30 days of life

The Calm Blue Sea - Diaspora Открываться человеку с каждым днём всё больше и больше со временем становится невыполнимой задачей. Потому что, как оказывается, ты уже открыт. Ты доверяешь. Ты пропал. Невозможно сосредоточиться на чем-либо, если в мыслях целыми днями крутится одно и то же. Он. Может, это и означает, что прочная пелена, застилающая сердце Курта, наконец разбилась? Дала волю настоящим чувствам? Но видимых изменений совсем нет. Просто пришло понимание - я могу рассказать ему что угодно. Начиная с того, как я себя чувствую, и заканчивая тем, как сильно была смята простынь с утра. Осознание приходит внезапно, когда не ждешь. Ты ложишься спать. Твоя голова касается подушки. И взрыв. Глаза резко распахиваются, дышать становится чуть труднее, но по телу разливается тепло, все еще слегка скованное боязнью быть отвергнутым. *** Они договорились провести вместе выходные у Блейна дома, потому что его родители уезжали куда-то и сами предложили пригласить Курта. Ну, а кто Блейн такой, чтобы отказываться? Хаммела немного трясло. Его отец спокойно отпустил его. Это был первый раз, когда они с Блейном оставались одни на выходные за столько времени вместе. И им не казалось это чем-то странным. Просто теперь, когда они стали более близки, эти волшебные часы наедине могли стать по-настоящему особенными. Было около восьми вечера, когда они закончили рассматривать детские фотографии Блейна и устроились у него на кровати, включив "Время". Блейн часто говорил о том, что это его любимый фильм, объясняя это тем, что только в нем раскрывается вся суть человечества. Курт слушал, запоминал, но так и не смотрел. Поэтому сейчас старался внимательно следить за сюжетом, не отвлекаясь на нежные прикосновения руки Блейна к его плечу. Прошло не так уж много времени от фильма, но Блейн уже потихоньку начал дремать. Курт же наоборот втянулся в фильм. Сейчас на экране был напряженный момент, когда мама главного героя не успевала добежать до него, чтобы спастись. И вот, казалось бы, они схватились за руки, но молодое тело недвижимо упало в руки парня. Курт не выдержал и сорвался. Сначала маленькие дорожки слез потекли по его щекам, но через пару секунд он уже буквально содрогался от рыданий. Блейн тут же отошел ото сна и порывисто обнял парня, прижимая крепче к груди и шепча успокаивающие слова на ушко. Он не знал, что так сильно подействовало на Курта, но уже привык не спрашивать. Его мальчик сам расскажет, если это действительно важно. Спустя пару минут, сквозь всхлипы, Блейн различил еле слышный шепот. - Я хочу рассказать тебе кое-что, - с этими словами Курт отстранился, вытирая нос рукавом. - Когда мне было тринадцать, моя мать умерла. Это был несчастный случай. Авария. Я полностью закрылся в себе после этого. Ведь я потерял не только маму, но и лучшего друга. Я не думал тогда ни о том, как тяжело отцу, ни о том, каким эгоистом я выгляжу, оставаясь целыми днями в комнате, сидя на окне. Я просто должен был пережить это. Я начал курить, правда, тут же бросил, потому что это редкостная гадость. Я сбегал по ночам из дома, гулял по городу, в одиночку ходил до кладбища, приносил каждый день цветы и разговаривал с ней. О погоде, о птицах на ветках, о ветре, о солнце. Понимаешь? - Мне очень жаль, - прошептал Блейн, сжимая его ладонь чуть крепче и опуская взгляд. - Я ни с кем не общался. С папой я начал разговаривать только спустя полгода, когда до меня дошло, что ему тоже невероятно тяжело. И знаешь, я ходил к ней каждый день. Потому что мне было не с кем поговорить о разных мелочах, о природе. С тех пор, как я тебя встретил, я был у нее всего несколько раз, - Блейн резко выдохнул. - И то, все разы говорил о тебе. Это странно? Взгляд Курта продолжал оставаться отстраненным, слезы непроизвольно продолжали идти, он закусывал нижнюю губу, вертел головой, словно разговаривал сейчас вовсе не с Блейном. - Нет, родной, все хорошо, - что мог сделать Блейн? Он просто обнял его. Но вложил в это объятье столько чувств, сколько было подвластно человеку вложить в прикосновение. - Блейн? - тихо спросил Курт. - Да? - Ты займешься со мной любовью? Блейну понадобилась пара секунд, чтобы понять, что именно у него только что попросил Курт. Но если он рассказал ему то, что видимо не рассказывал еще никому, значит, это и есть полное доверие, ведь так? Вместо ответа Блейн нежно поцеловал его в плечо, после чего поднял голову и поднёс руку к лицу. Он аккуратно провел большим пальцем по линии скул, стер дорожки слёз, обвел контур бровей, губ, после чего принялся расстегивать пуговицы у себя на рубашке, продолжая смотреть ему в глаза. Курт должен чувствовать себя защищенным, любимым, нужным. Он знал это и собирался всё сделать правильно. Каждое прикосновение кончиков пальцев отдавалось обоим легким электрическим разрядом. Соприкосновение обнаженных тел приносило больше удовольствия, чем любой телесный контакт до этого. Нежные слова, произнесенные шепотом, аккуратно, чтобы не спугнуть, отпечатывались несмываемой краской на сердце. Им не нужны были указания вроде "нежнее" или "быстрее", они двигались как одно целое, словно знали друг друга целую вечность. И эту вечность они провели, изучая тела и умы любимого. Это была та любовь, о которой пишут книги, только её физическое воплощение. Прикосновения, пускай чаще неловкие, чем нежные, говорили гораздо о большем, чем громкие слова. Если ты доверяешь человеку на сто процентов, ты отдашь не только своё сердце. Ты отдашь всего себя, без остатка. Но ты не будешь чувствовать себя беззащитным или сломленным. Ты будешь чувствовать себя счастливым.