Душа

      — Антош, иди сюда! Чего ты там нашел?

***

Арсений Попов — главный врач Санкт-Петербургской психиатрической больницы №1 имени П.П. Кащенко. Эта психиатрическая больница является одним из крупнейших специализированных стационаров страны данного типа. Помимо этого в больнице проводится принудительное лечение лиц, страдающих психическими расстройствами, совершивших общественно опасные деяния в состоянии невменяемости. Один из таких пациентов поступил в клинику в районе двух недель назад. Парень вел себя совершенно спокойно, не вызывал никаких подозрений, не препятствовал действиям персонала. Да и вообще, смотря со стороны, можно было принять его за вполне адекватного, нормального человека. На самом же деле, этот человек преступник похуже Чикатило. Его история, скорее, может заставить нас обратиться к произведению замечательного Федора Михайлова Достоевского «Преступление и наказание», а именно, к главному герою — Родиону Раскольникову. Антон Шастун безжалостно лишал жизни людей преклонного возраста, пенсионеров и всех пожилых людей. За время своего нахождения в психушке парень успел обрести прозвище, полностью раскрывающее его деятельность во всей красе. Его стали звать Санитаром. Свои поступки он объяснял очень просто. Шастун стремился очистить мир от лишнего хлама, мусора, никому ненужного бардака. Те, кого он убивал, уже успели пожить, много всего повидали, а теперь просто занимают чужое место на Земле. Антон же боролся за справедливость, поэтому решил помочь новым поколениям свергнуть предыдущие. В общем, как вы уже могли понять, этот «клиент» мог показаться адекватным и вменяемым только внешне, со стороны. Пообщавшись с данной персоной можно даже подумать, что это с вами что-то не так, а он — самый праведный мученик. Попов этого парня сразу заприметил, как только двое санитаров доставили его в клинику. Арсений проходил мимо спокойно (практически самостоятельно) идущего пациента в смирительной рубахе, позади него топали двое сотрудников. Одного из них тогда главный врач даже попросил притормозить. Он узнал некоторую информацию о парне и попросил оформить себя его лечащим врачом.       — Здравствуй, Антон. Арсений заходит в одну из палат, больше смахивающую на застенок или камеру допроса, и присаживается на стул напротив Шастуна. Он опускает на стол медицинскую карту больного, а сверху — свои ладони, сцепленные в замочек.       — Здравствуйте, Арсений Сергеевич, — с улыбкой отвечает паренек, глядя на врача. По спине Арсения в этот момент пробегают несколько стаек мурашек, а поперек горла встает вязкий ком. Он не желает выдавать своего волнения, поэтому лишь прокашливается в собственный кулак, чтобы речь звучала более чистой, и спрашивает: — Откуда ты узнал, как меня зовут?       — Я всё про Вас знаю, Арсений Сергеевич, — всё так же спокойно говорит Шастун, — вам тридцать восемь лет, личной жизни нет, да и как она появится, если у нас носители подобной ориентации не афишируют данный факт. Страх сменился полным непониманием и… интересом. Попов берет в правую руку автоматическую ручку, листает медицинскую карту и открывает в ней пустую страницу.       — Что ты еще можешь рассказать обо мне?       — В детстве Вы хотели напугать старшую сестру. Вы подкараулили её в ванной комнате и напугали. Она Вас в ответ ударила головой об раковину, — Антон усмехается и продолжает, — дальше ситуация приобретает еще более комичные обороты. У Вас выпали два передних молочных зуба, Вы стояли в темной ванной, из десны текла кровь, а из глаз — слезы. Попов надавливает на ручку, заставляя шарик прокручиваться и оставлять на бумаге следы от чернил. Своим обычным, что называется «врачебным», почерком выводит надпись: «Подозрения на синдром ложной надежды. Действия схожи с утвержденными в гипотезе Даннинга и Крюгера». Попов был человек весьма скептичным во многих представлениях, что уж там говорить о мистике и экстрасенсорике. Парень наверняка просто выведал эту информацию у знакомых врача, а теперь пытается с помощью собственной самоуверенности принизить знания и умения специалиста.       — Может быть мы лучше поговорим о тебе?       — Давайте. Что Вас интересует?       — Мне уже рассказали кое-что о твоих деяниях. У меня есть несколько уточняющих вопросов, — Арсений на несколько мгновений даже позабыл, что разговаривает с настоящим убийцей, но тут же постарался вернуться к своим профессиональным обязанностям, — зачем ты закапывал тела убитых. Ты же этим себя и выдал.       — Я не мог оставлять покинувших наш мир душ блуждать по планете, — Антон говорит всю эту информацию очень серьезно, с неким религиозным контекстом, — для того чтобы душа отправилась в мир иной, упокоилась, её обязательно необходимо освободить от оков тела, держащего её.       — Зачем ты перед этим, — Арсений сам не может поверить в то, что сейчас говорит, — расчленял трупы, а потом их хоронил?       — Так внутренняя сущность быстрее сможет покинуть мир, в котором она задержалась, — Антон рассказывает обо всем этом настолько повседневно, обыденно, что становится даже страшно. — Я помогал им облегчить свои страдания.       — А если они не страдали? Антон смотрит на него немного с прищуром. По его мнению, все люди должны понимать, почему он делал всё это. Для него это самая очевидная истина.       — Я помогал только страдающим.

***

      — Антош, иди сюда! Чего ты там нашёл? Арсений за две недели наладил наилучший из возможных контакт с «Санитаром». Парень без проблем подпускал врача к себе: рассказывал ему обо всём, делился сокровенным. Надо сказать, что и сам Попов к пациенту стал неравнодушен. Антон действительно, что называется, смог расположить его к своей персоне, завлек своей необычностью и индивидуальностью. С ним, как минимум, было безумно интересно вести разговоры. Это не было похоже на бред сумасшедшего, скорее, на былины. Выдумки пациента заключали в себе некий религиозный и духовный мотив, кроме этого, эти рассказы были настолько интересными, что в них хотелось вслушиваться. Красочные картинки сменялись одна за другой, а эмоции могли за несколько секунд поменяться раз десять: страх, печаль, сочувствие, брезгливость, радость — всё это взрывалось в голове собеседника, перемешиваясь в мыслях. Попов уделял этому пациенту больше времени, чем остальным. Для него проводились наиболее качественные процедуры, он получал дорогостоящие лекарства, ел пищу, не переработанную несколько раз до этого. Для него Арсений выделил некоторую часть свою личного времени, которую посвятил их совместным прогулкам. Природа, свежий воздух влияет положительно не только на сам организм и здоровье человека, но и на нервную систему и, соответственно, психику. На одной из таких прогулок, когда они гуляли в парке, находящемся на территории больницы, Шастун резко остановился и внимательно стал разглядывать участок земли.       — Чего ты застыл? Психотерапевт встал рядом с ним и стал смотреть в ту же сторону. На недавно выросшей, свежей зеленой травке лежал трупик птицы: это был голубь.       — Надо похоронить его, — резко прервал образовавшуюся тишину Антон, — этот дух мучается. И черт знает, что тогда дернуло Попова пойти на уступки парню, но буквально через несколько минут он уже выкапывал небольшую ямку. В нескольких шагах от него стоял пациент, держа в руках небольшую тушку голубя.              — Всё, клади его.       — Нет, не все, — Шастун передает птицу в руки врача, а сам начинает рыться в своих карманах. Попов непонимающе смотрит на него и даже слегка пугается, когда он достает из своего кармана небольшой перочинный ножик. Откуда он у пациента?! — Ты должен помочь ему побыстрее высвободиться. Арсений и понять не успел, как в его руках оказалось и холодное оружие, но в этот момент он стал часто мотать головой из стороны в сторону, повторяя слово «нет».

***

      — Ну что, никаких изменений? — Дмитрий стоит рядом со своим коллегой и наблюдает через камеры за действиями, происходящими в одной из палат. На экране человек держал в одной руке собственный тапок, а во второй он крепко сжал пальцы и проводил ребром этой ладони по обуви, как лезвием.       — Никакой динамики, — говорит Шастун весьма измученным голосом, — он вообще невменяем. Всё время бубнит себе что-то под нос, либо громко орет: «Душа».       — Откажись лучше от него, — советует Позов, видя, как мучается не только его напарник, но и лучший друг, — ты, конечно, замечательный специалист, но тут безвыходная ситуация.       — Не откажусь, — отрицательно мотает головой Антон, — не могу…