Внешний мир

Пятый день Чимин напрочь игнорировал Чонгука, хоть иногда это и не получалось так хорошо, как выходило по началу. В первый день Чонгук поджидал его у его подъезда, чтобы всё-таки поговорить после ситуации в столовой, но Пак сообразил лучше младшего и вышел из дома на пол часа раньше, направляясь в университет пешком и избегая встреч с лучшим другом. Зато получилось сэкономить Во-второй день Чонгук не стал ждать Чимина у дома, но подловил его на остановке рядом. Второй напрочь делал вид, что его друга не существует — от этого же ему становилось хуже и больнее. Он всё ещё очень жалел о том, что прилюдно оскорбил самого близкого человека. За место того, чтобы извиниться, или хотя бы поговорить с Чонгуком и начать обращать на него внимание, Чимин решил сделать по-другому. Он просто убегал от ситуации, игнорировал проблему, надеясь, что решится всё само. На самом деле он не знал, что делать дальше от слова совсем. Он не представлял учебы или жизни дальше, без участия в них самого Чонгука. Почти все отстранились от Чимина, считая, что он наконец-то показал своё лицо. Девочки перестали ему улыбаться или как-то обращать внимание на парня, словно сговорившись и как бы жестами стараясь показать, каково это. Все защищали Чонгука, а Чимин и не был против этого. Он прекрасно понимал, что виноват сам. На четвертый день Чимин услышал, как какой-то парень, которого звали Намджуном, вдогонку крикнул ему не самые приятные слова, от которых Пак впал в ступор в коридоре учреждения: — Ну что, Пак Чимин, без Чонгука ты никто в этом университете получается? — Ким в голос засмеялся. Смех его продолжался недолго, потому что буквально за углом стоял виновник торжества. Чонгук в одно мгновение схватил за толстовку громкоголосого Намджуна и вжал в металлическую дверь с глухим стуком. Чимин обернулся и застыл в удивлении. Вокруг тут же скопился народ, наблюдая за интересной картиной. — Повтори, придурок, — Чонгук снова тряхнул парня, от чего тот же ударился затылком о дверь кабинета и шикнул, — повтори я сказал! Чимин широко раскрыл глаза и тут же распихал толпу, хватая Чонгука за руку. Второй не обратил никакого внимания на Чимина и оттолкнул его, также держа Намджуна за ворот толстовки, агрессивно смотря на Кима. — Чонгук, прекрати, ты с ума сошёл что ли?! — Пак не на шутку испугался реакции Чонгука, с силой хватая его за плечо и разворачивая к себе. Затуманенный злобой и агрессией взгляд Чонгука пал на Чимина, тут же смягчаясь и словно расслабляясь. — Больной на голову что ли? — Намджун тут же шарахнулся от Чонгука подальше, уходя в другую сторону от парочки. Чимин лишь молча взял Чона за запястье и быстро вывел из толпы, что свободно их пропустила. Чонгук снова улыбнулся за эти несколько дней, ведь теперь друг не игнорирует его. Пак вывел того на крышу, резко разворачиваясь и в последний момент понимая, что Чонгук успел взять его именно за руку и переплести их пальцы. Он опустил взгляд на их руки, тут же вырывая свою. Вместо злости, нравоучений и лекций он смог выдать лишь: «Что ты делаешь?» Чонгук обратно притянул парня к себе и крепко обнял, одну руку кладя на затылок парня, а вторую на спину; крепко, но нежно обнимая своего друга. Сейчас Чонгук мог спокойно выдохнуть. Чимин рядом, он не уходит, пока что. Чимин здесь и он готов его выслушать, кажется. — Прости меня, я был не прав. Чимин начал активно вырываться, почти переходя на маленькую истерику. Чон не должен был извиняться, он ничего не сделал. — Нет, послушай… — начал Пак, но Чонгук перебил Чимина тем, что немного отстранился и наклонился так, чтобы их глаза были на одном уровне. Расстояние между их лицами было очень маленькое, что вводило в ступор. — Чим, я должен тебе кое что сказать. От низкого голоса парня прошли мурашки и от чего-то кровь прилила к щекам, Пак отвернулся, на секунду заметив вдалеке какую-то девушку, что сидела на лавочке. Но, Чонгук был не так прост и в точности повторил движение Мина с лекции Ким Сухён: повернул личико парня к себе. — Чимин, я не знаю, нормально это или нет, но в последнее время я хочу смотреть только на тебя. Мне не сдались все те девочки, что крутятся вокруг. Пусть их будет хоть миллион: мне плохо, если ты не рядом со мной. Это не дружба, это что-то другое, — замечая замешательство Пака, Гук выдохнул и слабо улыбнулся. — Я понимаю, что я либо разрушу всё этими словами, либо сделаю что-то новое, но я больше не могу держать это всё в себе. Ещё с той вечеринки по окончанию четвертого курса я не хочу смотреть на других, я хочу смотреть на тебя. — Чонгук, что ты… — Подожди секунду, пожалуйста, — он снова улыбнулся так, как прежде не улыбался никому, — Я помню всё до мелочей тогда. Твои рыжие волосы, укладку, черный костюм и штаны, которые сидели на тебе так, как мне кажется, не сидят ни на ком. Чимин опустил голову и прикусил губу. Он бы сроду не подумал, что Чонгук скажет такое ему. В голове разом всё перемешалось, что вынуждало просто убежать с злосчастной крыши. Но скрыться бы и не получилось, потому что Чон держал Пака за плечи, понимая, что тот может сигануть в любой момент. Ведь они вместе с детства. Делили одну постель, иногда даже ванную. Ели практически с одной тарелки. Вместе переживали смерть отца Чимина и даже ездили во все поездки вместе. Неужели всё это время Чонгук чувствовал такое странное ощущение? — Чонгук, это ведь неправильно… — Я ничего не могу с этим поделать, Мини. «Сказал, как отрезал» — лишь смог подумать Пак, тихо выдыхая. — Мне нужно подумать, какое-то время, это странно всё, Гук, правда. После слов парня, Чон кивнул и отпустил его плечи. Чимин, как и ожидалось, сразу же быстрым шагом направился к двери, что вела обратно в помещение. Гук лишь засунул руки в карманы и тяжело вздохнул, доставая пачку сигарет. Данный разговор однозначной, был одним из самых трудных в его жизни, хоть он и не показал своих эмоций. Дружбы, как таковой, между ними больше не будет.

***

Чимин быстро и нервно спускался по лестнице, почти пролетая по три-четыре ступеньки. В голове всё ещё по часовой стрелке крутились слова его друга. Пак даже не заметил, как врезался в какого-то парня между пролетами и плюхнулся на пятую точку, злостно поглядывая на того. Этим парнем оказался их друг — Юнги. Чимин, кажется, проглотил язык, словно боясь, что Мин сейчас же прочитает его мысли и узнает всё. Засмеется, начнёт издеваться над ним, хотя такого никогда и не было. — О, Чимин? Ты куда так летишь? — Мин подал руку парню, тут же поднимая его с пола, параллельно потирая ушибленное бедро. Пак замялся и начал отряхивать свои штаны, прикусывая губу и агрессивно пытаясь придумать, что сказать, чтобы не выдать волнения. Как по заказу, медленно, словно не замечая ничего вокруг, по лестнице спускался Чонгук, тоже витая в своих же мыслях и облаках. Юнги обернулся и задумчиво посмотрел на Чонгука, а после на Чимина, что бегал глазами по всему, по чему это было возможно. — Вы снова поссорились что ли? — Юнги привлёк внимание Чонгука, тот сразу перевел взгляд на Чимина, стандартно спокойно улыбаясь. — Нет, с чего ты решил? — Я, — Чимин немного замялся, всё-таки выдавая своё волнение. — Я пожалуй пойду. Юнги окликнул Пака, сразу направляясь за сбежавшим от очередного разговора. Чонгук одним движением остановил старшего, мотая головой в знак отрицания. Мин нахмурился и мягко убрал руку парня, всё-таки следуя за Чимином. Он смог выловить его в мужском туалете, где Чимин агрессивно мыл руки, выдавая свою нервозность: — Не спрашивай ничего, прошу. — Я не буду говорить о твоём друге и о ваших терках. Хотел предложить тебе кое что другое. Это Чимина немного удивило, потому что он ожидал явных расспросах о том, как они умудрились снова поссориться и что вообще два-не-разлей-вода-друга смогли не поделить. Неужто девушку? Чимин отстранился от раковины, вытирая руки бумажным полотенцем и переводя дыхание. Он посмотрел внимательно на Юнги, принимая прежний холодный облик, снова надевая маску. — У нас намечается сегодня ночью выезд. — Юнги замедлился, чтобы дать Чимину понять, о чем он говорит. — Ты мне как-то говорил, что тебе нравятся гонки… — И что ты мне предлагаешь? — Чимин примерно догадывался, что имел ввиду его друг, но до конца не мог поверить, что это то самое. — Я участвую. Хочу позвать тебя. — И где это будет? — Каннам*. Чимин выдохнул и отвернулся обратно к зеркалу, опираясь руками и раковину. Во-первых, устраивать заезд в самом центре Сеула, в дорогом районе равно самоубийству. От Юнги это вполне когда-нибудь можно было ожидать, однозначно. Но не сейчас. Во-вторых, на что надеется Мин? Что Чимин согласится на данную авантюру, ещё и в Каннаме? Это же полная чепуха! Чимин — прилежный ученик своего университета. Он имеет или, по-крайней мере, имел очень хорошую репутацию среди преподавателей и студентов. Он никогда не ввязывался в такие ситуации, а тем более добровольно. Но что-то пошло не так. В голову Чимина пришла ужасная, но в то же время гениальная идея. — Я за.