С папиным другом детства

В танце Антон не отличался пластичностью, но его движения были наполнены какой-то необъяснимо манящей лёгкостью. Он, несмотря на свой рост и длиннющие конечности, не был неуклюжим. Он был по-мальчишески беззаботным, простым и подвижным. Но вместе с этим его глаза временами поблёскивали заманчиво-соблазнительно, вероятно, это проделки алкоголя в молодом организме. Когда Антону особенно нравилась песня, он тряс головой в такт музыке и прикусывал и без того покрасневшую губу, а потом ещё и облизывал её, не сильно заботясь тем, насколько это сексуально выглядит. Арс заприметил его почти сразу. Парень случайно задел его кистью руки и повернулся, говоря одними губами: "прости", а затем подарил ему тёплую улыбку от одного уха до другого. Кстати об ушах. Арс встречал такие большие и оттопыренные уши только у детей. Вернее, только у одного ребёнка. И, скорее всего, та несоразмерность была связана с тем, что дети ещё растут. А этот пацан явно свою стадию роста прошёл, он и так уже шпала. Да и учитывая, что они сейчас в ночном клубе, парню должно быть как минимум 18. Хотя в физиогномике говорят, что такая форма ушей часто встречается у дипломатов, поэтому не исключён вариант, что ему 16 и он просто "добазарился" на входе. Со своими мыслями Арс и не заметил, как парень пошёл курить. "И слава богу", - подумал он. Антон был уж слишком молод для него. А вот дрочке, как считал Арсений, все возрасты покорны, поэтому он направился в туалет. Сделав свои грязные делишки, Арс грел руки под горячей водой. Он рассматривал своё отражение в зеркале, когда в уборную зашёл Антон. Парень опять улыбнулся своей ласковой улыбкой. - Привет, - решил начать разговор Арс. - Красиво танцуешь. - Э-э... Спасибо, - затормозил Антон, осознавая, что ему делают комплимент. Он не засмущался, наоборот, это забавило его опьянённый разум. Ему никогда не говорили комплименты, тем более мужчины, а манеру танца и вовсе называли странной. - Нет, правда, классно двигаешься. Видно, что ты сам от этого кайфуешь, - зачем-то продолжал Арс. - Вообще да, мне нравится. Но вот окружающим обычно не нравится, - хмыкнул парень. - Как это может не нравится? - подойдя ближе и снизив тон голоса, произнёс Арсений. Парень громко взглотнул и выдохнул. Он прекрасно понимал, что его клеят. Он и сам делал подобное, только с девушками. Вопрос ориентации Антона никогда не волновал, но своё внимание он обращал только на прекрасную половину человечества, поэтому мужские подкаты сейчас немного напрягали. Но не настолько, чтобы не открыться новому. Его любознательность, подростковый максимализм "попробовать в жизни всё" и алкоголь интригующе увлекали в этот разговор. - Значит, не с теми я танцую, - хитро улыбаясь ответил Антон. - Однозначно, - Арс уже откровенно поплыл от этого пьяненького заигрывающего юноши. Он положил одну руку на плечо, а другой взял мальчика за подбородок и прильнул к пухлым и влажным от постоянного облизывания губам. Сначала он целовал нежно и осторожно, а затем, не почувствовав сопротивления, проник языком в рот и встретился с чужим языком. Арс потянул Антона в кабинку, закрыл дверь, прижал его к стене и опустился на колени. Он посмотрел в зелёные глаза, как бы вопрошая: "можно?" Антон на секунду потерялся, а потом судорожно начал расстёгивать свой ремень. Крепкие руки остановили парня, и дальше Арс продолжил сам. Он избавил его от джинсов, а потом и от боксеров и взял в рот головку, обводя языком уздечку. В Антоне бушевало море разных эмоций - от странного чувства запретного - всё-таки это его первый раз с мужчиной, до невероятного удовольствия, потому что, несмотря на неплохой для своих лет сексуальный опыт, количество минетов в его жизни можно пересчитать по пальцам. Арс выписывает какие-то буквы на головке Антона, пошло причмокивая губами, стучит и давит языком по уретре. Отчего парень запрокидывает голову, пытаясь не произносить лишних звуков. Затем он облизывает член по всей длине, берёт его в рот уже наполовину и начинает двигаться, играясь рукой с напряжёнными яичками. Антон тихо то ли скулит, то ли мычит и запускает пятерню в мягкие волосы. Он не решается давить и направлять Арса, просто гладит его чёрные волны. Брюнет уже самозабвенно заглатывает весь член, попутно пытаясь создать вакуум губами. Антон лепечет что-то нечленораздельное, из чего Арс понимает, только то, что тот скоро кончит. Он отстраняется, проводит рукой пару раз, и Антон с плохо скрываемым стоном изливается в кулак. - Я думал, я натурал, - выходя из кабинки, говорит Антон. - У тебя просто мужика нормального не было, - хмыкает Арс, ополаскивая руки. Ни у кого не было желания продолжать общение. Арс сразу же почувствовал вину, что он - взрослый похотливый дядя, испортил абсолютно гетеросексуального мальчика, которому и 18 то может не было. А Антон в принципе не понимал, что он чувствует - ему понравилось, даже очень, но он никогда не представлял, что может целоваться с мужиком, не говоря о чём-то большем, тем более, когда этот мужик ему в отцы годится. Он конечно слышал о дэдди-кинке, но всегда думал, что папочкой будут называть его. Антону нужно было время, чтобы всё переварить. Они так и разошлись, не узнав даже имён друг друга.

°°°

Антон жил с мамой. Его родители развелись, когда он только пошёл в садик. С отцом он периодически общался, но, как правило, по телефону. Тот принимал участие в жизни сына, по большей части материально. Поэтому, когда перед Антоном встала проблема прохождения производственной практики, на которую их заботливый техникум не распределял, он сразу позвонил папе. У него-то точно должны быть знакомые, которые могут помочь. Вообще, у его отца было много друзей, потому что когда родился Антон, они жили в университетской общаге, а они там все, как одна большая семья. Так и оказалось. Папа сказал, что позвонит старому другу Арсению и попробует решить вопрос. Антон начал смутно вспоминать, что в его детстве был какой-то папин друг - дядя Сеня. Но Тоша тогда был настолько маленький, что запомнил только прозрачно-голубые глаза, и то, наверное, только потому, что никогда такого оттенка больше не встречал. Ну да ладно, главное, что вопрос с практикой решится, а кто этому поспособствует, не так уж важно. Антон подъехал в офис Арса к обеду. К слову, Арсений предлагал парню просто поставить подписи в дневнике практики и не напрягаться. Но Антону было интересно попробовать покопаться в бумажках и цифрах, поэтому Арс назначил встречу пораньше, чтобы ввести его в курс дела. Антон неуверенно заглянул в приоткрытую дверь и увидел стройного брюнета, стоящего к нему спиной. Он неспешно потягивал кофе из изящной чашки и смотрел в окно. Антон постучал костяшками о дверной косяк и что-то собирался сказать, но замер. К нему повернулся тот незнакомец из клуба. Они узнали друг друга, это было видно по долгому молчанию обоих. Более неловкой ситуации сложно было представить. - Антон? - до последнего надеясь, что эта ушастая каланча, которой он отсосал в туалете клуба, не сын его хорошего друга. - Дядя Сеня? - хмыкнул Антон. Его недоумение сменилось диким желанием проржаться. - Может, я всё-таки просто распишусь в дневнике? - после долгой паузы с горящими щеками произнёс Арсений. - Ну да, давайте, - решив не смущать мужчину, ответил Антон. Он быстро достал файлик с ещё незаполненными бумажками и протянул брюнету. Арс стал суетливо черкать подписи на каждой странице, а Антон не сводил с него глаз. Он и вправду был очень красивым. У него правильные черты лица, длинные ресницы, мягкие волосы. О да, Антон помнил, какие они на ощупь. - Там ещё надо характеристику про меня написать на последней странице, - отвлёкшись от любования своим "начальником", произнёс парень. Арс хитро ухмыльнулся своим мыслям. - И что писать? - Ну типа... Антон Шастун показал хорошие знания предмета, владение методиками, которые смог применить при выполнении производственной практики... Тыры-пыры... Проявил себя в качестве ответственного специалиста, за что получил высокую оценку. В данной ситуации это всё звучало очень двусмысленно. Отчего на лице старшего опять зардел румянец, а младший растёкся в идиотской улыбке. Арсений написал всё, что требовалось, и поднял глаза на студента. Тот уже откровенно пялился на него, прикусывая губу. Чёрт знает, специально он это делал, или неосознанно, но терпеть такой взгляд было невозможно. - Всё? - пододвигая бумаги к Антону спросил Арс. - Наверное, да. Большое спасибо. - Пожалуйста. Отцу привет передавай, - ляпнул Арс и мысленно ударил себя по лбу. - Обязательно, - смеясь, пискнул Антон и вылетел из кабинета, бубня: "до свидания".

°°°

Но судьба не оставляла попыток свести этих двух людей. Антону снова пришлось позвонить Арсению, когда в техникуме поменяли стандарты оформления дневника. И вот он снова просовывает свою ушастую голову в приоткрытую дверь. - Заходи, Антон. Привет. - уверенно начал Арс. Он явно был настроен на разговор. Прошло достаточно времени, что бы Арсений смог охуеть, выхуеть и миллион раз загнаться по этому поводу. - Я хотел извиниться за тот раз в клубе. Я не могу делать вид, что ничего не произошло. Прости, Антон, я не должен был этого делать. - Почему? Мне всё понравилось. Я вообще всё это время думал о тебе. Конечно, ситуация специфическая, но ты мне очень понравился, - собравшись с силами, признался Антон. Арсений опять охуел. Такого он не ожидал, хотя явно мог бы догадаться по тому, как парень на него смотрит. Два тебе по дедукции, Арсений. - Может, встретимся вечером? - решил идти ва-банк юноша. - Антош, мне тоже всё понравилось, но ты же понимаешь, что это ни к чему не приведёт. А Антоша уже поплыл от такого обращения к себе и стал похож на милого щенка, который, между прочим, не собирался сдаваться. - Почему? Мы можем потрахаться, только уже полноценно. - благодаря возрасту, Антон заводится с пол-оборота, и кровь уже отливает от мозга. - Нет, не можем. Так. Давай оставляй свои бумаги, вечером встретимся, я тебе всё отдам, и поговорим заодно. А то сейчас ты уже не "алё". - бросая взгляд на штаны парня, отвечает Арсений. Антон лишь кивает, снова облизывая свои многострадальные губы. Арсению нужно было время, чтобы ещё раз (или не раз) обмусолить всю ситуацию. Арса к Антону тянет, он тоже всё это время думал о нём, хоть никогда в этом не признается. И плевать на разницу в возрасте и ориентацию Антона. Он смог бы закрыть на это глаза, ведь шатен рождает в нём какие-то нежные чувства. Но то обстоятельство, что он сын его друга, тормозит все романтические порывы. Он, блин, обмывал его рождение с его же отцом, пока маленькому обоссаному Тоше меняли пелёнки. Они встречаются в кафе здания напротив. Арс передаёт подписанные листочки Антону, а тот, пользуясь случаем, проводит подушечками пальцев вдоль по жилистой руке брюнета. - Антон, не смей ко мне лезть. Я ведь не железный. - отрезает Арсений, отдёрнув руку. - Дядь Сень, - подмигивая начинает Антон. - Ты когда-нибудь расслабляешься. Ах да, помню я один такой раз. - Во-первых, не называй меня так. А во-вторых, я тоже кое-что помню. Я помню, как ты бегал по квартире в одних колготках, пока мы с твоим батей клеили обои. Это нифига не нормально, Антон. Как я твоему отцу в глаза буду смотреть? - По-моему, это мне должно быть тяжелее. Я до тебя только по девочкам был. И знаешь, не надо называть мои чувства ненормальными. Я вообще не понимаю, как любовь может быть ненормальной! Спасибо за практику... Лучше бы я тебя вообще никогда нахуй не встречал! Он хватает рюкзак и убегает из заведения. Арсений поначалу хотел остановить его, но потом подумал, что так даже лучше - пусть Антон будет ненавидеть его. Арс несколько дней мечется между мыслью о том, что обидел Антошу, и надо бы извиниться; и чувством, что сделал всё правильно - так у него не будет желания начать подкатывать. Где-то его "правильный" план всё-таки даёт трещину - безумно хочется обнять Антона, поцеловать в нежные губы хотя бы ещё раз.