Серая мораль

      Самой темной ночи, что видела Равка на дальнем севере страны в месте, где нескончаемо воет ветер и снег застилает взор, два путника брели в поиске убежища. Темное небо, белые хлопья ослепляли. Холод сжимал уставшие тела в своих оковах. Женщина подняла руку, посылая очередной поток сильного ветра. Снег расступился перед путниками. Мужчина цеплялся за руку своей спутницы, он вселял в неё надежду. Ноги увязали в зыбучих песках льда и снега. Конечности обмякли и онемели от холода. Пара умоляла святых о помощи, умоляла о пристанище, о месте для их светлых душ, где они смогут обрести покой. И Святые услышали мольбы, услышали мечты своих самых прекрасных, сильных и вечных созданий. Было ли то видение, галлюцинация после долгих хождений по этой мертвой земле, но вдалеке просиял луч такой мощи, что ослепил бы весь мир, если бы не скрывающий его снег. Отдача от луча сбила с ног женщину, а мужчина схватился за её локоть удерживая на месте. В глазах обоих застыло удивление. Застыла надежда.        Когда Антон и Мадина Николаевы подошли к месту куда ударил луч, они обнаружили сверток из простыней и меха, из которого проглядывалось лицо младенца. Маленькие глазки скрывались под белоснежными ресничками, а младые бледные щеки уже алели от холода. Женщина скоро, не смогла справиться от порыва, подняла ребенка со снега. Мадина прижала крохотное тельце к своей груди. Снег вокруг замер, после ускорил свой пыл. Белые песчинки били в лицо, они пытались сбить с ног чужаков своих земель. Антон обвил своими огромными руками тело супруги, защищая её от бешеных порывов. Весь мир будто содрогнулся. Сердце бешено стучало в груди обоих, соединялось с биением крохотного. Небо падало на голову. Холод просачивался через плотные слои одежды. Это конец? Неужели таким как они не найти пристанище даже в этой покинутой святыми земле? Неужели нельзя жить в гармонии со всеми?       Сердце женщины содрогалось от этих мыслей. Она посильнее прижала к себе ребенка, пытаясь спасти его от этой метели. А природа завывала над ними. Снег не останавливался. Он кружил, кружил и кружил. Он заходился вокруг чужаков, окружал их со всех сторон. В этой мрачной путине нашли б они свою могилу, нашли место для гниения своих прекрасных тел. Если бы не дрожащее в руках Мадины дитя. Ребенок приоткрыл глаза и начал плакать. Вьюга затихала с каждым новым всхлипом, а снег теперь шел мягким бархатом. Все притихло, все замерло ради плачущего ребенка. Ради равновесия и спокойствия.       Через неделю до этих темных земель дойдет весть о черной пропасти, о черной стене из мрака и ужаса, что разделила Равку на две части и положила начало войнам и разрухе на многие столетия. В этой разрухе такие как Мадина и Антон нашли свое пристанище и мир. В ошметках мира гриши нашли свое краткое счастье.