Интересная любовь

      Первыми просыпаются жаворонки, среди которых был Курасан. Он сделал потягушки, широко зевнув. Потёр глаза и оглянулся. Ожидаемо, он увидел возле себя спящую Чашечку. Несмотря на то, что он каждое утро видит её, это заставляет улыбнуться. Чашечка была безумно милой и красивой.       Они лежат на мягкой траве и укрыты таким же мягким одеялом. Благо, в их краях почти всегда тепло и можно не волноваться насчёт холодной земли.       Сейчас примерно шесть часов утра, вот так рано просыпается Курасан. Чашечка тоже просыпается рано утром, если её не будит Курасан, но чуть позже булки, часов в восемь может.       Булка осторожно встаёт и более плотно укрывает чашку одеялом, дабы той было теплее. Она что-то мямлит себе сонно под нос и съёживается, от чего Курасан умильнулся.       Он единственный обджект, кто просыпается раньше всех. В целом, это даже к лучшему, Курасан любит тишину, несмотря на его буйный характер. Пошёл к реке, находящуюся неподалёку от поляны. Сделал утренние процедуры и направился к столу готовить завтрак для себя и для Чашечки.       Лампчка иногда оставляет ингредиенты в шкафу под столом, чтобы некоторые обджекты могли приготовить себе именно то, что хотят съесть. В шкафчике булка нашла хлеб, масло, макароны, молоко, лапшу и какую-то крупу. Недолго думая, Курасан взял крупу и обнаружил, что это была манка. Отлично, то, что нужно для завтрака!       Он подошёл к плите и включил её, параллельно беря кастрюлю и наливая туда молоко.

***

      Чашечку разбудил сильный, но нежный толчок в бок. Она медленно похлопала глазами, разглядывая стоящего перед ней Курасана.       — Доброе утречко. Завтрак уже готов, — сказал тот своим хриплым голосом.       Чашечка встала и пошла делать утренние процедуры, а Курасан заправил постель, после пошёл к столу. Чашка вскоре вернулась. Её там ждал Курасан, сидящий на скамье, а на столе стояла тарелка с манной кашей.       — А ты? Ты завтракал?       — Конечно. Давай, садись.       Фарфоровая села рядом с ним, тот начал кормить её из ложки и периодически дуть на кашу, если он считал её слишком горячей. Когда Чашечка была маленькой, то её всегда кормил отец, так как он имел руки, в отличие от матери. Когда она повзрослела, то у неё возникали проблемы с этим, так как всё время жить у родителей она не могла, и ей пришлось искать другой выход. К счастью, она сдружилась с Курасаном, а он был не против помогать ей с кормёжкой. Первое время было неловко, но вскоре оба привыкли и теперь считают это как акт заботы, что радовало.       Когда Чашечка поела, Курасан взял салфетку и вытер кашу, которая не попала в рот, и быстро помыл тарелки. Сейчас может часов семь или полвосьмого. Возможно, уже проснулась Нансенсу, но это не так важно. Курасан хотел провести этот день только с Чашечкой, желательно в тишине.       Он привёл её к той самой реке, в котором все обджекты умываются. Но они стали идти по берегу дальше, всё отходя от основного берега. Наконец, они нашли достаточно уютное место, без тины, без мошкары и без вязкого песка. Курасан сел у дерева, а Чашечка устроилась между его ног, сидя спиной к нему, и немного прилегла, расслабляясь. Тот начал гладить края чашки и вырисовывать незамысловатые узоры по бокам. Как же хорошо, что они "на одной волне" и зачастую имеют одни и те же желания и настроение. Сейчас им просто хотелось побыть наедине и насладиться компанией друг друга.