Нестандарт

Начало осени седьмого курса, глухая ночь. Великобритания, Лондон, Уайтчепел. Гилдерой Локхарт. — Прекрасная ночь… — Локхарт взглянул на удивительно чистое небо и улыбнулся полной луне. — В такую ночь мне особенно хочется крови… — в тон отозвался динамик гарнитуры. Гилдерой хмыкнул. Ночь была действительно просто идеальной: чуть влажный после недавнего дождя воздух, безветренность, как уже сказано, чистейшее небо, приятная температура, словом чего ещё желать? Блондин мог бы ответить: свидания, а не охоты. Кстати… — Ты подумала над моим предложением? Розалин в ответ вздохнула: — Рой, я сейчас лежу на крыше недостроенного здания, в обнимку с винтовкой .50 калибра, которую прежде один столетний дед использовал исключительно в качестве детали насеста для феникса, заряженную алхимическими прототипами ультрафиолетовых пуль, и при помощи которой я буду поддерживать тебя в охоте за упырями, причём по заказу лондонского князя вампиров. И лучшее, о чём ты придумал спросить, это соглашусь ли я поужинать? — Да. — …сзади. Локхарт развернулся и пробил наконечником трости голову бесшумно подобравшегося упыря. Его дружка в прыжке сбил фиолетовый росчерк, оставивший выжженную дыру в торсе твари. — Всего двое? — удивлённо спросила девушка, разглядывающая в прицел рассыпающиеся прахом трупы. — Это разведчики, — отозвался блондин, быстрым шагом устремляясь к подготовленной «арене», — самые тупые и агрессивные из выводка. Хозяин гнезда отправляет таких вперёд и, если их убьют, то вслед идут более умные и опасные особи, уничтожающие угрозу. — Поэтому ты добровольно загоняешь себя в ловушку? — вопрос не был праздным — «арена» представляла собой просто тупичок с навесом, единственным видимым преимуществом которого было только одно направление возможной атаки. — Не волнуйся, я сотню раз так делал, — Гилдерой гордо пристукнул тростью по асфальту и улыбнулся выходящим из темноты существам. — Мерзость какая… — пробормотала Поттер, при виде упырей. Абсолютно лысые, гнилостно-серая кожа, безгубые рты, полнящиеся кривыми зубами, костлявые пальцы с кривыми когтями, обряженные в какие-то обноски, и так воняющие разложением и экскрементами, что глаза слезились чуть ли не от одного вида. — Готова открыть огонь. — Не торопись, — Локхарт пристукнул тростью ещё раз. И ещё. И ещё. Каждый удар явно раздражал упырей, но нападать они не торопились, только скалясь слюнявыми пастями. Помрачневший блондин направил наконечник на ближайшее существо: — Ну, раз уж так, то... по моей команде… бум. Последнее слово совпало со звуком выстрела и находящийся под «прицелом» трости упырь рассыпался прахом. Твари заворчали, но с места не сдвинулись ни на шаг, лишь поливая голодными взглядами Гилдероя. — Какие-то проблемы? — поинтересовалась Поттер, наводя прицел на самого отвратно выглядящего упыря. — Они не атакуют. — Это я вижу. Разве это нам не в плюс? — Нет, — Локхарт недовольно повёл плечами, — это очень маленькая стая, даже альф нет. — Альф? — Упыри способные размножаться. Редко рождающиеся твари. Без них Хозяину гнезда придётся весьма долго создавать себе «семью», — отрывисто ответил Гилдерой, которого весьма напрягала такая пассивность противника. — Вот оно как… у меня есть идея! — Какая?.. Ответ пришёл тут же. Поттер начала отстреливать упырей, мысленно благодаря неуёмность Снейпа, намастерившего прототипов на пулемётный короб. Поведение тварей, не сдвинувшихся ни на миллиметр, показалось бы странным даже совершенно неопытному в данном вопросе человеку. — Как и ожидалось от великого Гилдероя Локхарта, с лёгкостью убить моих сильнейших детей! Я получу истинное удовольствие, глядя как ты превращаешься в моё дитя, — очень важно выглядящий непомерно жирный упырь, окружённый свитой из более «человечных» особей и толпы обычных, мерзко облизнулся, — особенно когда твоя ведьма будет обслуживать моё гнездо! — Эй, я не его ведьма! — возмутилась девушка. — Не заморачивайся, это сам Хозяин и все его альфы, — шепнул в микрофон Локхарт, — обращать внимание на его трёп, только время тратить. — Угу, — зло выдохнула Розалин. Хозяин гнезда внезапно дёрнулся и зарычал: — Сначала я сожру тебя, а потом лично сломаю твою ведьму! Взять его! Мельком глянув на вспыхнувшее ультрафиолетом укрытие Поттер, Гилдерой хлопнул по кнопке пульта, лежащего у него в кармане и «арену» залило тем же ультрафиолетом, мгновенно обратившим в прах обычных упырей и обжёгшем альф. Твари взвыли и уже по собственному почину набросились на блондина. Мужчина, неестественно точными и плавными движениями перерубил пополам двух упырей, пробил навылет очень удачно прыгнувшего третьего и зашагал к Хозяину гнезда, буквально мимоходом, руками и тростью уничтожая самых сильных и ценных особей. Не доходя нескольких шагов, он остановился и слишком широко улыбнулся, демонстрируя набор кусалок, от которого поплохело бы и акуле. — Есть что сказать напоследок? — Может ты и победил, но твоя ведьма уже стала моей! — с испуганной мстительностью заявил жирдяй, — она породит нового Хозяина гнезда, и моя семья будет жить вечно! Начавшийся было смех оборвала серия выстрелов, превратившая тварь в дырявый и обожжённый полутруп, а тычок тростью, пробивший череп упыря навылет, поставил точку в существовании очередного упырьего гнезда. — Я. Только. Своя. Собственная, — запыхавшимся голосом проговорила Поттер, — клише ты ходячее! — Ты цела? — обеспокоено спросил девушку блондин. — Вполне, — отозвалась та, — эти твари попытались подобраться с тыла, но нарвались на датчик движения. — Интересное решение, — кивнул идущий к недостройке Локхарт. — Вот, а ты говорил «зачем такие сложности». Гилдерой хмыкнул и, подойдя к входу, приготовился ждать. Вышедшая через пару минут Розалин заставила его забеспокоиться: левой рукой она сжимала края порванной рубашки, а раз не сработало «Репаро», то в процессе разрывания точно участвовал упырь. — Ты же сказала, что тебя не задели? — Ну да, только рубашку порвали и всё. — Роза… — Локхарт шагнул к девушке. — Да всё в порядке, нет там ничего — девушка вцепилась двумя руками в свою рубашку и отшагнула от блондина. Тот закатил глаза и сократив расстояние развёл руки Розалин в стороны. Тут же в его голове появилось четыре мысли: первая — удар был сильный чтобы вырвать почти весь перед рубашки, вторая — лиф тоже в клочья, третья — девушку не задело, четвёртая — природа весьма щедра. БАМ!!! «От этого останется след», подумал Локхарт, на чьей щеке наливался краснотой отпечаток девичьей ладошки, владелица которой по цвету не уступала маку. Гилдерой улыбнулся: — Поужинаем?