(не) противен

— Серёжа, ты противен мне. — Ваня, Ванечка, я... Прости, прошу... — Тихо раздаётся голос Серёжи. Он сейчас поцеловал друга, перед этим рассказав о своих чувствах, эмоциях, о своём состоянии. — Ванюш, я всё что угодно сделаю, только не уходи от меня, когда ты так нужен, не бросай в такой момент. Начнём всё заново, я не буду к тебе лезть, пожалуйста, Вань. — Умоляет Пешков. Ему плакать хочется, не может. Хуйню постоянно какую-то творит, а теперь вот, Серёженька, расплачивайся. Иван не верит ему, он уходит не говоря вообще ни слов, на его лице нет никаких эмоций. Он уходит, оставляя Серёжу одного в комнате без штор. Серёжа не верит по началу, но потом подходит к окну, покурить, подумать. В мыслях быстро мелькают события этого вечера. Подумал. Теперь верит. Он не может плакать, насколько бы сильно ему не хотелось, просто не получается и Пешков чувствует лишь пустоту, забрали что-то очень важное. А вот Ваня сейчас едет в такси и он чувствует щемящую боль где-то в груди, ему противно. Даже не от слов Серёжи, не от признания, а от себя. Он чувствует обиду сразу на двоих. На себя за то, что сейчас сбежал, испугался же, а на Серёжу. Непонятно, он половину слов даже прослушал. Вроде сначала было какое-то недовольство со стороны Жожо, потом что-то мутное, пробел какой-то, признание, поцелуй, извинения и вот он в такси. Иван даже не понял, как он в квартире своей оказался, но сам факт, что он уже там. Проходя в комнату, сразу же заваливается на кровать, так и не раздевшись. Бессмертных утыкается в подушку, начинает рыдать. У него случается истерика, от того, как сильно он устал, что сбежал сейчас. Казалось, что его крик и всхлипы слышал весь этаж, а может даже не только они, но сейчас это не волнует. Для Бессмертных, это вполне новое чувство, как бы ему плохо не было морально, он просто сидел где-то, тихонько и беззвучно плакал. На следующий день Ваня проводит стрим, чат взволнован, почему он выглядит таким подавленным, почему голос охрипший, позже появляются слова поддержки, а ещё о том, что ему нужно отдохнуть. Дипинс пытается всё вывезти, ребята не знают, что его сейчас единственное спасение, это они, ведь так он хотя бы немного отвлекается. Но когда в чате спрашивают про Жожо, то юноша успешно игнорирует эти сообщения. Пешков не появляется на твиче уже около недели, он даже в соцсетях не появляется столько же. В клубах его нет, на связь ни с кем не выходит. К нему приезжали, но он не открывает, никто не знает что делать. Состояние Вани становится хуже, он не спит нормально, просто не получается. Он сказал, что чувствует отвращение, но это ведь не так. Он чувствует любовь, а ещё сильную привязанность, когда ему начинают писать насчёт Сергея он вгоняет себя в очередную истерику и винит себя в этом. Конечно Ваня и сам следил за всем этим, за появлением Серёжи в соцсетях, но он думал, что тот хотя бы с остальными общается. Состояние Бессмертных всё хуже, аудитория это видит, волнуется, но делает только хуже, потому что большинство стали спрашивать про Жожо, они ведь тоже заметили его пропажу. С той ссоры проходит примерно полторы недели, о Серёже всё ещё нет никаких новостей и Ваня напивается, приезжает к Пешкову и устраивает бунт под его дверью. Названивает в дверь, пишет, по телефону звонит, в дверь стучит, а потом всё это по кругу. Игнор. Отчаяние, Иван дверь пинает, злится, на лестницу садится, рано или поздно эта дверь же откроется. Дипинс немного успокоился, ждёт, надеется на чудо, а чудо это свершилось. Дверь открыли, но кажется его здесь не ожидали видеть. А его действительно не ожидали увидеть, прошло минут 15 с последнего стука и Серёжа просто решил проверить, обычно все уже уходили за это время, а чудовище это болотное сидит, поджидает. — Серёжаа, — пьяно тянет Ванюша и вскакивает с лестницы — чего так долго не открываешь, м? Тишина, Серёже неприятно, от произошедшего, от вида Вани сейчас, где тот юноша, который сторонился этого? — Чё забыл тут? — В голосе безразличие. Грубо немного, но он этого не хотел, а в мыслях пытается сам себя наебать «так и было задумано». — Соскучился по тебе, Серёж. — Парень тянет обниматься, но его отталкивают. — Ваня, ты противен мне. — Кажется, сейчас что-то треснуло и сразу у двоих, опять. Но Ваня игнорирует, вваливается внутрь квартиры, под недовольный взгляд Сергея. У Ванечки ноги ватные, мозг еле соображает, но соображает. — А чего это у тебя окна все нараспашку? Да тут холоднее, чем на улице, у тебя ещё и батареи отключены. — Вот это уже больше похож на Бессмертных, хоть от него и несло алкоголем. — Ты ел когда вообще? — Опять игнор, пытается безразличным быть, точнее казаться таким в глазах этого чудовища, это получается, больно двоим, но раньше надо было думать. Ванечке похуй, Ванечка пьяный и не совсем даёт отчёт своим действиям, он целует Серёжу, пьяно, слабо, но он пытался вложить туда все свои чувства. А Серёженьке тоже похуй, трезв и точно отдаёт отчёт всем своим действиям, он отвечает на поцелуй, прижимает к себе. Безразличным быть не получилось. — Понятно всё с тобой, ответа я хуй дождусь, ладно. — Старший уходит на кухню, ну точнее пытается. Не смог дойти, упал без сознания. Кто ж знал, что из-за голодовки и недосыпа в обморок падают. Услышав глухое падение, Сергей пошёл в сторону кухни, там по пути и наткнулся на. эм. кем они приходятся теперь друг другу?.. на знакомого. Ваня просыпается утром и сразу же начинает скулить, голова болит, но на удивление его не тошнит. Он помнил все события вчерашнего вечера, возможно некоторые придумал, но что-то он явно помнил. — Проснулся, алкаш? — Сергей протягивал стакан с водой, а так же таблетки от головы. — В чувство приходи, поешь и уматывай из моей квартиры, как я и сказал тебе вчера, ты мне противен. — Нихуя не противен, но разве он теперь об этом скажет? Зеленоглазый опешил, противен? Это шутка? — За эти полторы недели, я понял многое и уже всё решил для себя. Просто так я тебя выгнать не мог, поэтому ты тут и ночевал, щас иди ешь, только помни, что это всё просто из-за моих моральных принципов. — Только сейчас Бессмертных замечает, что Пешкову то не лучше, мешки под глазами, синяки, пропах табаком, взгляд уставший, но по прежнему тёплый. Ваня слушается, ест и уходит, только вот перед тем как уйти, быстро целует. Садясь в такси, Иван жалеет о сделанном, кажется его презирают, ненавидят. Подобных поездок было несколько, как со стороны Вани, так и со стороны Серёжи, они открывали, говорили, что противны друг другу, целовались, потом снова говорили о том, что противны и уезжали. Всё это было просто по кругу. Парни не отписывались друг от друга в соцсетях, начали снова стримить и вести свой привычный образ жизни, якобы уже друг без друга, но с ночными поездками и постоянной слежкой в соцсетях. Казалось, что теперь так будет всегда, но в самой последней поездке Серёжи, где он уже хотел поговорить, всё пошло далеко не по этому кругу. Он не был пьян, ведь хотел поговорить, приехал днём. Уже прошло около двух часов, с того момента, как он приехал к юноше и ждал его. Поднималась какая-то девушка и Пешков как обычно поздоровался, только он не ожидал, что эта самая девушка, будет открывать уже такую родную квартиру своими ключами. — Молодой человек, вам кого? — Выдала девушка из квартиры дипинса. — Иван Бессмертных, он тут жил. — А. Вы Сергей? Да, он меня предупреждал, он переехал, а я купила эту квартиру и теперь в ней живу. — Девушка мило улыбалась, Сергею, он её явно привлёк. — Хорошо. Всего вам тогда доброго. — Пешков убежал по лестнице вниз, ну и что это блять вообще такое? Пока он едет домой, ему начинает звонить неизвестный номер, несколько раз, значит кто-то из знакомых. — Чё кто хочет? — Серёж, мой номер и адрес слили, так что это были вынужденные меры, прости. Мы можем встретится, я возле твоего подъезда? — Взволнованно произносит Бессмертных, тут звонок сбрасывают, оставляя его без ответа. Но Ваня знал, что это могло значить. Минут через 20, приезжает Пешков и забирает чудище своё болотное с улицы, ну вот почему в подъезде хотя бы не посидеть? Надо на улице. — Ваня, я поговорить хотел. — Сергея обнимают. Даже не так. К нему кидаются на шею, запрыгивают просто на руки и начинают что-то очень быстро шептать на ухо. Серёжа так и идёт с Ваней на руках до квартиры, потому что тот не отцепляется, быстро-быстро шепчет что-то. — Ну что ты, чудовище, что ты там шепчешь? Я не понимаю. Для тупых пожалуйста перевод. — Ятактебялюблю, Серёж, не представляешь... Оченьоченьочень скучал. Поговорить надо кароч. И да, они поговорят, придут к решению, что нужно разойтись «ведь так будет лучше для двоих». Но после ещё парочки кругов, которые были ранее длительное время, снова будет разговор, на этот раз нормальный, откровенный. Сойдутся, будут обговаривать всё нормально. Переедут в одну квартиру и наладят своё состояние вместе.

Но знаете? Это будет потом. А сейчас? А сейчас у них…

— Да я заебался от твоего холода, постоянных непоняток и метаний. Когда ты уже говорить нормально научишься с людьми и не убегать от проблем? — Иван перестаёт слушать. Действительно, когда? Он не может разобраться в своих чувствах нормально, не может их принять, рассказать кому-то тоже не может. — Вань, несмотря на всё это, я всё равно тебя люблю, это не шутки, правда. От всей души говорю, я могу доказать, только скажи как. — Не отдавая отчёта своим действиям, парень целует друга, не особо смело, нежно, взаимности не получает. — Серёжа, ты противен мне. — Кажется, сейчас что-то треснуло и сразу у двоих. — Ваня, Ванечка, я... Прости, прошу...