Дым всё ещё душит тебя?

Ода мельком взглянула на Настю, но затем почти сразу же перевела взгляд на свою напарницу. Кем бы была девушка, если бы каждую секунду не приставала к своей Мэй? Никто из присутствующих не был удивлен их цапающемуся взаимодействию. Если их видели вдвоем, то почти сразу же начинались столкновения и крик на весь дом. Некоторые думали, что они 100% трахаются, другие же - что они терпеть друг друга не могли. Только Юки и Мэй понимали друг друга и даже не нужно было слов. Это то, как они взаимодействовали на повседневной основе. — Мэй, Правда или Действие? — девушка наклонилась, облокачивая локоть правой руки на свое колено и подставляя ладонь под лицо. — Действие, Юки, — пыталась как можно увереннее сказать девушка с короткими волосами, может она пыталась убедить себя в выборе, — Чтобы не говорила, что я слишком скованна и стеснительна. — свободно села она и смотрела прямо ей в глаза, что было для неё непростым занятием. Глаза Юки были карими, они выглядели словно безжизненными и пустыми, потому что, несмотря на свою коричневую натуру, в них больше было от черного оттенка. Многие утопали в ее глазах, словно продавая душу дьяволу. Что ж, большинство могло бы так про нее сказать. Девушка ухмыльнулась, а затем задумалась на секунду, представляя, что она может загадать. — Оближи мои пальцы, будь хорошей девочкой. — протянула правую руку вперед детективша. Взгляд Мэй сменился с почти уверенного на полное недоумение происходящего, – Что? – процедила еле слышно девушка. — Давай, ты же не какая-то там тихая скромняшка! – крикнула в адрес рыжой Виктория. Уверенная в себе и энергичная девушка со средней длиной волос, не могла не промолчать и не подтолкнуть кого-то на столь интимный поступок, — Докажи! Улыбка Мэй сменилась на лёгкий вздох. Судзуки спокойно и неловко встала, а затем подошла к девушке, которая от неё так и не отстаёт. Все, кто был в комнате замолчали, такая тишина предвещала интригу и нетерпение последствий. Судзуки замахнулась и ударила ладонью Юки со всей силы по левой щеке. Девушка яростно вышла из комнаты, хлопнув за собой дверью. Не надо идти на поводу других людей, если ты не хочешь чего-то совершать — это уже повод делать это ради себя. Никто не обязан и не должен объяснять, почему чего-то не хочет, простого «нет» должно быть достаточно. Юки притронулась к щеке, которая разгорелась от сильного удара. Она, конечно же, посмотрела вслед уходящей партнерши. Могло ли это быть, что она зашла слишком далеко? Иногда Ода не отдавала отчет своим действиям, пытаясь лишь слегка задеть ее, но она не думала, что это так сильно заденет Мэй. Девушка взглянула на Викторию со всей серьёзностью во взгляде, что заставило сердце той сжаться. Она считала, что могла быть единственной, кто так обращался с Судзуки, и не терпела, когда кто-то пытался обидеть ее напарницу. — Заткнись, иначе я заставлю тебя. Мэй зашла на кухню, налив себе в бокал красное полусладкое вино из бутылки. Как-то раз Евгений сообщил ей, что он знал друга, у которого есть винокурня и оттуда он привозил одну и пару бутылочек вина в месяц. Конечно, Женя брал все по приличной цене. Судзуки подумала, что мужчина был бы не против, узнав, что девушка взяла одну из его коллекции. Она сделала глоток из бокала, а затем опустилась на ближайший стул. Почему каждый раз происходит одно и то же: Юки пытается подколоть или копнуть поглубже под прошлое девушки, не замечая, как сильно это отражается на состоянии Мэй. Такое ощущение, будто ее напарнице совершенно все равно на нее. Господи… иногда она просто мечтает, чтобы она никогда не была с ней знакома. И всё-таки, каждый раз вспоминается поцелуй с Юки в шестнадцать лет. Это трудно забыть, ведь это был их первый поцелуй. Мэй никогда не целовалась с кем-то до этого, и Юки сделала так, чтобы ее напарнице он точно запомнился. Он был нежным, что довольно удивительно для подростков с гормонами. Да уж, иногда Ода бывает не самой последней сволочью на свете. Когда она приказала облизать ее пальцы… у девушки все перевернулось внутри. Она никогда никому не рассказывала, даже Юки, про свое далекое детство. Когда ей было двенадцать лет, она шла со школы и даже не подозревала, что за ней по пятам шел мужчина лет тридцати пяти. Как только он приблизился, она была уже возле своего подъезда, но не успела позвонить в дверь, как мужчина взял ее в охапку и понес в место на улице, которое подготовил. Там они могли быть в тишине, а еще там было очень темно. Девочка пришла домой к своей сестре - Акико, которая в ту же ночь пошла в полицию, чтобы заявить на изнасилование своей несовершеннолетней сестры. Вскоре они нашли преступника, кем казался сосед на одном с ними этаже. Его посадили на долгое время. Мэй на протяжении нескольких лет не могла оправиться от этого случая. Она никому не доверяла, зачастую даже женщинам, кроме своей сестры. Ей хотелось, чтобы все исчезли разом. Но потом через четыре года она встретила Юки, которая показала, что такое любить… и ненавидеть одновременно в их случае. Юки и Мэй были детьми, у которых было сложное детство, поэтому они нашли комфорт в себе и «приставании» к друг другу. Коронавис, Ковид, Covid-19, Корона — называйте как хотите. Болезнь, которая унесла жизни многих за последние три года и до сих пор уносит. Люди вынуждены в помещениях находится в масках и воздержаться от общения с незнакомцами — рай для интровертов на самом деле. Карантин 2020 года изменил жизни всех людей, но в основном в худшую сторону. Мэй исключением не была. Двадцатидвухлетняя Лилит Авдеева закатила глаза на столь драматичную сцену. Столько драмы и страха люди напридумывают для того, чтобы усложнить свою же жизнь. Девушка с чёрно-красными волосами в белой рубашке и сером костюме направилась к входу в другую комнату. Её взгляд сразу упал на акустическую гитару, которая лежала на большой кровати. От природы талантливая и харизматичная девушка села на край кровати, взяла в руки гитару и начала играть мелодию песни «Каждый, кто делал тебе больно» – Лерочка, тихо напевая слова. Сквозь разговоры и сплетни можно было услышать красивую музыку, которую собственно и услышала Анастасия. — Вау.. — мягко произнесла девушка в дверях, а затем и вовсе зашла, — Не перестану восхищаться твоей творческой стороной! Можно было увидеть этот огонёк в глазах смотрящего. Лилит была задумчивой и мудрой девушкой. Она никогда не будет зависеть от чужого мнения, но в то же время она чувствительная и эмоциональная натура, у которой не осталось сил на жизнь. Ей надоело, что каждый день одно и то же. Если бы был способ это всё закончить.