Carpe diem. Просто лови момент

      Я с трудом подняла веки. Двигаться было больно, меня не покидало ощущение, что я нахожусь не в своем теле.       Кадры вчерашнего вечера возвращались ко мне один за другим, вызывая вдобавок еще и душевную боль.       В голове возникло последнее осознанное воспоминание, в котором я кричала и плакала, пока не почувствовала, что не могу двигаться. Тело до сих пор четко помнило тепло рук, которые гладили меня по волосам, уже такой знакомый запах тела, мягкие губы, покрывающие мое мокрое от слез лицо быстрыми мягкими поцелуями и нежный голос, который нашептывал утешения, пока я не провалилась в спокойствие и тишину.       Шевелиться было неприятно, но я все же заставила себя перекатиться набок. Взору сразу представился спящий Тэхен. Парень был все так же одет во вчерашний костюм со съемок. Лицо было расслабленным, губы слегка приоткрыты, одна ладонь подпирала розовую щеку, пока вторая лежала на одеяле поверх меня. Он был так близко, что тепло его дыхания согревало кожу. А ведь все могло быть совсем иначе. В горле образовался душащий ком, когда я осознала, что не прийди Тэхен вчера ко мне, я бы больше могла никогда не увидеть неожиданно ставшее родным лицо. Когда я успела так к тебе привязаться? Едва заметно дрожащие пальцы коснулись мягких волос под предлогом убрать спавшую прядь с закрытых глаз, а на самом же деле просто желая хотя бы на долю секунды прикоснуться к приносящему мне покой человеку. — Спасибо, что оказался рядом... — почти беззвучно проговорила я губами, — спасибо...       Горло запершило, все слова застряли там же. Чувствуя, что еще пара мгновений и я разревусь, я тихо встала и поспешно вышла из комнаты.       Было еще очень рано, поэтому все крепко спали. Я беззвучно пересекала пустой коридор. Каждый шаг отзывался ноющей болью не только в ногах, но и опоясывающей пульсацией в голове.       Я зашла в свой номер, сразу отмечая, что от вчерашнего ужаса не осталось ни единого следа. Комната была идеально убрана, все уцелевшие вещи разложенны по своим местам, даже чистая одежда оказалась сложенной на стуле.       Можно было подумать, что мне все это причудилось. Ведь я так часто на протяжении этих лет ощущала, как глубоко внутри, в истерике, со слезами на глазах, я кричала во весь голос, рушила все вокруг и каждый раз умирала, при этом внешне оставаясь молчаливой и спокойной. Но все еще вымазанная кровью футболка и тонкие наложенные повязки на стопах, ладонях и шее, подтверждали, что это не было сном или плодом моего воображения.       Душ меня снова немного расслабил. Я еще долго стояла под горячими струями воды, пытаясь смыть с себя весь негатив, наивно полагая, что с ним может отступить и тень прошлого, хотя бы ненадолго. Ранки пекли и зудели от влаги. Тщательно промакнув их полотенцем, я натянула гольфик с высоким горлом, дабы скрыть все следы прошлой ночи, и свободные длинные штаны, которые даже частично покрывали ботинки на немаленьком подьеме. В завершение наброшенный плетенный кардиган на плечи и я спустилась в круглосуточное кафе, чтобы зказать себе крепкий кофе, который всегда ненавидела. Пара быстрых глотков и горькая терпкая жидкость обожгла нёбо, плавно разнося тепло все дальше по организму. Тело непроизвольно вздрогнуло от нелюбимого вкуса. Что делать дальше? Как теперь жить? И смогу ли я спокойно смотреть в пронзительные глаза Тэхена? В этот раз я даже не пыталась находить ответы.       Почему-то мне совсем не хотелось думать о причинах и последствиях всего случившегося. Складывалось ощущение, что поразмышляй я над этим хоты бы минуту и меня снова унесет в безвылазную депрессию. Куда важнее сейчас то, смогу ли я просто жить дальше в своем уже ненавистном внутреннем одиночестве? Но и этот вопрос мерк в моем полном опустошении. Да, это именно то, что нужно. "Опустошение" — как никогда метко подобранное слово. Это не значило, что я снова захотела одним необдуманным нагнетенным действием прервать все свои метания, это значит, что я просто сломалась и теперь не знаю, как себя починить.       Время близилось к привычному сбору в общей комнате с мемберами и менеджерами для обсуждения ближайших планов. Просидев в кафе еще около часа, я все-таки решилась пойти к остальным ребятам, напоследок сделав последний глоток уже остывшего напитка и натянув привычную улыбку. — Ооо, Тая, — помахал мне сразу Чимин, подрываясь с мягкого диванах и оставляя друзей без внимания, — как жаль, что ты вчера ушла раньше, ты столько всего пропустила.       Руки парня нежно потерли мои плечи, пока он усаживал меня на свое место, чтобы умоститься под боком на быльце. — Мы ждали тебя сегодня пораньше, у тебя все в норме? Выглядишь... — немного помедлил Юнги, подбирая слова, — уставшей...       Парень был, как всегда, внимательным в самые неожиданные для меня моменты. Его лицо оставалось спокойным, тон ровным, но в глубоком голосе читалась искренняя забота. — Я просто плохо спала в последние дни, — попытка успокоить ребять казалась до ужаса неубедительной, ноготь впился в чувствительный кончик пальца, ковыряя тонкую кожу. Мне нужно что-то добавить. — В ближайшее время у меня будет не так много работы, поэтому смогу окончательно прийти в норму, — губы растянулись, пытаясь изобразить самую правдоподобную улыбку, на которую я сейчас была способна. — Так что не стоит волноваться, это все временно. — Так может нам сегодня... — дверь в комнату резко открылась, прерывая слова воодушевленного Чимина.       В проеме показался обеспокоенный Тэхен, парень рвано и лихорадочно дышал, будто после долгого забега. Его встревоженный взгляд, причину которого понимала только я, быстро пробежался по присутствующим и только когда наткнулся на меня, с груди парня спустился едва заметный облегченный выдох, веки на пару мгновений крепко сомкнулись, чтобы привести чувства в порядок, брови немного сьехали к центру, а губы неверяще поджались. — О, господи, Тэхен, ты даже не переоделся со вчера, неужели так сильно хотел спать... — никто больше не заметил в нем этих эмоций, поэтому все, как обычно, продолжили болтать, пока Джин отпускал очередную шутку про подступившую старость друга, усаживая его рядом с собой.

<ЧОН>

      Мне совсем не нравилось как выглядит Тая. И это касалось отнюдь не ее внешнего вида. Попытки как-то поговорить с девушкой раз за разом срывались кем-то из окружающих. Поэтому стоило толпе рассосаться и я подловил ее у входа в номер, пытаясь вывести на открытый диалог. — Тая, как ты себя чувстуешь сегодня? — с надеждой спросил я, незаметно задевая касанием холодную руку. — Чонгук, — ответила мне девушка слабой усмешкой, — все нормально, правда, — под глазами залегли небольшие темные круги, губы было обветренны, вид — уставшим. Сдалось, на несколько секунд Тая засомневалася. Она взвешивала все "за" и "против" откровенного разговора. Пауза слегка затянулась, но я боялся вымолвить и слово, чтобы не спугнуть девушку. — Просто... в последнее время меня тяготит тема прошлого... Понимаешь, есть то... что мне нужно видимо просто пережить, а для этого нужно время...       Тая переместила центр тяжести на одну ногу, рукава кофты были незамедлительно натянуты на ладони, губа закушена, а взгляд потуплен в пол. Девушка с трудом подбирала слова, я видел, что ей сложно говорить на эту тему, а мне сейчас меньше всего хотелось на нее давить. — Хорошо, понял, — я закивал головой, откладывая этот момент на полку для дальнейших размышлений, — я не хочу вытягивать то, о чем ты не готова говорить, — взгляд встретился с слегка замешкавшимся темно-серым. — Но, пожалуйста, помни, что я всегда выслушаю тебя, ты можешь всегда ко мне обратиться, в любое время дня и ночи, ладно? — ладонь автоматически полезла в карман, после чего я всунул Тае в руки две мандарины и пачку ее любимых конфет.       Девушка замерла, изучая пристальный взглядом содержимое упаковки, но явно думая о чем-то другом. Принимая ее молчание за ответ, я бегло огладил тонкую кисть большим пальцем и резко развернулся, чтобы уйти. — Чонгук... — худые холодные пальцы сомкнулись на моих теплых, призывая еще на секунду задержаться. Тая облизала губу, бегло осматривая мои глаза, — спасибо тебе... — в этих словах скрывалось намного больше смысла, чем обычная благодарность. Какая-то по-доброму грустная улыбка проступила на моих губах, я напоследок потрепал ее по волосам и ушел, в глубине души желая сделать намного больше.       Следующие несколько дней, вопреки ожиданиям, что все мое внимание поглотит девушка, я не мог перестать наблюдать за другом. Я стал замечать, что Тэхен не отходит от Таи большую часть времени. А когда не может быть рядом, постоянно держит ее в поле своего зрения. Парень раз за разом садился возле нее, подавал еду, делал чай, общаясь с ребятами, невзначай поглаживал девушку по спине или руке, оставляя свой жест скрытым от посторонних глаз. Когда Тая шла в свою комнату или ложилась спать, друг то и дело прохаживался возле ее номера. Так один раз, когда мне не спалось и я решил пройтись по ночному городу, то наткнулся на Тэхена посреди коридора. Парень сидел на полу, облокотившись о дверь Таиной комнаты, и просто спал. Я с трудом дотащил его до кровати, пока никто этого не заметил, но даже будучи сонным, друг всеми способами пытался вывернуться.       Глупо было отрицать, что между Таей и Тэхеном что-то есть, вот только что? Очевидно, что они оба сейчас пытаются разобраться в своих мыслях и чувствах.              В моей же голове привычный порядок без малейшего промедления нарушился. Все аргументы, факты, сомнения смешались, приводя мои мысли в хаос. Кажется, теперь пришла и моя очередь все тщательно обдумать.

</ЧОН>

      У мемберов появился небольшой перерыв от концертов и съемок, остались простые деловые встречи, на одну из которых они сейчас и отправились.       Мы снова перебрались в небольшой загородный дом. Уже вечерело. Я тихо сидела на балконе второго этажа и всматривалась в ясное небо, где начинали зажигаться одна за одной яркие звезды. Луна была почти полной, хорошо освещая своим светом все вокруг.       Я откинула голову. Глаза медленно закрылись, скрывая небесную гладь в темноте век, нос стал размеренно втягивать свежий воздух. Приятно пахло весенней зеленью, четко различался запах цветущей вишни, что росла возле дома и иногда проскакивал едва уловимый аромат свежескошенной травы. Мысли постепенно упорядочивались, сердцебиение замедлялось, а дыхание выравнивалось и углублялось. Казалось, я должна была успокоиться, но для достижения такого состояния чего-то все равно не хватало.       Будто услышав мои мысли, по телу прошлась волна мимолетного умиротворения, когда что-то теплое легло на плечи. Глаза приоткрылись рефлекторно, хоть и без этого я прекрасно знала, кого увижу. Только что укрывший меня пледом Тэхен стоял в нескольких шагах и так же молча вглядывался в небо. Медленно опускающаяся и поднимающаяся кайма ресниц, четко прорисованный профиль, плавная линия подбородка и шеи, свободная футболка с широкими домашними штанами, в карманах которых покоились изящные руки, и по привычке босые ноги.       Последние несколько дней мы с Тэхеном почти не говорили. Наше общение сводилось к всеобщим приветсвиям и прощаниям. Парень не задавал никаких вопросов, не требовал объяснений, а просто большую часть времени находился рядом. Я постоянно чувствовала его присутствие, даже когда его не было поблизости. От этого становилось спокойнее. — Почему ты не уехал с остальными? — без каких-либо явных эмоций спросила я, снова возвращаясь взглядом к небу уже без прежнего интереса. — Не захотел, — так же ответил он. — Это же важная встреча... — Парни справятся и сами, — короткая фраза Тэхена заочно оборвала какие-либо дальнейшие обсуждения этой темы. Я же прекрасно понимала, что он просто боялся оставить меня одну. Боялся, что я опять что-то натворю.       На самом деле, мое чувство вины постоянно провоцировало меня и не давало спокойно жить. Я корила себя, ковыряла едва зажившие душевные раны воспоминаниями, я так загнала себя вечными "а если бы", что в какой-то момент вся имеющаяся тьма готова была поглотить меня окончательно. Я оказалась на грани, я уже не справлялась сама и как никогда нуждалась в чьей-то помощии, хоть и не признавала этого. Именно в этот момент Тэхен и оказался рядом. Он спас меня, уберег от того, чего я не хотела совершать в глубине своей души. — Каждое время года меня чем-то восхищало. Но почему-то именно весна цепляла немного больше остальных, — колени были поджаты к груди, палец принялся как заведенный водить по длинной трещине вдоль экрана телефона, — после долгой зимы, все будто оживает. Ты наконец-то можешь почувствовать запах цветущих растений, за которыми так скучал, увидеть яркие краски, которых не хватало. Все вокруг словно пробуждается и ты в их числе.       Тэхен перевел на меня взгляд, но остался неподвижен, он не понимал к чему я веду, но никаких вопросов не задавал. Легкие набрали как можно больше воздуха, глаза смотрели на небо, но видели совершенно иную картинку. — Но почти три года назад в моей жизни все перевернулось. Такая любимая мной весна обернулась для меня сущим адом.       Протянув Тэхену разбитый телефон, я показала единственную оставшуюся фотографию моей беременности, ту самую, на которую я смотрела почти каждую ночь все эти года. Внимательный затяжной взгляд и рука парня дрогнула, когда в улыбающейся девушке он узнал меня. Едва уловимый вздох сожалений и Тэхен опустился рядом со мной, откладывая телефон в сторону и все так же храня молчание. — Я была на 8 месяце беременности и очень ждала этого ребенка, несмотря на то, что он был незапланированным, — пальцы переплелись между собой, образуя слабый замок. — Никто не поддерживал меня в решении родить. Парень говорил, что мы еще очень молоды, не встали на ноги, в чем был безусловно прав, родителям было по большому счету все равно, главное, чтобы я не вешала на них свои проблемы, а Даша просто принимала мое решение, не одобряя и не высказываясь против. Я понимала, что это абсурд, но несмотря на все реальные проблемы, которые меня ждали, я уже любила этого малыша... Хах, — усмехнулась я, на пару секунд утыкаясь лбом в ладонь и прочесывая пальцами и так уложенные волосы, чтобы как-то скрыть пробивающиеся эмоции, — представляешь, ты уже безумно любишь и ждешь человечка, даже не представляя каким он будет. Ты любишь его заочно, любишь несмотря ни на что, просто потому что он есть и он твой, — Да, когда-то я и сама не подозревала, что такое вообще возможно. — Невзирая на то, что парень был не рад ребенку, он все же сделал мне предложение. Все недопонимания казались мелочью, ведь у нас было много позитивных моментов, поэтому я была абсолютно уверена, что все изменится, когда мы станем полноценной семьей, — собственная наивность в прошлом сейчас меня откровенно поражала, вызывая только истерическую неуместную улыбку. — Но время шло, а ничего не менялось. Он оставался таким же холодным, мы все равно часто ссорились из-за неизвестного будущего, из-за того, что он хотел подниматься по карьерной лестнице, а я его тормозила, из-за того, что он не любил выражать свои чувства, а я в этом очень нуждалась. Мне нужно было хотя бы перед сном ненадолго почувствовать, что я не одна с этим справляюсь, что ему не все равно на мои слезы, на мое состояние... Но его почти никогда не было в трудные моменты.       Ногти впились в свои же пальцы, чтобы причинить незначительную отрезвляющую боль, но это не возымело желанного действия, горло все равно стало напрягаться, сдерживая растущий ком. Оказывается, произносить все это вслух даже спустя столько времени было задачей со звездочкой. Мне до сих пор было невероятно больно, но признавать это при другом человеке, оголять свою душу и истинные чувства перед ним казалось совершенно ненужным и неподходящим. В попытке унять свои чувства, слух уцепилась за тихое дыхание Тэхена под боком, которое хотя бы немного успокаивало своим размеренным ритмом. Даже в молчании парня я чувствовала колосальную поддержку. Как такое возможно? — Кхм... — я посильнее втянула в себя воздух, с трудом концентрируя взгляд на усыпанной мелкими белыми цветами кромке дерева, одиноко растущего в дальнем конце двора, чтобы мой рассказ звучал как можно более бесстрастно. — Так после одной из таких ссор, он оставил меня, под предлогом, что ему нужно все тщательно обдумать и решить, может ли нас ждать что-то в будущем. Я была так ослеплена желанием иметь счастливую семью, так хотела, чтоб у малыша был его папа, что не задумываясь побежала его возвращать... Шел сильный дождь, я увидела парня на другой стороне улицы. И когда, окрыленная счастьем, стала перебегать дорогу, из-за поворота выехала машина. И... водитель... в силу плохой видимости не успел вовремя меня заметить.       В груди защемило, когда перед на мгновение закрытыми глазами снова мелькнул свет фар, который так же быстро сменился кромешной тьмой. Пальцы впились в пол возле поджатых ступней, комкая тонкую ткань подстилки. Казалось, я выпалила все на одном дыхании, поэтому сейчас сделала несколько вынужденных быстрых глотков воздуха, унимая проступающую дрожь.        — Следующее что я помню, как очнулась в больнице. Первым вопросом было — все ли в порядке с ребенком. Но врачи не отвечали прямо, а я больше не чувствовала малыша внутри... там было пусто...       Я замолчала, смотря вдаль, ладони уже успели похолодеть, от воспоминаний бесконечных истерик и приступов паники, а сердце разогналось до бешенного ритма, помня то количество боли, которое через него прошло. В больнице меня часто навещали, но я все равно, в итоге, оставалась одна. Никто не мог вытащить меня из этого беспросветного одиночества, никто не смог заполнить эту пустоту, ведь я сама так и не смогла никому открыться до конца и сказать о своих страхах.       Из-за этого все вокруг потеряло свои краски, смысл в чем либо перестал существовать для меня. Я так надеялась, что со временем станет легче, что я оправлюсь, если начну все сначала, но боль не уходит до конца, а я так и не смогла окончательно отделаться от мысли, что не достойна этой жизни, что это из-за моей глупости мой малыш, моя единственная радость, так и не увидел этот мир.       Мне снова захотелось потеряться во всех этих немых невысказанных мыслях, в которых я не могла признаться другим, но внезапно вторгнувшееся в мое пространство тепло, выдернуло меня из внутреннего бичевания. Ладонь неожиданно окунулась в иступляющий жар, когда Тэхен сжал ее в своей. Только сейчас боковое зрение уловило внимательный взгляд парня. — Тая, ты не должна этим терзаться, — мягкий тихиий голос выражал непоколебимое утверждение. Я понимала, что не смогу противостоять ни прямому темному взгляду, ни уж тем более этому нежному низкому голосу. — Нет, — я попыталась вывернуть руку и сохранить дистанцию, но вместо этого почувствовала только более сильное давление. Тэхен не отпустил меня, от этого все эмоции натянулись до предела словно струны, которые готовы были порваться в любую секунду. — Тая, перестань... — Нет, Тэхен, — я отрицательно замотала головой, не подпуская к себе эти мысли, все тело сильно напряглось, мне было жарко, мне было душно, даже несмотря на то, что сейчас находилась под открытым небом. Скопившихся невыраженных чувств оказалось настолько много, что они дали трещину в выстроенной годами стене показательного безучастия. — Нет, ты не понимаешь. Это был полноценный зрелый ребенок, который уже мог родиться, я все 8 месяцев разговаривала с ним, чувствовала маленькие ручки и ножки, я ощущала в себе жизнь... — голос сорвался, дыхание сбилось. — Тая, посмотри на меня, — крепкие руки мягко окольцевали мои плечи. Тэхен повернул меня к себе, но я так и не смогла на него взглянуть. Так напрямую и полностью открываться кому-то после стольких лет подавления эмоций — сильно сложно. — Люди прячут глаза, чтобы никто не увидел их боль, — теплые ладони скользнули по шее, крепко обхватывая мое лицо и заставляя смотреть на себя. От глубокого требовательного взгляда, слезы, как и ожидалось, навернулись на глаза. — Не держи все в себе, не пытайся сдерживаться. Пожалуйста, не делай всего этого, только не со мной, — большие пальцы парня трепетно огладили мои скулы, пока собственные ладони впились в длинный край своей футболки. — Тая, я не могу изменить твое прошлое, но могу повлиять на настоящее, — взгляд темных глаз стал еще более твердым и решительным. Первая слеза сорвалась с ресниц, оставляя мокрую дорожку на щеке, которую прервало очередное ласковое поглаживание. — Запомни, ты не одна, не прячь от меня свою боль, слышишь? Говори о ней, кричи если хочешь, но освободи ее и наконец-то отпусти. Ангелочек, ты еще так молода, тебе еще столько всего прекрасного ждет впереди, прошу перестань жить прошлым.       Тэхен не повторял всеми сказанные слова о том, что я не виновата, что это случайность, совпадение или глупая ирония судьба, он просто был рядом и просил лишь не зацикливаться на том, что было. Сейчас я слышала то, в чем так долго нуждалась. Я видела в этих понимающих глазах все то, чего мне не хватало годами. Я наконец-то чувствовала, что не одна, что хотя бы сейчас кто-то был рядом по настоящему. И это вовсе не про физическое присутствие. С каждым новым словом парня, с каждым его касанием к моей истерзанной душе у меня появлялась мизерная надежда, что я смогу жить.       Мокрые дорожки заструились одна за другой, принося долгожданное облегчение. Подбородок и губы било мелкой дрожью от испытываемых эмоций, ногти впились в сжатые в кулаки ладони даже сквозь ткань кофты. Ловкие горячие пальцы заботливо заправили мне волосы за уши, после чего заскользили по плечам, постепенно разрывая контакт. Мысль о том, что сейчас я не буду чувствовать тепло его тела, казалась катастрофических масштабов. Я не хотела его отпускать, только не сейчас. — Тэхен... — дрожащим голосом прошептала я, вцепляясь пальцами в утонченные кисти, чтобы их удержать. — Тэхен, мне так больно... мне так плохо и одиноко... пожалуйста, не оставляй меня, прошу заставь меня забыть обо всем хотя бы сейчас, — отчаянная мольба сорвалась с губ, глаза лихорадочно заметались по слегка озадаченному лицу парня, подмечая приоткрытый в удивлении рот и ласковые карие глаза. Взгляд был пронзительным и понимающим, казалось, Тэхен видит мою суть, смотрит глубоко в душу и видит все, что творится внутри, перенимая всю имеющуюся там боль на себя. "Он и не собирался никуда уходить, — пришло внезапное осознание."       Секунда сомнений и Тэхен рывком прильнул к моим губам, тут же отстраняясь, словно спрашивая разрешения. Мои пальцы обреченно схватились за ворот футболки, будто этот парень был моим единственным существующим спасением. Я притянула его к себе, отвечая на поцелуй. Тепло сразу разлилось по телу, грудь уперлась в чужую, руки жадно сцепились на шее. Я так нуждалась в этом, мне было просто необходимо чувствовать его сейчас во всех отношениях.       В считанные секунды тело погрузилось в невесомость. Тэхен подхватил меня на руки, чтобы унести в комнату и бережно положить на кровать. Я растворилась в мягком одеяле, мгновенно чувствуя как желанная тяжесть накрывает меня сверху, а мягкие губы впиваются в мои так жадно и отчаянно, что я буквально не могла нормально дышать.       Мысли покидали голову одна за другой вместе с воздухом, оставляя на своем месте только ощущения. Отрывистые поспешные поцелуи, которые покрывали мокрое от слез лицо чередовались с чувственными и медленными, которые оставляли влажные следы по всему телу. Касания горячих рук вытесняли внутренюю пустоту, наполняя ее безвозмездным теплом и лаской. Каждая клеточка моего тела тянулась к этому парню навстречу, реагировала на абсолютно каждое прикосновение.       Слегка подрагивающие пальцы пробрались в густую копну смолистых волос, спина невольно выгнулась, когда я почувствовала, как нежно и бережно Тэхен входит в меня. Руки крепко обвили мужскую шею, а ноги окольцевали талию лишь с одной целью — еще больше притянуть парня к себе и прочувствовать каждый миллиметр его тела.       Меня пронизало током, пальцы безвольно впились в широкие плечи, когда плавные упорные движения зациклились внутри. Тэхен был так нежен, так аккуратен... будто я была самым хрупким и ценным творением для него сейчас, будто он ничего и никого больше не видел кроме меня, будто боялся, что я могу испариться от единственного резкого движения.       Легкий поцелуй мягко коснулся верхней моей губы... нижней... затем сразу обеих, с каждым новым разом все больше углубляясь. Глаза парня были только слегка прикрыты. Он ловил взглядом каждое мое движение, изучал каждую эмоцию, из-за чего полностью чувствовал то, что мне нужно.       От такой нежности тело покрылось мурашками, а руки начали метаться по влажной спине, то и дело впиваясь ногтями в горячее тело парня.       Тонкие длинные пальцы без остановки блуждали по всему телу, лаская самые чувственные места и перебирая все имеющиеся эрогенные зоны. Меня бросало то в жар, то в дрожь, меня было сильными разрядами тока, я тонула в томных кофейных глазах. Сдерживаться больше не было сил, да и необходимости тоже. Взгляд Тэхена постепенно начал затуманиваться, что вызывало только больше эмоций. Громкие стоны то и дело вырывались, тело начало потряхивать, дыхание участилось, внизу живота завязался тугой узел.       Я в последний раз резко притянула парня к себе, впиваясь в подпухшие губы. По телу медленно начали расходиться разряды удовольствия, которые только усиливались от немного ускорившихся движений Тэхена. Парень крепко сжал пальцами простынь у моего лица с очередным упорным проникновением и резко выдохнул, простонав мне прямо в губы. Крепкое тело последний раз вздрогнуло и медленно расслабленно опустилось, придавливая меня всем своим весом.       Грудь ощутила глубокие вдохи и выдохи, а шею защекотало все еще горячее неровное дыхание, которое постепенно восстанавливалось.       Только сейчас я в полной мере осознала, что движения, касания и даже аромат Тэхена стали мне родными, без них я уже себя не представляла.       Тэхен приподнялся на локтях, внимательно всматриваясь мне в глаза. Его взгляд был очень спокойным и теплым. Сухие пальцы нежно очертили мою скулу, чтобы потом убрать прилипшую к лицу прядь и прогладить растрепанные волосы. Налитые горячей кровью губы бережно коснулись лба затяжным поверхностным поцелуем. — Больше никогда не грусти одна, слышишь? — Тэхен еще раз заглянул в мои глаза и после слабого согласного кивка чмокнул в кончик носа и лег на подушку. — Иди ко мне, — парень притянул меня в свои объятия и укрыл одеялом.       Лицо сразу уткнулось в равномерно вздымающуюся грудь. Глаза устало закрылись, давая возможность измотанному телу в полной мере насладиться нежными поглаживаниями по спине и периодическими поцелуями в макушку.