Был в сети в 03:20

Скотт бежал, бежал так быстро и так долго, что ноги уже отказывались двигаться, но бушующий внутри адреналин заставлял его бежать всё дальше и дальше. Сердце норовило и вовсе выпрыгнуть из груди. Впереди, среди лесных зарослей, погребённых под не успевшим растаять снегом, виднелось старое заброшенное здание. Сейчас Коутону было всё равно на риск, если здание развалится, значит развалится, терять было нечего. Парень подбегает к зданию. Окна и двери плотно заколочены немного подгнившими досками. Крепко схватившись руками за одну доску, Скотт со всей силой тянет её на себя, чувствуя, как в пальцы впиваются занозы, а на ладонях раздирается кожа. Никакой пользы его тщетные попытки сорвать доску не привели. Он только потеряет время. Голова не соображала из-за накатившего страха. Скотт бросает это дело, слыша, как позади него где-то в далеке кто-то рыскал, искал его и нашёл. У парня осталось не так много времени. Пришлось оббегать здание в надежде найти хоть какую-нибудь лазейку. Скотт не видел ничего, всё было заблокировано досками, бесполезно. Остановившись, парень облокачивается и уже хочет сползти по стене, но вдруг что-то под ногами затрещало и обвалилось, затягивая парня внутрь. Скотт почувствовал, как с силой его голова ударилась обо что-то твёрдое. Во рту появился привкус железа. Перед глазами всё плыло, а веки медленно закрывались. Темнота. «Хей ребята, не хотите отведать вкусной горячей пиццы и послушать нашу веселую звериную банду?» — что-то громко проговорило это на распев, но голос был неживым, может запись или просто синтезированный голос. Хотя, откуда вообще доносится это вещание? Так близко, словно в паре метров. «Так не терпится начать предоставление, где же наш именинник?» — голос был поломанным и искаженным, пугал больше чем прошлый, ощущение, что кого-то закоротило. Скотт чувствовал, как на затылке волосы встали дыбом, руки тряслись, почему этот голос пугал больше, чем люди, гнавшиеся за ним? И почему его ещё не поймали? Хотя, может с ним решили сначала просто поиграть? Было большое желание встать и открыть глаза, но слабость во всём теле и боль препятствовали этому, что-то теплое и липкое мешало открыть глаза. Коутон боялся думать о том, что же это могло быть, ведь ответ и так был очевиден — собственная кровь. Вдруг послышался до ужаса пугающий скрежет металла по чему-то твёрдому, кто-то был рядом и явно направлялся к Скотту — " Яр, нарушитель — нарушитель». Скотт сжался в клубок, он боялся, как что-то с сильным грохотом и лязгом приближалось, было страшно даже пошевелиться. Парень задержал дыхание, слыша, как что-то остановилось и нависло над ним. Послышался странный звук, словно что-то огромное и железное закоротило вновь, а потом адская боль пронзила левый бок, после чего его что-то подкинуло вверх и с нечеловеческой силой кинуло во что-то твёрдое, это была стена, бетонная стена. Несдержанный болезненный крик раздался на всё помещение. Скотт начал сильно орать держась за порванный бок, глаза резко открылись, и теперь он мог видеть всё. В метре стояло огромное лисоподобное нечто, в повязке пирата, через поломанный корпус виднелся железный скелет и ещё непонятные детали, обмотанные проводами. Облезлая бледно-красная морда была повернута к гостю. Жёлтый глаз смотрел прямо в душу. Скотт ещё сильнее задумался о том, что лучше бы его пристрелили в лесу, чем это. Мозги вновь отключились, невзирая на полученную кровоточащую рану, Скотт поднимается на ноги и бежит. В глазах все продолжает плыть, тёмные затхлые коридоры сдавливали со всех сторон. У парня началась неподдельная паника, которая так и норовила перейти в истерику. За ним с тяжёлым лязгом бежал тот роботический дьявол. Для большого тяжёлого робота, бегал он очень быстро, даже слишком, Скотт вообще еле успевал держать хоть какую-нибудь дистанцию. Лис бежал за парнем постоянно пытаясь вновь проткнуть плоть своим острым металлическим крюком. Коутон даже не соображал куда бежать, все коридоры казались ему идентичными, а лис кажется специально загонял его туда, куда надо именно ему. Впереди была развилка, лис махнув крюком, хотел чтобы парень побежал вправо, но Скотт дернулся влево. Острый крюк проехался по щеке, разрезая кожу. Коутону удалось выиграть для себя несколько секунд, пока лис не успел развернуться в другую сторону, по всей видимости маневренность, была его слабой стороной. Скотт завернул в ещё один поворот и скрылся за массивной железной дверью, запирая её изнутри. Невольно он пятиться от нее назад, жадно поглощая воздух. Силы полностью иссякли, заставляя рухнуть на плиточный пол. Куда он вообще чёрт возьми попал? Что это за место? Все тело пульсировало, а боль вновь дала о себе знать. Из бока ручьём сочилась алая кровь, которая успела уже залить одежду, что неприятно прилегала к телу. Скотт как можно сильнее начал прижимать руку к ранению, чтобы остановить кровь, а потом пытался найти хоть что-нибудь, чем можно перевязать рану, но в глазах всё плыло. Голова начала наливаться свинцом и парень уже казалось начинает терять сознание, как вдруг за дверью послышались металлические шаги. Что-то остановилось напротив двери. Скотт сглотнул слюну, перемешавшуюся с кровью. И начал опасливо озираться по сторонам, фокус зрения вернулся к нему не сразу, как и существо за дверью, что продолжало просто стоять не издавая никаких звуков. Коутон ещё раз огляделся, помещение возможно являлось некой мастерской. Везде были разбросаны инструменты, провода, различные запчасти, успевшие покрыться ржавчиной, даже валялись какие-то платы. На одном стеллаже лежал беленький чемодан. Скотт аккуратно ползёт к стеллажу, не издавая ни звука, чтобы нечто не услышало его. Ему повезло, ведь это была старая аптечка, в ней даже ещё остались бинты и какие-то медикаменты. Не теряя времени, парень откапывает там зелёнку, после чего хоть как-то пытается обработать раны. Все ужасно щипало, но пришлось по-прежнему терпеть и не издавать ни звука. С перевязкой дела обстояли сложнее, однако возня за дверью, заставила парня поторопиться и закончить всё как можно быстрее. Коутон не сразу понял, что происходит, только через пару секунд пришло осознание того, что дверь начинают выламывать. Лихорадочно, Скотт оглядывается в поисках хоть чего-нибудь, под столом стояла большая коробка, которая кажется загораживала собой что-то. Зеленоглазый ползёт под стол и быстро отодвигает тяжёлую коробку, набитую запчастями. В коридоре послышался звонкий удар и грохот, а потом аниматроник вскрикнул. Скотт замер, вслушиваясь в подозрительную тишину. Тишина продолжала резать уши. Но выходить из помещения парень не горел желанием. Вместо этого он вернулся к своим делам, а именно к тому, что пряталось за коробкой. Это была вентиляционная шахта, она была мелкой для маскотов, но сам Скотт при желании вполне мог там пролезть. Именно это парень и предпринял. Медленно он начал залезать внутрь. Стенки неприятно сдавливали тело. Но если это единственный выход отсюда, то он просто обязан этим воспользоваться. Когда Коутон уже полностью пролез и отполз вглубь вентиляции. За дверью мастерской послышался пугающий роботический смех, а потом дверь слетела с петель. Скотт только краем глаза смог увидеть это адское существо, оно напоминало потрёпанной жизнью медведя, с безобразно облезшей светло-коричневой мордой, дальше парень ничего не смог разглядеть, он продолжал свой путь. А аниматроник, как бешеный начал искать его. Но Скотта уже и близко не было к тому помещению. Парень полз всё дальше и дальше, тело продолжало болеть, но сейчас никакого отдыха, нужно было выбираться отсюда и как можно скорее, пусть его и поймают те люди, но они будут по лучше, чем эти бесомашины. Коутон полз достаточно долго, то сворачивая куда-то, то подползая где-то из-за резкий сгибов, но вентиляция словно и вовсе не планировала заканчиваться. Но вдруг резко всё закончилось, тупик и только резкий спуск вниз. У парня выбора особого не было, поэтому он так и полетел головой вниз, закрываясь руками. Скотт сильно сжал веки. Приторно-сладкий тошнотворный запах ударил ему в нос. Он упал на что-то железное и судя по ощущениям, всё-таки сломал себе одну руку, точнее невыносимая боль была в области запястья. Это усложняло дело. Когда Скотт пытался встать, толком не разобравшись, на что же он приземлился, что-то хрустнуло, а здоровая рука парня упёрлась во что-то такое противное, что он даже не смог бы описать это. Встав на ноги и обернувшись назад, Скотт закричал, практически сразу же закрывая себе рот рукой. Перед ним валялся старый желтый аниматронный костюм медведя, голова которого отсоединилась от тела, показывая, что же находилось внутри. Разложившиеся тело превратилось во что-то напоминающее биомассу, чужая голова обглоданная насекомыми таращилась на Скотта. Вспомнив, что до этого ужаса парень ещё и прикоснулся, его тут же начало рвать. Коутон попятился назад, утеревши рот рукавом худи. Что здесь происходит? Как выбраться? Кто-нибудь? Скотт сжался в клубок в противоположном углу, зачем он согласился на спор, зачем он это сделал. Какой в этом всем был смысл, почему он такой придурок? Знал же, что в принципе будет опасно связываться с этими людьми, он понимал, но сделал это, а теперь нашел себе ещё большие проблемы и не знает теперь, как отсюда выбраться. Да ещё и бонусом застрял тут с трупом. От такой безнадёжности хотелось кричать во всё горло. Но это было просто бесполезно, кто его здесь найдёт? Какой придурок вообще полезет в это опасное место? Конечно же кроме него таких людей бы не нашлось. Нужно выбираться отсюда. Всхлипывая, Скотт оглядывается, а потом задаётся вопросом. Почему в здании до сих пор некоторые помещения оснащены электричеством? Даже здесь горела одинокая лампочка. Скотт прищурился, само помещение было с невысоким потолком, а там был какой-то просвет, так может можно попытаться? Вот только была одна проблема, потолок может и не высокий, но всё равно нужно было до него долезть. Скотт посмотрел в сторону трупа на аниматронный костюм медведя, а потом сглотнул. Выбора нет. Шипя от боли и борясь с отвращением, Скотт хватается здоровой рукой за край костюма и тянет в сторону нужной стены, пытаясь уложить его так, чтобы можно было спокойно пролезть в то место. Коутон смотрит вниз, ему казалось, что костюм пошевелился, с виска стекла одинокая капля пота. Помотав больной головой, парень с трудом забирается на маскота, а потом лезет прямо в дырку (нашел себе очередное неисследованное очко), которую нашел. Здесь был какой-то проход, правда довольно рискованно было там идти, ведь он был из стекла, одно неверное движение и всё может рухнуть, появился новый вопрос, что это? Это не было ло похоже на туннель, скорее на какое-то окно, ведь внизу он видел место, куда упал с самого начала. Большая сцена, праздничные столы, пестрые плакаты и тусклые разноцветные прожекторы. Скотт не обращая внимания полз дальше к небольшому бетонному проёму. Но позади послышался дребезг стекла, а потом что упорно хватает его за ногу. Скотт успевает схватиться одной рукой за бетонный проём и повиснуть. Он чувствовал как осколки разодрали некоторые участки тела, а что-то напоминающее зубы впилось в ногу. Коутон уже забыл о всякой осторожности и начал верещать кажется не только на всё здание, но и на весь лес. Что-то металлическими лапами тянет его вниз, но парень сопротивляется продолжая висеть на несчастной руке которая вот-вот соскользнет. * * * На улице всех просто передёрнуло от душераздирающего крика, и лишь один полицейский понял кому он принадлежит. Два наемника, скрученные на капоте полицейской машины переглянулись, а потом посмотрели на здание. Крик доносился откуда-то из-под земли. Винсент начал оббегать здание, которое всё заросло колючими кустарниками. Своим ножом он резал ветки, когда это уже перестало помогать, несмотря на боль, ломал их. Под одним из кустов был проём, который явно раньше являлся продолжением вентиляции. Винсент лезет в вентиляцию, остальные разделись, кто-то запихивал наёмников в машину, остальные пошли за ним. * * * Скотт уже больше не мог держаться, рука стерлась о неровную поверхность бетона, который местами уже успел расколоться, создавая новые проблемы. Ему казалось, что если он не отпустит руку, его разорвут на части. Скотт закрывает глаза, представляя, что же с ним сейчас будет, рука расслабляется отпуская последнюю ниточку надежды. Что-то резко схватило его за руку, а потом с силой начало тянуть наверх, однако снизу тоже никто не хотел отпускать. Послышался выстрел, а потом ещё один. Нога была свободна, послышались знакомые звуки замыкания. Что-то начало недовольно кряхтеть. Незнакомец тянул парня наверх, затаскивая его на улицу. Скотт не знал, сколько прошло времени, его всего трясло, словно вот-вот у него будет приступ эпилепсии. Коутон почувствовал холодную, мокрую землю, вокруг что-то шумело, было много голосов, но глаза до сих пор не хотелось открывать, вдруг это те люди, пусть лучше сразу престрелют. Но ничего не происходило, кто-то аккуратно обнял его за плечи, стараясь не навредить — Всё хорошо, я так переживал за тебя, Скотт. Коутон боязливо открывает глаза, вопреки всем ожиданиям, рядом с ним прямо на земле сидел Винсент, который поглаживал его волосы, казалось он был напуган не меньше Коутона, но всё равно держался как мог. Скотт хотел что-то сказать, но всё горло словно горело изнутри, а сердце продолжало бешено биться. Парень начал делать глубокий вдох, а потом выдох, пытаясь придти в себя. Возможно у него просто кончились силы, может сейчас настал тот самый пик, но Скотт всё теряет сознание, падает прямо на Бишопа, последний подзывает заранее вызванных врачей. * * * Что-то неприятно сдавливало тело, горло ужасно болело. Скотт медленно открывает глаза, зрение всё никак не хотелось фокусироваться, однако через пару секунд он смог всё разглядеть, обыкновенная больничная палата. — Скотт, ты очнулся, как себя чувствуешь? Коутон поворачивает голову в бок, рядом с ним на какой-то табуретке сидел Винсент, глаза были немного покрасневшими и опухшими, он выглядел довольно уставшим и мягко говоря расстроенным, конечно это было не все, Коутон понимал, что тот судя по всему рыдал тут не одну ночь. Скотт открывает рот в попытке что-то сказать, но вырывается только хрип. — Пожалуйста, не перенапрягайся, я понимаю в каком ты сейчас состоянии состояние…я… мне жаль…я полнейшая аморальная сволочь и…твою мать *всхлип* как я вообще додумался для такой придурошной идеи? — руками парень закрывал свое лицо, по подбородку течёт небольшой солёный ручеёк — Я не хотел этого…я…*всхлип* Скотт, я правда не хотел этого! Скотт лишь закрыл глаза, отвернулся от Бишопа и вздохнул. Конечно он понимал, что ничего бы не было, если бы он не слушал Винсента в нетрезвом состоянии, но теперь отчасти виноват в этом и он, ведь это были не шутки, хотя, начать можно и с того, что Винсент не имел права отдавать ему все свои вещдоки, ситуация была достаточно трудной, виноват был каждый. Скотт просто не мог смотреть сейчас на парня, слишком жалко выглядел тот, к тому же, Коутон впервые видел, как тот плачет, а что делать — не знал. Скотт также и не знал, как долго он пролежал без сознания и как долго он будет здесь находится? Плач начинал немного подбешивать. Собрав все силы, Скотт зашипел — Тебе не пять лет, хватит реветь, раздражаешь. Бишоп моментально поднимает голову, он не думал, что парень начнёт отчитывать его из-за этого, проронив тихое «прости», Винс навзрыд выбегает из палаты. Скотт устало смотрит в потолок, молодец, чего он этим добился? Ничего хорошего, Винсент наверное теперь заливает своими слезами всю больницу. Да, Коутон был зол на Бишопа, но и в то же время нет. Он мало того, что сейчас наорал (скорее нашипел) на него, до этого разбил сердце, хотя, разве он виноват в том, что Винсент даже прямого отказа иногда не понимает, а в своих мозгах кажется переворачивает фразы с «Винсент, отстань от меня» на «Винс, обними меня». Или как это ещё работает? Да, была парочка таких моментов, что Винсент действительно мог считать Коутона своим партнёром, как раз-таки то, что произошло тем вечером и то что было год назад, ну а ещё Винс всегда не правильно мыслит, если близкий человек готов меня выслушать и хорошо ко мне относиться — я ему нравлюсь. Коутон делает страдальческий вздох, да, Винс не ровно дышит к нему уже невесть сколько лет и Скотт об этом знает, но…ответить взаимностью — повесить на себя клеймо гея, а отказать — наблюдать за вот этим всем. Скотт кажется в своих размышлениях выпал из реальности и не знал сколько времени прошло, вернулся, когда услышал звук открывающейся двери. Винс занял свою позицию, успокоился и был готов к разговору. — Прости, помню, ты раньше упоминал, что не любишь чужие слезы. Скотт вопросительно смотрит на него. — Я…виноват, да, я не должен был к тебе так относиться, я помню всё что сказал тебе тогда и как себя вел…ты…ты не заслуживал такого обращения к себе, а я…после такого больше вообще не буду пить в таких количествах. Скотт, конечно то, что я сейчас прошу у тебя прощения, не значит, что заслуживаю его, я…понимаю это. Не после того, что произошло с тобой. Из-за меня ты почти умер. Я не знаю как ты выжил в том месте, я не знаю, как у тебя получилось убежать от них. Ты…ты просто невероятный человек. Скотт скептически смотрит в потолок, а потом еле слышно хрипит — И что? Что по-твоему я должен теперь со всем этим делать? Периферическим зрением Скотт видит, как Винс прикусил губу — Я…я думаю нам стоит обсудить это всё. Но…на самом деле я хотел бы обсудить с тобой кое-что ещё, но не хочу тебя перенапрягать сейчас. — Мне всё равно, просто говори как есть. Винс молчит, кажется подбирая нужные слова — Я уезжаю отсюда…это можно назвать переездом в другое очень далекое отсюда место, но… Скотт я хочу, чтобы ты уехал вместе со мной. Да после всего случившегося ты явно против, но я очень настаиваю. Тебе самому не нравится жить в этом захолустье, здесь опасно выйти куда-нибудь ночью. К тому же…я не смогу уехать без тебя, пожалуйста, согласись хотя бы на переезд, а дальше мы всё с тобой решим. Я буду ждать, пока ты поправишься. Коутон подумал о том, что переезд в хорошее место — неплохая идея, но вопрос с самим Винсентом остался незакрытым — Кажется мы оставили без ответа вопрос, касающийся тебя. Винсент опустил голову, аметистовые пряди закрыли лицо — Я так понимаю, ты хочешь обсудить то, что не касается моего пьяного поведения, так? Ты мне уже много раз говорил нет, а я принимал это за да. Так что сейчас, я приму твой сказанный мне ранее ответ.