. Элин, кстати, тоже была в штанах и рубахе. Её старое платье пришлось сжечь. Да и слава богам! Оно больше походило на паутину чем на одежду. Ходить в таком, по крайней мере, неприлично. Пришлось Муртагу отдать пару своих вещей. Всё было готово. И вот вчера Торн вдруг назвал его по имени. «МУРТАГ?» — так неуверенно, будто не знал, можно ли ему вообще говорить. — «МУРТАГ! МУРТАГ!» Потом вдруг повернулся к девушке и воскликнул: «ЭЛИН!» Это был сигнал. Той же ночью они с помощью Торна перелезли через дворцовую стену, а затем, обойдя стражу, выбрались из города. Коней пришлось украсть у одного фермера, чьи владения были раскинуты за две мили от города. Муртаг надеялся, что двести крон — достойная сумма за двух добрых жеребцов. Элин улыбнулась и с жадностью вдохнула чистый ночной воздух. Свобода пахла цветущими липами…

***

Королю не спалось. Что-то мучило его, как мучает зубная боль или старая рана. Некое предчувствие. Он встал и подошёл к окну. Урубаен лежал пред ним, как на ладони. После захвата Илирии он переделал город на своё усмотрение. Урубаен стал его столицей, символом триумфа и одним из самых великих проектов. Здесь были и высокие сторожевые башни, и неприступные стены, и тёмные бескрайние подземелья, из которых никому не удастся выбраться. «Никому, кроме этой паршивой девки, из которой он, Великий король Империи, Победитель Ордена Всадников и искуснейший маг Алагейзии не смог вытянуть даже её имя…» От этой мысли, и без того плохое настроение короля испортилось окончательно. Была в этой истории какая-то загадка. Тайна, которая никак не желала открыться. Не могла девчонка быть столь сильна, в её-то возрасте?! Может у неё в подчинении был дух? Но тогда почему она столько терпела и сбежала сразу? Ведь силы духов почти безграничны. Да и сомнительно, что эта юная особа связалась бы с духами. Сил бы не хватило! Или хватило бы? Нет! Тут что-то другое. Но что? Король и сам не заметил, как вышел из покоев и побрел по коридорам дворца. Во всей крепости не было места, где он мог бы остаться один. С ним всегда был кто-то из придворных, рядом копошились слуги и Шрюкн держал постоянную мысленную связь. Он сам позаботился о том, чтобы никогда не оставаться одному. После того как… «Не смей об этом думать!» — Но разум предательски выдал серию воспоминаний: Черная, как уголь чешуя, переливающаяся сотнями огоньков от каждого солнечного блика, мощные кожистые крылья и льдисто — голубые глаза. Гальбаторикс застыл, будто какая-то неведомая сила пригвоздила его к месту. Воспоминания о тех жутких днях, когда он шёл через Спайн, моля судьбу о смерти, бросая вызов самым жутким тварям, снова накатили волной. Как бы король не бежал от них, они всё-равно догоняли. И хотя теперь он знал о своей великой миссии, построить новый мир, ему иногда казалось, что смерть слишком жестоко обошлась с ним. Она ведь не виновата, в том, что случилось. Только он виноват, Только он… «Она мертва!» — Оборвал себя король, приходя в чувства. И тут он понял, где находится. Дверь в покои Муртага была чуть приоткрыта. Гальбаторикс улыбнулся. Когда-то в этих покоях останавливался Морзан, приезжая в Урубаен. Правда его дракон был великоват, для этих дверей и поэтому он жил в крыле для драконов вместе со Шрюкном. Торн, кстати, тоже скоро туда переедет. Нужно будет завтра проверить, начал ли он говорить, и тогда план короля прейдёт в действие. Гальбаторикс развернулся и пошёл обратно, как вдруг замер. Дверь в покои била приоткрыта, а Муртаг всегда запирает её даже днём. Поражённый догадкой, король ворвался в покои юного Всадника и … никого не нашёл. «Поднимайся!» — Мысленно позвал он дракона. — «Этот маленький засранец снова удрал!»

***

Чёрную тень на горизонте они заметили за два часа до рассвета. Элин тут же взяла два меча, привязала их рукояти к концам верёвки и, воткнув один в землю, прочертила ровный круг. — Не выходите за линию. — Предупредила она, вынимая кинжал из Астрального Кармана. Прежде чем Муртаг успел что-то сказать, Элин порезала себе ладонь и провела вторую кровавую линию поверх первой. «Элин?!» — Торн удивлённо взирал на кровь, струящуюся с пальцев. — Так надо, — сказала девушка, продолжая свой странный ритуал. Воздух над кровавым кругом накрыло едва заметное марево. — Увидеть они нас не смогут, а вот услышать — запросто. Так что не шумите, и молите богов, чтобы он нас не нашёл! Эллин села на землю и стала перевязывать порезанную ладонь.

***

Магический кристалл ничего не показывал, да король, вообщем, и не надеялся на столь простой способ найти мальчишку. Муртаг умел себя защищать. Торнак позаботился о лучшем образовании для сына Морзана. Но, в конце концов, королю удалось найти заклинание, выведшее его на след. Очень слабый, всё время прерывающийся след. Но король не мог упустить этот шанс. Ничего. Торн ещё не способен нести Всадника, а на лошади этот гадёныш далеко не уйдет. Огромная тень от крыльев Шрюкна скользила внизу, закрывая, порой, целые фермы от лунного света. Мощное драконье тело еле ощутимо вибрировало, рассекая воздушные потоки. «Ну, наконец-то мы выбрались из той тесной дыры, которую ты называешь дворцом. У меня уже ощущение, что я разучился летать!» «Чем тебе не нравится крыло для драконов? Ты не первый, кто там живет и еще никто не жаловался! » «Потому что ещё никого не запирали там как собаку на привязи! Я — сын ветра! Меня тянет в небо! А я месяцами сижу на месте в тронном зале или в крыле для драконов!» «Так надо». «Для чего? — взбесился дракон. — Ну кто может победить меня или даже ранить? Я самое большое существо в Алагейзии и за её приделами! Нет никого сильнее и быстрее меня! Даже целой армии ургалов со мной не справиться!» Эта фраза на миг выбила короля из седла. Всё вокруг осталось по-прежнему, только дракон под ним был уже другой. «И армии ургалов с тобой не справиться!» «Знаю, малыш, но это плохая идея…» — Ответила она. «Только представь, мы вернёмся домой героями! — Гальбаторикс знал, что уже убедил её, но дракониха нуждалась в постоянном подбадривании. — Ты сразу возвысишься в глазах того дракона, как его там, Фульгур, кажется?» «Да, его имя значит — Молния. Правда ему подходит?» — в воспоминаниях драконихи закрутились образы молодого самца белого цвета. Гальбаторикс не разделял её восторга, хотя чешуя дракона действительно поражала. Она была перламутровой, цвета морского жемчуга, с фиолетовым отблеском. «Уже не далеко, — сказал молодой Всадник, переводя разговор на более интересную ему тему. — Всего через день мы вернёмся на Врёнгард Избавителями Алагейзии. Ещё тысячу лет в Ордене будут ходить легенды о драконе и Всаднике, раз и навсегда стерших ургалов с лица земли! Уже не далеко…» «Ты вообще меня слышишь?» — Шрюкн вывел Гальбаторикса из оцепенения. «Прости, отвлекся…» — как можно более равнодушно произнес он, пряча воспоминания в самый дальний уголок своего сознания. «Я сказал, что след прервался». — Что? — воскликнул король и произнес заклинание, позволяющее и ему видеть следы беглеца. След Муртага обрывался у небольшой рощи на берегу реки Рамар. После нескольких кругов стало ясно, что мальчишка остановился здесь на ночь. — Мы нашли его, — усмехнулся король.