Не везет тебе.

Анастасий встал в пять утра, как того велит распорядок. Ряса, борода, отсутствующее выражение лица. И - молиться. Он простаивал на коленях у креста и разбивал лоб, словно доказывая: "Я люблю Его, я верю в Него, Он со мной". Посты, службы, воздержания. Имели ли они значение для Анастасия? Что он знал точно? Что сегодня снова приведут сирот. Они будут трапезничать с церковнослужителями, улыбаться бледными губами, тихо и покорно себя вести. Шепот двадцати мальчиков десяти лет "Спаси и сохрани раба Божия" прошелестит в небольшой церквушке. А потом - в душ. Мальчики моются сразу все в небольшой купальне, а Анастасий... Анастасий знал, где есть удобная для подглядывания щелка. Да! Да! Сегодня он будет подглядывать! Он снова увидит, как миниатюрные, прекрасные фигуры десятилетних мальчиков будут тереться друг о друга из-за тесноты в купальне. Монах увидит их маленькие, розовые соски, упругие попки, безволосые еще лобки, члены. Анастасий улыбается во время молитвы. Четверка самых покорных, самых забитых малышей уже оказывалась в его келье. Их стоны, вскрики, плач вновь звучат в его ушах, он чувствует губки одного малыша на его толстом члене, а перед глазами встает прелестная, на взгляд мужчины, картина: один мальчик сидит на стуле, на его члене елозит второй, а третий ребенок ласкает достоинство второго. Да. Его мальчики сегодня придут. Анастасий любил Бога. Он искренне верил в это. Но молодых, аппетитных мальчиков он любил больше. Не повезло.