Пересиль себя и ничего не чувствуй

Когда Эндрю ехал в автобусе на встречу ФБР, он правда думал, что готов ко всему. Уже в голове слышал, как потный измученный работник сообщает им, что Нил сбежал, и они сделают все, что в их силах. Но когда услышал леденящее «Натаниэль Веснински мертв» оказался не готов. *** — Эндрю, поговори со мной, — Ваймак устало потирает переносицу и смотрит на Эндрю, который устроился в кресле напротив с бутылкой виски в руках. Лисы всего пару часов назад вернулись из Балтимора, где ФБР сообщили им ту же информацию, что и Кевин, исключая упоминание Морияма. И добавили, что Натаниэль умер от рук своего отца. После этого один из работников получил кулаком в лицо от Эндрю. Потому что верить в это не хотелось. Нил, который так отчаянно хотел жить и буквально каждый раз вырывался у смерти прямо из рук — мертв. Нил, чьи губы целовали его пару часов назад в автобусе Пальметто, и заставляли думать, что возможно «это» гораздо больше, чем ничто. Может быть, Эндрю даже был бы не против вступить в профессиональную сборную по экси, если это означало, что Нил будет где-то неподалеку. Может быть, Эндрю наконец-то начал наслаждаться тем, что имеет. — Говорите, прямо как он, Тренер. Ваймак открывает и закрывает рот, не в силах найтись с ответом. Он тоже привязался к Нилу. К его «я в порядке» и «да, Тренер». Он был тем самым звеном, которого так не хватало Лисам. Он сплотил команду и наладил отношения близнецов. Он был их личным Ангелом-хранителем, но никто и не подозревал, что за спиной у него грехов больше, чем у самого Сатаны. — Вам не стоило подписывать контракт с ним. — Я знаю. — Ему надо было дать сбежать. — Я знаю. — Я должен был убить его раньше. — Я- — Нет, нихуя ты не знаешь. — В глазах Эндрю появилась искра злости и тут же была подавлена. Но в общем, ненадолго. Он наставил на Ваймака указательный палец и чуть привстал с кресла, опираясь на другую руку. — Ты бы взял его в команду еще раз, будь у тебя возможность. У него ведь был талант и он был помешан на экси, прямо как Кевин. Вы бы не упустили такого шанса. — Эндрю откидывается обратно и закрывает глаза рукой. Он потерял контроль над собой и своими мыслями, когда на крыше поцеловал искусанные губы Нила, прекрасно осознавая, что тот не доживет до следующего года. Возможно, Эндрю все таки был склонен к саморазрушению. — Эндрю, послушай, я не жалею, что Нил присоединился к Лисам, но я жалею о последствиях, которые это принесло. Стой. — Ваймак встает, показывая, что разговор не закончен, когда Миниярд собирается уйти, — мне правда жаль, что он стал чем то большим для тебя. Во взгляде Эндрю закипает огонь, а губы сжимаются в одну тонкую линию, и он из-за всех сил пытается подавить это чувство. А затем в один миг все испаряется и остается только холодная пустота. Эндрю сжимает горлышко бутылки и отпивает как можно больше, чтобы горло болело, а в глазах появился туман. Потому что ощущать физическую боль гораздо легче, чем ментальную. Он улыбается, обнажая свои клыки. — Ты же помнишь, что я ничего не чувствую, верно? И он был не исключением, так что не вини себя, Дэвид. — Эндрю протягивает руку через стол и хлопает Ваймака по плечу, осталютывает ему, и уходит. Ваймак набирает номер Эбби, и думает, что лучше бы Эндрю врезал ему и разнес весь кабинет. Он привык к его безразличию или наоборот слишком наигранному веселью, но видеть, как Эндрю специально проглатывает свою злость и делает вид, что ничего не случилось гораздо, гораздо хуже. Смерть Нила ударила по нему больше всех.