И целого мира мало...

Часы сменялись днями, дни — неделями, каждый за этот сентябрь что-то да потерял, а что-то приобрёл. Джинену упал груз власти семьи Пак, он старался играть сына, который скорбит об отце, но в душе очень радовался, что теперь свободный от него. Хенджун полностью погрузился в учебу и спорт, ему предстояли соревнования на уровне страны, а затем, если выиграет, Азии. Омега все искал встречи с альфой, но тот избегал всеми возможными способами, даже нарочно для прессы засветился с омегой, чтобы младший отстал, но Хенджуну было все равно он-то знал истинные чувства Джинена. Феликса перевели в школу Хенджуна и он быстро влился в коллектив, омега оказался очень даже умным, попал в математический класс, где нашел друзей. Омега часто захаживал к Юнги, ведь альфа после прощальной ночи с Хосоком совсем повяз в работе. После убийства Пак Джинена-старшего Хосок пришел к Юнги и остаточно попрощался с ним, говоря, что может и не вернуться. Как бы там не было, но Хосоку нравился Юнги, пусть Чимин и покорил его разум и сердце. Как говориться, что может быть круче прощального секса? Вот и Юнги не знает, сейчас альфа понимает, что сам и похоронил отношения с Хосоком. Ведь альфа всегда ценил своего друга Намджуна и никогда не позарился на его, но Юнги этого не понимал, пока не потерял. На плечи Сокджина пока легло управления омегами, которые поддерживали революцию. Конечно, в омеги больше опыта в таких делах, чем в Чимина. Остальные омеги отнеслись с пониманием, и часто спрашивали о состоянии Чимина, но то, что задумал Джин поразило всех. Омега, предложил атаковать музей, посвященный альфам, тем самым подрывая их авторитет. Некоторые сказали, что Сокджин глуп, но большинство согласилось с его предложением. Ведь конфликт на севере все разгорался и внимание все там, а это значит, омеги могут действовать так, как им хотелось. Чимин, услышав эту идею от друга, долго того уговаривал не рубить с плеча, но Джин стоял на своем. Сходив все же к врачу, тот подтвердил страхи омеги, но он так и не решился сделать аборт, ведь это был ребенок Тэхена. Чонгук же с Тэхеном не прекращали рушить север, взрыв за взрывом привлекал внимания многих СМИ, а также Намджуна и Хосока. Альфы уже виделись с Хосоком и обе стороны потеряли людей, сейчас же все пока что утихло в ожидании большего. Для Чимина две недели в больнице превратились в долгие три, его уже не так часто проведывал брат или Хенджун, он все понимал. Ведь жизнь не стоит на месте и рядом с ним постоянно кого-то да не будет. Наперекор своему мышлению Чимин помог с планом Джину, хотя заверил его, что будет провал, но тот не слушал. Омега все чаще возвращался к блокноту и рисованию, Чонгука он рисовал все меньше и меньше, портреты сменились на серые города, которые поселились в сердце Чимина. Он еще не знает, что Намджун обнаружил старый обгорелый блокнот с портретами Чонгука в его вещах. — Итак, — альфа-врач улыбнулся. — Твое лечение завершено, ты можешь возвращаться домой. — Хорошо, — покорно согласился Чимин. Сегодня 3 октября и омега наконец-то покидает эту ненавистную больницу. — Я могу идти? — Да, твой муж ждет тебя внизу. — Намджун? — удивился омега. — Он самый, не часто увидишь, что альфа так заботлив со своей омегой. — И не говорите… — Чимин взял пакет с вещами и направился вниз, ему больница стала, как родная, но теперь нужно возвращаться туда, куда он хотел в последнюю очередь. Он так и не попрощался с Хосоком, не сказал слов благодарности, поведение альфы для него стало загадкой. Он знал, что они с Юнги расстались, но причину так и не понял. Выйдя с больницы, омега встретился с глазами альфы, он был спокоен и сосредоточен. — Добрый день… — Чимин не знал, как ему быть с ним. — Давай пакет, — альфа любезно забрал пакет и поставил его на задние сидения. — Как самочувствие? — Хорошо, — омега послушно сел на переднее сидение и пристегнулся. Намджун показался ему подозрительно милым, было ощущение, что тому промыли мозги. — Врач сказал о твоей приближающей течки, — заговорил альфа, закуривая. Чимин лишь молча кивнул. — У тебя были альфы до этого? — С чего это? — омега округлил глаза на максимум и уже совсем потерялся из-за этого альфы. — Просто интересно, я как ни как твой муж. — Лишь формальность, — заметил Чимин. — Вы просто хотите, чтобы я стал Вашим инкубатором? — Зачем ты так? Мы бы могли поладить. — Это вряд ли, Вы в нашу первую брачную ночь предпочли омегу-шлюху, нежели меня. — Здесь мой косяк, — Намджун въехал во двор. — Но мы можем начать все с начала. — Где подвох? — но альфа не ответил, а лишь вошел в дом, Чимин последовал его примеру. — Я надеюсь, что у нас не будет больше секретов, — альфа протянул небольшую коробку. — В честь выписки. — Чимин с подозрением, но взял ее, альфа наблюдал за каждым мускулом на лице омеги, когда тот увидел свой блокнот. — Я немного пересмотрел твои вещи, и увидел, что Чон Чонгук тебе дорог. — Это в прошлом, — омега не поднимал взгляд. — Я не спал с ним… — Надеюсь на это, — Намджун сменил куртки. — И да, — он поднял подбородок омеги и посмотрел тому в глаза. — Если хоть кто-то из твоих шавок омег пискнет, я засажу и убью их всех. Понял?! — омега лишь кивнул. — Молодец, — альфа поцеловал в губы омегу. — До вечера. — Сука… — Чимин вытер рукавом губы. — Сокджин, — омега перевел взгляд на часы, которые показывали 12:05. — Уже поздно, — он открыл двери, но там стояла охрана, которая сказала, что у них приказ не выпускать его из дома.

***

Чонгук забывается в агонии рядом с этим ненасытным омегой. Бэкхен и в правду покорил его сердце, каждый толчок в омеге приносит ему не просто наслаждения, он чувствует, что нужен кому-то не из-за того, что он Чон Чонгук, а лишь потому что омега любит его. Он долго добивался внимания, после того поцелуя, уж слишком Бэкхен был отстраненным, но лед тронулся и Чонгук, недолго думая, все чаще проводил с ним время. Теперь по дому ходил с недовольной миной Тэхен, которому омега вовсе не нравился и выглядел очень подозрительно. Чонгук смеялся с друга, говоря, что у того просто давно не было секса. И вот обоих накрывает очередной оргазм, Чонгук никогда не кончает в омегу и не позволяет произойти сцепки, слишком вольный альфа. Но сейчас, в такие моменты он готов пометить омегу. — Ты прекрасен, — Чонгук наблюдает, как Бэкхен встает с кровати и наливает воду в стакан, тонкое тело омеги привлекает его, альфа готов поклясться, что не один из омег, что у него были, не доставляли такого эстетического удовольствия. — Ты говоришь это каждый день, — улыбается омега. — Тэхен опять недовольный. — Это нормально, — Чонгук не любит, когда Бэкхен что-то говорит о его близком человеке. — Он моя семья и тебе придётся смирится с этим. — Мне? Не ему? — омега явно удивлен. — Я его знаю всю жизнь, и именно он прикроет мне спину во время боя, а не ты. — Прости… — омега делает щенячье глаза и целует альфу. Он опускает взгляд на грудь, где красуется шрам и на поджелудочную. — Твое тело целое искусство, — он проводит по рельефному животу, а затем останавливается на шраме. — Поговаривают, что этот твой любимый, — Чонгук улыбается. — это правда? — Ревнуешь? — Кто тот омега, Тэхен не раз говорил, что я всего лишь на время… — Не забивай голову глупыми мыслями. — Ты любишь его? — Возможно. — настроение Чонгука упало ниже плинтуса и альфа начинает одеваться. — Он мой истинный омега, но он женат, на ком не знаю. — Я его замена? — Какая тебе разница? — в двери появился Тэхен, который смотрит на друга. — В час встреча с Хосоком, собирайся. — Разве сегодня? — альфа напротив кивнул. — Дай мне пять минут. — Тэхен победно улыбается и исчезает в двери. — Иди к себе. — Гук… — Домой! — альфа явно недоволен. — Как скажешь! — буркает под нос омега и исчезает за дверью в охапку с вещами.

***

Сокджин вместе с ребятами стоял на экскурсии в музеи альф. Ему было немного смешно, насколько те любили себя выхвалять. Небольшая кучка омег не вызвала никаких вопросов, но кто знал, что они задумали. Джин смотрит на своих людей и кивает им, по завершению экскурсии будет большой бум, как раз людей почти не будет в здании. Любовь к пиротехнике у него появилась благодаря Чонгуку, и теперь он пользуется ею по полной. Омеги победно выходят из здания, Джин нажал на пусковой крючок, осталось считанные секунды, но на выходе стоят десять полицейских машин, а за спинной слышится грохот, омеги падают на землю, полицейские прикрывают уши, а здание рушится. — Нас кто-то сдал! — кричит один из омег. — Блять… — Сокджин смотрит прямо в глаза Намджуна, которые ликуют от запаха победы. Альфа приближается к омеге, которого ведут в наручниках к машине. — Как ты узнал? — Ну Чимин мой омега. — Он бы не предал нас! — огрызнулся Джин. — Он — нет, а я установил прослушку в его палате, — альфа был явно горд собой. — Вот незадача. — Где Чимин?! — Там, где и должен быть мой муж — дома, а ты, как их глава — сядешь в тюрьму. — Козел! Джинен… — Занят, разгребая дела отца, поверь там много работы и до тебя ему не будет дела. — Псих! — Уводите его.

***

— Мистер Пак! — в кабинет альфы вбежал бета. — Что такое? — альфа явно зол от происходящего, у него уже голова болит от документации, а его еще и отвлекают. — Главу революционных омег поймали. — Как? — Джинен встал. — Чимин? — бета отрицательно крутит головой. — Ким Сокджин… — Блять… свободен. — Джинен набирает номер, но абонент не отвечает. Сбрасывает и набирает другой номер, тот, что точно ответит. — Хенджун, это Джинен, есть минутка? — омега, который только что был на уроке, мигом убежал с него, когда увидел звонящего. — Для тебя хоть весь день. — омега сидит в туалете, а на лице дурацкая улыбка. — Сможешь мне организовать встречу со своим братом? — Могу, но какая цена? — Хенджун… — Одно свидание — равноценно одной встречи с Юнги, я ведь прав? — Хорошо… — Джинен опять ведётся на требования омеги. — Твоя взяла, малыш. — Заедешь в пять к моей школе. — Как скажешь. — омега сбрасывает вызов и чуть ли не пищит от радости, — Нужно рассказать Феликсу.

***

Чонгук с Тэхеном и еще двумя машинами стоят в центре Пхеньяна, Хосок опаздывает, точнее, так думают альфы, сам же Хосок, как всегда на расслабоне приезжает чуть позже. — Ты опоздал, — подмечает Тэхен. — И тебе доброго дня, — Хосок закуривает. — Это вы слишком рано, верно, Гук? — глаза альф встречаются. — Чего тебе? — А вам? Ты уничтожаешь север, Чонгук, мы здесь родились, ты… — Не заговаривай мне зубы, — Чонгук на пределе, глаза наливаются кровью, желая ее пролить. — Знаешь, мне вот все было интересно, что так ценит в тебе Чимин? — Чонгук сделал шаг вперед. — Ты ведь стрелял в него, а он продолжает тебя помнить. — Чего ты хочешь, Змей?! — улыбка на лице Хосока не говорила ни о чем хорошем. — Вай, ты первый, кто не побоялся меня так назвать. — Чимин… он… — Муж Намджуна, — Тэхен посмотрел на друга взглядом: «А я говорил». — Неожиданно, правда? — Хосок, ты пришел один, думаешь, мы … — у Тэхена зазвонил телефон. — Да! — сжав кулак он посмотрел на Хосока. — Мы тебя слушаем. — Тэхен? — Чонгук чувствовал напряжения друга. — Звонили… — Ким Сокджина словили за попытку терроризма, неожиданность на неожиданности, правда? — Он же… — мысли в голове Тэхена начали путаться, он был готов ко всему, но не к такой глупости своего омеги. — А теперь представьте, что ваши обе омеги у нас под прицелом. — убедившись, что альфы его слушают, Хосок продолжил. — Я некоторые время буду здесь, вам лучше залечь на дно, если не хотите, чтобы с ними что-то случилось. — А если будет действовать лишь один? — Чонгук смотрел прямо в глаза. — Тогда Чимин пострадает, — спокойно ответил Хосок. — Да будет так, Тэхен отстраняется ото всех дел. — Хосок смотрел прямо в пустые черные глаза и готов хоть сейчас разорвать этого недолугого альфу. Он помнил взгляд Чимина при одном воспоминании о Чонгуке и, услышав это, руки зачесались. Конечно, он откровенно лгал, что Чимину могут причинить вред, ведь тот муж Намджуна и тот дал обещания, но Чонгуку этого не стоило знать. — Еще увидимся, — Хосок садится в машину и дает по газам. — Зачем? — Тэхен смотрит на друга. — Собирай своих людей и езжай по Сокджина. — Гук! — но Чонгук уже шел к своей машине, он сделал выбор и это не омега. — Чонгук! — Тэхен ненавидел себя за это, но за Джина — готов умереть.

***

Не успел Намджун ступить на порог своего дома, как тому прилетел кулак по лицу, второй он успел перехватить и посмотреть в глаза Чимина, наполнены злостью и отчаяниям. Омега ненавидит Намджуна всем сердцем, тот предал его доверие, предав омегу. — Вижу, кто-то новости смотрел, — засмеялся Намджун и завел руку омеге за его голову, прижимая к стене. — Ты тварь! Зачем? — Ну я догадывался, что это ты, когда Хосок над картой задумался, а после больницы я узнал весь его план. — Так пусть вся ответственность будет на мне, а не на них! — Глупый, Пак Чимин, — засмеялся Ким. — Ты мой муж и не мог такого сделать, а твой друг открыто тобой пользовался. — Не смей, — Чимин попытался вырваться, но все тщетно, замахнувшись второй рукой, он получил удар в живот. — Ты мой, Чимин, — Намджун прижимает тело омеги к стене и целует его в шею. — Теперь ни твой брат, ни Хосок, ни кто-то еще не посмеет лезть ко мне. А знаешь почему? — омега отрицательно закачал головой. — Потому что у нас уговор: Хосок — заберет себе север, а Джинен — полностью заберет весь бизнес отца, отказавшись от совладельцев. И все это на мои деньги. — Хосок не оставит меня… — Уже! Глупый, мой друг оставил тебя с тем условием, что я буду заботится о тебе, что я и сделаю, но как именно, это уже мое дело. — Ты больной ублюдок… — Чимин не знал, чего ему ожидать от альфы. — А тебе пора в подвал, тебе понравится, — Намджун потянул за руку за собой омегу и, спустившись вниз, толкнул того в комнату. — Все необходимое есть, вернусь, когда наступит течка, а судя по твоему запаху, она будет завтра. — омега не мог поверь в происходящее, все стало еще хуже, чем было…