Фэтан

Глава 2. Ульяна пришла только под вечер, свет дня уже начал меркнуть, а сумерки синими тенями стелись по комнатам. Она была грустна и непривычно задумчива. Феликс сидел в кресле с открытым фолиантом на коленях, в котором он до сих пор не прочитал не строчки. Он проснулся довольно давно и ждал Бессмертную. Не для того, чтобы признаться в своих чувствах, или уменьшить её боль. Нет не для этого, он просто ждал, ему было тоскливо без неё, как ребёнку без любимой игрушки, без стакана молока с печеньем, без сказки перед сном. Она была просто необходима ему. Он привык всё время видеть её рядом с собой, засыпая и просыпаясь, привык, чтобы она готовила ему завтрак, и обед, расставляла по местам его книги и манускрипты, аккуратно вытирала пыль с древних реликвий, ценность которых лишь в том, что они служили оправой к его воспоминаниям. Вампиру была не выносима сама мысль, что в жизни, что-то поменяется, измениться в одночасье, и кто-то будет влиять на его решения и поступки. Почему-то он забыл, что она не его послушная марионетка и бездушная кукла, а живой человек со своими мыслями и страстями. Весь день, непрестанно вышагивая по своему кабинету, он думал что можно всё вернуть к началу, оставить как есть. Без угроз и ультиматумов, без пересмотра отношений Просто Феликс и Ульяна, Шеф детективного агентства Пятая Стража и его послушная помощница, неукоснительно выполняющая все его задания, помогающая в расследованиях, вызывающая духов или сидящая за планшетом в поисках информации. Он упорно не замечал в ней красивую, любящую женщину. Он надеялся и твердо верил, что можно всё исправить и повернуть в прежнее русло. Он забыл непреложную истину, которую знали ещё древние: «В одну реку нельзя войти дважды». - Здравствуй, Ульяна. Где ты была? – Вампир давно сидел в кресле и ждал её появления, хотя сам никогда не признаться ей в этом. - Была? Везде помаленьку, - коротко бросает девушка и не глядя на него проходит на кухню. Через несколько минут сидя с кружкой дымящегося кофе и не прикуренной сигаретой, Медиум начинает обзванивать всех своих многочисленных близких и дальних подруг. Рассказывая каждой во всех подробностях про своего нового знакомого Дениса. Вскоре Феликс не выдерживает, он резко встаёт и уходит к себе в логово, прихватив по дороге пакет с кровью. Он вне себя от бешенства, попадись ему сейчас этот парень, придушил бы собственноручно, даже глазом не моргнув. Ревность, огнем зажгла его кровь, калёным железом выжигая разум, заставляя мучиться от переполнявших всё его естество эмоций и чувств. Ревность? Вампир перестал метаться по логову, как зверь в клетке. Замер, прислушиваясь к своим эмоциям. Неужели к Ульяне он испытывает такие глубокие чувства? Неужели любит, так же сильно как прежде, любил её сестру? Ведь после смерти Божены он надёжно похоронил не только себя, заживо сойдя в могилу. Он похоронил всё то, что делало его почти человеком, способным мучиться и страдать, превратился в бездушную машину не способную на глубокие чувства и сопереживание, но он ошибся, глубоко просчитался. Любовь коварной змеёй тихо и незаметно проползла в его душу, пустив там свои ядовитые всходы. И что делать теперь с собой и девушкой, которую предал, и любовь которой растоптал так небрежно, он не знал. После ухода Феликса, Ульяна немедленно бросила свой телефон, закрыла лицо руками и немножко поплакала над своей женской судьбой. Она уже большая девочка, ей не впервой переживать безответную любовь, и боль в расколотом сердце давно её не страшит. Но Боже Мой, как же она устала, от это невыносимо долгой жизни, бесконечного безбрежного одиночества, постоянного поиска чего-то продолжительного, долговечного, чьего-то надёжного плеча того кто хоть на время сможет успокоить её сердце, развеять тоску и дать приют метущейся душе. А тот единственный с кем она готова была разделить вечность, не ответил на её любовь. Бессмертная умылась и не раздеваясь, легла на кровать, провалившись в неглубокий беспокойный сон без сновидений. Не могу на тебя насмотреться, Ненавижу и снова люблю. Не могу без тебя согреться, И во сне твоё имя кричу… Ульяна затихла, и Вампир спустился на первый этаж. Он зажёг свечи, конечно, он прекрасно видел в темноте и без них. Но ему хотелось видеть лицо девушки в неверных отблесках пламени. Теперь разобравшись в себе, он не мог отказать себе в удовольствии хотя бы видеть её спящей, но в их отношениях он решил ничего не менять. Феликс сидит в ореоле темноты, и даже свет от пламени свечей не может через него пробиться, потому что он сам есть Тьма. Он смотрит на спящую Ульяну и любуется её красотой. Любуется правильными чертами лица, точёным профилем, прямым носом, изгибом длинных ресниц, кораллами чувственных губ. Он любуется почти незаметными морщинками вокруг глаз, маленькой вертикальной складочкой притаившейся на лбу, между бровей, двумя седыми прядями среди тёмных волос – свидетельствами того, что её жизнь не всегда была лёгкой и приятной, того что ей пришлось многое пережить и вынести одной вдалеке от него. Если бы он раньше знал, что маленькая девочка выпила эликсир, прикоснулась к его силе, сошёл бы он добровольно в могилу, или остался бы на земле, чтобы направлять её поступки и заботиться о ней? Ответа на это вопрос и многие другие, мудрый и всё знающий Феликс, пока не разумел. Его взгляд останавливается на плавном изгибе шеи девушки, холмиках грудей выступающих над одеялом, задерживается на изящных и сильных кистях рук. На мгновение приходит воспоминание о вчерашней ночи, как он ласкал это стройное, крепкое, горячее, молодое тело, и с какой горячностью, какой страстью она отвечала на его ласки. Усилием воли Вампир отгоняет эти воспоминания. Пока нельзя об этом думать, ещё не время, он и так уже всё испортил, нельзя испортить всё ещё больше. Завтра начнётся новый день, будет новое дело, и они вновь наденут маски. И лишь сейчас ночью, в темноте она целиком и полностью принадлежит ему, пускай даже сама об этом не знает. Вампир и его бессмертная возлюбленная. «Феликс…» - с нежностью шепчет девушка во сне его имя – «Я люблю тебя». Давая проклятому Тёмному надежду на прощение. Он уходит, на прощанье, подарив ей легкий, почти невесомый поцелуй, нежное касанье губ, и спокойный глубокий сон, без переживаний, терзаний, и без сновидений. Ульяна просыпается поздно, уже почти полдень. В агентстве никого нет. Вампир давно уже спит, услав всех детективов на задания, чтобы не мешались под ногами. Странно, когда это она успела снять с себя платье и залезть под одеяло? Она одевается и идет на кухню, бледная и слегка растрёпанная. Есть совсем не хочется, но она впихивает в себя бутерброд и стакан апельсинового сока, даже глоток любимого кофе не несёт с собой привычных удовольствия и бодрости. В течение получаса она неприкаянной тенью бродит по офису, не в силах найти себе занятия и успокоения. Весь привычный мир перевернулся с ног на голову, и любовь с ненавистью к одному вампиру переплелись в причудливый клубок. Не в силах справиться с собой Бессмертная медленно поднимается по винтовой лестнице на второй этаж, нет она вовсе не собирается тревожить его и прерывать дневной сон. Просто ей хочется быть к нему поближе, чувствовать его присутствие. Она бесцельно водит рукой по стеллажу с книгами, в голове сами собой формируются такие строки: Ускользающий во тьму, Забери с собой рассвет. Мои мысли и мечты, Жарких снов тяжёлый бред…