Поверь в меня

      Стук в дверь вырвал мальчика из яркого сновидения. Масаоми будил брата в школу. Ватару широко зевнул и потянулся. Вернее, он попытался это сделать: в ногах что-то мешало. Он улыбнулся и открыл глаза.  — Доброе утро, — почувствовав движение на своих коленях, пожелал мальчик.  — Доброе… — сонно откликнулись снизу. — Пора вставать?  — Да… — чуть запнувшись, ответил Ватару. Его колени кто-то обхватил!       Приподнявшись на локтях, он посмотрел туда, где вчера уложил лисичку.  — Что за?! — От неожиданности он резко дёрнул ногами, подтягивая их груди, и отшатнулся к изголовью. Глаза широко распахнулись. Правда, спустя несколько мгновений, ушедших на обработку увиденного, мальчик крепко их зажмурил и для верности спрятал лицо в одеяле.  — Ватару… — недовольно заворчала Мори. — Ты чего дёргаешься? — Она зевнула и, прогнув спину, вытянула вперёд лапки. Или не совсем лапки… Сонный взгляд упёрся в человеческие руки.  — Что за?! — Теперь уже Мори шарахнулась назад и, кувыркнувшись через спинку, ошарашенно замерла, сидя на полу за кроватью. — Это что ещё за фокусы?! — Помимо рук в комплекте имелись точно такие же совершенно человеческие ноги.       На некоторое время в комнате всё замерло. Оба пытались осознать и хоть как-то уложить в голове происходящее.  — Ватару… — жалобно протянула с пола Мори, поднимая голову над спинкой, и вытягиваю шею. — Это зачем так? Это я теперь… как ты, что ли? — Кажется, данный факт её очень расстроил.  — Почти, — приоткрыв один глаз и высунувшись из-под одеяла, ответил Ватару. Из его укрытия была видна только её голова. — У людей не бывает таких ушей, — нервно хмыкнул он.  — Ушей? — Мори чуть заторможено подняла руку вровень с глазами, ещё раз удивлённо рассматривая непривычную конечность. Она даже пальцами пошевелила, словно пытаясь убедить себя, что это действительно принадлежит ей. А затем коснулась ими головы, проводя рукой по спутанным длинным волосам и касаясь большого остроконечного уха, покрытого мягкой шерстью. — Ой! — Вцепившись в него тонкими пальцами, Мори беспомощно посмотрела на мальчика. — И кто же я теперь?  — Ну… Ёкай, наверное… — Ватару выпустил край одеяла и с интересом рассматривал печальную мордашку.       Светлая кожа с россыпью мелких веснушек, аккуратный нос, большие глаза рыжевато-медного оттенка с вертикальным зрачком. Светло-песочные волосы, почти белые у основания, переливались яркой рыжиной сверху. И два остроконечных уха, непропорционально больших по отношению к голове.  — А… Как же это? Как же теперь? — Мори завозилась, пробуя встать, не совсем понимая, как это лучше сделать.       Ноги чуть подрагивали, а пространство немного покачнулось, когда ей удалось подняться. Пол резко ушёл вниз.  — Мама! — сдавленно пропищала она, сделав пару неуверенных шагов к центру комнаты, и быстро опустилась на колени. — Высоко! — чуть не плача, пожаловалась Мори.       Ватару, зажмурившись, снова нырнул под одеяло. Заметив это, она горестно спросила:  — Я настолько страшная теперь? Ты боишься? — И хотя она чувствовала, что мальчик испытывает не страх, а скорее смущение, но собственная растерянность подтолкнула к самой неприятной трактовке такого поведения.  — Н-нет… Ну что ты! — замотал головой Ватару. — Просто ты… — он запнулся. — Ты… без одежды.  — Без чего?! — Нет, что такое одежда, Мори, конечно, знала, но сообразить, что теперь она ей тоже необходима, было сложно. — А… Ты имеешь в виду без шерсти? — постаралась соотнести обстоятельства лисичка. — Но… Мне не холодно.  — Эм… Люди носят вещи не только для того, чтобы согреться, — вымучено объяснил Ватару. Щёки предательски полыхали. — Ходить без одежды неприлично…  — А… Да? Но у меня её нет… — опустив уши и шмыгнув носом, озадачилась она. — И потом, меня же всё равно только ты видишь. Может, я и без одежды обойдусь? — Мори с надеждой посмотрела на кокон, в котором спрятался мальчик.       Он энергично замотал головой. Рассказывать ей, почему так ходить нельзя, у него язык не поворачивался. Смущение было слишком сильным.       Мори чётко уловила чуть ли не панику и, быстро подскочив, метнулась к шкафу. Вытащив первую попавшуюся ткань, которой оказалась простынь, она замоталась в неё с ног до головы и поспешно опустилась на пол в углу. Ракурс обзора помещения всё ещё пугал. Незакрытой осталась только узкая полоска на лице, где были видны огромные, панически бегающие глаза.  — Всё, — тихо позвала она. — Я… спряталась…  — Ватару! — Громкий окрик из-за двери заставил мальчика вынырнуть из укрытия. — Завтрак! — Один из братьев звал младшего в столовую.  — Ой! Блин! — резво добежав до двери, он выглянул в коридор и, крикнув: «Уже бегу!», захлопнул её, замыкая на щеколду. — Ты не переживай. Мы что-нибудь придумаем. Обязательно! — пообещал он, скользнув взглядом по замершей в углу Мори, попутно натягивая школьную форму. — Но вечером. Хорошо?  — Хорошо, — сдавленно согласилась она и, кажется, ещё больше сжалась.       После завтрака Ватару заскочил в комнату за рюкзаком, а заодно принёс Мори любимую тофу, надеясь хоть немного подбодрить. Она к этому моменту перебралась на кровать, свернувшись калачиком всё в той же простыне, и с тоской смотрела на вошедшего мальчика. Вздохнув, он ещё раз заверил её, что они со всем разберутся, и убежал на занятия.       К концу дня, заработав пару замечаний и снова зацепившись с новым одноклассником, Ватару еле дождался знакомую машину брата. Идей, как решить сложившуюся проблему, не было совершенно, и данный факт удручал. В этой ситуации он бы тоже предпочёл, чтобы Мори оставалась феньком. Что делать с девушкой, которая теперь жила в его комнате, он не знал. Поэтому настроение оставляло желать лучшего.       Перед тем, как войти в спальню, мальчик остановился возле двери и тяжело вздохнул. Скрывать то, что он расстроен, не имело смысла. Она всё равно почувствует. Но тяжёлые мысли испарились, стоило только перешагнуть порог. Мори стояла у окна, обернувшись, когда он вошёл. В первое мгновение Ватару всё-таки попытался сдержать смех, опуская глаза в пол. Не вышло. Когда она шагнула ему навстречу, Ватару опять посмотрел на девушку, и резко хлопнув дверью, чтобы, не дай боги, никто не заглянул внутрь, сполз по ней на пол, зажимая рот ладонями.  — Мори… — это всё, что смог прохрипеть Ватару перед тем, как его разобрал смех.

***

      Долго предаваться печали после ухода мальчика Мори не смогла и спустя час выбралась из постели. Съела всё, что он ей принёс и, привыкая к новому способу передвижения, стала расхаживать по комнате. Простынь мешала. Поэтому, пару раз споткнувшись, она с раздражением отбросила тонкую ткань. В этой форме взаимодействовать с предметами оказалось на удивление просто. Не нужно было даже прилагать усилий. Первое, что она попыталась сделать, это вернуться к изначальному состоянию. Не получилось. Мори просто не понимала, как это можно провернуть. С одеждой вопрос тоже оставался открытым. Ей не особо хотелось натягивать на себя какие-то тряпки, но реакция Ватару была однозначной: ему почему-то не нравилось теперь их отсутствие на ней. За время, проведённое в одиночестве, она успела вполне хорошо рассмотреть и обследовать новое тело. После чего пришла к выводу, что выглядит вполне по-человечески и мало чем отличается от остальных. Ну, выше, конечно. Да, выбиваются из привычной картины уши и хвост. Грудь не плоская, как у мальчика или братьев (похоже это отличительная черта человеческой женской особи). А в остальном всё такое же. Но, несмотря на это, Ватару прятался от неё, а значит, не стоит его расстраивать и нужно что-то придумать, как-то решить проблему, мешающую им общаться.

***

      Учуяв, что он возвращается домой, она запаниковала и кинулась к кровати, лихорадочно соображая, что можно предпринять и как спрятать неудобное тело.

      Собственно, результат этой попытки и заставил Ватару так отреагировать на её внешний вид. На кровати помимо простыни была только его пижама… В которую и влезла Мори.       Ткань рубашки сильно обтянула упругую грудь, свободно свисая до середины живота. Штаны плотно обхватывали ноги от середины голени и сжимали бёдра выше. Их даже не удалось надеть полностью: мешал хвост. Да и весёлый рисунок из голубых и розовых зайчиков, хаотично расположенных на ткани, слегка несуразно смотрелся на взрослой по виду девушке. Помимо прочего, с первого взгляда было понятно, что ей очень неудобно: ткань давила и стягивала, мешая свободно двигаться.       Не зная, как относится к смене его настроения, Мори быстро спряталась под одеяло и уже там ждала, пока он успокоится.  — Ох! Прости, Мори! Я… не хотел… Правда, — Ватару встал с пола и пересел на край кровати, стараясь подавить рвущиеся наружу смешки. — Просто моя пижама тебе немного мала.  — Я заметила, — недовольно пробурчала она. — К тому же она очень неудобная. — Даже злиться на него не получалось. Голос звучал скорее жалобно. — Но другой не было.  — Ты посиди тут. А я пойду посмотрю что-нибудь более подходящее. Может, удастся стащить у братьев какую-нибудь старую футболку. У Цуба-куна например… У него их столько, что пол Токио одеть можно. Пропажу одной вряд ли заметит… Ну и шорты. — Это, конечно, не хорошо, подумал мальчик, но и мучить её своей одеждой тоже не хотелось. Оглянувшись у самых дверей, Ватару, задумчиво окинув взглядом ком на кровати, в котором спряталась Мори, тихо вздохнул. — Нужно попросить у Масаоми купить мне новую пижаму. Эта и правда совсем уже детская…  — Шорты? — Она совсем сникла, успев оценить, что данная часть одежды ей абсолютно не нравится, потому что доставляет наибольший дискомфорт. — А без них совсем никак?  — Ну, если бы платье какое… — сочувственно предположил Ватару. — То можно было бы и без них. Но… мамина комната закрыта, а других девочек у нас тут нет. — Он покачал головой. — Да и мне кажется, что мамины платья тебе понравились бы ещё меньше, чем штаны. Она у нас стильная и одевается очень… Эм… Элегантно, — вспомнил он нужное слово.       Вламываться к кому-либо из братьев Ватару не собирался, расценив такой поступок совершенно неприемлемым. А значит, оставалось одно место, где с большой долей вероятности можно было раздобыть вещи: прачечная.       Выстиранная одежда лежала ещё не разобранная на гладильной доске. И, похоже, ему не повезло. Насколько мог судить мальчик, там были только вещи Юске, Иори и Укё. Первые двое сразу отпадали, поскольку их футболки, скорее всего, будут узковатыми для Мори. Парни хоть и превосходили её ростом, но оба имели сухую подтянутую фигуру. А вот рубашки старшего брата словно магнитом притягивали взгляд. Они явно были большие и свободные, да и длина приятно радовала. В такой лисичка смогла бы не чувствовать себя скованно, и отпадала необходимость искать ещё и шорты. Только рассчитывать на то, что Укё не заметит исчезновения, не приходилось.       «Эх… Ладно. Была, не была, — вздохнул Ватару, протягивая руку к одной из красных рубашек. — Вечером что-нибудь придумаю и верну её на место. Если повезёт, брат не успеет обнаружить пропажу».       Вышло очень мило. Ватару улыбался, глядя на повеселевшую Мори, которая кружилась по комнате. Длина доходила до середины бедра и сверху не стесняла движений. Получилась своего рода свободная туника. Единственное, что омрачало радость — это необходимость вернуть рубашку в кратчайшие сроки. А для этого нужно было найти что-то на замену. Сам он ничего дельного так и не придумал, поэтому решил обратиться к одному из братьев. Раз уж Канаме всё равно знал о существовании Мори, то, возможно, он не откажется помочь в решении этого затруднения.       В ожидании момента, когда тот вернётся домой, Ватару сел за уроки, а Мори, забравшись на кровать, включила телевизор, остановив свой выбор на образовательном канале о жизни животных. Ещё ей нравились программы по ландшафтному дизайну. Почему-то наблюдение за тем, как безликое пространство стараниями специалистов превращалось в произведение искусства, завораживало. Но Ватару их не очень любил, поэтому она остановила свой выбор на нейтральной теме.       Открыв одну из тетрадок, Ватару горестно застонал. Мори повернула голову, заинтересованная такой реакцией. Мимолётно отмечая смену настроения.  — Что-то случилось? Или задание сложное? — отвлекая его, полюбопытствовала она.  — Да вот, — развернув тетрадь, Ватару пододвинул её ближе к краю. — Придётся переписывать. — Разворот был полностью залит чернилами.  — Ого! Как это ты так умудрился? — Одно ухо чуть опустилось, а второе осталось в вертикальном положении, выражая озадаченность лисички. Мальчик очень бережно относился к учебным принадлежностям.  — Это не я. — Он подтянул испачканный предмет обратно. — Тоши-кун выдул из стержня всю пасту. Мне и ещё нескольким одноклассникам, пока мы были на перемене. — Вырвав испорченные листы, Ватару принялся переписывать задания.  — Это тот, который новенький? — хмурясь, спросила она и, получив утвердительный кивок, предложила: — Расскажи братьям. Они помогут.  — Нет. Я не видел, что это сделал именно он. И доказать ничего не смогу. Это только мои предположения, — отказался Ватару. — Не волнуйся. Всё в порядке. Тут немного.  — Ничего себе нормально, — сердито пробормотала под нос Мори, но настаивать не стала, возвращаясь к просмотру передачи, чтобы не мешать ему заниматься.

***

      После ужина, дождавшись в комнате, пока братья разойдутся, Ватару попросил Мори посмотреть, где находится Канаме, так как вечером в столовой его не было. Похоже, брат вернулся позже. Она подняла взгляд к потолку. Найти слепящую ауру монаха было просто. Он возвращался с кухни на четвёртый этаж. Судя по всему, к себе. О чём она и сообщила мальчику.  — Я пойду схожу, спрошу у него, сможет помочь или нет. — Отодвинув стул, Ватару встал. — Если я позову тебя прямо оттуда, ты услышишь?  — Эм… Скорее всего, да, — кивнула Мори.  — Отлично! Если он согласится, поднимайся. Только убедись, что тебя никто не заметит. Хорошо? — Он направился к двери, прислушиваясь, если кто в коридоре.  — Там никого нет, — развеяла она его опасения. — Иди. Я буду осторожной.              Канаме согласился и через минуту с любопытством рассматривал парящую над полом красную рубашку старшего брата, сияющую изнутри мягким светом и нервно теребящую рукава. Насколько он смог оценить по высоте плеч, то, что получилось из фенька, было выше Ватару. А следовательно, скорее всего, и старше. Посмотрев на взволнованного брата, так же переминающегося с ноги на ногу, он уточнил:  — Как она выглядит?  — Ну… эээ… Как девушка, — бросив быстрый взгляд на Мори, пожал плечами Ватару. — Только с лисьими ушами и пушистым хвостом.  — Я не об этом, — улыбнулся Канаме. — По возрасту. Как ты?  — Н-нет… Постарше. — Он на мгновение отвёл глаза.  — Так, ладно. Попробуем по-другому, — вздохнул брат и, достав из кармана телефон, вбил что-то в поисковик. После чего повернул экран к Ватару. — Так?  — Нет. Ещё старше, — мотнул головой тот. На фото улыбалась девочка-подросток лет шестнадцати.  — Оу, уже интереснее, — ехидно заметил брат и пальцы снова заскользили по сенсору. — Тогда, может так? — В глазах отражалось веселье. Он просто не мог не воспользоваться шансом немного развлечься.  — Д-да… — сдавленно согласился Ватару, моментально краснея и отворачиваясь. — Только… спереди не так… много. В смысле… не такие… — голос упал до еле внятного шепота, — большие…  — С этим разобрались, — жизнерадостно подытожил Канаме, с трудом сдерживая смех.  — Нужно что-то ещё? — Ватару с испугом посмотрел на него.  — Конечно! — усмехнулся тот и оглянулся на «рубашку», которая, обхватив рукавами плечи, вжалась в стену. — Ещё надо выбрать наряд. — Приподняв бровь, он сосредоточил внимание на брате.  — Наряд? — Кажется, теперь Ватару слегка побледнел. Похоже, и его уже пугал воодушевлённый настрой старшего. — Кана-ни… — тихо позвал он. — Только… можно… не такой, как на картинке? — Цвет лица сменился в третий раз возвратившимся румянцем.  — Можно! — Канаме всё-таки рассмеялся. На фотографии, показанной ранее, была изображена молодая девушка с весьма впечатляющими формами в довольно откровенном наряде. Или в данном случае можно сказать, что одежда присутствовала на теле очень уж условно.              Спустя пять минут они остановили свой выбор на девушке с подходящей комплекцией, одетой в свободную оранжевую футболку со стилизованным принтом саванны и молодёжные хлопчатобумажные шорты белого цвета, декорированные шнуровкой по бокам и цепочкой на поясе.  — Ватару-кун, ты забирайся в постель и тихонько посиди там, — Канаме кивнул в сторону и обернулся к «рубашке». — А ты иди сюда. — Он опустился на пол в позу лотоса. — И сядь так же, как можно ближе.       Мори отлепилась от стены и осторожно подошла. Сев напротив, она склонила голову вбок, ожидая дальнейших указаний. Ватару, обняв подушку и положив на неё подбородок, замер на кровати.       Продемонстрировав выбранный снимок, Канаме попросил её детально запомнить одежду, в которой была девушка на фото, и прикрыл веки.  — Слушай меня внимательно и постарайся выполнять указания в точности. — Его голос стал глубже и немного завибрировал. Он соскользнул в состояние медитации, настраиваясь на духа. — Закрой глаза и загляни внутрь себя. Найди свой источник силы. — Тембр успокаивал, заставлял расслабиться и не замечать ничего, кроме тихих слов, вёл за собой, указывая путь. Её окутало теплом. — Почувствуй потоки энергии, пронизывающие тело.  — Я и есть сгусток энергии, умник, — тихо пробурчала Мори. — Всего лишь дух, неимеющий физической оболочки. Я вся из неё состою.  — Ты будешь огрызаться или делом займёшься? — не меняя интонации, оборвал её Канаме. — Ватару в удивлении вскинулся: Брат услышал Мори?! — Почувствуй свои границы и ауру, выходящую за пределы формы, — продолжил он. — Ты можешь изменять её, трансформировать. Пробуй, пока не получится, а я поддержу тебя.       Она вызвала в памяти картинку с телефона: Ярко, в мельчайших деталях. Почувствовала прикосновение ткани к телу. Ощутила её тяжесть на своих плечах и лёгкое давление на бёдрах. Услышала, как звякнули звенья цепочки на поясе…       По телу прокатилась мягкая волна света, заставив единственного наблюдателя зажмуриться. Затем всё стихло.       Ватару подскочил с кровати и быстро подошёл. Из-за широкой рубашки ему не удалось рассмотреть результат.  — Ну как?! — тихо спросил он. — Получилось?  — Вроде, — Мори распахнула глаза и оттянула ворот, чтобы удостовериться в успехе, не доверяя собственным чувствам. — Да! — Счастливая улыбка появилась на её лице. — Смотри! — Она ловко расстегнула пуговицы, позволяя ткани соскользнуть с плеч.  — Здорово! — Ватару так же счастливо улыбнулся. За восторгами они даже немного позабыли о третьем действующем лице.  — Красивая у тебя подружка, — лениво протянул Канаме, поднимаясь с пола и беззастенчиво рассматривая девушку. — Если расскажу парням из клуба, что учил духа пользоваться своей собственной силой — не поверят, — хмыкнул он.  — Ты меня видишь?! — Мори инстинктивно сделала шаг назад, выставляя перед собой руку.  — Теперь да, — кивнул он. — Ну и чего ты от меня шарахаешься? — прищурившись, улыбнулся Канаме. — Не бойся. Разве я могу обидеть такую милашку? Наоборот, я бы с удовольствием пригрел тебя в своей комнате. Для эстетики, так сказать.       Тон и странное настроение монаха озадачили Мори. Эмоциональная окраска его интереса сильно изменилась, но она не могла сообразить почему. Понятие «флирт» ей было не знакомо.  — Кана-ни, перестань, — Ватару шагнул вперёд, вставая между ними.  — Хорошо, — легко согласился тот. — Всё. Проблема решена. Иди отдыхать. — Он потрепал брата по голове и подтолкнул к выходу. — Рубашку можешь оставить. Завтра отдам её Кё-ни. Скажу, что случайно прихватил.  — Спасибо! — Ватару порывисто обнял его за талию. — Ты нас спас!  — Обращайся, — искренне улыбнулся Канаме, обнимая его в ответ, а затем отстраняясь. — Всё. Кыш отсюда! Мне тоже не помешает поспать.       Уже около двери, Мори оглянулась и посмотрела на монаха.  — Спасибо, — тихо поблагодарила она.  — Ну что ты, — он игриво подмигнул ей. — Был рад помочь. — Она серьёзно кивнула, не замечая весёлых ноток. — И кстати, Ватару? — Брат тоже обернулся. — По поводу второй ипостаси… Попробуй показать ей пару картинок с феньками. Есть у меня подозрение, что она не знает, как выглядела со стороны. Думаю, после этого у неё получится вернуться в звериную форму. Принцип тот же. Хотя, как по мне… Так гораздо лучше.       Когда дверь за ними закрылась, Канаме поднял рубашку и повесил на спинку стула, чтобы не забыть её вернуть. После чего разделся и лёг, прокручивая в голове события вечера. А уже засыпая, улыбнулся мысли, что узнай Укё о том, что в его рубашке щеголяла обнажённая девица, которую притащил в дом их самый младший брат, знатно бы удивился.