Почувствовать боль.

      Лисы собирались на тренировку. Большинство ушли сразу, но Кевин, Нил, Эндрю, Ники и один из новичков задержались. Монстры собирались поехать вместе на машине, но новичок заверил их, что дойдет пешком и обязательно будет на стадионе. Парню не особо верили, но отпустили одного — отмазался тем, что хочет подышать свежим воздухом.       — Странный он, — произнес Кевин, как только дверь захлопнулась за новичком.       — Есть такое, — согласился Нил, проводя его взглядом.       Джостен искал карандаш. Он точно знал, что минуту назад тот лежал на столе, а теперь исчез. Нил был уверен — вернее, знал точно, — что карандаш унес, а если точнее, стащил новичок.       Нил, да и вся команда, уже заметили пропажу мелких вещей: старой футболки, мелочи, канцелярии. Джостен сразу смекнул, кто мелкий воришка, но смысла говорить не было — украденное особой ценности не представляло.       Однако Нилу казалось, что Лиам со своей любовью к воровству может принести Лисам кучу проблем. С ним стоило поговорить, пока не стало поздно.       Поняв, что карандаш искать бессмысленно, Нил одолжил его у Ники и быстро сделал пометки в тетради. Домашку по математике их строгий преподаватель проверял с особым пристрастием.       Нил, как и вся команда, надеялся, что новых приключений их не ждёт. Хотя вряд ли, если вспомнить Сузуму. Но, как знал Нил, Хаяси переключил своё внимание на босса якудзы, который теперь мёртв. Гадать о причине смерти не приходилось — всё было и так ясно.       Ники выглядел задумчивым. Он был не в настроении после окончательного расставания с Эриком, но старался улыбаться и шутить. Они поставили в отношениях точку. Запятую уже не поставить. Столько лет вместе, а в итоге — расставание. Отношения на расстоянии редко выдерживают испытание временем. Или же просто это был не тот человек.       Для Нила, Ники и даже для Эндрю оставалось загадкой, как Кевин позволил им опоздать на тренировку. Но причина была: Дэй вчера вечером приложился к водке и сегодня проспал.       Остальная команда была уже на стадионе и тренировалась — или делала вид, что тренируется, — пока не было Кевина. Дэй не давал команде покоя, твердя, что они не просто должны, а обязаны попасть в сборную страны и победить на Олимпийских играх. Его стремление было понятно всем.       Дорога до стадиона прошла быстро. Эндрю вёл машину на повышенной скорости, не обращая внимания на других водителей, которые что-то недовольно кричали ему вслед, в основном нецензурное. Лисы уже привыкли к такой манере езды.       Припарковав машину, команда направилась к стадиону. Кевин шёл быстрым шагом, явно соскучившись по полю за эти пару часов.       Лиам, накинув капюшон своей бело-оранжевой толстовки, стоял в переулке и внимательно следил за прохожими. Пожилую женщину с тяжёлыми пакетами он приметил сразу.       Парень скинул капюшон, мило улыбнулся и бодрым шагом направился к ней. Нужно было создать образ хорошего парня.       — Миссис, могу я вам помочь? — мягко спросил Лиам.       Старушка с благодарностью приняла его предложение, протянув бумажные пакеты, переполненные продуктами.       Внутри Лиама закипело угрюмое чувство стыда, терзающее душу. Воровство — это нескончаемая тьма, но финансовые трудности угнетали, а мысль о новом телефоне не давала покоя, как навязчивый призрак.       Взгляд его падал на команду, у каждого из которых в руках красовались устройства связи, тогда как он оставался в изоляции, опустошённый. Отчим, в порыве гнева, разбил его старый телефон на мелкие осколки.       Он был из неблагополучной семьи: мать пила, а отчим буянил и поднимал руку на жену и пасынка. О родном отце Лиам ничего не знал. Он даже носил фамилию матери.       Лиам не был новичком в этом ремесле. Пока старушка с доброй искренностью рассказывала о своих малолетних внуках и сыне-инженере, он, словно тень, ловко извлёк из кармана её куртки серый, ничем не примечательный кошелёк. В его движениях сквозили хитрость и сноровка, отточенные временем. Притворно слушая её, он углубился в свои мысли, испытывая гремучую смесь вины и азарта.       Парень помог ей перейти дорогу и вернул пакеты. Поблагодарив его, бабушка пошла дальше, сказав, что живёт недалеко.       Лиам проводил её взглядом, а затем, запрятав совесть в самый тёмный угол души, открыл кошелёк и разочарованно вздохнул. Три помятых доллара и маленькая фотография — скорее всего, её сын.       Недовольно фыркнув, он выбросил кошелёк в ближайший мусорный бак. Он даже пожалел, что не стащил из пакетов что-нибудь съестное.       Опершись плечом о фонарный столб, он снова принялся изучать прохожих. К тому же, нужно было успеть на тренировку, иначе Кевин вытрясет из него все мозги.       Взгляд Лиама зацепился за парня, выходящего из какого-то здания — похоже, мебельного салона. Сначала ему показалось, что лицо знакомое.       Было ясно, что он иностранец и выглядел состоятельно. Национальность — возможно, китаец, японец, кореец или таец. В общем, азиат. «Хотя все азиаты на одно лицо», — мелькнула у него в голове мысль.       Лиам взглянул на наручные часы — пора было бежать на стадион. Часы, кстати, были не его: он стащил их у одноклассника, а потом сам же помогал тому их искать. Естественно, безуспешно.       Лиам уверенной походкой направился к иностранцу.       — Вы ведь иностранец? — с серьёзным видом спросил Лиам, на ходу придумывая легенду.       — Допустим. Что нужно? — без особого интереса поинтересовался парень.       — Ничего, хорошего дня, — улыбнулся Лиам и, по-дружески хлопнув того пару раз по плечу, сорвался с места, растворяясь в толпе.       Ему удалось вытащить телефон, наручные часы, банковскую карту и кошелёк. Неплохой улов, хотя он чувствовал, что в кармане остались монеты, но увы, не успел.       Лиам бежал что есть сил, надеясь, что погони не будет и незнакомец не сразу заметит пропажу.       Он был на седьмом небе: теперь у него есть телефон (нужно только выкинуть сим-карту), часы, которые выглядят дорого (можно оставить, но лучше продать), и, он надеялся, деньги в кошельке. Адреналин бешено стучал в висках, но он того стоил.       Банковскую карту брать не хотел — получилось случайно.       Задыхаясь от быстрого бега, Лиам едва не врезался в солидного мужчину лет пятидесяти, а затем и в столб. Опершись плечом о стену стадиона, он выдохнул: погони не было. И слава богу. Он заметил машину вратаря, а потом и самих Лисов.       Приведя дыхание в норму, Лиам с беззаботной улыбкой подошёл к ним, предварительно спрятав «трофеи» в карман толстовки.       — Что ты такой довольный? На свидание что ли бегал? — поинтересовался Ники.       — Нет, нет, — Лиам отрицательно покачал головой.       Только сейчас до него дошло, что на всякий случай нужно придумать алиби.       Лисы уже собирались заходить на стадион, чтобы присоединиться к команде и наконец начать тренировку.       Но вдруг неподалёку от них остановилась машина, и водитель открыл заднюю дверь. Лиам почувствовал, как сердце проваливается куда-то в пятки. Он быстро отступил назад, прячась за спиной Кевина. Что бы ни случилось, нужно все отрицать.       — Так-так, не ожидал, что вы возьмёте в команду воришку, — произнёс тот самый парень, которого обчистил Лиам, с лёгкой улыбкой обращаясь к Лисам.       Кевин и Нил удивлённо взглянули на него, Эндрю не выражал никаких эмоций, а Ники явно заинтересовался.       Лиаму много времени на раздумья не понадобилось. Это же сводный старший брат Кевина, Сузуму. Вот незадача.       — И тебе привет, — произнёс Нил. — В каком смысле «воришку»?       Джостен перевёл взгляд на Лиама, явно догадываясь, о чём говорит японец.       — В прямом, — последовал ответ. Сузуму скрестил руки на груди и тоже посмотрел на Лиама. — Я планировал улететь прямо в Японию, но, видимо, у вашего новичка другие планы.       — Это не я, — подал голос Лиам, стараясь не смотреть ни на кого.       — Что «не ты»? — мягко спросил Сузуму.       Лиам не знал, радоваться или нет: в голосе Хаяси не было ни грубости, ни злости. Выходит, он не злится? Хотя должен бы.       Лиам молчал. Ему было ужасно стыдно перед новой командой. Наверное, его выгонят. Зачем Лисам вор?       — Просто верни, — сказал Ники, обращаясь к Лиаму.       Одного взгляда на Кевина хватило, чтобы понять: Лиама и всю команду ждёт лекция о том, что воровать плохо, это позорит команду, и что Лиама выгонят.       Лиам вздохнул. Вариант убежать был, но это бы всё только усложнило.       — Ты собирался улететь в Японию, даже не дав о себе знать? — холодно спросил Кевин, игнорируя Лиама, который прятался у него за спиной.       — А ты хотел меня видеть? — парировал Сузуму.       Кевин ненавидел, когда ему отвечают вопросом на вопрос. Не то чтобы он жаждал встречи со сводным братом, но раз уж Сузуму был рядом, он мог бы и заглянуть. Не то чтобы Лисы были ему рады, но всё же.       Лиам, опустив взгляд, вытащил из кармана толстовки все чужие вещи, кроме трёх помятых купюр.       Он не хотел подходить к Сузуму, поэтому молча протянул добычу Ники — Хэммик стоял ближе.       — И что ты здесь делал? — снова спросил Кевин, не отвечая на вопрос брата.       Раз Сузуму проигнорировал его первый вопрос, то и Кевин не видел смысла отвечать.       — Решил по пути оформить заказ в Корею. Говорят, здесь есть хороший мебельный салон, — легко ответил японец, пожимая плечами.       Ники, вздохнув, забрал вещи, протянутые Лиамом. Не бросать же новичка в беде. Если не считать, что он сам и виноват.       Лиаму было горько расставаться с телефоном, кошельком и прочим. Казалось, он отрывает это от сердца.       Забрав вещи, Ники твёрдо решил поговорить с Лиамом о его пагубной привычке. Хэммик и раньше замечал, что у него пропадают мелочи, а потом они оказывались у новичка. Сначала не придавал значения, но теперь задумался.       Под пристальными взглядами остальных Лисов Ники подошёл к Сузуму.       — Держи. Мы с ним поговорим, — сказал Хэммик, протягивая украденное.       Нил и Кевин ожидали, что Хаяси потребует компенсацию или отпустит колкость в адрес команды, но тот молча забрал свои вещи.       Лиам с сожалением подумал, что зря не стащил из кошелька хотя бы пару купюр, — Сузуму даже не проверил его.       — Мы можем поговорить? — обратился Сузуму к Ники.       Тот был не против и даже догадывался, о чём.       — Нет, у него сейчас тренировка, — отрезал Кевин. Ники закатил глаза.       — Кевин, мы быстро, — уверил Хэммик, глядя на Дэя. Хотя это было не фактом.       Кевину, да и всем Лисам, было интересно, о чём эти двое могут говорить. Что между ними? Нет, что вообще может быть между ними?       Сузуму был рад, что Ники не отказал. Можно ли считать, что у него есть шанс?       Эндрю хотел возразить. Он не горел желанием оставлять кузена наедине с этим японцем. Миньярд давно сделал вывод: людям не стоит доверять, особенно азиатам. Но Нил был исключением. Одного взгляда Джостена хватило, чтобы Эндрю сдался. От одного разговора ничего не изменится.       — Только быстро, — холодно, без интереса, произнёс Эндрю. — Говорите о чём хотите, но здесь.       — Тогда уж вообще лучше после тренировки, — заявил Кевин с недовольным видом.       Сам факт опоздания уже раздражал его. Даже его старший брат, который вдруг объявился, не должен никого отвлекать.       На самом деле Кевин тоже хотел поговорить с Сузуму, но ему нужно было настроиться. Вряд ли сейчас получится.       Их диалог прервала громкая музыка: из-за угла выехала машина и пронеслась мимо. Белая, с открытым верхом, явно новая модель.       — Машина красивая, — произнёс Ники, провожая её взглядом.       Права у него были, а вот машины — нет. Ники хотел купить авто, но не хватало то денег, то времени. Да и машина была у Эндрю и Элисон, так что острой необходимости пока не было.       — О, это новая модель, недавно вышла! Мазда MX-5. Машина огонь, и колёса хорошие, но стоит, блин, дорого, — оживлённо произнёс Лиам, высунувшись из-за спины Кевина.       Поймав на себе одновременно насмешливый и неодобрительный взгляд японца, он попытался вжаться в спину Дэя ещё сильнее.       — Может, уже пойдём на тренировку? — пробормотал он.       Сузуму не хотел задерживаться в Америке, но из-за кого-то он уже опоздал на рейс. Хаяси решил не зацикливаться: нужно мыслить позитивнее — зато он сможет поговорить с Ники. В Японию он всегда успеет. Там ничего особо важного не ждало. Кроме Ёси, с которым нужно было помириться, и НаокИто. Второй был кузеном Акэми, покойной девушки Сузуму. Именно он отнёс дневник Акэми Хиро, и это была его «гениальная» идея — взорвать стадион. Что с ним делать, Хаяси ещё не решил. Можно убить сразу, а можно поговорить. Сузуму не хотел быть участником ещё одного убийства.       — Что ж, я подожду, пока ваша важная тренировка не подойдёт к концу, — заявил Сузуму.       — Сначала ты твердил, что намерен порвать с этой «слабой командой», а теперь собираешься ждать окончания тренировки, чтобы поговорить с одним из её игроков, — произнёс Нил, вспоминая слова Сузуму, сказанные в Эверморе.       — Да, людям свойственно менять мнения, — ответил Сузуму, переводя взгляд на Нила.       — Но это не значит, что мы забыли о твоих поступках, — парировал Нил, в памяти которого ярко всплыла встреча с отцом.       — Если бы вы забыли, моё мнение о вас упало бы ещё ниже, — с лёгкой улыбкой ответил Хаяси. — Через сколько часов тренировка закончится?       — Через два часа, — ответил Ники, понимая, что это будут самые долгие два часа в его жизни. — Можешь подождать на трибунах или пообщаться с нашим тренером.       Лисы не обрадовались новости, что Сузуму будет на стадионе во время их тренировки. Их больше удивило, что он вообще задержался в Южной Каролине.       Лиам старался не встречаться взглядом ни с Нилом, ни с Кевином. Ники и Эндрю, казалось, были не против. Остальные Лисы пока не в курсе произошедшего.       — Вижу, ты следишь за тренировкой. Что скажешь о них? — спросил Уаймак, подходя к Сузуму.       — Вас интересует моё мнение? — переспросил Сузуму, переводя взгляд с поля на тренера.       — Не спрашивал бы, если бы не интересовался, — ответил Ваймак, окидывая взглядом команду.       Часть команды бежала лёгким бегом вокруг поля, другая отрабатывала удары.       — У вас сильные игроки. Странно, что Лисы были в конце рейтинга, — ответил Сузуму. — Хотя полагаю, это из-за того, что команда была несплочённой.       Ваймак лишь кивнул. Он и сам это знал.       Его тоже слегка удивило, что Сузуму хочет поговорить с Ники. Странно. Хотя, зная Хэммика…       — Тренировка окончена, — произнёс Кевин, снимая шлем и поднимая взгляд на трибуны, где заметил отца и брата. Для полной картины не хватало только матери. Но, увы, её не было в живых.       Лисы с облегчением вздохнули и потянулись к раздевалкам.       — Если ты хочешь после университета играть в сборной, тебе стоит завязать с воровством, — сказал Кевин, обращаясь к Лиаму, когда основная часть команды уже ушла. — Иначе мне придётся поговорить с тренером о твоём отчислении.       Он видел в новичке потенциал, но его дурная привычка могла разрушить не только спортивную карьеру, но и всю жизнь. Воровство — это преступление. А за преступление всегда приходится платить.       Не дожидаясь ответа, Дэй направился в раздевалку. Ему нужно было принять душ и переодеться.

***

      Ники сел на одно из мест на трибунах.       — Не думал, что могу тебя заинтересовать, — произнёс Хэммик, наблюдая, как Сузуму отходит от края и садится рядом.       — Я и сам не думал, что меня может заинтересовать кто-либо — ответил Хаяси, глядя на поле.       Несколько Лисов, у которых видимо не было пар в университете, убирали клюшки и мячи.       — Это нормально, — сказал Ники, глядя перед собой. — Ты хотел поговорить именно об этом?       — Да, — Сузуму повернулся к нему. — Ты мне нравишься. Я не жду ответных чувств. Но ты можешь дать шанс отношениям или сразу сказать «нет» — и тогда я больше не побеспокою тебя.       — В последнее время много чего произошло, — ответил Хэммик, вспоминая прошлый год и недавнее расставание с Эриком.       Одной из причин расставания стало расстояние. Выходит, с Сузуму будет то же самое. Тот улетит в Японию, а Ники не сможет последовать за ним — остался последний год обучения, да и бросать Эндрю и Аарона он не мог. Но и Сузуму остаться в Штатах тоже не получится — у него своя учёба в Японии.       Хотя Эндрю и Аарон уже взрослые, у них свои отношения, и Ники дал им всё, что мог.       — Знаю. Я могу попытаться искупить вину перед вашей командой, — мягко сказал Хаяси, не отрывая взгляда от Ники.       Конечно, было одно «но»: смысл был только в случае, если Ники согласится. Если нет — то и пытаться не стоило.       — Дело не в этом, — ответил Хэммик. — Ты мне тоже нравишься. Но мы будем на расстоянии.       Тот факт, что чувства взаимны, не мог не радовать Сузуму. Расстояние его не пугало. У Ники остался последний год учёбы, а потом он мог бы переехать в Японию.       — Это не проблема. Мы можем видеться на каникулах, на матчах. К тому же, у тебя последний год — потом сможешь переехать ко мне, — сказал Сузуму, касаясь пальцами ладони Ники, лежавшей на подлокотнике.       — Да, но мне нужно время подумать, — произнёс Хэммик, переводя на него взгляд, но не убирая руки.       — Без проблем, — ответил Сузуму. — Мне нужно улететь в Японию. Я оставлю свой номер. Позвони и скажешь о своём решении. В любом случае, я приму любой твой ответ.       Ники кивнул. Ему действительно нужно было взвесить все «за» и «против», учесть множество факторов. Он хотел сказать «да», но следовало всё обдумать.       На этом они и попрощались. Ники не стал рассказывать Лисам о содержании разговора, отделываясь фразами вроде «расскажу потом». Поговорить с Хаяси Лисам тоже не удалось — он ушёл сразу.       Сузуму собирался ехать в аэропорт, но по пути решил заглянуть в автосалон.

***

      Операция прошла успешно, даже блестяще. Врачи были довольны, словно художники, завершившие шедевр. Няня девочки, Ким Соён, с волнением наблюдала за этим, и её сердце наполняла радость.       Сама Сим Ён Джу была на седьмом небе от счастья: теперь она избавится от очков, которые, как она считала, отравляли её детство. Перед ней открывались новые горизонты, особенно в спорте — её главной страсти. Девочка была преданной фанаткой экси, а в её сердце особое место занимал Кевин Дэй.       Она уже мечтала, как вернётся домой, в Сеул, и упросит отца записать её в спортивную секцию. И больше никакое плохое зрение не станет преградой: она будет бегать, держать в руках клюшку, чувствуя, как ветер играет её волосами.       — Соён-онна, я так счастлива! — в который раз воскликнула Ён, подпрыгивая на месте.       Её няня, девушка лет двадцати трёх, лишь улыбнулась и, не отпуская руку, повела её дальше.       Они направлялись в супермаркет за сладостями. Отец девочки, Сим Дунг, всегда оставлял им приличную сумму денег. Недавно они купили в торговом центре несколько платьев и разные сувениры.       — Аппа! — радостно крикнула девочка, увидев отца у входа в супермаркет, и бросилась к нему.       Сим Дунг обнял дочь, погладил по голове. Он был счастлив видеть её такой довольной. Дочь была смыслом его жизни.       Он коротко поздоровался с няней и отпустил Ён Джу.       — Погуляйте, купите что хотите. Я потом оплачу на кассе, — сказал Сим Дунг, заметив в толпе человека, который начинал его изрядно раздражать.       Он надеялся, что это игра воображения.       Генрих был повсюду. Если сначала Сим Дунг списывал это на совпадение, то теперь понимал — Лайссер следит за ним намеренно. В голове вертелся один вопрос: зачем?       Конечно, Сим Дунг уже дал ему понять, чтобы тот отстал, но Генрих, похоже, и не думал слушаться.       Бросив последний взгляд на толпу, Сим Дунг вошёл в супермаркет. След дочери и няни простыл — скорее всего, они в отделе сладостей или игрушек.       Далеко идти не пришлось — он снова почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Как же этот человек его бесил!       Если раньше Сим Дунг замечал лишь дочь, няню и Сузуму — на них попросту нельзя было не обращать внимания, — то теперь в этот список прочно вошёл Генрих Лайссер.       Ладно, он сделает вид, что не заметил его. Идти к дочери было небезопасно — неизвестно, что выкинет советник лорда Ичиро.       Но только он подумал о них, как к нему подбежала Ён, а следом за ней — Ким Соён с полной корзиной всякой всячины.       — Аппа, смотри, новый журнал про Кевина Дэя! — сияя, воскликнула девочка, показывая отцу глянец.       На обложке и вправду был изображён Кевин Дэй с клюшкой для экси.       — Всё купили? — спросил Сим Дунг, обнимая дочь за плечи и мельком глянув на журнал.       — Да, — с лёгкой улыбкой ответила няня.       — Прекрасно. Идите на кассу, я скоро подойду, — кивнул Сим Дунг, отпуская Ён.       Он проводил их взглядом. Они по пути добавили в корзину ещё пару безделушек — маленькую статую Свободы и что-то ещё, на что Сим Дунг не стал обращать внимания. Его больше беспокоил человек, подошедший к нему сзади. Генрих.       — Любовница? — холодным, ровным тоном спросил Генрих, кивая в сторону няни.       Он прекрасно знал, что это не так, но нужно же было что-то сказать.       Сим Дунг повернулся к нему. Генрих бесил его, и, как он знал, это было взаимно.       Он слегка запрокинул голову — Генрих был высок, что раздражало его ещё сильнее.       — Я уже говорил, но повторю: моя личная жизнь вас никак не касается, — так же спокойно ответил кореец. Было ясно, что этот диалог ему неинтересен.       Внутри он закипал от злости. Как же он терпеть не мог, когда лезли в его жизнь.       — А, ясно. Моя ошибка, — произнёс Генрих. Он терпеть не мог этого корейца. В нём было что-то, что одновременно притягивало и отталкивало, словно вокруг него была невидимая стена. Но Генриху хотелось знать, что за ней. — Столь красивая девушка вряд ли выбрала бы себе в спутники кого-то вроде тебя. Ты слишком уродлив.       Сим Дунга оскорбления были безразличны — он слышал в свой адрес и не такое, в основном от родни. Оскорблений стало ещё больше, когда он женился на девушке, которая не пришлась по нраву его родителям. В итоге он разорвал с ними все связи. Даже после пожара и смерти жены, оставшись с маленьким ребёнком на руках, он не обратился к ним за помощью. Он считал, что справится сам. И справился, конечно, не без помощи со стороны. Но это уже другая история.       — Вы следите за мной больше недели, проигнорировали мою просьбу остановиться, и всё для того, чтобы сейчас сказать мне это? — произнёс Сим Дунг с ледяным безразличием. — Удивлён, что у вас столько свободного времени. Вы могли бы потратить его на работу или что-то более важное, а не на сталкерство. Хотя… вы полагаете, что я представляю угрозу? Никогда не думал, что вы столь высокого обо мне мнения.       — Тц, — недовольно фыркнул Генрих, скрестив руки на груди, но не отводя взгляда. Конечно, у него была куча работы, но когда Ичиро решил провести время с братом, у него появилось немного свободы. — Не зазнавайся. Я за тобой не следил, это была случайность.       — Случайность — это один, два, три раза, но не больше семи, — парировал Сим Дунг. Ему не хотелось продолжать этот разговор, его ждали. — Надеюсь, мы больше не увидимся. Вы не тот человек, с кем я хотел бы общаться.       Генрих ничего не ответил, но ответа и не ждали. Сим Дунг развернулся и ушёл к кассе, где его ждали дочь и няня.       Он был уверен, что Генрих не пойдёт за ним.       Он обязательно договорится с врачами о скорейшей выписке дочери, чтобы завтра, если не сегодня, улететь в Корею.       Сим Дунг надеялся, что у Генриха не хватит наглости последовать за ним. В конце концов, у генерала должно быть полно дел, и вряд ли он станет тратить время на бесцельные перелёты с континента на континент.       Генрих проводил его взглядом. Бесит. Но так или иначе, этот кореец оставался для него загадкой. Загадкой, которую очень хотелось разгадать. Это будет непросто.       Хотя... почему он, генерал Генрих Лайссер, советник лорда Мориямы, в чьей власти находится преступный мир США и Японии, должен тратить время на человека, который, казалось бы, ничего из себя не представляет?       И всё же он хотел узнать о нём больше. Прикоснуться к этой тайне.