Бесстрашный

      — Знаете, я мечтал увидеть вас долгие годы, — мягкий голос Ануриэс звучал в пустой комнате, словно гром на Земле. — Порой я воображал, как перехватываю корабль и захватываю в плен всех, включая вас. Мне всегда было интересно, каково это — получить вас в свою полную власть.       Кэтрин вскочила, пятясь назад, и выхватила из-за пояса фазер. Доктор неподвижно сидел на своём кресле, не отрывая от неё всё тот же гипнотизирующий взгляд, от которого женщине было не по себе. Только безумного ей не хватало.       — Я настоятельно предлагаю нам с вами решить вопрос иначе, доктор. Мы можем многое вам предложить. На нашем корабле есть приличный запас продовольствия, кроме того, у нас сохранены огромные массивы звёздных карт. Также, полагаю, наш главный врач мог бы поделиться с вами научными медицинскими достижениями Федерации.       — Это просто прекрасно, — Ануриэс покачал головой, скользя по фигуре Джейнвэй горящим взглядом и никак не реагируя на оружие. — Но вам нужна информация, которая есть, возможно, только у меня, а мне всё вами перечисленное не интересно.       — И вы думаете, что я пожертвую собой, своей жизнью ради этой информации? — холодно спросила Кэтрин, пытаясь подчеркнуть абсурдность этой идеи. Но инопланетянин лишь спокойно кивнул.       — Да. Не ради каких-то пустых данных. Ради сведений, которые смогут объяснить вам, как найти Чакотая. Которого вы… не уберегли.       Джейнвэй сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. И это он знал. Этот врач действительно знал очень много информации.       Однако сдаться во власть безумца точно не было вариантом. Хотя женщина и была теперь крайне заинтересована, размышляя о том, что на самом деле мог знать инопланетянин, нужно было искать иной способ. Дипломатия… Как никогда ей нужно было тонкое дипломатическое решение.       — Сделка на ваших условиях мне не выгодна, — Джейнвэй словно невзначай сделала ещё пару шагов к стене, держа фазер наготове. — Как я смогу воспользоваться информацией, если я не смогу уйти? Я вице-адмирал. У меня есть мой экипаж, корабль и миссия. Как бы мне ни было приятно ваше общество, боюсь… Я не смогу остаться.       — Почему-то я уверен, адмирал, что вы измените своё решение, — Ануриэс игриво подмигнул женщине, а затем, глядя ей в глаза, тихо скомандовал. — Киса, фас.       По команде, от стены отделилось странное существо, до этого момента бывшее невидимым, резко принявшее форму змеи и рывком прыгнувшее на женщину, опутывая её. Джейнвэй выстрелила, однако луч прошёл сквозь создание, не нанеся ему никакого вреда, и вскоре, несмотря на её сопротивление, ледяные путы сковали её по рукам и ногам.       — Что это, чёрт возьми, такое?! — прошипела женщина, чувствуя, как ледяные тиски сжимают её шею. Это было слишком резко и неожиданно и выбило её из колеи.       — Аккуратнее, Киса, — мурлыкнул Ануриэс, и существо послушно разжало кольца, давая Джейнвэй чуть больше свободы. — Познакомьтесь, адмирал. Это один из первых моих шедевров. Очень игривое и послушное создание. Вам нравится?       Хватка у «игривого создания» была что надо. Джейнвэй едва ли смогла бы сейчас пошевелить конечностями, настолько плотно её за какие-то пару мгновений опутали длинным холодным телом.       — Как видите, ситуация может резко измениться, адмирал. Вот вы стоите с фазером, такая прекрасная в своём гневе и храбрости… — мужчина поднялся со своего кресла и, достав из стола какой-то свёрток, начал его распутывать, будто не обращая больше внимания на пленницу. — А вот уже вы под моим контролем. И мне ничего не стоит прекратить разговор и начать ставить над вами любые эксперименты. Но я милостив, и я вновь предложу вам сделку. Согласитесь стать моей, и я передам эту информацию вашему экипажу.       Только не это! Ситуация не из лучших. Мысли Джейнвэй роились в голове, и она судорожно пыталась придумать хоть что-то. Однако у неё была только одна надежда, что её рано или поздно должны будут спасти её офицеры. А до этого надо было как-то дожить. Наверное, стоило потянуть время.       — Хорошо, вы правы… — она облизнула пересохшие губы. — Ситуация изменилась. Я действительно теперь не в лучшем положении. Но я хочу гарантий касаемо информации. И отпустите моего старпома!       Сверля своего противника взглядом, женщина, недоумевая, проследила, как инопланетянин достал из свёртка какие-то капли, а затем методично опрокинул их себе в глаза. После этого кожа его стала голубеть, но он с тихим удовлетворённым выдохом посмотрел на неё по-новому.       Кажется, он начал выглядеть ещё более безумно.       — Мне нравится, как вы торгуетесь… Это так смешно, так отчаянно храбро… — мужчина подошёл ближе и провёл длинным пальцем по лицу Джейнвэй, очерчивая её скулу. — Мне плевать на вашего старпома. Но по его поводу у меня был договор. Что же касается гарантий… — палец задержался на подбородке женщины, а после легко коснулся нижней губы, отчего она почувствовала себя крайне неуютно. — Я даю слово, что перешлю информацию на ваш корабль.       — Позвольте мне передать её. Попрощаться с экипажем… Сообщить, что остаюсь с вами по собственному желанию. Иначе они будут искать, — попробовала адмирал последнее, что пришло ей в голову. Возможно, так она смогла бы передать что-нибудь, что помогло бы её команде…       — О, нет… — прошептал Ануриэс, склоняясь к шее женщины и втягивая носом воздух. — Вы придумаете какую-нибудь глупость и мне придётся вас наказать… Я знаю, вы сгораете от желания узнать, что тут случилось. Но не переживайте, Кэтрин. Я расскажу вам всё, что знаю, пока буду ставить над вами эксперименты. Я не хочу, чтобы вы… умерли от любопытства.       Тепло улыбнувшись, он отстранился и в его пальцах блеснул невесть откуда взявшийся длинный скальпель, больше похожий на ритуальный нож.       — Пожалуй, не будем терять время. Киса, покажи зубки.       Слушаясь хозяина, существо вонзило клыки в шею женщины, сердито зашипев. Джейнвэй почувствовала, как неприятное жжение расходится по телу ощущением холода. Ее руки и ноги медленно немели, будто больше ей не принадлежали.       — Уникальный экспонат. Я создал его, модифицировав молодую особь Меняющегося. Ребёнок совсем ничего не знал и не понимал, насколько велик его потенциал. Пытался обращаться в двуногих гуманоидов, повторять их повадки. Но я дал ему особую власть. Немного генетического вмешательства и, с моей помощью, он научился создавать уникальные яды в любом облике, который захочет принять. Киса — мое лучшее оружие. И знаете, что интересно? Антидоты существуют только у меня… Но это всё абсолютно неважно. Главное, что вы должны знать, адмирал, — это своего рода анестезия.       Видя, как Джейнвэй пошатнулась и начала падать, не чувствуя конечностей, мужчина легко подхватил её, сгоняя довольное существо. Словно сломанную куклу он положил её на кушетку рядом со своим столом, так осторожно, будто боялся повредить до того, как сделает первый надрез.       — Полагаю, вы сейчас должны испытывать эффект помутнения в глазах и онемения конечностей, — сообщил он, мягко улыбаясь, и провел пальцами по ее предплечью. — Это один из самых неприятных ядов. Если вовремя не получить антидот, вы умрёте через пять часов. Но я могу всё исправить… Вам только нужно попросить.       В голове звенело. Адмирал чувствовала, как веки становятся всё тяжелее. Голос доктора сливался с шумом в голове, и всё же она заставляла себя не терять сознание.       — Мне казалось, вас заинтересовали мои… импланты Борг, — выдавила она из себя.       — Всё верно. Но импланты без носителя мне ни к чему, адмирал. Мне нужны вы… Я хочу своего личного дрона. Вы не представляете, сколько экспериментов мы с вами поставим, — глаза Ануриэс блестели особым безумным блеском, и все же его прикосновения были крайне мягкими, буквально нежными. Его тон опустился до едва различимого шепота, когда он приблизился к женщине и навис над ней. — Вы будете моей маленькой королевой Борг. Возможно, я даже позволю вам создать свой небольшой коллектив. Единственное, чего я хочу — это преданности. И тогда я вознагражу вас такими вещами, о которых вы не могли даже мечтать.       В жизни Кэтрин Джейнвэй было немало сложных и страшных ситуаций. За время путешествия «Вояджер» успел пройти через очень многое. И Джейнвэй помнила достаточно случаев, когда её жизнь буквально висела на волоске. Однако почти всегда речь шла об угрозе кораблю, и Джейнвэй, преодолевая любые сложности, находила решение. Сейчас был тот самый редкий случай, когда спасать нужно было её саму. Впрочем…       — Информация, доктор, — прошептала она, борясь со слабостью. — Расскажите про «Протозвезду»…       Её ответ, казалось, удовлетворил врача. Возможно, он решил, что лучшего согласия от неё он не добьётся. Склонившись над женщиной, он ловко расстегнул форменный верх.       — Любопытно. Насколько же вы преданы, адмирал. Интересно, я смог бы найти в вас ген, который за это отвечает? — облизнув губы, он приблизился к уху женщины. — Начну, пожалуй, с того, как где-то около двадцати лет назад я прибыл на соседний планетоид в поисках работы. Молодой перспективный учёный… Я сбежал из своей родной колонии, где все были зашорены своими глупыми принципами. Я хотел двигать науку… И я нашёл возможность в небольшой лаборатории, где собрались учёные-генетики.       В голове шумело, словно вся кровь организма теперь доставлялась по сосудам древними паровозами. Лицо доктора расплывалось перед глазами, и, кажется, женщину начинало мутить. Его долгая лекция казалась страшно далёкой от темы, но она боялась его остановить, и потому старалась ловить каждое его слово.       Проведя скальпелем по майке, доктор с любопытством, разведя ткань, начал рассматривать грудь женщины, будто вычисляя, где могли притаиться импланты. Деловито пробежавшись пальцами по рёбрам, он продолжил.       — Это не был особо популярный для торговли район. Незнакомые судна посещали эту туманность, но не настолько, чтобы это стало для нас привычной рутиной. Так что мы очень хорошо запомнили день, когда открылась аномалия, и через неё в наше пространство на невероятной скорости проскользнул корабль и направился к Тарс Ламоре. Многие тогда попытались его найти, однако на этом планетоиде весьма несложно затеряться. Причём у многих сложилось впечатление, что этот корабль хорошо спрятали. Так что вскоре всем это наскучило.       Неизвестный корабль. «Протозвезда»? Джейнвэй нахмурилась. Мысли путались, но она старательно пыталась удержать нить разговора.       — А потом, примерно через год, появился этот странный тип. Он называл себя громким именем, присвоил планетоид себе и начал строить шахты по добыче кристаллов. На тот момент эти кристаллы казались дешёвкой, но видимо в этом человеке был нюх выгоды — он заработал достаточно на этом бизнесе, чтобы вскоре начать закупать рабов…       Работорговля. Отвратительно. В Федерации к такому давно относились сугубо негативно, однако к сожалению не во всей галактике избавились от подобного неуважительного отношения к чужим жизням.       Доктор надел длинные тонкие перчатки, а затем провёл скальпелем по коже женщины и осторожно просунул пальцы внутрь, аккуратно раздвинув края надреза. Джейнвэй наблюдала за этим с отстранённостью — яд метаморфной гадюки действовал, и она не ощущала боли, лишь отголоски неприятного копошения среди органов.       — Так на Тарс Ламоре появилась тюрьма. И она находилась там, пока пару месяцев назад мы снова не заметили тот почти мифический корабль. Мы все предположили, что он вновь затеряется на долгие годы. Пока он не вернулся, ненадолго приземлился, а затем разбомбил всё на планетоиде. Уже теперь-то казалось, кораблю незачем было возвращаться. Но это снова произошло. Никто так и не понял цели этого последнего визита… Кажется, была какая-то перестрелка… Однако больше мы их не видели.       Пусть боли и не было, но ощущение, что вместе с обильным кровотечением Джейнвэй теряет сознание, пришло быстро. Она не знала, что именно сделал Ануриэс, что именно он пытался найти среди ее внутренностей, но ей стало ужасно трудно дышать. Вместе с ядом это подтолкнуло её к краю: в ушах шумело, перед глазами разлился алый свет. Издалека, словно через воду, она услышала, как инопланетянин сказал:       — Любопытно… Неужели всё, до последнего импланта?..       А потом её резко ударили по лицу.       — Разве я разрешал засыпать? Невежливо отключаться посреди разговора... — Ануриэс ввёл в её тело какую-то жидкость. А затем вновь уставился на неё своими безумными глазами.       Ослабленная, Кэтрин словно загипнотизированная разбитая кукла лежала перед ним. Вероятно, в её венах теперь бежала дикая смесь, потому что при всей слабости что-то теперь улерживало её в сознании.       — Что же, ваш ЭМГ действительно постарался. Однако... Я вижу, что рядом с гиппокампом осталось небольшое образование, которое было им оставлено, чтобы не пострадала ваша память, но приведено в спящее состояние. Посмотрим, что будет, если его активировать?       Он отошёл к шкафу с инструментами, задумчиво разглядывая свой арсенал. Казалось, что этот сумасшедший прямо сейчас чрезвычайно веселился — слишком уж довольным было его лицо, когда он вернулся обратно.       — У меня никогда не было возможности проверить, но я слышал, что определённые виды излучений могут оказывать любопытный эффект на импланты Борг. Есть наиболее грубые частоты, на которых работают приводные маяки, передавая сигнал прямо в кортикальный узел. Но есть и более гениальная возможность. Мой дорогой капитан, вы знали, что точечное воздействие тета-излучения... — он поднёс к голове женщины какое-то странное устройство, по виду напоминавшее смесь фонарика с трикодером. — ...может благоприятно влиять на деятельность мозга юнита. В том числе — регенерацию.              Ей было плохо. До неё почти не доходил смысл слов мучителя, и его длинные, полные самолюбования речи только утяжеляли её веки. Какой бы там не ожидался эффект, она одновременно чувствовала ужасающую усталость, и при этом всё нарастающее сердцебиение, отчего ей казалось, что она прямо сейчас побежит куда-то сломя голову, засыпая в процессе.       Кэтрин не сразу почувствовала, как её заледеневшие от яда конечности начинают стремительно согреваться, а глубокая рана на груди — затягиваться. Ануриэс с упоением наблюдал за процессом, едва не заурчав, когда заметил появляющиеся на теле женщины импланты Борг.       — Вы действительно думали, что я не заполучу желаемое, моя королева? — он с нежностью провел длинным пальцем по вылезшей на запястье металлической розочке, наблюдая как по телу его жертвы стремительно расходится сеть имплантов. — Вы моя... И я буду создавать в вас импланты снова и снова. Разве не прелесть?       Кажется, при всей безумной гениальности экспериментатора, он не смог учесть, насколько быстро активированные нанозонды адаптируются к яду. Поэтому, когда Ануриэс вновь позвал свою Кису, Джейнвэй почувствовала в себе небывалые силы. Она не знала, как долго сможет контролировать себя как личность, и не появится ли у неё в голове связующий узел Борг, испускающий частоты приводного маяка. Поэтому она вложила все силы в то, чтобы резко скинуть с себя метаморфа, обхватив рукой шею склонившегося над ней врача.       Из его горла раздалось тревожное бульканье. Сопротивление. Бесполезно. Его попытки вырваться из её хватки обречены на провал.       Гуманоид начал терять сознание. Это приемлемо. Оглянуться в поисках опасности.       Метаморф. Изуродованная форма, благодаря генетическим мутациям и длительным экспериментам — умственно-отсталый индивид. Теперь это стало так заметно. Сопротивление бесполезно.       Джейнвэй завалилась на бок, устало прикрывая глаза. Тело потерявшего сознание врача тихо сползло с её кушетки, а Киса испуганно свернулась в клубок рядом, обвивая хозяина. Вероятно, уснуть было глупо. Но более у неё просто не было сил...

***

      — Где адмирал? — скрипя зубами, спросил Тайсесс.       — Полагаю, всё также в кабинете с доктором Ануриэс, — мурлыкнул Тальяс, наблюдая, как медбратья привязывают его врага ремнями к креслу. — Но, честно говоря, мне всё равно. Куда интереснее, получится ли мой небольшой эксперимент.       — Когда это ты успел сделаться учёным? — андорианец напрягся. Тальяс лишь расхохотался, обхватив живот щупальцами.       — О, нет. Я с тобой ничего делать не буду. Мне слишком важен результат. Но Ануриэс обещал в обмен на Джейнвэй, что его мальчики смогут вскрыть твою черепушку и достать необходимые энграммы памяти…       «В обмен на Джейнвэй…» — ударило набатом в голове Тайсесса. Ловушка. Его опять обвели вокруг… Щупальца.       — Ты с самого начала врал. Тебе не нужен был этот треклятый артефакт?       — Ну почему же. Артефакт мне нужен, и я его обязательно получу… В обмен на старпома «Даунтлесса». Этот корабль не может потерять сразу и адмирала, и коммандера.       Тальяс похлопал одного из медбратьев по плечу, обращая на себя его внимание.       — Уважаемый, вы готовы к операции?       — Лучше не мешайтесь, — недовольно огрызнулся в ответ тот. Но надел на голову пациента небольшое устройство с огромным количеством электродов и подошёл к панели компьютера.       Второй медбрат также не отличался дружелюбием и разговорчивостью, занимаясь делом. И пока Тайсесс пытался незаметно вытащить руки из ремней на подлокотниках, Тальяс от скуки продолжил болтать, оперевшись на какой-то агрегат и задумчиво почёсывая подбородок щупальцем.       — Знаешь, коммандер, а ведь всё могло бы случиться совершенно по-другому, не предай ты нас. Этот корабль, этот адмирал… Видимо, ты так и не понял, что могло бы дать тебе сотрудничество с нами. Какую власть, какую увлекательную жизнь… Эта ваша Федерация крайне скучна. Я удивлён, что ты ей в итоге так предан.       — У вас организация мошенников и лгунов. Я жалею только о том, что снова оказался в ловушке, — разозлился андорианец, и его антенны невольно задёргались на голове, сбивая устройство.       — Эй ты! — немедленно отреагировал врач. — Прекращай сейчас же, паршивец!       А вот это было интересно. Тайсессу было исключительно плевать, что именно желал от него заполучить щупальцеобразный инопланетянин. Но в любом случае то, что могло бы им помешать, пригодилось.       — Подключение к базам памяти… — начал бурчать под нос медбрат, очевидно, вымуштрованный комментировать свои действия. — Что это за раса? Программа сбоит. Я не могу соотнести энграммы памяти с временным интервалом.       А вот это была приятная неожиданность. Что же, возможно в этой чудо-лаборатории не были знакомы со всеми подряд представителями рас.       — В смысле, не можете?! — напрягся Тальяс. — Что мешает?!       — Нетипичное для нас строение мозга. Невозможно сказать точно, что не так, так как я даже не понимаю, какой отдел за что отвечает.       — Но что-то вы же можете сделать?!       Хмыкнув, медбрат начал рыться в данных, лениво пощелкивая пальцами по панели. Видимо, поиск доступной функции занял время, потому что молчание продолжалось достаточно долго. Тайсесс начал уже было надеяться, что его физиология его полностью спасет от любого вида взаимодействия с его мозгом, когда наконец медбрат огласил результаты.       — Я могу подключиться к его текущим мыслеобразам, обработав их визуализатором, — парень постучал ногтями по панели с экраном. Тальяс осклабился.       — О, прекрасно. Этого будет достаточно. Ну что, Шрюс, будешь хорошим мальчиком? Подумай о «Даунтлессе», своих кодах и всём связанном с кораблём для начала.       Нет, он не собирался помогать. Ни в коем случае. Думать о чём-то? Что же, ему нужна была достаточно устойчивая мысль, на которой он мог сконцентрироваться.       Тихий рокот двигателя ледокола, когда они подплывают с женой к их новому дому на Андории. Они мечтали об этом очень давно, и наконец это небольшое здание с невысокими башенками на берегу реки принадлежит им. Голубая крыша так красиво играет в свете серого неба…       — Что это такое?! — возмущенно заявил Тальяс, когда на экране отобразилось непонятное изображение. — Здание какое-то… Сигнал не верен?       — Не думаю, — медик пробежался глазами по данным и кивнул напарнику, чтобы тот поправил шапочку на голове их пациента. — Скорее, твой друг думает о чём-то ином.       — Делаю всё, что могу, — равнодушно отозвался Тайсесс.       — Это будет наше убежище, — Джини с улыбкой осмотрела здание. — Недалеко до парковки. Отличная оранжерея… Ты проверил отопление?       — Нет, я заставлю тебя сажать твои фиалки прямо в лёд, — закатил глаза Шрюс, качая головой.       — С начальницей своей будешь так говорить, — незамедлительно ощерилась та. — А я твоя жен, относись к этому с почтением!       — Конечно, я всё проверил, дорогая…       Резкий хлопок по столу отвлёк Тайссеса от воспоминаний. Которые, почему-то, сейчас не казались ему столь счастливыми, как он думал раньше.       — Не о том думаешь, идиот! Меня не интересует вся эта глупейшая драма!       Кажется, разозлённый Тальяс начал что-то болтать, однако Тайсессу было не интересно. Не собираясь давать ничего, что могло бы быть полезным, он лишь сильнее погрузился в воспоминания. Хм… Раньше ему казалось, что этот день был одним из самых счастливых. Жен приготовила праздничный ужин, они пригласили друзей, которые вскоре могли бы присоединиться к их союзу в традиционном браке на четверых.       — Как твоя работа в Академии, Джини? — спросила Лаан, поигрывая длинными волосами и явно заигрывая с Тайсессом.       — Мои работы недавно хотел купить влиятельный коллекционер, — ответила его жен, придвигаясь к другу, якобы, чтобы передать бутылку воды. — Это может принести хорошую прибыль.       — Уверен, твои работы великолепны, и он оценит их по достоинству, — Шавар, оценив жест, по-хозяйски положил руку на талию жен.       Глядя на это, Шрюс понял, что ему всё это совершенно не нравится. Ему было неприятно видеть чужие руки, ласкающие его жен. И подмигивание шен Лаан ему хотелось прекратить немедленно. Он обещал. Держаться…       — Так когда назначим свадьбу? — спросил Шавар. Похотливый тян. Шрюс поджал губы, наблюдая, как его друг поглаживает бок его жен. — Нам с Лаан не терпится разделить с вами союз, — и Лаан, будто в подтверждение слов, поняв, что Шрюс не обращает на неё никакого внимания, также придвинулась к Джини.       — Ну, теперь, когда у нас появился большой дом, думаю, Шрюс, как таан, займётся организацией, — улыбнулась жен, положив руку на колено Лаан.       Раздражённый, Шрюс резко вскочил из-за стола, тяжело дыша. Едва выдавив извинения, он пошёл «подышать воздухом» в оранжерею.       Тальяс со всей силы ударил его по лицу. Боль отвлекла, но только разожгла груди ярость.       — Думай о кодах, тупица! — заорала ему в лицо спрутианец. — Чёрт возьми, последнее, что мне было интересно, что у вашей расы четыре пола!       Слова инопланетянина пролетали мимо. Тайсесс сжал зубы. Хотел вспомнить что-нибудь приятное, конечно. А ведь он действительно думал, что хуже стало после свадьбы. Так почему сейчас воспоминания его так раздражали?       — Что происходит, Шрюс?! Мы же всё уже обсуждали!       Джини нашла его, когда он не вернулся через десять минут.       — Они мне не нравятся. Не подходят.       — Тебе никто не подходит! Никогда! — уже вовсю распалялась жен. — Они тян и шен, что может быть лучше?! И кроме того, они мои друзья! Я думала, что и твои тоже!       — Я не могу видеть, как они с тобой… — Шрюс в ярости ударил кулаком по стене. Стекла в оранжерее зазвенели от его силы.       — Если для тебя это ненормально, то с тобой что-то не так! Брак на четверых — это основа нашей культуры! Как ты можешь вообще так говорить?!       — Мне неприятна эта её часть.       — Я знаю, это всё твои розовокожие! — Джини сложила руки на груди, с сарказмом ухмыляясь. — Флот испортил тебя, Шрюс. Почему культурные ценности этих землян для тебя важнее, чем родные? Как они там тебя называют? Мужчина? Они даже не могут понять различия между нашими таан и тян! Ты хочешь быть куцим землянским мужчиной, как они? Хорошо! Но тогда мы расстаёмся. Я не хочу быть куцей «женщиной». Я жен, я нуждаюсь в трёх супругах. Трёх, а не в одном!       Она выскочила из оранжереи, и Шрюс в ярости снова ударил кулаком по стене. Ему придётся остыть и согласиться. В конце концов, он часто пропадает на работе. Так Джини всегда было бы одиноко. А он… Он потерпит. Ведь так и должны поступать таан, верно?..

***

      — Наустанавливали систем, а дешёвой рабочей силы не завезли. А мы теперь тут бегай…       — Может глюк это? Ну не могла взрослая особь никуда тут деться.       — А может быть… Честно говоря, мне всё равно. Я хочу поскорее вернуться к наблюдению, как щупальцевый пытает того, с антеннами. Я готов поспорить, что у щупальцевого так ничего и не выйдет.              Карт сидела едва дыша, слушая, как по помещению проходится небольшой отряд охраны. Впрочем, чем больше она прислушивалась, тем больше понимала, что это, вероятно, всё же были просто врачи. Больно недовольно они бурчали, что из-за никчёмности охранников, теперь внутренний периметр должны были защищать они сами.       В конце концов, не обнаружив виновницу тревоги, они ушли, так и не додумавшись заглянуть в сейфы. Карт не верила своему счастью.       Аккуратно выбравшись из своего укрытия, она доползла до генератора. Прислушавшись и не обнаружив посторонних звуков, она включила коммуникатор.       — «Даунтлесс»… Это Карт.       — Вы в порядке, энсин? Вы не выходили на связь… — голос Ворика был достаточно обеспокоенным. — …почти час.       — Боюсь, меня зажали в угол. Но мне удалось скрыться. Я вновь у генератора. Спешите. Боюсь, следующего шанса не будет.       — Принято.       Десять минут. Десять минут, чтобы корабль долетел до орбиты. Она почти видела, как Ворик раздаёт указания. Они укрепляют защитные поля. Врубают импульсный двигатель… Она засекла время на трикодере, покусывая губу.       Что за этот час успело произойти с капитаном? Что с коммандером? А как лейтенант Ног? Сильно ли она всех подвела, или сейчас транспортация будет вовремя?       Ох, как же она надеялась на последнее…       Одновременно с писком трикодера она начала взлом генератора. Ничего сложного. Простая система для такой станции.       Где-то сработала сигнализация. Снова. Однако поле упало — теперь она была в этом уверена. Оставалось ждать транспортации.       Будто ещё мучительнее. Секунды тянулись ужасно долго. Карт думала о том, чтобы спрятаться обратно, но это было плохим вариантом. Тогда пришедшие враги могли попытаться восстановить защитное поле. Поэтому, вооружившись фазером, она заняла позицию, чтобы видеть одновременно оба выхода из помещения.       Минута. Две…       — Вот она! — когда в дверь вбежал один из приходивших уже сюда докторов, Карт автоматически активировала фазер. Кажется, его товарищам придётся лечить ожог от режима оглушения.       — Отойди от генератора! Дай восстановить и ты не пострадаешь! — потребовал другой медик, которого не было видно из-за дверей.       — Мне жаль, — отозвалась девушка.       Тогда комнату начали заполнять с двух сторон врачи, одновременно стреляя из чего-то энергетического. Уворачиваться было сложно, девушка яростно вспоминала все уроки лейтенанта Нога. Однако их было слишком много — откуда только вылезли?       Но она не успела прийти в отчаяние. Транспортерный луч опутал её, вырывая из кольца врагов. Последнее, что успела подумать Карт, была необходимость сделать подарок Адами, дежурившей сегодня в транспортерной.

***

Журнал главного инженера.

Звёздная дата 61210.3.

      День выдался непростым. В отсутствие адмирала Джейнвэй и коммандера Тайсесса задача руководить «Даунтлессом» была передана мне, лейтенанту Ворику. В данный момент адмирал проходит осмотр у доктора Ноума. После всего, что успел сделать с ней безумный учёный, ей понадобится время, чтобы полностью восстановиться. К счастью, появившиеся нанозонды почти полностью устранили всю смесь веществ, оказавшуюся в телефоне адмирала. Мы успели вытащить адмирала прежде, чем тяга к коллективному разуму начала преобладать над усталостью. Доктор Ноум блестяще справился с задачей по устранению последствий игр с нанозондами Борг, и, кажется, экипаж уже принимает ставки, через сколько часов адмирал сбежит из лазарета.       Чуть сложнее и при этом проще оказалось с коммандером Тайсессом. Физические увечья, нанесённые спрутианцем, были залечены в кратчайшие сроки, куда страннее задумчивость коммандера, явно связанная с психологической составляющей. С точки зрения вулканцев нелогично столь явно выказывать свою озабоченность. Однако логично предположить, что когда адмирал сбежит из-под наблюдения доктора, Ноум с радостью займётся изучением причин такого поведения андорианца.       Группа высадки вернулась назад с важными данными. Благодаря сохранившимся обрывкам сканирования, появилась информация, что корабли, атаковавшие шаттл, принадлежали пиратам, работавшим на лабораторию доктора Ануриэс. Это мы выяснили, когда после освобождения адмирала доктор незамедлительно послал к нам несколько кораблей. Он не учёл, что «Даунтлесс» превосходит огневой мощью типовой шаттл.       Произошедшая экологическая катастрофа, замеченная ранее, не принесла никаких новых данных. Однако есть предположение, что она служит приманкой для исследовательных суден в этом регионе. Что бы лейтенант Ног не имел под этим в виду.       Экипаж сегодня поработал неплохо. Продуктивность их, по моему мнению, не превышает среднюю продуктивность экипажа «Вояджера», однако точно к ней стремится. Впрочем, остаётся надеяться, что завтра хоть кто-нибудь выйдет на свою смену.       Что же касается Тарс Ламоры, лейтенант Торун сообщила о признаках жизни, которые то появлялись, то гасли во время их пребывания на планетоиде. Она предположила, что возможно источник располагается на другой стороне, и собирается возглавить новую группу высадки.       В любом случае, моё дежурство на мостике кончается через пятнадцать минут. Мне надо проверить инженерный. И поздравить энсина Сару с её блестяще быстрой реакцией сегодня при ускоренной транспортации с планеты. У девушки большие успехи. Возможно, у неё получится совершить чудо, пробиться сквозь помехи Тарс Ламоры и переместить новую группу высадки?..

***

      — Адмирал, на правах главного врача, я запрещаю…       — Доктор Ноум, на правах главного врача вы можете остаться в медотсеке, — спокойно отозвалась Джейнвэй, натягивая скафандр.       Разумеется, врач был против. Только едва восстановившись, женщина всё ещё была достаточно слаба. Судя по описанию лейтенанта Торун, Тарс Ламора была крайне недружелюбным местом.       Однако Джейнвэй не могла просто остаться на корабле.       Если Ануриэс ей не соврал, «Протозвезда» провела здесь достаточно времени. Конечно, она не верила в двадцать лет. Однако у его расы могло быть своё времяисчисление, отличающееся от принятых Федерацией Звёздных дат.       Мог ли Чакотай по какой-то причине остаться? Иначе откуда тут слабый жизненный сигнал? Или это ловушка? Ох, слишком много вопросов. Женщина боролась с беспокойством как могла. И всё же… Она возглавляла группу высадки.       Она. Недовольно глядящий на неё доктор Ноум, выигрыша в споре ради также собравшийся на планетоид. Тайсесс, какой-то особо задумчивый и тихий. И энсин Асенсия, попросившаяся «ради опыта».       — Запускайте, энсин Сара, — скомандовала Джейнвэй, и девушка, кивнув, отправила их на планетоид, запустив транспортер. В следующий миг они уже оказались на мрачном, заваленном странными устройствами и механизмами месте, оглядываясь по сторонам.       Лейтенант Торун не обманула. Место крайне неприятное.       — Что здесь могла делать «Протозвезда»? — пробормотала Джейнвэй, вспоминая слова Ануриэса. Даже если не двадцать лет. Зачем вообще было связываться с тем… как кстати назвали рабовладельца?       — Считываю форму жизни, — заявил Ноум, шагая рядом и глядя на показания трикодера. — Сигнал очень слабый.       — Вот почему мы не засекли его сверху, — вклинилась Асенсия.       Джейнвэй нахмурилась. Нет, ну не мог же корабль оставить тут раненого капитана, верно? Не мог же?       — Чакотай… — тихо сказала она, глазами оббегая скалы.       — Гравитация неравномерная. Здесь шёл бой, — послышался несколько отстранённый голос Тайсесса.       Что ж, судя по количеству парящего в этом месте мусора, сломанных деталей и прочего, старпом был прав. Идя в сторону слабого жизненного сигнала, обнаруженного Ноумом, Джейнвэй вдруг заметила на земле знакомый отблеск. Присев рядом, она подняла знакомые осколки.       Коммуникатор «Протозвезды».       Нет. Нет. Нет! Чакотай не мог оказаться тут, брошенным в одиночестве своим экипажем. Голографическая Джейнвэй… Нашла бы способ его спасти. Но кто тогда? Почему тут чёрт возьми мог оказаться умирающим кто-то с «Протозвезды»?!       — Адмирал?       Упоминание звания пробудило её от мыслей. Встав и проследив за взглядами остальных, она заметила, как в невесомости, среди обломков мусора летает незнакомый мужчина необычного вида. Бледно-голубая кожа с сильно выпирающими костями и любопытными узорами, волосяной покров, сплетённый в странноватые косички. И, что занимательно, закрытый костюм с яркой жидкостью в широких трубках. Да, кажется, этот инопланетянин сейчас был не в лучшей форме.       — Кажется, он в каком-то анабиозе… — заметил врач, сверяясь с показаниями.       — Кто это? — удивлённо спросила Асенсия, глядя на чужака во все глаза.       — Кем бы он ни был… — Джейнвэй задумчиво осмотрела незнакомца, делая сигнал остальным спускать его вниз. — Он жив. И, надеюсь, знает ответы.