Спасти раба

— Как тебе тут? — спросил Аланд. Он, как и хотел, пошел гулять з Бришеном в лес возле дома. Как только прошла неделя, которую парень должен был провести в постели, хозяин потянул его сюда. Облака защищали их от обеднего майского солнца. — Классно — безэмоционально ответил раб, хотя он был рад наконец-то встать с кровати. Тяжесть в сердце покидала его, только когда её перебивали другие эмоции, обычно негативные. — Кажется сейчас будет дождь, пошли назад. На подтверждение его словам начало капать. У Бришена это почему-то вызывало тревогу. Она нарастала вместе с дождем. Парень почувствовал, как ускорилось его сердце, как мысли его путаются. Дождь нарастал и нарастал. Раб остановился и присел. Ему стало сложно дышать, накатил страх, его немного трясло. — Бришен? Раб всегда так тихо и незаметно шел, что не было слышно тут он или нет. Но Аланд заметил пропажу всего спустя несколько секунд. Обернувшись, он увидел раба, стоящего на одном колене и упираясь одной рукой в землю, а другой в колено. Увидев печальное состояние друга, парень сразу же бросился к нему. Он присел и положил руку на плечо раба, чтобы тот очнулся. — Всё в порядке? Бришен тяжело дышал и не мог собраться, чтобы ответить. «Это как-то связано с дождем?» — думал Аланд. Под деревьями более сухо не было, так как это сосновый лес. В любом случае надо было как-то добраться до дома, а оттуда можно и к врачу. Хозяин поднял его, как когда только купил и не хотел будить и побежал к дому. Бришен кажется не возражал. Он заметно потяжелел с того момента, но всё ещё был довольно лёгким. Хоть Аланд и бежал, но чувствовал, как раб трясется. Его лицо, такое мокрое, такое несчастное и такое прекрасное. Эти волосы. Эти губы, такие тонкие и нежные. Жаль только глаз не было видно. Парень заставил себя оторваться от него и сосредоточиться на дороге, чтобы не упасть. Он бежал уже п’ять минут и уже было видно его дом, но пришлось остановиться. Парень уже не мог бежать. Хозяин упёр раба в дерево и сел рядом, тяжело дыша. Бришен уже не трясся, а мускулы на его лице не были так напряжены. Когда раб чуть не упал набок, Аланд понял, что он или без сознания или мертвый. Но вместо того, чтобы переживать, у него была только одна мысль: «А что если поцеловать его». Последнее время его так и тянуло к рабу, может это его единственный шанс поцеловать Бришена. Он никогда не испытывал такого сильного желания, будто его волей кто-то завладел и заставлял сделать это. Тянуло, как железо к магниту. Он приблизился, левую ногу, согнув в колене, поставил между ног Бришена, а правую, тоже согнув в колене, поставил справа от ноги парня. По его лицу стекали капли дождя. Он обнял его, поставив голову на плечо. Затем отодвинул голову назад, а руки с плеч переместились к щекам. « Нет. Я не могу, только если он сам согласиться», — сказал у себя в голове Аланд. Затем поднялся, немного расстроено и дальше понес раба. Дойдя наконец к дому, он занёс Бришена в его комнату, на кровать, и попытался привести в чувства. Когда раб очнулся, он выглядел немного растерянным, а на него вопросительно смотрел хозяин. — Прости, — сказал он виновато: просто… моя прошлая хозяйка, когда мы делали что-то не так, она привязывала нас к доске в лежащем положении, а потом лила воду на лицо, не давая дышать (пытка водой). — Всё хорошо… Тогда увидимся на ужине.

***

Сегодня утром и обедом Бришен ел за одним столом с Аландом. К ужину явилась «жена» хозяина. Она удивилась новому гостю, но ничего не сказала. Раб тоже видел её впервые, но последовав примеру так же молчал. Когда Сесили доела и ушла Аланд всё объяснил. — У неё, кстати, скоро день рождения. Послезавтра. Будут наши родственники. Можно попросить тебя кое о чем? — Ты же хозяин. — Ты не мог бы помыться? Просто ты неделю лежал в кровати и ещё до того. Ты конечно был под дождем и боишься воды, но мы просто нагреваем воду в ведре и так моемся, поэтому ты не задохнешься и если хочешь можешь не мыть голову. Но если не хочешь можешь ничего не делать но… пожалуйста. Большинство людей не мылись вообще. Может даже он с слугами единственные, кто моется, но для него это важно. В детстве он часто купался летом и любил он больше не сам процесс, а чистоту и свежесть после купания. Сесили тоже кажется мылась, хоть он не был уверен. Бришен не очень хотел, но хозяин всегда так добр к нему. Он должен хотя бы попытаться. — Хорошо. Хотя раб уже мог не лежать в постели, но день всё равно заканчивался как и раньше — чтением. Когда настал «мойный день» все по очереди нагревали воду в ведре, чтобы не было так холодно мыться и уходили за дом. Бришену удалось без проблем помыть тело и кое-как он всё-таки помыл голову. Аланд даже выдал ему новую одежду. *** Пришел день рождения Сесили. К обеду должны были быть гости. Слуг на всё не хватало, поэтому подавать еду будет Бришен. Он переоделся в более бедную одежду, чтобы не возникало никаких вопросов. Гостей естественно было много. По имени Аланд знал меньше половины, так как большинство родственники Сесили, а он с ними был не очень знаком. Аланд, хоть по-настоящему пробовал алкоголь только один раз, ненавидел его. В детстве он много раз видел, что родственники напившись делали с рабами ужасные вещи. Один раз он, всё же, решил напиться, но ему это состояние не понравилось. На такие праздники всегда напивались так, что потом еле шли. Чтобы родственники не приставали к нему с тем, что он не пьет на такой праздник, он попросил Бришена лить ему с другой бутылки с виноградным соком. Для Аланда это казалось пыткой. Если бы он мог до ночи сидеть молча попивая свой сок и слушая ихние разговоры, то это ещё нормально. Но так как он хозяин этого дома и жених именинницы его старались всеми способами привлечь к разговору. Он врал как он почитает богов, как любит свою жену, рассказывал только что придуманные истории и так весь день. Только при виде Бришена ему становилось чуть легче. В такие моменты он завидовал своим рабам. Повару, который тихо готовил на кухне, официанту, который молча подавал блюда. Если бы он мог просто пойти в комнату з Бришеном, лежать и разговаривать или пойти с ним в лес прогуляться. Одна из родственников Сесилии рассказала историю: « А одна из моих дочерей отказывалась выходить замуж, я объясняю ей, что хочу для неё как лучше, что она не пожалеет и тут из-за угла выходит шут и говорит что-то, как там, всё вспомнила, ну так вот: « женись на радость маме, работай на радость папе, заведи детей на радость бабушке…» я тут уже хотела его похвалить если бы не продолжение: «убедись, что все вокруг тебя счастливы, выпей яд». Аланду ужасно захотелось смеяться. Но он сдерживался. — Надеюсь вы наказали его? — спросила другая женщина, мама Сесили, насколько он помнил. — Конечно наказала. Им нельзя такое прощать. Он испытал на себе горячий воск. — Давайте выпьем за это! Парень уже почти придушил в себе желание рассмеяться, но тут он повернул голову к Сесили, которая тоже с трудом сдерживала смех, а она посмотрела на него. Они смеялись как кони и не могли успокоиться, особенно подвыпившая Сесили. Гости осуждающе на них посмотрели. — Я просто вспомнил шутку, которую мне рассказал мой раб, — соврал Аланд. — Да, я тоже, — сказала Сесили, всё ещё смеясь. — И какая шутка? — спросил кто-то из зала. — Официант! — позвала Сесили. Бришен, который стоял в зале, следя чтобы в бокалах было полно и иногда приносил еду, встрепенулся. « Какая шутка? Я сегодня только впервые услышал её голос и шуток не рассказывал». Все взгляды были прикован к нему. — Емм, сейчас вспомню, — сказал раб. — Ну ту шутку, 2 дня назад, помнишь? — спросила девушка. — А да точно. Ну так вот. Эмм… почему когда в соседнем королевстве люди танцуют для лжебогов, чтобы пошел дождь, то он начинается? Потому, что они танцуют, пока он не начнется. Гостям потребовалось пару секунд, чтобы понять шутку. Затем пьяный зал взорвался смехом. Бришен решил уйти на время на кухню, чтобы не просили пошутить ещё. Он не знал, как Аланд всё это выдерживает. А ведь это только начало *** Ближе к вечеру, когда солнце было ближе к горизонту, чем к точке зенита, официант выполнял свои обязанности. Кажется он знал уже все сплетни в королевстве, кто на ком женился, кто что сделал, кто кого убил. Он даже запомнил имена всех гостей. Когда он в очередной раз доливал матери Аланда, которая весь вечер только и делала, что восхваляла своего сына, его батя, как-то дернулся и алкоголь попал на матерь. Она так закричала, что у Бришена чуть сердце не остановилось. Все сразу начали выяснять, что случилось. Папа Аланда уже хотел ударить официанта, но хозяин дома спас его. — Не надо! Я сам его накажу, а вы сидите здесь, — сказал парень. Конечно он не собирается наказывать любимого раба. Он и слуг никогда не наказывал. — Мы хотим видеть, как ты его наказываешь! — закричал кто-то из зала. — У тебя такие послушные рабы, мы хотим знать, как ты их наказываешь! — закричал ещё кто-то. Бришен посмотрел на Аланда, надеясь, что тот его спасет. — Я… закрываю их в подвале. Но вход на улице, да и смотреть там не на что. M — Мы сопроводим тебя! Ничего не поделаешь. Но это ещё лёгкое наказание. Он надеялся, что раб его простит. Они пошли на улицу. Один из слуг с ключом, отмыкал замок. « Сразу же как вернёмся попрошу слугу открыть», — думал парень. Люк открыт. Раб подошёл к нему и оглянулся на хозяина напоследок. Один из мужчин толкнул раба в спину ногой, со словами: « Лезь уже». Бришен полетел вниз. Лицо Аланда скривилось. Слуга закрыл засов на ключ и все вернулись. Теперь блюда подавал повар, так как официант наказан, а готовить уже не надо было. Хозяин подозвал слугу к себе и прошептал ему на ухо: « Открой подвал, скажешь Бришену чтобы он шел в свою комнату». Слуга кивнул и удалился. « Надеюсь больше ничего не случится», — думал Аланд. В зал зашёл слуга, но вид у него был потерянным, он подошёл к хозяину и прошептал ему: « Ключа нет». — Я сейчас вернусь, — обратился он к гостям, и вышел за двери. Как только они отошли от дверей парень спросил: — Как нет? Ты же закрывал его. — Ну я взял ключ у Агнес, вернулся, поставил на стол, сейчас возвращаюсь ни ключа, ни Агнес. Агнес. Так звали одну из слуг. Обычно она купляла продукты. — Когда она вернётся? — спросил хозяин. — Не раньше чем за 3 часа. — А запасного ключа нет? — Это уже запасной. Первый давно потерялся. — Ты не знаешь где она может быть? — Вряд-ли я её найду. — Появиться — откроете Бришена. — Хорошо, — ответил слуга и оба вернулись в зал. Повар периодически проверял, не появилась ли Агнес. Для Аланда время стало тянуться ещё дольше. Он всё время думал о Бришена. Как он там, не холодно ли, может он поранился когда падал. Гости наконец собрались уходить и уже садились в кареты. Тут приехала повозка и выгрузила Агнес с продуктами. Аланд взял у неё ключ и стал ждать пока гости уедут. Он даже помог им сесть в кареты, чтобы они быстрее уехали. Как только карета тронулась он побежал к подвалу, открыл его, оттуда вышел трясущийся Бришен. Хоть на улице было довольно жарко, но в подвале температура была почти нулевая, а раб был в майке. — Прости, прости, прости пожалуйста, — говорил Аланд проклиная родственников в голове. Но раб только обнял его. Хозяин чувствовал себя таким виноватым, за это всё и таким счастливым, что Бришен уже его простил. Его переполняли эмоции. Они пошли к Бришену в комнату. Хозяин осмотрел раба. Порезов не было, только пару синяков. Королевство часто воевало с соседним на севере и всех учили выявлять обморожения, но у Бришена всё было хорошо. — Прости, — постоянно повторял Аланд. — Ничего. Так они и сидели в объятиях, прижавшись друг к другу, пока не уснули. Это была первая ночь за последнее время, когда Бришена не тревожили кошмары.