Ведьмы

Молли Уизли — это теплота объятий и угощений и смертельный холод глухой ярости. Это мягкость рук на плечах сыновей и стальная жесткость пальцев на палочке. Молли — это земля, безвозмездно дарящая настолько много, что легко забыть о раскаленной магме глубоко внутри. Джинни же — это искорки пойманного снитча в ореховых глазах, огненные всполохи волос и горячее стремление к мечте. Это огонь, спасительный и разрушительный. Тонкое запястье и натянутые мускулы. Также Джинни — это и редчайшими драгоценностями рассыпавшиеся по веснушкам слезы, и лихой вираж на метле, в котором сила и ловкость становятся хищной грацией, и неотвратимость цунами на пути к цели. Совсем не похожа на нее Астория — она вся словно бархатная, сотканная из нежности, но, стоит сжать в руках, и окажется, что внутри каркас из меди — пластичной, но прочной. Это размеренность и тягучесть осени и звенящей весенней капелью смех. Астория — непререкаемость в словах и неисследованный океан в глазах. Нарцисса — она про зиму. Словно покрытые изморозью ресницы, опушающие далекие, неприступные и несокрушимые горные вершины в снежном отблеске глаз. Нарцисса — это статность и изящество в каждом движении, и она же — античная статуя в летнем саду, окруженная солнечными лучами, словно маревом горячечного миража, поющая нежно и тепло. Ее сестра — Андромеда — клинок из той же стали, закаленный в других боях. Андромеда — это про мудрость речей и понимающее снисхождение к глупости детей. Это тяжесть бремени, несгибаемая временем спина и боль потери, похороненная глубоко в темном лесу глаз, пока руки уверенно и грациозно расправляются с репейником в сиреневых волосах. У Гермионы такие же темные глаза — в них безапелляционная строгость расчетов и в них же безграничная теплота заботы. В них абсолютный холод сухости на работе и разъяренный огонь справедливости, толкающий на приключения. Там кладезь знаний и клад любви. Гермиона — это идеальный порядок в голове и хаос, запутавшийся в кудрях и не попавший в мозг. Ее кумир — Минерва — это соседствующие на столе таблицы успеваемости и печенье. Это квиддичные награды в зачарованном шкафу и запечатанное долгом сердце. Это равная непоколебимость горы как в наказании, так и в защите студента, и безжалостная лавина внутри. Безграничная мудрость матери и кошачья игривость советов. В Луне глубинная мудрость припорошена цветами наивности. Луна — это странные танцы босыми ногами в мокрой траве, это светлейшая улыбка и чистейший смех. Легкость белых волос и тяжесть черных дней. Это невинное удивление насмешкам и понятливость к пыткам. Тончайший венок из огуречных лоз с и тотальная убежденность в своей правде.