Neues Deutschland

Глава 31 — Два полководца.       Время шло, на поля и холмы Мондштата, опустилась ночь. Но на те ночи, что чаще всего видели солдаты Германии, это было мало похоже. Полная луна, в абсолютно безоблачном небе освещало всё вокруг. От этого многие солдаты не могли уснуть, в том числе и Мюллер.       Он стоял рядом с танком, и что-то рисовал на его броне. Благо, видимость позволяла рассмотреть что именно он рисует и как. — Ну… вроде понемногу вырисовывается…       Шпайдель заинтересовался этим рисунком, но он разговаривал на тот момент с Шафером. — И так… — растянул он, — Что мы будем делать сейчас?       Шафер ответил ему неторопливо. — Будем переходить под командование Манфреда… — Что? — спросил он его, — Ты что, совсем? — Мне надоело воевать… надоели эти военные будни…       Шпайдель был шокирован. — Только что, под наше с тобой командование перешло огромное войско… — говорил он, — Это раз… а во вторых, не забывай, этот мир может быть не очень то и дружелюбен!       Та территория, на которой находились солдаты Манфреда, была достаточно тихой. Наблюдатель записывал каждое движение. Приказы Шафера исполнялись беспрекословно. — Может быть и так… но всё же, у Манфреда достаточно знаний об этом мире… не известно правда сколько они пробыли тут…       Шафер некоторое время рассуждал об этом. — Но ты видел какие ордена он носит, какие на нём украшения! — Видел. — отвечал Шпайдель, — Мне кажется это не больше чем фарс.       Шафер же продолжил: — А я уверен, что это всё не просто так!       Его товарищ уже не пытался что либо ему доказать, это было бессмысленно. — Ладно, как скажешь…       Тем временем, на позициях Манфреда, стояла всё такая же знакомая тишина. — Фреди, что будем делать завтра? — спросил его Полди.       Манфред не ответил, лишь пожав плечами. — Просто мало-ли у нас имеются планы… ну, точнее у тебя.       Юноша ответил своему товарищу немного устало. — Вряд-ли, — сказал он, — завтра не хочется мне ничего делать… ну, в плане серьёзного…       Стоя почти в голом поле, перо на фуражке Манфреда стало колышется. Поднялся слабый ветер, который понемногу нарастал. — Что-то сегодня ветрено… — сказал Полди придерживая головной убор.       Неожиданно, прямо в воздухе образовался шар, который закрывал себя непонятными пластинами. — Ох ебать! — произнёс Манфред, — Тревога!!!       Словно ураган пронёсся по полю. Ветер был настолько сильным, что некоторые лёгкие головные уборы просто слетал с солдат, а каких то из них, буквально валило с ног из-за резких порывов.       Наблюдатель видел каждый шаг. — Герр Шафер! — окрикнул он его, — В лагере ниже что-то происходит!       Оба командующий побежали к наблюдатели, а Вильгельм выхватил у того бинокль. — Это ещё что такое?! — произнёс он, — Какой то шар! Будто бы из воздуха!       Пехотинцы лагеря стали вести огонь по этому шару, но что-то останавливало пули или же просто отклоняло их. — Он перенаправляет патроны солдат! — заметил Шпайдель, — Он просто к ним неуязвим!       Продолжая наблюдать, он увидел как один из солдат в фуражке вышел к этому шару с клинком в руке. — Что это там за безумец? — спросил Шпайдель — Это не безумец, это Манфред…       Раздался крик: — Штыки! — и в тот же момент, юноша бросился на это явление природы, нанося удары клинком.       Солдаты, по приказу юноши бросились в рукопашную, также нанося удары по монстру. — Он вот-вот упадёт!!! — крикнул юноша, — Отойти!!!       Сразу после этой фразы, элементаль словно отключился и упал, стараясь ранить тех кто был внизу. Но все были в безопасности когда он это сделал.       Стоило ему коснуться земли, как Манфред скомандовал: — Бей его!!!       Пехота вбивала в элементаль удар за ударом, Манфред резкими рывками наносил электрический урон. — Взрывайте, киньте в него гранату!!!       Один из солдат спохватился сразу, кинув в элементаль гранату. — Все назад! — скомандовал юноша       Элементаль стал подниматься после недолго отключи, но было поздно, граната детонировала и вызвав перегрузку, окончательно добила элементаля. — Убили! — крикнул один из солдат.       В ту же секунду раздался возглас отряда: — Победа!!! — кричал чуть ли не весь лагерь.       На наблюдательного пункте, Шпайдель не мог закрыть свой рот от удивления. Ненадолго воцарилось молчание.       Шафер прервал его первым. — … а ты знал как с этой херней сейчас бороться? — спросил он, — Я вот в душе не знаю что я бы делал, а он… — Он ещё и какой-то силой обладать стал… — заметил Шпайдель, — Теперь я понимаю, почему ты хочешь чтобы он был командиром.       Ещё некоторое время понаблюдав за ними, Шафер и Шпайдель отправились на отдых. — Всё! — сказал Вильгельм, — Завтра организовываем переезд.       С этими словами, мужчина ушёл в палатку, дабы отоспаться. Шпайдель также решил пойти поспать, но заметил Мюллера, что так сильно кропил над бронёй танка. — Мюллер? — спросил он его, — Что это ты делаешь?       Мюллер немного испугался и отошёл от бортовой брони, что позволяло разглядеть рисунок. Всадник на белом коне, с копьем-знаменем, что словно ветер летел в атаку на своём скакуне. — Не знал, что ты рисуешь… — сказал Шпайдель, — Причём так красиво…       Несмотря на размер самого рисунка, что был не слишком большим, можно было разглядеть большое количество деталей в нем. — Это, не первая моя работа на броне танков, — усмехнулся Мюллер, — тот зверь на самоходке, тоже моя работа.       Шпайдель был заинтересован его способностями к рисованию. — А что насчёт портретов? — спросил он, — Или же пейзажей?       Мюллер ответил уклончиво: — Извините. Не особо подобным… я не серьёзный художник.       Пожав плечами, тот отправился спать, и Мюллер также последовал его примеру. Рисунок был закончен, наблюдатели сменились, лагерь перешёл в ночной режим.       Также произошло и в лагере «Новой Германии» после смены караула, все солдаты что в нем не были, отправились на боковую.       Утро началось с очень раннего подъема. Лагерь Вильгельма просыпался в шесть часов утра, но в этот раз подъём случился в четыре часа утра.       Подъём начался, с пистолетных выстрелов. — Тревога! — крикнул один из наблюдателей.       Из-за выстрелов, все солдаты резко подорвались со своих мест. В том числе, и Шафер. — Что блять происходит?! — крикнул он — И где Шпайдель?!       Подбежав к штабу, тот увидел немыслимое. Перед входом в штаб, стоял Гётце, а перед ним, на коленях затылком к нему, стоял Шпайдель. Тот угрожал ему пистолетом. — О, Шафер, руководитель всей этой… Шайки…       Солдаты нацелились на старого генерала своими винтовками, а кто-то даже приготовился стрелять из пулемёта. — Послушай Вилл, прикажи им опустить оружие, иначе мальчишке не поздоровится…       Шпайдель тем временем стоял на коленях, просто зажмурив глаза. Он думал что в любой момент он больше ничего не увидит. — Опустите оружие… — скомандовал Вильгельм       Солдаты послушались его приказа. Все опустили винтовки и автоматы. — Отлично, — произнёс Гётце, — вставай и на ту сторону баррикад…       Шпайдель резко встал с колен и забежал за спину Вильгельм, стараясь хотя бы там найти спасение. — А теперь, дорогие товарищи, выйдите все те, кто инициировал тот судьбоносный бунт…       Из строя не побоялись выйти пятеро основных человек. — В шеренгу! — приказал Гётце.       И вновь приказ был выполнен. Следующее что сделал Гётце, это достал из ножен меч изумрудного цвета. — Стойте ровно…       Никто никогда не знал, что Гётце, искусно владеет одноручным мечом. Но это понял каждый, когда все пятеро человек в строю… лишились своих голов. Всё пять тел тут же с грохотом упали на землю. — Вот так то! — с этими словами, он, довольный, спрятал меч обратно в ножны, — И так будет с каждым!       Шафер и Шпайдель были шокированы. — Вы двое! — крикнул он указав палец на Шафера, — Верните погоны!!!       Шафер снял с себя и Шпайделя погоны обергруппенфюрера и подойдя к Гётце, отдал их ему.       Тот закрепил погоны на плечах. — Отлично, теперь все слушайте сюда. — начал он, — Никто из вас не...       Гётце стал говорить план, что он хочет организовать и выполнить в ближайшее время. Такие планы не строил даже Наполеон. — Сейчас, вы, Шафер, идёте к тому лагерю, и приказываете им присоединится к нашей армии.       Приказ был ясен. Шафер развернулся в сторону дороги и направился к лагерю. — «Пиздец». — думал Шафер, — «Полный пиздец!!!»       Спускаясь вниз к лагерю, он всё думал что можно с этим сделать. Что же придумать такого, чтобы можно было сохранить всех. — Мне нужен Манфред, он мне точно поможет, — думал он, — у меня есть минут десять, если не меньше.       С быстрого шага, Шафер перешёл на бег, в какой-то момент он бежал быстрее чем могли его ноги. Почти каждый шаг мог стать причиной его повреждённой лодыжки. — Герр Гауптман! — крикнул наблюдатель, — К нам приближается офицер!       У Манфреда сегодня было хорошее настроение, поэтому он с улыбкой посмотрел вдаль.       На лице Шафера было никогда неизвестное ему ранее выражение лица. Он не думал что такой человек может быть чем либо испуган. — Он испуган, впустите его и приготовьте оружие.       Приказ был ясен, солдаты взяли винтовки в руки и увидев офицера закричали ему: — Давай к нам, быстрее!       Шафер добежав до окопа прыгнул в него, там его встретил Манфред. — Вильгельм, что происходит? — спросил он — Манфред, у меня нет других слов, — говорил он стараясь отдышаться, — времени нет, вывешивай белый флаг, иначе всех убьют!       У Манфреда аж глаза полезли на лоб. — Как?! — спросил он, — В каком смысле? Что произошло?!       Шафер выпив немного воды, ответил: — Гётце вернулся, с мечом и какой-то перчаткой с медальоном… — говорил он, — Лучше сдавайся Фреди, нам его армию не победить.       Манфред поймал его на слове. — Так, для начала расскажи-ка мне о его нраве…       Шафер немного с непониманием посмотрел на юношу. — Ну, он любитель «Рыцарства»… — сказал он, — В некотором роде... "Честолюбие" - его второе имя.       И на этом слове, у него появился план. — Пусть приходит, возвращайся к нему, и скажи что я делаю разговаривать именно с ним.       Вильгельм от удивления и шока открыл рот. — Ты безумец… Ты просто спятил… — Плевать что ты сейчас думаешь обо мне, — заявил юноша, — мой план имеет лучший вариант развития! — Фреди… пожалуйста… — умоляя молвил Вил.       Манфред же перешёл на более грубый тон: — Я сказал… Иди!       В этот раз, Вильгельм не стал перечить ему. Поднявшись из окопа, он направился к лагерю. Не успел он начать приближаться к лагерю как стали слышны шум моторов и лязг гусениц. — Охренеть… — сказал он вслух.       К нему спускался Гётце. Подойдя к Шаферу, от спросил: — Ну что? — сказал он надменно, — Как… «успехи»? — Неудача, но их главный рыцарь хочет поговорить с тем полководцем, что отдал такой приказ…       Гётце помолчал, но позже ответил: — Интересно... — произнёс он, — Хорошо. Я поговорю с ним лично.       Он продолжил спускаться вниз. — «Насколько силён этот воин или насколько он глуп, это мне ещё предстоит узнать».       Вслед за великим полководцем, спускался и весь его отряд. Гётце отобрал для уничтожения всей армии Манфреда пятьсот человек, в том числе - шесть танков.       Спустившись со склона, Гётце увидел реющий флаг над окопами, окопанные танки. — Они совершенно не готовы.       Но из окопов, поднялся солдат в фуражке и нарукавной повязкой на которой был изображён мальтийский крест. — «Это ещё кто?» — подумал Готтфрид, — «Неужели, это он?»       Гётце ожидал непонятного языка, но к удивлению, неизвестный заговорил с ним на чистом немецком. — Ну здравствуй, воин! — крикнул он Издалека, — Не против если я подойду поближе?       Гетце ответил, что не против. — Ко мне приходил твой помощник с твоим… «ультиматумом». — продолжил юноша — Я уважаю твоё бесстрашие, твоё войско всесильно, ради тебя оно горы свернёт… — К чему это всё? — крикнул он в ответ, — Что ты хочешь этим сказать?       Подойдя к Гётце на расстояние пяти метров, они общались уже более спокойно. — Я к тому, что у тебя есть план, взять моих солдат и не меня в том числе…       Говорил Манфред об этом чётко и внятно, проговаривая каждое слово. — У меня есть к тебе предложение. Давай, лично, решим судьбы наших армий? — Лично? — спросил он его, но он не успел это сказать, в тот момент, в лицо прилетела перчатка. — Я вызываю тебя на дуэль! — заявил юноша.       Гётце был в ярости. Какой-то мальчишка, кинул ему в лицо перчатку, посмел вызвать его на дуэль. — Что?! — вскрикнул он, — Да как ты посмел?!       Манфред лишь усмехнулся. — У меня есть на это основания… — «Он вызвал меня на дуэль… этот мальчишка…», — но гнев, сменился на ехидную улыбку, — «…не знает во что вляпался»       Манфред заметил выражение его лица. Некий страх пробрался в его душу, но тот не подавал вида. Гётце ответил: — Я согласен! — сказал он, — Каковы условия?       Манфред улыбнулся и ответил ему: — Они просты, дуэль заканчивается тогда, когда соперник падает на колени!              Гётце тотчас согласился с этим. — Дальше… — ...если я проиграю, я беспрекословно присоединяю всю армию и объекты к твоему войску, — продолжил он, — если же ты проиграешь, ты присоединяешься ко мне и понижаешься в звании, становясь обычным солдатом… — Идёт!       Но Манфред перебил его. Он заметил на его руке перчатку, с символом «Пиро» — Это ещё не всё… — остановил его Манфред, — Ты отдашь мне вот эту перчатку, ту, что у тебя на руке…       Гётце не знал о свойствах перчатки и также согласился на условия. — Отлично, дождёмся твоей армии, дабы не было недопониманий и лишней крови…       И оба стали ждать, пока с горы спустятся солдаты Готфрида. — «Интересно, почему же мы сейчас по разные стороны баррикад…»       Гётце решил узнать правду. — Я знаю, что ты, пропавший Манфред Цапф… — сказал он.       Манфред заинтересовался в его манере речи, она была более чем спокойной. — Почему ты предал рейх? — задал он такой вопрос, — Ты используешь его обмундирование, его снаряды и пули, его медикаменты и технику… — И? — Почему же, всё ведь могло быть иначе! — Нет не могло… — ответил Манфред, — Я не предавал Рейх, это он предал меня! Оставил меня здесь, в неизвестном мире и без связи с моим государством, которое я так любил. Любил тамошних людей, природу, дома! — Рейх тебя не предавал, а отобрал для великих целей и побед… — Мне нахер не нужны такие цели! — ответил Манфред, — я просто хочу вернутся домой, к отцу, так что мне нахер не сдалась эта война! Не тамошняя, не здешняя!       Гётце не знал что ответить, всё это было очень схоже с его ситуацией. — … а разве ты, всё ещё верен рейху? — спросил он его, — Ведь он тоже оставил тебя здесь!       Гетце это тоже понимал. — Нет, я уверен это была ошибка, я не поверю в это! — Но так и есть! — крикнул юноша, — Ты оставлен здесь, как и вся твоя армия!!!       Танки и бронемашины уже подошли на расстояние выстрела, но Гётце жестом остановил их. — Хорошо… я понимаю, у каждого своя правда… — сказал он. — Я не смогу тебя переубедить, также как и ты не переубедишь меня.       Гётце покачал головой, согласившись с юношей.       Все войска были в напряжении, стрелять или нет. — Отряды, стрелять запрещаю! — заявил Гётце, — Только я сражаюсь с ним, также, не стреляйте по окопам солдат моего соперника.       Манрфед также развернулся к своим солдатам: — Запрещаю стрелять, я бьюсь один!       Обстановка накалялась, солдаты обоих лагерей положили винтовки на плечо. — Ты готов? — спросил Гётце, — Хватит тянуть время…       Манфред понял намёки старого генерала. В одно движение он вынул из ножен свой клинок. — Я готов! — заявил юноша. — Надеюсь, ты знаешь на что идёшь…       Манфред ответил ему с уверенностью. — Более чем, — сказал юноша, — Сразимся!!! Один на один… как настоящие рыцари!!!       Гётце вынул из ножен изумрудного цвета меч. — С этим, как ты будешь тягаться? — спросил он его. — Не волнуйся, я справлюсь. Ты только используй… Все, силы… Все… — уточнил Манфред.       Гетце не понял юношу, в этом и был план. Манфред изначально был сильнее, вся заварушка с дуэлью, это один, хитрый, план.