Гранж

...есть только вечное “сейчас”.

— Хех, похоже, ему больше не понадобится моя помощь. Посмотрим, что она сможет сделать. В зеркальной комнате двое были без сознания. Оборудование отключили, эффект зеркал исчез. Доктор Райт — гений в своей области, никто, кроме него, не может создать такое. Воздействие на сознание оказалось слишком сильным, если применять это изобретение массово, то оно может превратиться в оружие. — Мне еще нужно поработать над изобретением, это место идеально. Могу ли я взять здание в аренду? — деловито поинтересовался психолог. — Хорошо, но не привлекайте внимания к себе, — спокойно произнес Джоззеф. — Издеваетесь. — Нет. Я пошел, заберите их из комнаты и передайте Жерару, что финансовой поддержки больше не будет, — сказал мужчина и вышел из комнаты. — Какой же Вы жестокий... — усмехнулся доктор. *** Грязный потолок, серые стены, некогда бывшие персиковыми. Лампочка, висящая на проводах, и старые зеленые занавески с цветочками. Да, это ее комната. А за дверью рабочее место и одновременно прихожая. "Так это был сон?.." Постель неожиданно теплая. А ведь Эльзе по утрам всегда холодно, будь то зимой или летом. Так уютно и хочется спать дальше, но рядом слышится чье-то сопение. Посмотрев направо, девушка застыла в шоке. Вчерашний парень был в ее постели! Но они в одежде, и она ничего не помнит, значит, ничего особенного не было. Черт возьми, как можно забыть то, как привела незнакомца домой, да еще и уложила в кровать? Возможно, он помнит. — Вставай, — сказала Скарлет и потрясла парня за плечо. — Хватит спать! — Ну еще минуточку, — пробормотал Жерар. — Дай нормально поспать хоть раз. — Вставай! — крикнула Эльза. Фернандес открыл глаза. Перед ним была его мечта. Самая сокровенная и желанная. Она существует... Столько поисков и неудач, что он уже почти смирился. Он уже не ждал чуда и отчаялся, почти принял свою судьбу. Но все изменилось. В пустой и темный склеп проник рассветный луч и запах цветов. Жерар больше не примет свою судьбу. На миг перед глазами пронеслись все сны и незавершенные портреты. Вот, что он никак не мог поймать. особенный блеск ее карих глаз. Вся эта буря чувств не показалась на лице парня. Он сел на постели и сказал: — Как тебя зовут? — В такой ситуации не имя спрашивают, — раздраженно ответила художница. — А вообще, Эльза. Кстати, я нашла записку. Похоже, это тебе. Когда она протягивала клочок бумаги, их кончики пальцев соприкоснулись. Он улыбнулся, а она отвела взгляд. Тускло светило солнце, в комнате был полумрак. Пышные белые облака закрыли небо наполовину. Через окно проникал ветер, створки были закрыты не полностью. Жерар развернул записку. Всего несколько предложений перевернули его жизнь. То, что у него появился младший брат, его не шокировало так, как новость о том, что он больше не часть семьи Фернандес. Что ж, у него много родственников, готовых помочь в любую минуту. Не пропадет. — Как ты вообще оказался в моей квартире? Да еще и в моей постели? — гневно спросила Эльза, спихивая парня с кровати. — Не помню, — произнес Жерар, вставая с пола. Его спокойствие выбесило художницу еще сильнее. Ей захотелось врезать ему как следует, но она держалась. Сейчас нельзя давать волю эмоциям. — Тогда кто ты такой? Имя? — начала допрос девушка. — Фамилия? — Жерар Фернандес. На миг солнце вырвалось из цепких объятий облаков и осветила комнату. Свет упал на спутанные волосы Эльзы. У парня перехватило дыхание. Он понял, что всегда рисовал ее волосы неправильно. Они не имели кровавый оттенок, как в его работах, у них был неповторимый, истинный алый цвет. — Твоего папу, случайно, не Джозеф зовут? — А? Что? — переспросил он. — Глухой, что ли? Твоего папу не Джозеф зовут? — Да. Разговор зашел в тупик. Ей надо было закончить заказ, выпал такой замечательный шанс. Нужно узнать его глубже, но не подавать виду. Теперь-то она сможет съесть деликатесы на кухне. Жерар вышел из комнаты и увидел картины. Их так много, но ни одна не похожа на другую. В углу стояли сожженные холсты. Стол завален красками и кисточками, стопкой стояли лопаточки и тюбики. Рай для него. — Так ты художница? — сказал он. Эльза переоделась в потрепанные джинсы и простую майку, вышла и ответила: — Да, но тяжело, если ты неизвестная. Работы просто не продаются. — Так что ты не отдашь картины на выставку или галерею? — Нужно много денег. — Пфф, нашла проблему, — засмеялся Жерар. — Я все устрою. — Мне не нужны твои деньги, — гордо сказала Эльза. — Я смогу сама. — А я и не об этом, я тоже хочу рисовать. Научишь? — Пфф, время на тебя еще тратить. Она не заметила, как переняла манеру разговора парня. Облака совсем ушли и стало намного светлей. И совсем не заметила, как начала улыбаться. Девушка не смогла отказать ему и, в конце концов, согласилась. И получила в ответ искреннюю улыбку, которая полностью ее обезоружила. — А у тебя неплохо получается, — задумчиво произнесла Скарлет, но затем ехидно заметила. — Но тебе учиться и учиться. А я пойду что-нибудь приготовлю. Жерар сидел перед незаконченной картиной леса. Если смотреть издалека, то неплохо. Но вблизи ужасно. И он сидел, думая, что же можно изменить. Листья, однозначно. И рисунок на коре деревьев. Но было еще что-то неуловимое, необходимая для завершения деталь, которая полностью от него ускользала. На стене играли блики света, переливаясь от белого к золотистому, сливаясь и образуя гармоничный узор. и тут его осенило. В его работе не хватало света и игры бликов. Он с жаром взялся доделывать картину. Эльза наблюдала, как он рисовал. Она дула на горячий кофе и отметила, что ей тоже нужно улучшить свои навыки. Картина оживала на глазах, приобретала объем. Казалось, будто сейчас по кронам деревьев пройдет ветер и заяц выскочит из кустов. Невероятно, он рисовал лучше нее. Что же, значит, она недостаточно старалась. Отпив от кофе, она задумалась об улучшении своего стиля. А Фернандес закончил рисовать и обернулся. — Ты вроде говорила о том, что приготовишь кушать. — Парень вырвал ее из раздумий. — Да, разогрела вчерашнюю лапшу и достала клубничный торт. "Сейчас он удивится тому, какие деликатесы есть у меня" — довольно отметила Скарлет, показывая жестом местонахождение кухни. А он спокойно сел и открыл икру, наложил лосося, придвинул сливочный соус, затем сказал: — Здесь многие продукты не подходят друг-другу, — сказал начинающий художник и аккуратно начал есть. — Хмм, я в этом не особо разбираюсь. Не обратив особого внимания на выбор Жерара, она сразу принялась за торт. Нежный крем просто таял во рту, а засахаренная клубника была просто божественной. Зачем ей лосось, если есть такое чудо? Он широко улыбнулся и пожелал, чтобы этот день никогда не кончался. В полной тишине зазвонил телефон. А ведь ничто не предвещало беды.