Секрет

Утро не подавало никаких признаков необычности. На улице играла в первые опавшие листья пока ещё тёплая осень, светило солнце, купались в пыли воробьи и так далее. Какое низкое коварство: притворяться самым что ни на есть обыденным утром, когда вот-вот сорвётся совещание. – Так, парни. Все в сборе, – тренер кивнул своим воспитанникам. При движении владельца на груди сверкнул новёхонький свисток, – Начнём, пожалуй. Вы знаете, что мы собрались обсудить новый этап соревнований… Да, Оскар? – Можно выйти? – пробасил качок с почти что квадратной стрижкой «ёжиком». – Да, конечно, только быстро… Что ж. Скоро предстоит большой день, знаменующий собой начало нового этапа для нашего клуба. Мы выходим на междугородний уровень! Позвольте сказать… Что? – Можно выйти? – Зеро, и ты туда же? Ладно, иди, раз срочно… Так вот. Позвольте мне сказать, что я горжусь вами, парни! В прошлый раз вы показали этим выскочкам из клуба Ромеро! Вы показали класс! Вот так я и хочу, чтобы вы продол… Да что такое, в самом деле?! – свисток на груди возмущённо подпрыгнул, – Алиас, тебе-то куда?! – Э… Выйти? – то ли спросил, то ли всё же ответил парень с короткими дредами, делающими его голову похожей на плод рамбутана. – Вы что, массово простудились? Так, я теряю терпение. Идите уже толпой, что ли! Поднимите руки, кому ещё надо в туалет… Ну? Вверх с нерешительностью арктических берёз потянулось восемь рук, причём всех тех, кто ещё не ходил в зачарованное место для глубочайших раздумий. – Вот у не думал, что вам так неинтересно меня слушать, – внезапно пробормотал тренер, почёсывая наметившуюся на маковке лысину, – Неужели я так много говорю? Или дело в том, что сегодня суббота, и вам хотелось бы отдохнуть? Так сказали бы, чего стесняться… Я просто хотел приободрить, только и всего. – Тренер, мы… – Вы что? Знаю, что ответственный момент, но не может же быть, чтобы у вас случился массовый энурез на этой почве! Или… или может? Так, не волнуйтесь, мой кузен доктор, мы вас вылечим, это всё нервы… – Нет, сэр. Мы должны признаться, – Оскар встал и сделал шаг вперёд, – Парни, я скажу. – Давай, Оз. – Сразу надо было. – Что случилось?.. – голос тренера доносился до публики словно из глубокого колодца, – Не молчи, парень, я уже не знаю, что и думать! – Это всё котёнок, сэр. Учитывая, что тренер готовился услышать как минимум про инопланетное вторжение, он как-то не совсем удачно замер, с одной рукой, нервно теребящей синтетические волоконца шнурка от свистка. – Ка… Какой котёнок? – Это я его нашёл, – встрял в объяснения Зеро, – Да! Это моя вина, я признаю. Я шёл сюда через дворы – и обнаружил его у магазина. Он был мокрый и жутко голодный, уже даже не орал, а вот так, покачивался, как торчок в трансе, – здоровенный борец охотно продемонстрировал кошачье состояние. – И что было дальше? – угрожающе спокойным полушёпотом спросил толкатель неудачной вдохновляющей речи. – Я его сгрёб на руки. Чёрт его знает, что со мной произошло! Закутал в своё полотенце, положил в сумку и пришёл сюда! Я оставил котёнка в шкафчике, скормил ему пару белковых бисквитов, он обсох и вроде как ожил. Но теперь он к нам прилип! Чуть кто отходит – он думает, что его бросают, и принимается орать! Вот! И мы посменно дежурили, отпрашиваясь у Вас, чтобы Вы не услышали. И ещё, конечно, не хотелось, чтобы он нагадил в сумку… – Вот оно как… – Да! Сэр, мы не хотели Вас обидеть. Мы долго готовились к этим соревнованиям – а тут… словом, котёнок. – И что? – недоумённо переспросил организатор клуба. – Как что?! Боялись, что Вы решите, будто бы мы относимся к своему спорту несерьёзно и всё такое… Сэр? Наружу вырвался здоровый, выжимающий слёзы полуистерический смех: – Котёнок?! Котёнок! Черти волосатые, это всего лишь котёнок! Ха-ха, вот это сюрприз!.. Что замерли, несите своё дитя, покажите хоть, во имя чего вы превратились в горничных! Алиас, как сидящий ближе всех к двери, тут же сгонял за сумкой, и, несколько торжественно водрузив её на стол, медленно открыл «молнию». – Ми! – наружу тут же высунулась любопытная кошачья мордочка, принадлежащая юному представителю фелид тёмно-серого окраса. От находки слегка веяло подворотней и металлическим запахом застоялой дождевой воды. – Ну-ка, ну-ка, дай на тебя посмотреть, – тренер осторожно взял малыша за шиворот, посадив причину собственной истерики на ладонь. Причина смешно, со свистом, замырчала, пригревшись на тёплой человеческой коже. – Каков чертяга… Ребята, надо было всё сразу же рассказать. – Мы волновались, что Вы скажете, что у нас есть дела поважнее. – Этот котёнок наверняка погиб бы от голода, если бы Зеро не забрал его с улицы. Вы совершили достойный поступок. Я горжусь вами, парни. – Закончим с этим, – Зеро забрал котёнка, возвращая его в сумку, – Я позвоню в приют. Там его пристроят в хорошие руки. Пусть до окончания Вашей речи постоит здесь. Он не будет орать, пока мы рядом. – В топку мою речь! Этого ребёнка надо помыть, у него устойчивое уличное амбре. – А потом я съезжу в приют. – Ты никуда не поедешь, Зеро. У меня есть идея получше! Слушайте… … – Ты сбрендил, да, Саймон? Это что такое? – почти не скрывая своего презрения, ткнул пальцем в сторону атласной подушечки тренер клуба-соперника. В указанном направлении со всеми удобствами расположился представитель неизвестной кошачьей породы. Его не беспокоили окрики и удары; он лишь щурился и сосредоточенно намывал лапку. – Это наш талисман, Ромеро. Знакомься. Этого красавчика зовут Цикорий. Отныне он всегда будет ездить с нами, – свисток гордо шевельнулся на хозяйской груди. – Не знал, что ты суеверен. Думаешь, этот шерстяной комок вас поможет? – Когда Цикорий спокоен, мы выиграем. Такова примета. – Ха! Глупость какая, дожили! Бывай, чудила, – и Ромеро ушёл, со смешливым негодованием махнув рукой. Вечером котёнок, Цикорием наречённый, с достоинством императора обсиживал новенький кубок приютившей его команды. Воплощённая четвероногая удача: двести грамм веса и голубые глаза.