Предубеждения

Когда Нил проснулся в понедельник, он уже знал, что это не его день. Желудок скрутило, что не было чем-то необычным с утра, но мысль о еде только усиливала чувство беспокойства. Он заставил себя съесть столько, сколько сможет, несмотря на то, что не был особо голоден. Ему нужна была энергия для двойной тренировки с лисами сегодня.        Несильная тошнота не должна была все испортить – даже если он не мог понять её причину.        Он проснулся первым и все ещё сидел за столом, когда Эндрю вошёл в кухню; волосы растрепаны в разные стороны. Нил слабо улыбнулся ему, что было по большей части проигнорировано, пока Эндрю направлялся к холодильнику. Он провел рукой по спине Нила, что Нил счёл как победу.        Нил сидел на том же месте, когда Эндрю вернулся со своим завтраком, подложив руку под подбородок и стараясь не уснуть. Эндрю остановился достаточно надолго, чтобы фыркнуть в сторону Нила, а затем продолжил завтракать в полной тишине.        Нила вытащил из полусонного состояния звук отодвигающегося стула, когда Эндрю встал. Он забрал их пустые тарелки и положил их в раковину: Кевин позаботится об этом позже.        Нил встал и удержался от вздоха, когда его живот снова скрутился. Он проигнорировал взгляд Эндрю, они обменялись хмурыми взглядами и вернулись в комнату переодеться.        Он поехал с Эндрю до поля, как и всегда, и надеялся, что его желудок не вывалит весь завтрак наружу, и игнорировал продолжающиеся взгляды Эндрю.        - Выглядишь, будто тебя сейчас стошнит, - мягко сказал Эндрю, но при этом выглядел так, словно его ничего не беспокоит. Нил знал, что если Эндрю не был достаточно обеспокоен, то он ничего и не говорил вовсе. Он не хотел давать Эндрю новых причин для раздумий, так что он выровнял дыхание, сел прямо и вспомнил, что чувствовал и похуже боли в животе. - Я думаю, что слишком быстро ел, - ответил Нил, натягивая улыбку на лицо, - Обещаю не блевать в твоей машине. Я знаю, это было бы катастрофой для тебя, - он сделал притворно озабоченное лицо, засмеявшись, когда Эндрю нахмурился и прибавил музыку на всю, не давая Нилу возможности спросить что-то.        Нил пожалел об этом, потому что смех вызвал острую боль во всем животе. Он хотел избавиться от неё, думая о чем-то другом - как его учили, - пока они не подъехали к стадиону.        Тренировка была кошмаром. Не то чтобы кто-то ужасно играл, или то, что Нил играл ужасно. Должно быть, Нил размяк в какой-то момент, потому что играть с такими неудобствами было отстойно – не то, что раньше. Он мог сделать больше, истекая кровью на улице, так что это только заставило его тренироваться усерднее.        Мэтт и Кевин обменивались взглядами и смотрели на Нила, ведя между собой безмолвное общение. У Нила не было возможности беспокоиться об этом, он пытался стоять ровно и не дать завтраку оказаться на полу.        У него кружилась голова, что было странно: он ведь заставил себя поесть с утра. Он не забыл бутылку с водой, так что он не мог быть обезвожен.        Ему было жарко, как будто его кожа плавилась под формой. У него было странное желание закончить это все и лечь на пол, зная, что это самое холодное место на стадионе.        Он чувствовал на себе оценивающий взгляд Эндрю, и казалось, прежняя рассеянность ушла, как только Нил ступил на поле. Эндрю бродил вокруг него во время последнего перерыва и сунул свою бутылку Нилу в руки, прежде чем прижать ладонь к его лбу. Он слегка нахмурился и убрал руку.        - Ты горячий. И потный, - сказал Эндрю, поднимая бровь, когда капелька пота попала в глаз Нила. Что-то вроде понимания отразилось в его взгляде, - Ты болеешь. Возвращайся в общежитие и не распространяй заразу, - как будто это было так легко, как будто Нил знал, что значит быть больным. Нил не был болен. Он никогда не болел. Ему никогда нельзя было болеть. Заболеть – быть убитым. Это замедляет тебя, притупляет внимательность. Нилу не разрешалось болеть. - Конечно, я потный, у нас тренировка. И сегодня жарко, - огрызнулся Нил, делая большой глоток воды, о чем сразу пожалел: боль в животе дала о себе знать. Он сказал себе, что проще игнорировать это, а это значит, что все было в порядке.        - Здесь не жарко, это ты болен. Возвращайся в общежитие, - повторил Эндрю, его не смущало сопротивление Нила.        - Тренировка не закончена, - Нил стиснул зубы и взял ракетку. Эндрю встретился с ним взглядом, и у Нила не было сил высматривать, что в нем скрывается. Эндрю цокнул в сторону Нила и отвернулся.        - Когда ты споткнешься о свою ракетку, не плачься мне об этом, - сказал он и вернулся на место. Нил кипел, возвращаясь на свою позицию, позволяя злобе вести его всю оставшуюся тренировку.        Он принял душ и переоделся так быстро, как только мог, игнорируя любой дискомфорт, который он испытывал. Дорога в общежитие прошла в тишине, и Нил чувствовал, как адреналин от тренировки выплескивается наружу. Чем больше его тело расслабляется, тем больше зуд под кожей усиливается и разум затуманивается.        Эндрю остановил машину перед башней и повернулся к Нилу. Нил сжал челюсть, поднимая сумку с пола. - Нил. Он повернулся настолько, насколько мог, не напрягая мышцы живота. Они недолго сохраняли зрительный контакт, Нил почти забыл почему был раздражен, прежде чем Эндрю что-то понял и отвернулся. - Помни, что я сказал, - подытожил он, Нил нахмурился и повернулся, чтобы открыть дверь, захлопнув её за собой. Он не обернулся к машине, беспокоясь, что его вырвет прямо здесь, если он повернет голову. Его раздражение не было направлено на Эндрю, и он знал, что раздражение Эндрю – что-то вроде беспокойства. Он переключил свое внимание и отправился в класс.        Когда он добрался, все стало только хуже. Первая пара была нелёгкой, но он просто прислонился головой к парте и старался слушать профессора. Стало сложнее игнорировать дискомфорт, и тошнота не прекратилась.        Была вторая пара, когда все стало слишком дерьмово. Это была лекция по химии, конечно, черт возьми.        Когда он занял свое место, все начало расплываться, и боль, на которую он не обращал внимания весь день, усилилась до такой степени, что было невозможно просто отмахнуться от неё. Он сложился на своём сиденье, пытаясь восстановить дыхание и считать, несмотря на все это. - Эй, чувак, ты в порядке? – прозвучало где-то рядом, но он просто отмахнулся и прижал руку к животу, кладя голову на парту. Он потел. Им реально нужно вырубить отопление – они как будто в проклятой печи. Звуки вокруг стали тише, чему он был благодарен, но его дискомфорт только усилился, чему он точно не был благодарен. Он снова начал считать, что срабатывало только на короткое время, пока он не забывал, на каком числе остановился, и не начинал заново. В итоге, он сдался, двигаясь дальше на стуле, чтобы полностью лечь на парту.        В какой-то момент, когда звуки стихли, Нил понял, что что-то не так. Они были такими невыносимыми, что просто не могли стать тише за такой короткий период. У него была всего секунда осознать это, а потом тёмные пятна в его глазах утянули его вниз.

***

Он двигался. Это странно, учитывая то, что последний раз он сидел за партой. Он двигался, но не двигался. Его тело было неподвижно, но он мог чувствовать движение вокруг себя. Его глаза закрыты. Почему его глаза были закрыты? Он должен открыть их. Плохая идея. Очень плохая идея. Всё было чертовски ярко. Руки были на нем, около него, и это ему совсем не нравилось. Он попытался встать – отодвинуться от рук и тел, суетящихся около него, но руки толкнули его обратно. Он не мог избавиться от них. Он попробовал ещё раз, сильнее, но это только вызвало острую боль. Его подстрелили? Вот что случилось? Где это было? На тренировке? Нет. Он ушёл с тренировки. Кто-то нашёл его? Он снова попробовал встать, но понял, что не может, и не может дышать. Ему надо было уходить – выбираться отсюда. Куда они направлялись? Куда они везли его? Балтимор. Его везли в Балтимор. Он был в багажнике машины. Лола лежала рядом с ним, надавливая на него своим телом. Он чувствовал жжённый запах от своего лица. Он чувствовал порез на животе. Он слышал её голос, который говорил ему перестать двигаться. Он должен лежать неподвижно – он должен быть спокойным. С какого хуя ему быть спокойным? Чем больше он боролся, тем тяжелее было двигаться. Она удерживала его, прямо сейчас разрезая его живот. Она резала его руки - все погрузилось в туман. Все погрузилось в туман и в глазах потемнело.

***

Он лежал в кровати, когда проснулся. Не в его кровати. Это кровать была чрезвычайно неудобной. У него что-то было на лице, что-то на руке. Он хотел избавиться от этого. Его глаза все ещё были закрыты.        Нил открыл глаза.        Это была больничная комната, больничная кровать. Был монитор, присоединенный проводами к нему, и в его голове наконец зазвучал писк. Он хотел, чтобы это прекратилось.        Как только он решил избавиться от штук на лице, кто-то вошёл в комнату. Медсестра. Она не выглядела удивлённой, что он проснулся. - Здравствуйте, мистер Джостен, я Карла. Сегодня я ваша медсестра, - она взяла планшет рядом с дверью и начала листать его, - Как вы себя чувствуете? Болит что-то? – Нил не ответил ей, но она и бровью не повела.        - Тогда есть вопрос полегче. Вы знаете, почему вы здесь? – спросила она, отрываясь от планшета – глаза не задерживались на его щеке, когда она поддерживала контакт. Наверно, он мог бы оценить это.        Нил потряс головой, сжимая руки на простынях. - Мистер Джостен, вы попали сюда с разрывом аппендикса. Вас привезли на скорой из университета, вы помните это? – спросила она, садясь на стул около кровати. У него болела голова, он не мог заставить голосовые связки слушаться, так что просто потряс головой, надеясь, что она поймёт его вопрос о выписке. - Что ж, нам удалось удачно удалить его, и вы-, - он прервал её: в голову пришла мысль. - Можно мне телефон? – спросил он, вздрогнув, услышав свой хриплый голос, как будто он молчал несколько дней. Он понял, что не знал какой сейчас день. Медсестра не выглядела раздражённой, она просто открыла сумку и вытащила телефон. Он тут же открыл его, отмечая, что все ещё понедельник, но уже значительно поздно. У него также было много пропущенных звонков и сообщений. Он пропустил тренировку, и все знали, что он ни за что не сделает этого.        Нил позвонил первому номеру в недавних. Его перевели на голосовую почту. Не то, чего он ожидал, но в этом был смысл. Эндрю сказал ему сегодня утром об этом. Но он не ожидал, что все будет так.        Он почувствовал ком в горле, и он изо всех сил старался игнорировать его. Нил сглотнул, позволяя телефону упасть на кровать, а потом посмотрел на Карлу. - Позвоните Эбби Уинфилд. Вы можете передать ей всю информацию, что собирались сказать мне, - Нил набрал номер, и она записала его на планшете. Она снова посмотрела на него, в её глазах читалось извинение.        - Мне все ещё нужна ваша история болезни, и у меня осталась пара вопросов-        - Она вам все расскажет. Я в порядке сейчас. Ничего не болит, - он соврал. Его как будто переехал поезд, но он не хотел принимать никакие таблетки, которые она ему даст. Она была готова поспорить с ним, но выдохнула и встала.        - Мне надо осмотреть вас и проверить шов. Вы позволите? – спросила она, оставаясь приятной в лице, несмотря на грубость Нила.        - Ладно. Она сделала все быстро, чему он был благодарен, и направилась к двери. Но остановилась, прежде чем выйти. - Я правда хочу вам дать обезболивающее. Это ускорит процесс выздоровления в геометрической прогрессии, если боль будет контролироваться, - сказала она, как будто пересказывая учебник. Нил упал головой на подушку. - Я правда в порядке, - он снова закрыл глаза, не желая больше смотреть в её удовлетворенное лицо. Из-за болей он не мог уснуть, но он задремал ненадолго.        Он вернулся в реальность из-за шума за дверью. Карла вошла в палату, выглядя немного раздражённо, но все ещё приятно. - Тут кое-кто хочет увидеть вас. Я не смогла спросить вас о посетителях. Он сказал, что ваш парень, - последнее предложение она произнесла, подняв бровь. Сердце Нила сжалось в груди, почти затмевая боль в животе. - Пусть войдёт, - сказал Нил. Ему не удалось сесть в кровати. Уголок её рта приподнялся в ухмылке, что была явно злой.        - Конечно, - она подмигнула ему и закрыла дверь, запутывая ещё больше таким взаимодействием. Но она не перестала ему нравиться из-за этого. Ему не пришлось долго ждать, пока дверь откроется снова и Эндрю войдёт. Он дошёл прямо до кровати Нила, протянул руку и остановился. Сердце Нила сжалось, но он все равно посмотрел на лицо Эндрю. Выражение было абсолютно пустым, но в глазах пылал огонь. - Ты действительно идиот, - медленно сказал он, его глаза переместились на бинты, которые покрывали живот Нила, а потом посмотрел в глаза.        - Да, - Нил почувствовал, что наконец может заново дышать, что Эндрю был рядом. Он хотел дотянуться, взять Эндрю за руку, но что-то подсказало ему, что это не очень хорошая идея.        - Они позвонили в университет. Те позвонили Ваймаку. Потом Эбби. Разрыв аппендикса. Ты тренировался с разрывом аппендикса, - тон Эндрю никогда не менялся, но огонь в его глазах только увеличивался, Нил почувствовал, что может сгореть от этого.        - Я сомневаюсь, что он был разорван тогда. Это определённо случилось позже, - Эндрю сжал челюсть на этих словах, но его взгляд смягчился. Нил наконец набрался смелости вытянуть руку. Эндрю сразу же схватил её.        - Никто не знал, что ты здесь, - Нил наклонил голову, пытаясь понять, о чем его спрашивают, не спрашивая на самом деле, и через секунду что-то щёлкнуло.        - У меня нет экстренного контакта. По крайней мере, я так и не заполнил анкеты в прошлый раз, - пожал плечами Нил, наблюдая за их соединёнными руками. Эндрю быстро и тяжело выдохнул, что заставило Нила взглянуть на него снова.        - Мы поговорим об этом. Обо всем этом, - выплюнул Эндрю, потянув слегка за их руки, - Ты будешь отдыхать. Тебе станет лучше. Тогда мы поговорим об этом, - Эндрю не оставил места для споров, да Нил и не собирался. Он знал, что речь идёт не только о сегодняшнем дне.        - Ладно, - сказал он, сильнее впиваясь глазами в соединённые руки.        - Да или нет? – Нил кивнул в сторону кровати, приглашая Эндрю сесть рядом. Эндрю подумал какое-то время, а затем потряс головой. - У тебя натянется шов, - сказал он, прежде чем отпустить руку Нила, к его большому разочарованию. Он подвинул стул ближе к кровати и предложил ту же руку. Нил поморщился, когда попытался лечь удобнее. Эндрю не упустил этого. - Позвони медсестре, она принесёт тебе что-нибудь, - он толкнул кнопку вызова ближе к Нилу.        - Мне не нравится, как таблетки действуют на меня, - Нилу не надо было объяснять. Эндрю понимал. Он всегда понимал, даже сейчас.        - Я буду здесь. Позвони медсестре, Нил, - Нил подумал на счёт этого, потому что боль становилась сильнее с каждой секундой, но он мог справиться с этим, действительно мог. Но Эндрю не говорил, что Нил не может справиться. Он сказал, что Нилу не нужно. Не тогда, когда Эндрю рядом с ним, присматривающий за ним, хоть он и сказал утром, что не будет делать этого.        Нил сдался, нажимая на кнопку вызова.        Карла зашла через пару минут с вопросами на счёт боли. Она не выглядела раздражённой, что её позвали обратно ради того, о чем она спрашивала ранее.        Он знал, что это займёт какое-то время, прежде чем боль пройдёт, так что он отвлекал себя наблюдением за Эндрю, который все ещё держал его за руку. - Итак, парень, а? – спросил Нил, положив голову на подушку так, чтобы можно было видеть Эндрю. Нил заметил, как его уши немного покраснели, но это мог быть эффект от лекарств.        - Они бы не пустили меня, если бы я сказал, что хочу убить тебя, - ответил Эндрю, все ещё не отпуская его руку.        - Ты не очень-то хорошо справляешься со своей задачей, - сказал он, не сумев сдержать улыбку, которая расползалась по его лицу. Он не отрицал, - Я бы знал, - добавил он, больше для раздражения Эндрю.        - Я жду, пока таблетки подействуют, - плюнул Эндрю в ответ, все ещё не отпуская руку.        - Я уже достаточно выведен из строя. Это не должно было быть так сложно, - улыбка Нила стала ещё шире от того, как вздрогнула бровь Эндрю.        - Я задушу тебя подушкой, - выпалил Эндрю, притягивая руку ближе.        - Ты не можешь задушить своего парня, - таблетки определённо подействовали. Его мысли плавали. Челюсть Эндрю расслабилась, что бы он не увидел на лице Нила.        - Спи, или я правда задушу тебя, - сказал он, но глаза Нила были уже закрыты.        Он отдалился от ощущения руки Эндрю, сжимающей его собственную.