Та, которая водила дружбу со звездами

Даже не знаю с чего и начать. История про Нее. Она дается мне слишком тяжело. Потому что она была самым прекрасным человеком на свете. Или, потому что мы были близки настолько, что я стал крышкой для ее кастрюли. Она делала все, как в последний раз. Была неуклюжей и спешной. Дарила тепло и добро. Зажигала сердца. Ей нравилось подкрадываться ко мне сзади и обнимать - «за эту широченную и мускулистую спину» - как она сказала однажды. Я любил дергать ее маленькие ушки и перебирать пальцами длинные волосы. Она была моим месяцем, за которым я наблюдал, не придавая этому никакого значения. И она любила меня… А я, - как выяснилось в последствии, - Ее. Однажды дождливым днем я бежал домой совершенно промокший и продрогший от холода в новом для себя и еще малознакомом городе. Я только поступил тогда на первый курс журфака, покинул родительское гнездо, обустроился на новом месте и решил изучить окрестности, совершив прогулку. Конец августа. Совершенно неожиданно небо в один миг заволокло густыми тучами. И с него хлынул холодный поток. Мне хотелось поскорее попасть внутрь здания и скрыться от этого мокрого гостя. Я полностью промок, мое тело дрожало от прикосновения летящего настречу ветра. Набрав скорость в своем шаге, я почти добрался до многоэтажки, где совсем недавно снял квартиру, как вдруг мой взгляд притянуло потрясающее зрелище. Мне навстречу мчалась девушка с длинными насквозь промокшими волосами цвета темного каштана и в легком белом летнем платьице. Оно вздымалось вверх, оголяя миниатюрные ножки в белых кедах. Она бежала, расставив руки в стороны, и широко улыбалась. Тогда она показалась мне странной в гораздо большей степени, нежели красивой. Лишь сейчас я понимаю, что стал свидетелем самого чудесного мгновения в своей жизни. Все вокруг вводили себя в жуткий дискомфорт. Злились и торопились. А она мчалась вперед, будто птица, поднимая то и дело лицо к небу, словно взывая к нему. Я не видел человека счастливее. И, наверно, больше не увижу никогда. В тот самый момент я остановился в мокром оцепенении и проводил эту легкомысленную девицу взглядом, подумав о том, какой она еще ребенок, и что завтрашнее утро для нее начнется с болью в горле и повышенной температурой. Потом я узнал, что ее совершенно не волновали вещи подобного рода. Ведь она была с другой вселенной. Она любила соленые крекеры вместо сладких, она любила много читать и рисовать мультяшных персонажей, при том, что рисовать не училась никогда. Да ее не волновала правильная симметрия человеческого тела и остальные тонкости художественного мастерства. Она просто рисовала, воссоздавая на листе придуманные, причудливые образы из головы. Я видел ее рисунки, и они были до такой степени необычны и странны, что поначалу я решил списать это на сумасшествие. Что творилось в этой маленькой головке? Что толкало ее на изображение этих непохожих ни на что прежде существ? Было в них что-то такое - притягательное и неповторимое… У нее был свой собственный стиль во всем. Начиная с того, в каком порядке она раскладывала и хранила вещи, заканчивая тем, как она пыталась жарить картошку. Она ненавидела готовить. И делала это абсолютно иррационально, придерживаясь собственного придуманного плана из головы, игнорируя рецепты. И тут не угадаешь. Иногда, как рассказывала она, получалось непревзойденно вкусно. Но чаще – это была сущая гадость. Ее пути были всегда длиннее и сложнее, чем у всех остальных людей на планете. Можно сказать, что она все всегда себе усложняла. Не намеренно, конечно. Просто она была таким человеком. Меня это очень удивляло, потому что сам я был жутким рационалом. Рутинная работа была для нее огромным котлом, подогреваемым с низу адским пламенем. И меня забавляло то, насколько она злилась, когда ей приходилось проходить через это снова и снова. После той спонтанной встречи, когда я запомнил ее длинную мокрую шевелюру, мы встретились вновь. Так получилось, что нас забросило в один университет на одну и ту же специальность. А, впоследствии, мы попали в одну группу. На сборах мне хватило взглянуть лишь единожды, и я сразу узнал ее. И мысленно повторил: «Она сумасбродная, лучше держаться подальше». На специальности «журналистика» было не так уж много парней. В нашей группе из двадцати человек нас было трое. И я выделялся на их фоне. Так уж вышло, что родители передали мне прекрасные гены, отчего, начиная уже с рождения, когда мною умилялись все родственники и соседи, заканчивая настоящим, когда я стал популярным среди девушек, преподавателей и вообще среди людей, мне не давали покоя настойчивые взгляды. При чем это не всегда играло в мою пользу, порой даже жутко утомляло. Иногда на меня останавливались посмотреть даже посторонние люди - настолько была беспощадна и повальна сила моей природной красоты. Я пользовался большой популярностью. Поэтому я всегда был сыт вниманием со стороны. К тому же, по мере взросления, находясь в постоянном центре внимания, я развил харизму и отличное чувство юмора. Да, несомненно, с внешностью мне очень повезло. Учителя меня любили, хоть я и был тем еще повесой и хулиганом. Многое мне прощалось. Но для родителей я был совершенно обычным, поэтому они воспитывали меня, не балуя. Однако всю жизнь я старался превзойти сам себя. В спорте, в знаниях, во взаимоотношениях. Я старался быть лучшим во всем, что касалось моей жизни в тот или иной отрезок времени. В футбольной команде меня назначили капитаном. Каждая моя новая девушка была лучше предыдущей. К друзьям у меня тоже были определенные требования. Я постоянно гнался за чем-то, чего просто-напросто могло и не существовать. Мои цели не имели сути. Быть всегда на виду – значит чувствовать, как за каждым совершенным тобою действием наблюдают. Круто быть популярным и способным расположить к себе кого-угодно. Но когда чего-то становится слишком много – оно начинает тебя поглощать. Тогда я этого еще не понимал. Почему журналист? У меня был отлично подвешен язык, я был весьма харизматичен. К тому же, дабы развеять миф о тупых футболистах, я любил читать и писать эссе на самые острые и волнующие меня темы. Я участвовал в конкурсах, несколько раз занимая призовые места, в том числе и первое. Я думал – это то, что мне нужно. Вот и поступил на свою голову. И встретил ее. Мою погибель. Ту, что открыла мне глаза. Отправляясь в другой город учиться, я расстался с очередной умной, красивой и талантливой девушкой. Все они реагировали на разрыв по-разному. Этот дался мне крайне тяжело, ведь мы встречались год – самые долгие отношения за все время. Не скажу, что был до безумия огорчен этим событием. Я лишь знал, что нужно сделать это как можно скорее до отъезда и остаться в хороших отношениях. Все прошло без сцен. Она была разумным человеком и приняла наш разрыв достойно, как и подобалось ее образу, выдержке и воспитанию. Но я знал, что в какой-то степени сделал ей больно. Да и она мне не была чужой. Все-таки год отношений не мог пройти бесследно, не образовав между нами прочную связь. Не сказать, что я был в нее влюблен. Она мне нравилась, и я уважал ее как человека. Как и всех предыдущих девушек. Но, как описывалась влюбленность в книгах и фильмах, как о ней рассказывали мои друзья, что она творила с людьми. Я этого не мог понять, мне казалось, что любое чувство можно подчинить контролю. И влюбленность – если бы она смогла меня настигнуть – я бы это непременно почувствовал и научился бы контролировать это хитрое и коварное чувство. Я всегда старался следовать намеченному плану, долго не задерживаясь на одном месте. Кто же мог предположить, что жизнь сыграет со мной злую шутку, перевернув всю мою идеологию к чертовой матери. Я пытался представить, что бы было, если бы мы не встретились, не сблизились. Если бы она не влюбилась в меня… Я бы все так же топтался на одном месте, выстраивая новые планы по достижению того самого несуществующего идеала. Ведь то, что я делал большую часть жизни – старался для кого-то другого. И ведь никто не заставлял. Но и никто не научил меня главному – получать удовольствие. А Она жила ради этого. Не могла делать то, чему противилось ее нутро. И я это впитал, как самый важный урок. Это и был он. На парах Вера, таковым было ее имя, всегда внимательно слушала преподавателей, направляя свой взгляд прямо им в глаза. Неотрывно, она вбирала в себя все, что они излагали. Такой интерес к учебному процессу был только у нее. Она всегда старалась отвечать на вопросы, которые задавали преподаватели всей группе. Отвечала мгновенно, я даже не успевал обработать вопрос в голове, как уже слышал ее резвый и громкий голос. Многие девочки ее за это недолюбливали. Считали выскочкой. Я же думал, что они просто завидовали тому рвению и кладу, что был заложен в ее крохотной головке. По телосложению Вера была такая маленькая, что, казалось, могла уместиться в коробке среднего размера, но сила, что жила внутри была обратно пропорциональна ее телосложению. Даже на переменах она сидела, уткнувшись в книгу. Мало с кем общалась, хоть и не была замкнута. Казалось, Она была выше всей этой напускной девичьей суеты. Право, ее интересы заключались в другом. И Вера нашла себе союзников по духу. Ими были две одержимые книгами в такой же степени, что и она, девочки. И я. Я говорил уже, что счел Варю безумно странной и решился держатся от нее подальше. Однако, на удивление самого себя, стал бросать взгляды украдкой в ее сторону. Эта атмосфера спокойствия, когда она читала, и большого возбуждения, когда дело касалось какого-то действия, меня забавляла. Почти сразу я нашел себе девушку. Она училась старше меня на один курс. Подрабатывала моделью мало известного бренда одежды. Ее звали Майя. Ее уже не интересовали книги. Она была суперцелеустремленной и совершенно неугомонной. Получила сертификат бровиста и работала в хорошем салоне красоты. И успевала быть председателем студ. Совета. Организовывала мероприятия. В общем – Майя была деловой особой. Полная противоположность Вере. Но кое-чего у Майи все же не было. Тех самых чувств. Той энергии, что бескрайне билась из нутра этой маленькой леди. Зря я взялся их сравнивать. Ведь так не поступают с людьми. Просто я не знал, что буду так сильно нуждаться в человеке. Ее глаза постоянно говорили со мной. Они передавали мне невидимый сигнал, который я понял, к сожалению, не сразу. Вера была необычной. Как закатное солнце. Каждый день меняла свое обличие и настроение, не меняя самой сути. И Она же была принцессой наивности. Несла в этот мир добро и свет. Все грелись, находясь с ней рядом, а потом свечение резко прервалось. А теперь расскажу, как же все-таки вышло, что наши миры с ней пересеклись. Это был групповой проект. Тот самый, который дают для сплочения коллектива и, чтобы создать нам приятные воспоминания о студенческих годах. Нас было четверо. Ее подруги – книжные черви, она и я. Вы спросите, как же я туда попал? В день распределения за меня разразилась настоящая битва между компаниями девочек. Я решил прекратить эту войну, выбрав тот коллектив, который не участвовал в этой баталии, дабы предотвратить последующие за моим выбором ругани. И на мое удивление, я сразу нашел общий язык с Ней. Да и по-другому быть не могло. Будто где-то кто-то давно решил все за нас. И мы слепо, как актеры, последовали за написанным сценарием. Проект состоял в том, что нам надо было взять интервью у какой-нибудь известной или интересной личности в пределах универа и города. Также нужно было снять его на видео и качественно все смонтировать. Мы распределили роли и обговорили план действий. Мне досталось монтирование видео. Я был весьма хорош в этом и предложил девочкам свою кандидатуру, они не стали возражать. Одна из ее подруг была режиссером, другая должна была сидеть на против гостя и задавать непосредственно вопросы. А ей досталось самое важное – написание тех самых вопросов и сценария. Надо было выбрать персону, договориться с ней и накопать как можно больше информации, касаемо ее жизни. Ей выдвинулись помочь девочки. Но так получилось, что в день важных переговоров и написания сценария у них возникли неотложные дела. И я, хоть и неохотно, но решил не бросать Ее одну. После чего был тысячу раз благодарен сам себе, что принял именно это решение. Мы встретились с ней тет-а-тет в библиотеке. Тогда и начали зарождаться чувства между нами. В тот день нас занесло на крышу университета. Даже не спрашивайте, как мы туда попали… До этого еще дело дойдет. Все по порядку. В тот день она сказала мне, что попадать в неприятности — это Ее суперспособность. Но я был с ней не согласен. Ее супер-способностью было – будоражить людские сердца и выворачивать их души наизнанку. Иначе как объяснить тот самый разговор, что возник между нами на крыше. Я выложил постороннему человеку себя. И даже не успел это осознать.