Жизнь после Тетради Смерти

      5 ноября 2004г. 19:59       (Восьмой день после смерти Кёске Хигути)       Лязг       – В чём дело, Ватари? – спросил Эл, но ответа не получил. – Ватари?       Компьютер завис, после чего на мигнувшем экране возникла надпись:       Все данные удалены       – Данные удалены? – выдохнул Лайт. – Что происходит?       Вся следственная группа в ужасе и глубоком потрясении сгрудилась вокруг них. Никто не мог понять, что происходит…       Но L понял. Его глаза сузились.       – Я сказал Ватари, что если с ним что-то случится, он должен удалить все данные, которые успеет. И велел настроить систему на автоматическое стирание через определенный промежуток времени.       – Если с ним что-то случится… – начал Аизава.       – Что-то в-вроде… – заикаясь, проговорил Мацуда, – смерти?..       Эл прищурился сильнее, молниеносно анализируя происходящее. Его мозг сейчас использовал 87% своих возможностей.       – Где бог смерти?       Соичиро покрутил головой.       – Да, где же…       Если он и говорил что-то ещё, Эл уже не слушал. Работа мозга достигла 93%. "Если Ватари мёртв… Амане не видела его лица… может, Лайт Ягами что-то сделал, когда недавно выходил на улицу?.. Но никто не знает имени Ватари… – на девяносто восьми процентах он догадался. – Но бог смерти способна…"       Вот оно! Бог смерти!       – Слушайте, – начал он, – бог смер…       Его голос оборвался. Грудь пронзила дикая боль. Он закричал бы, будь у него силы на это. За долю секунды его способность рассуждать упала почти до 50%, а потом… пришло осознание.       У него сердечный приступ.       Он смутно помнил, как Соичиро спросил: "Эй? Что такое, Рьюзаки?", но Эл не смог ответить.       А потом начал падать.       Ещё на 24% ниже…       В последние мгновения своей жизни он помнил, как лежал на полу, а Лайт держал его за плечи и громко звал: "Рьюзаки?!". Эл хотел сказать что-нибудь, хоть слово сказать единственному другу, который у него когда-либо был… но потом выражение лица Лайта стало меняться.       Лайт Ягами…       Его лицо сияло подлинным торжеством. Если бы Эл мог, он широко распахнул бы глаза, ведь он, разумеется, понял, что это значит. Даже сейчас, когда его мозг работал всего на 10% и продолжал угасать, он был абсолютно уверен в том, что происходит.       И только он один знал правду.       Я знал…       Я не ошибался…       Но…       Я…       Эл закрыл глаза и умер.       

***

      31 января 2011г. 4:02       (Спустя три дня после годовщины смерти Лайта)       Доктор Такеши Мидо никогда не думал, что по-настоящему решится на такое. Первой его целью было изучить проблему, диагностировать причину, а затем, если это возможно, найти лечение или способ полностью это предотвратить. Но он никогда не собирался заходить настолько далеко.       Он потёр глаза. Неудивительно, что он устал. Здесь, в Японии, сейчас было четыре часа утра, и, несмотря на то, что он жил в подобном графике уже многие годы, работа допоздна его совершенно выматывала. Он подавил зевок и мысленно выбранил себя за сонливость. Чёрт возьми, сейчас должно случиться то, что, вероятно, станет самым важным моментом во всей его карьере, а он буквально спит на ходу.       Он вздрогнул, услышав лёгкий стук по дверному косяку.       – Проснулись, сэр? – вежливо спросил его ассистент.       Мидо даже головы не поднял.       – Да, я полон энергии, как… э-э, батарейка.       Ассистент поднял бровь:       – Разрядившаяся?       – Точно, – подавил улыбку Мидо.       – Вы же знаете, мы вполне можем подождать до завтра.       Доктор обернулся и взглянул на помощника. За семь лет Мидо прошёл долгий путь. Возможно, ему не всегда нравилось то, что он делает, но теперь отступать было поздно. С самого первого дня он знал, что назад пути не будет.       – Нет, – твёрдо ответил он. – Сделаем всё сейчас, пока я не передумал.       – И то верно, – кивнул ассистент, положил на стол пакет с жидкостью для внутривенных вливаний и вышел из комнаты.       Мидо помедлил, обдумывая всё ещё раз. Рядом с ним на больничной койке лежал пациент. Мёртвый пациент. Мидо до сих пор был изумлён и потрясён тем решением, которое несколько лет назад было принято в отношении этого человека. Длинные чёрные волосы, большие глаза… труп был в идеальном состоянии. "Хвала Господу за морозильники", – мрачно подумал Мидо.       Он решительно оборвал воспоминания. Сколько уже длится его проект, лет семь? По сравнению с целой жизнью это не так уж и много, но он был врачом, а цель любого врача – помогать людям справляться с болезнями и травмами. С этой стороны он уже много лет никому не помогал.       Но этой ночью он окажет помощь.       …будем надеяться.       Он поднялся, взял оставленный помощником пакет для вливаний. Подошёл к стойке с капельницами, установленной рядом с больничной койкой, подцепил на неё пакет и сделал глубокий вдох. Осмотрел множество прозрачных трубок, уже впившихся в тело пациента, и вздохнул ещё раз.       Плавно и осторожно Мидо ввел в вену трупа ещё одну иглу.       

***

      После многочисленных хирургических операций работал один процент его мозга.       Только один процент.       Нет, даже меньше. Возможно, полпроцента. Или даже десятая доля процента. Или, возможно, двадцатая?       Теоретически, прежде чем он смог бы очнуться, эта цифра должна была достичь отметки в десять процентов. Хотя, следуя той же теории, у него вообще не должно было быть рабочего мозга.       Технически, он был мёртв.       Но в современном мире медицина творила чудеса. Сломанные кости срастались быстрее, чем когда-либо прежде. О многих неизлечимых болезнях теперь и не слышали, да и от обычных почти никто не умирал. Если не считать тот хаос, который устроил Кира, в остальном наука двигалась вперёд семимильными шагами.       Один из таких гигантских шагов был сделан в подземной больнице доктора Мидо.        Неторопливо, по мере того, как жидкость из капельницы разливалась по венам, начали появляться сознательные мысли. Хотя поначалу они были неполные и оборванные. Ему нужно было что-то вспомнить… что-то важное…       Лайт…       Я…       Ты…        Один процент. Рядом с койкой что-то попискивало, но он этого не слышал – его слух ещё не работал.       Ватари…       Мёртв…       Как?..       Два процента.       Бог смерти…       Затем…       Я… был прав…       Четыре процента.       Тринадцать дней… это правило…       Должно быть… фальшивым…       Шесть с половиной.       Значит, он… но тогда выходит… что Кира…       Кира.       Это имя, в конечном счёте, пробудило воспоминания.       Девять с половиной. Уже почти.       Кира…       Это…       Лайт.       Лайт Ягами – Кира.       Эл распахнул глаза.