Стадия "Отрицания"

       Сейчас Эррору хотелось только одно, провалится сквозь землю. Лицо полыхало ярким румянцем словно лампочка, было-бы замечательно рассыпаться на кучу ноликов и единичек, только-бы не находится тут.        Вздохнув, Ошибка панически начал раздумывать как поступить, пока Чернилка направлялся в его сторону. Решение было принято: уйти и не появляться несколько дней. План провалился, и Глюк спотыкнувшись об собственную ногу упал прям к ногам Инка. — Кхм, кажется это ваше, сэр Гомофоб. — Сказал Художник, кидая тетрадочку прям к лицу Ошибочки. Боже, насколько же забавно и жалко это выглядело, начиная от содержимого этой тетрадки, заканчивая скелетом у его ног.        На «шутку» про гомофоба Эррор решил ответить молчанием. Пододвинув и зажав тетрадку под себя, будто её содержимое вовсе не было известно, скелет был настроен на побег, но при попытке встать, ноги подкосились и он снова упал.       Наблюдать за этим цирком, конечно, было весело, но уж слишком жалко. Поэтому, Инк решил сжалится над чернокостным, подхватив его за плечи и посадив на стул, а после уселся за соседний ожидая хоть каких-то объяснений.       Объяснений не было, потому что всё, что сейчас мог Эррор это панически глючить и издавать шипящие звуки, о связной речи тут и говорить было нечего. Ситуацию усугубили прикосновения, гаптофобия дала о себе знать. Глюк старался оставаться в сознании, но все-таки был отправлен на перезагрузку. — П-проваливай… — Прошипел Ошибка. Он бы покрыл Художника трёхэтажным матом, но во-первых это было сложно из-за волны лагов, а во-вторых не имело смысла после раскрытия всех карт. — Нет, у меня очень много вопросов к тебе, Эррор. И я бы хотел получить на них ответы. — Глюка буквально сверлили взглядом, ожидающего хоть какого-то ответа. — Я не собираюсь тебе хоть что-то говорить! — Лицо было спрятано от назойливого взгляда в собственных руках. Если он никого не видит, значит и его нет, железная логика. — Пфф, да ладно тебе. Подумаешь, что Эррор, который так долго и усердно доказывал, что он гомофоб — сам оказался геем. Каждый день такое происходит. — Прыснул Художник, пытаясь заменить панику Эррора агрессией. Из злого вытащить информацию легче чем из паникующего. — Заткнись, черт тебя дери! — Сорвался на крик Глюк, пуская от обиды слезу. Черт, он идиот, тупой идиот, как можно так налажать… — Ааарх, ну вот только не надо реветь, хотя бы при мне. Да и тем более, вдруг это взаимно? — Ложная надежда, у Художника на него были совсем другие планы. — Уйди… Просто уйди… — Прошептал Эррор. Ему не хотелось никого видеть и слышать. Хотелось проснутся, и обнаружить, что это всё глупый сон и лишь его тупая фантазия.       Тяжело вздохнув, Инк стащил с лица Ошибки его же ладони, что вызвало новую волну лагов. Во взгляде и действиях Художника по отношению к Глюку не было и намека на взаимность или мягкость. И пока Эррор об этом думал, даже не заметил как Инк сделал то, что он мог видеть только в своих снах: Он его поцеловал. Поцелуй вышел неряшливым, скорее даже грубым, ибо у Чернильного опыта не было, да и откуда ему вообще взяться.       По правде говоря, Инк вообще ничего не чувствовал к Глючному, он в целом ни к кому ничего не чувствовал, поэтому чаще всего делал и говорил что либо на почве спонтанных идей и интереса. Вот и сейчас, Художник ради своей собственной забавы решил «сыграть» с Эррором в романтическую парочку.        Глюк распахнул глаза, с удивлением глядя на Инка, хотя вряд-ли он сейчас увидит что-то ещё. Тело не слушалось, так-что всё чего оставалось ждать — конца этого постыдного ада.        Художника всё устраивало, он даже не думал прекращать этот спектакль, и кажется он совсем забыл, что в любой момент в кабинет мог войти учитель или кто-то из учеников. Плевать на сколько далеко зайдет эта шутка, и как в итоге закончится.       А Эррора очень волновало, что кто-то мог войти в класс, и увидеть как он целуется со своим объектом «ненависти». Он кое-как оттолкнул от себя Инка, жадно глотая воздух, хотя не понятно зачем скелетам он вообще нужен. Мозги думать отказались полностью, поэтому всё на что Ошибку хватило — это быстро схватить свои вещи и выбежать прочь из класса.       Художник лишь усмехнулся столь забавной реакции. Его старания точно не пройдут даром, ведь даже если Глюк начнет его игнорировать он не собирался сдаваться. Химия была в расписании последней, поэтому собрав свои вещи Инк направился к выходу.

***

      Эррор пулей бежал домой. «Черт. Черт. Черт, черт черт! Как я вообще мог это допустить?! Почему я ушел? Что вообще теперь делать? Я идиот. И-д-и-о-т!»       Забежав на лестничную площадку своей квартиры и открыв с попытки пятой свою дверь, Глюк громко хлопает ей и не разуваясь падает на диван, пытаясь придумать что же делать дальше.       Эррор вжался в диван всем своим телом, пялясь в стену. Налажал он, конечно, конкретно, но может пронесет? Зная дырявую память Инка, можно было смело надеется на то, что он просто забудет этот инцидент. А если не забудет.? — Чеерт, да он же всем об этом расскажет! — Воскликнул Глюк хватаясь за голову. Сейчас очень хотелось исчезнуть.

***

      Ну а Инк проделал точно такой-же маршрут, только свернув в соседнюю дверку. Итак, что он имеет: Эррора, который влюблен в него, и его самого который его поцеловал. Ах да, он ещё упомянул что это может быть взаимно. Смешная шуточка вышла, очень даже.       Черт, организм сейчас вывернет наизнанку от такого переизбытка эмоций, очень хотелось с кем-то поделится новостями. Друзьям говорить точно нельзя: тогда весь его план пойдет по одному месту. Ох, точно, он совсем забыл про кое-кого.       Художник присел у стеночки, и осторожно постучал по ней. Его сосед понятия не имеет, кто такой Эррор и кто такой сам Инк в целом, поэтому с ним точно можно было переговорить на эту тему. Стены у них картонные, так-что на той стороне должно было быть слышно.       Ответ не заставил себя долго ждать, и через минуту послышался ответный стук. Инк ухмыльнулся, он призвал своего неизвестного товарища. — Х-хей, привет… Ты там как? — произнесли с той стороны. Эррор очень старался делать свой голос менее глючным, и у него это действительно выходило. Наверное только поэтому Чернильный все ещё не догадывался о личности своего «анонимного друга» — Если честно, то так себе. Сегодня произошло кое-что максимально странное. — Что-то случилось? — Нуу… можно итак сказать. А с тобой что? Твой голос звучит не очень то весело. — Не то чтобы Инка это особо волновало: вопрос был задан скорее из вежливости к собеседнику. — Да так, ничего важного. Просто монстр, который был мне не безразличен узнал о моих чувствах к нему, и мне очень неприятно. — Ох… И как он отреагировал на это? — Ну… Я бы хотел, чтоб вообще не реагировал. Я собирался хранить эту тайну до самой могилы, поэтому я просто сбежал. — Момент с тем, что его поцеловали Ошибка решил умолчать. Уж слишком смущающим был этот факт даже для него самого. — Ахах, а ты любитель избегать важных разговоров, да? Но я не имею права тебя осуждать, в конце концов, это только твой выбор. — Ты просто не знаешь всей ситуации, дружище. — Вздохнул Глюк, и после минутной паузы спросил: — А с тобой что приключилось? — Ммм, довольно странная ситуация. Я узнал, что у кое-кого, кто, как казалось, ненавидел меня с первой нашей встречи, – есть ко мне чувства. Он, считай, влюбился в меня с первого взгляда. Цирк какой-то устроил, а после свалил так ничего и не объяснив. — Хах, знаешь мы в чем-то похожи. — До Глюка кажись не доходило, что речь в этом рассказе шла о нем. Все мысли были заняты тем, что ему делать дальше. — Ага, есть такое, хехе. — Ты там держись, хорошо? — Спросил Глюк вставая с холодного пола. Все таки сидеть вот так вообще не в кайф. — Ага, ты тоже не отчаивайся.       Глюк тихо вздохнул, и покинул комнату, — Направляясь на кухню. Все таки, этот диалог поднял настроение. Знание того, что не только у одного его проблемы подобного рода успокаивало.       Заварив себе чашку какао, Эррор плюхнулся на диванчик в гостиной. Надо поговорить с Икном, но страх того что его обсмеют все ещё не отпускал, черт его знает. Немного подумав и взвесив все за и против, чернокостный все же решился на звонок Художнику.       Достав ту самую проклятую тетрадку, он открыл её на самой последней странице, где находилась почти вся информация об Инке, к примеру: Что он любит, когда выходит из школы, с кем общается и номер телефона.       Вводя трусящимися руками номер — Ошибка успел уже раз десять нажать не на те цифры и двадцать раз передумать. С горем пополам, но Глюк таки смог ввести номер, оставалось лишь нажать на кнопку звонка. «А может не стоит? Может он занят? А может он все-таки просто забыл об этом?»       Куча мрачных мыслей буквально заполняли его голову, но палец сам собой нажал копку вызова и из телефона послышались гудки.       Художник в это время сидел на кухне, пил чай и залипал в окно размышляя о том что же делать с этим всем. Размышления прервал звонок, и посмотрев на экран Инк обнаружил что звонил неизвестный номер. Пожав плечами, Чернильный таки взял трубку. — Слушаю. — Кхм… — Эррор внезапно для себя осознал, что ему нет что говорить. Вся речь которую он хотел сказать, просто испарилась. — Это... Эррор.. Сегодня, в пять вечера, в парке имени Азгора. Буду ждать тебя там. — На одном дыхании выпалил Глючный тут же сбрасывая звонок и откидывая телефон в сторону, будто он мог взорваться.       Инк даже слова сказать не успел, а из-за столь быстрой речи даже не понял что ему сказали. Его что, позвали на свидание? И откуда черт подери у Эррора его телефон?       До встречи ещё час, дома нет ни развлечений, ни еды. У него конечно были планы на прогулку с друзьями, но их в целом можно и отложить. А ещё есть возможность поесть нахаляву. Накинув на себя первое что попалось под руку и закинув в портфель несколько вещей, Художник покинул квартиру и направился в парк.        Эррор паниковал. Сильно паниковал. Черт, не время паниковать, до встречи всего лишь час! Ошибка вскочил с дивана и начал быстро собираться.