Второй после Ра

Остерегайтесь тех, кто падает к вашим

ногам: они могу тянуться к углу ковра.

Антон Шандор ЛаВей

      После встречи с Нефтидой Сет вернулся в военному лагерю и ушёл на возвышенность, чтобы остаться на едине со своими мыслями. Мневис отправился искать Гора два дня назад, но так и не вернулся. Сколько богов племянничек мог перетянуть на свою сторону? Со сколькими он успел связаться? Даже думать о том, что он, будучи одноглазым калекой, смог бы одолеть Мневиса и его отряд было смешно, а значит кто-то ему помогал. Если бы была возможность как-то узнать его планы…       Из водоворота мыслей его выдернул тихий скрип песка под подошвами сандалий и тонкий перезвон украшений. Когда Сет обернулся взгляд его столкнулся со взглядом томных карих глаз, густо подведённых сурьмой.       — Ты сохранил Нефтиде жизнь? — Слова звучали деланно безразлично, но Сет знал, что за ними стоит.       — А что? Боишься, птичка? — На краткий миг взгляд её сделался колким и злым. Впрочем, она довольно быстро взяла себя в руки. — Я любил её и она предала меня. Представляешь что я сделаю с тобой за предательство?       Повернувшись к Хатор спиной Сет ушёл вниз по склону и откинув полог из алой ткани зашёл в шатёр. Она скользнула за ним тенью и напряженно застыла у входа.       — И что ты стоишь там как статуя? Помнится не так давно в постели ты вела себя куда как раскованнее. — Сет усмехнулся, вновь наблюдая за тем, как эмоции на лице богини в краткие мгновения сменяют друг друга, — Или у тебя вдруг появились секреты от меня?       Хатор медленно прошла вглубь шатра и остановилась у стола с картами. Изящно проведя кончиками пальцев по свиткам она медленно выдохнула и с откровенно соблазнительными интонациями вновь начала свои излюбленные разговоры, очень явно стараясь перевести тему:       — Зачем тебе это? Вся эта бессмысленная война, сотни смертей… — Её голос струился шёлком, обволакивал разум, его хотелось слушать бесконечно, а тёмный взгляд из-под опущенных ресниц обещал ласку и страсть. — Неужели той власти которая сейчас находится в твоих руках тебе мало? Ты можешь править чуть мягче и купаться в любви, в обожании…       Подойдя к Сету вплотную Хатор огладила тыльной стороной ладони его лицо, а пальчиками второй руки мягко пробежалась по его мускулистому предплечью. О, она прекрасно знала о своей силе. О том, насколько она соблазнительна и желанна. Она пользовалась этим и искренне верила в то, что её магия работает на всех без исключения. Такая самоуверенная, но такая глупая…       Не отрываясь от её взгляда Сет перехватил её левую руку и резко вывернул, отгибая тонкие пальцы сжатые в кулак и открывая взгляду ладонь, в центре которой красовался свежий порез.       — А вот и секрет. Что, следила за своим возлюбленным? — Последнее слово Сет прорычал с ненавистью. Гнев подобно пламени в одно мгновение выжег весь морок, который словами и движениями выплетала вокруг него Хатор, — А неплохо ты устроилась — ходишь в шелках и золоте, трахаешься с царём Египта, а пока он не видит убегаешь поглядеть на своего увечного. И что интересного расскажешь? Как там мой племянник поживает?       — Отпусти и расскажу. — Поджав губы она не отводя взгляд молчала, пока Сет не разжал свои пальцы. Потерев красные следы на запястье она опустила глаза, — Он всё ещё жив и с ним тот юный вор. Они держат путь к болотам и направляются судя по всему к Тоту.       — А Мневис? — Это не было переживанием, скорее нежелание лишиться столь преданного бойца.       — Насколько я поняла, Мневис и его отряд мертвы.       В раздражении Сет смахнул со стола большую часть вещей и в несколько резких шагов вновь вышел из шатра. Задержавшись лишь на несколько вздохов Хатор проследовала за ним и встала у него за плечом.       — Я больше не люблю его, Сет, — Она тяжело вздохнула и прошлась касаниями по затылку Сета, едва задевая кожу головы ногтями, спускаясь к его шее. Он любил когда она так делала, — И кому как не тебе об этом знать.       — Ты лгунья. Зачем бы тебе в ином случае скрывать то, что ты следила за ним? — Ловкие пальчики Хатор расслабляюще надавливали на мышцы, слегка сжимали кожу. Не будь на нём брони они бы уже пробрались на спину. Сет прикрыл глаза от удовольствия и тихо рассмеялся, — Но я дам тебе возможность доказать свою верность.

* * *

      Несколько часов мы шли вдоль берега и когда небо заалело закатом Гор сказал, что пора искать место для ночлега. Чем тише становились звуки воды, тем менее густыми были заросли и когда вокруг уже собирались сумерки нашему взгляду предстал крохотный пятачок голой земли, с двумя поваленными деревьями и валявшимися тут и там камнями. В этот момент с облегчением выдохнул не только я. Расслабляться, впрочем, было рано — надо было организовать ночлег и костёр, чтобы не спать на холодной земле стуча зубами. Гор же медленно сел прямо на землю и прикрыл глаза. Выглядел он ужасно уставшим — под глазами залегли тени, тонкие губы были бледны. Что бы он ни говорил, а ранение всё-таки тянуло из него силы и отнюдь не было таким пустячным, как он пытался показать. Вытащив нож из поясной сумки я ушел нарезать веток кипариса для сна. Я старался закончить быстрее, пока окончательно не стемнело. Среза́л, складывал друг на друга и так одну за одной. Усталость в руках и во всём теле замедляла меня, уговаривала упасть прямо здесь, на приятно пахнущую охапку мягких веток и закрыть глаза, но я возвращался мыслями к Гору и она отступала. Пока я волоком тащил нарезанный кипарис к месту, которое мы выбрали себе для ночлега, по пути заметил дерево усыпанное гроздьями мелких плодов. В сгущающихся сумерках было трудно понять, что именно это за плоды, но стоило мне подойти ближе как внутри меня вспыхнула радость — дерево оказалось диким инжиром. Я стоял и некоторое время размышлял, собрать фруктов сейчас или стоит сначала отнести ветки? В итоге решил, что потом в темноте могу не найти сюда дорогу и тряхнув дерево стал собирать собирать небольшие светло-зелёные плоды за пазуху. Набрав достаточное количество, я снова взялся за ветки. Уже подходя к поляне я увидел свет костра и на миг счастливо прикрыл глаза, предвкушая скорый отдых. Оставшееся расстояние я преодолел, как мне показалось, в одно мгновение. Гор сидел на одном из поваленных деревьев у костра, обхватив себя руками, и грелся. В костре весело потрескивали, поедаемые пламенем, отрубленные куски и ветки второго дерева, отдавая тепло и свет. Я медленно подошёл к Гору и он поднял на меня единственный свой глаз. Я стоял, пойманный в ловушку его взгляда и кажется забыл на время как дышать. А потом Гор вновь повернулся к костру и я шумно втянул воздух, словно выныривая из-под воды. Запустив руку в воротник туники и вытащил несколько плодов инжира и протянул ему. — Вот, пока возвращался сюда заметил по дороге дерево. — Теплый, — Гор кинул меня короткий взгляд и медленно укусил плод, — И сладкий. Спасибо, Бек. Я отвязал остатки своего тканного пояса и разложив его у костра стал складывать оставшийся инжир. Когда я обернулся к Гору взгляд мой зацепился за его губы, блестящие в свете костра от сладкого сока. Попробовать бы их на вкус, коснуться своим языком этих губ. Мысль, безумная и дикая, прокралась в мои мысли и осела там, заливая моё лицо краской и оседая горячей тяжестью внизу живота. Эти мысли казались наваждением, темными чарами и я не мог заставить себя выкинуть их из головы. Надо было как-то отвлечь себя. Я порывисто вскочил и пошёл к веткам, чтобы подтащить их с края поляны поближе к костру и разложить на две части. Я перетаскивал мягкие и ароматные срезы кипариса на противоположную сторону от костра. Сложив большой лежак для Гора я стал оттаскивать чуть дальше оставшиеся ветки, устраивая место для ночлега уже себе и всё это время мысли мои метались в голове в безумном хаосе. Разум то цеплялся за воспоминания о Зане и тогда в горле вставал ком от чувства утраты и горя, то перескакивал на мысли Сете и заставлял передёрнуться от страха и отвращения к существу, которое может так жестоко обойтись с родными. Я невольно вспомнил пронзительный крик боли, разнёсшийся над площадью, когда Гор лишился своих глаз. Глаза Гора… Мысли мновь и вновь возвращались к этой безупречной синеве, в которой хотелось утонуть, перед которой хотелось упасть на колени... — Что ты делаешь? — В очередной раз из омута мыслей меня вырвал его голос. — Готовлю себе место для сна. — Я в недоумении уставился на него. Потом махнул в сторону его лежака, — Твоё уже готово, можешь ложиться и отдыхать. — Оставь ветки, Бек, иди перекуси, а потом ложись. — Глубоко вздохнув он покрутил в пальцах светлый фрукт, а потом разломил пополам и протянул его мне, — Ты и так устал, а мой лежак получился огромным. Поспишь сегодня рядом со мной.       Я принял инжир из его рук и сел рядом. Тепло костра согревало и расслабляло тело, сладкий инжир постепенно наполнял сытостью, а мысли в голове стали медленными и тягучими. Гор подкинул ещё несколько кусков дерева в огонь и мягко положил мне руку на спину, подталкивая в сторону лежака. Мысль о том, что я буду спать у божества под боком всколыхнулась и тут же затихла, задавленная усталостью. Гор лёг на спину, закинув одну руку за голову, а я повернулся к нему спиной и свернулся калачиком у него под боком. Сон накрыл меня мягко и незаметно, погружая в пучину без мыслей и тревог, в абсолютную темноту без снов.       По пробуждении мы наскоро доели оставшийся инжир и замели следы нашей ночёвки. По словам Гора, путь во владения Тота лежал через через болото с огромными деревьями и меня захлестнули интерес и предвкушение. Рана Гора стянулась корочкой и уже не выглядела так плохо, как вчера, хоть и в некоторых особо резких движениях явно причиняла боль. Несмотря на это Гор взял довольно быстрый темп и остановился только в полдень, чтобы передохнуть. А если уж быть честным, то скорее чтобы дать отдохнуть мне. — Далеко ещё до болот? — Я уселся прямо на влажную землю, всё так же укрытую листвой и торчащими тут и там корнями. — Я просто никогда не бывал в этих краях и даже не представляю где мы сейчас. — Я давно не был у Тота, — Гор сел напротив и вытянув одну ногу слегка толкнул мою ступню. На лицо невольно набежала улыбка, — Но насколько я помню осталось всего ничего. Думаю к вечеру доберёмся и там уже сможем нормально отдохнуть и набраться сил. Продержишься? Я кивнул, даже несколько раз. Голос Гора, его слова выражающие беспокойство обо мне, всего лишь человеке, наполняли меня силами, откладывались в памяти. Я осматривался по сторонам, но взгляд мой то и дело возвращался к Гору. Мой разум тревожили вопросы, которые я едва ли бы осмелился задать Богу ветра. Каково это, чувствовать столько огромную силу в своём теле? Силу, способную ломать скалы и отбирать жизнь парой движений? И каково этой силы лишиться? Как ощущается отобранная у кого-то жизнь? А как отзывается спасённая? Мне едва ли хватило бы смелости спросить у него о таком, но я пытался представить этот разговор. То, каким он мог бы быть после того, как Гор вернёт себе глаз, силы и трон. Когда я, глядя снизу вверх в его завораживающие синие глаза, севшим от волнения голосом задавал бы эти вопросы один за одним, в то время как Гор, имея возможность прервать расспросы одним движением, одним жестом, отвечал бы мне, вызывая своим низким голосом внутри меня трепет. Я открыл глаза и взгляд мой снова зацепился за его гордый профиль, сбежал на плечи, на крепкие руки. Вспомнилось как эти самые руки с легкостью превращали низших божеств из свиты Мневиса в груды мертвой плоти. Особенно ярко в памяти вспыхнула картина жидкого золота покрывавшего его ладони и делавшего их похожими на часть отлитой из золота идеальной скульптуры. Небольшое количество времени спустя было решено двигаться дальше и как вскоре выяснилось на передышку мы встали совсем близко к началу болот. Вскоре земля под подошвами начала неприятно хлюпать, а после мы и вовсе спустились в прохладную воду. В некоторых местах воды было немного, она едва доходила мне до колена, в других же была мне выше пояса. Идти было трудно, ноги цеплялись за скрытые в мутной воде корни, иногда я чувствовал как что-то живое касается меня, но я молча терпел и шёл вперёд то старательно глядя себе под ноги, то упираясь взглядом в широкую спину Гора. И когда мне казалось что хуже уже не будет я услышал за своей спиной полный возмущения женский голос и плеск воды от чьих-то торопливых шагов. — Эй! Неужто даже не взглянешь на свою любимую? Я догадывался кому мог принадлежать этот высокий звонкий голос и взгляд мой сперва взметнулся к Гору, к его лицу. Одного взгляда мне хватило чтобы увидеть там смесь разочарования, тоски и боли. И оборачиваясь я уже знал, что увижу там Хатор. Прекрасную богиню любви, плодородия, алкоголя и веселья. Но радости у меня это не вызвало, скорее досаду и какое-то темное чувство глубоко внутри. Абсолютно все в Египте знали, что после того как Сет узурпировал трон, Хатор пригрелась у него в кровати, вытеснив оттуда его супругу Нефтиду. На выступлениях Сета перед народом она стояла за его плечом, бросая томные взгляды в его сторону каждый раз, когда он оборачивался в её сторону. И я был почти что уверен в том, что даже будучи слепым Гор знал обо всём, ведь он сам говорил о том, что его последователи не перестали к нему приходить. — Подумать только, — Гор бегло пробежался взглядом по Хатор, а после вновь не сбавляя шага устремился вперёд, — Пока я лил слёзы в гробнице отца ты делила ложе с богом, который вырвал мне глаза. — А зачем богине красоты тот кто слеп? — Голос её звучал так, словно она не видела ничего плохого в своих деяниях. Гнев окатил меня изнутри как волна. Как она вообще могла сказать такое ему в лицо? И почему он это стерпел? Может быть он ещё чувствует что-то к ней? — Как я могу доверять тебе теперь? — Обернувшись Гор заметил, что я отстал от них и остановился. — Я пришла чтобы помочь тебе. — Слова её наполнились сладостью и она потянулась пальцами к лицу Гора, но он зажмурился и отшатнулся. — Не смей. Этого. Делать. — Он цедил слова сквозь зубы и было заметно, как всё его тело напряжено, он словно готовился к удару. — Отвечай мне честно, зачем ты здесь на самом деле? И не вздумай меня околдовать. Хатор поджала губы, сцепила пальца в замок и опустила взгляд. Я успел дойти до них и остановился, чтобы отдышаться. — Я сбежала от него потому что мне страшно, — Она вытянула руку с наливающимися синевой следами пальцев на запястье, — Вот как он относился ко мне. Он оторвал Нефтиде крылья, представь, что он сделал бы со мной? Он убивал богов одного за другим, всех, кто восставал против него. Я просто была напугана и решила что смогу попросить защиты у тебя, взамен на информацию и помощь.       Гор молчал. Он лишь кивнул ей подтверждая, что услышал её, будто бы даже говорить с ней ему было тяжело. Бросив взгляд на меня он тихо спросил: — Ты как? Сможешь идти? Нам осталось совсем немного, скоро мы уже будем на месте. — Я кивнул и постарался улыбнуться. Гор задумчиво всматривался в моё лицо, — Если почувствуешь что сил больше нет скажи мне, я тебя понесу. — Хорошо, — Соблазн сказать что сил нет уже сейчас был велик, но я бы не решился на это, даже если бы мои ноги онемели от усталости. — Спасибо Гор.       Справа от меня фыркнула в раздражении Хатор. Больше не задерживаясь мы двинулись в путь.       В небольшом отдалении от меня впереди шагали две высокие фигуры, мужская и женская. Они о чем-то говорили и довольно долго, до меня долетали лишь обрывки фраз. Я слышал мелодичный голос Хатор и то, как резко и отрывисто Гор отвечал ей. Судя по всему разговор никак не получалось построить, Гор словно хотел отделаться от собеседницы. В какой-то момент богиня любви сбавила шаг и поравнялась со мной. Внутри меня сковало напряжением в ожидании её действий. Я не понимал как можно так спокойно подставлять открытую спину кому-то, кто так ловко менял покровителей и вместе с тем сто́роны конфликта. Она не выглядела ни напуганной, ни беззащитной, скорее уж хитрой и изворотливой. — Эй смертный! — Она ловко бросила мне в руки красивую, украшенную камнями фляжку, — Набери мне чистой воды. — Ты не можешь сделать это сама? — Я в недоумении уставился на неё, столкнувшись с недовольным, полным раздражения взглядом, — Или хотя бы попросить вежливо? — У меня нет времени спорить с тобой. — На середине фразы её голос стал глубже, она склонилась надо мной и её глаза на миг вспыхнули золотом. — Принеси мне воды. Я приказываю.       Её певучий мягкий голос пробрался в разум, зазвучал там эхом, разбился на отзвуки и стих, оставив лишь неприятное зудящее чувство. Я скривился и бросил ей фляжку обратно, ничего не ответив. Я ждал что она разозлится, ведь её чары на меня не сработали, но она лишь бросила на меня задумчивый взгляд и больше не сказав ни слова пошла вперед.       Путь наш и правда не занял много времени и когда края неба едва коснулся закат я увидел что Гор остановился перед огромным деревом и наклонившись вытащил из воды мокрый корень. Как только Гор потянул его на себя, в дереве открылась потайная дверь за которой виднелся довольно большой проход и ступени, ведущие вниз. Пока мы шли по проделанному прямо в дереве проходу я внутренне радовался тому, что под ногами больше нет воды и ила, а только твёрдый и сухой пол. Проход вильнул раз, ещё раз и вывел нас троих в огромный зал заполненный множеством огромных стеллажей с лежащими на них бесчисленными свитками. Всюду подчинённые какому-то странному порядку сновали божества в одинаковых одеждах. Присмотревшись к ним внимательнее я заметил, что их всех объединяет не только одинаковая одежда, но и одно лицо. Я пораженно перебегал взглядом с одного лица на другое в попытке найти хоть какое-нибудь различие между ними, хотя умом понимал, что они все абсолютно одинаковые. А потом мы вышли к середине этого огромного зала, где на небольшом возвышении стоял заваленный кучей разных предметов стол. Вокруг него беспокойно ходил, что-то нашептывая и размахивая пером, бог с таким же лицом и одеждой, что и все остальные, но я сразу же понял, что именно он настоящий. Гор шагнул вперёд, склонив голову. - О Тот, великий бог мудрости и времени, - Но его речь бесцеремонно прервал тот, к кому он обращался. Взмахнув в раздражении рукой и развернувшись к нам лицом онприсел на край своего стола. - Ох, Гор, избавь меня от этого представления. Я знаю зачем ты здесь. Загадка сфинкса, да да, это очевидно, даже младенец бы догадался. Отвечу тебе так, - Тихий шелест одинаковых зелёных одежд, шорох десятков ног и скрип перьев выводящих символы на папирусе сливались в единый шуршащий звук, вызывавший ассоциации с насекомыми, - Я готов разгадать загадку сфинкса если ты принесёшь её ко мне. То есть ты идёшь туда, спрашиваешь загадку, возвращаешься и я даю тебе ответ. Понятно? - Но тогда кто-то из нас умрёт! - Возмущённый голос Гора взвился под высокие своды зала, разбился эхом, но Тот словно бы не обратил внимания. - Бросьте жребий, мне без разницы. - В его словах, в его жестах и позе без усилий можно было разглядеть безразличие пополам с непомерной гордыней. - Сорок восемь процентов... Я начал переписывать все свои знания сразу же после того, как у вас с Сетом случилась заварушка и до сих пор не осилил и половину. Поверь мне, я соболезную твоей утрате и мне искренне жаль твоих родителей, но то, что хранится в моём разуме намного важнее чем какая-то корона. - Ах тебе жаль. - В несколько широких шагов Гор приблизился к Тоту и толкнул его в грудь, от чего бог мудрости едва не опрокинулся спиной на стол. Часть свитков упала и покатилась по полу, но едва ли кому-то было до них дело. - Пока Сет уничтожает Египет ты прячешься в своей норе, боясь высунуться. Знаешь, а ведь я ведь могу силой заставить тебя пойти с нами.       Последние слова Гора повисли в абсолютной тишине. Напряжение в воздухе было похоже на надвигающуюся бурю и бегло оглядевшись я заметил, что все двойники Тота остановились и пристально смотрят на происходящее у стола. Я рванулся вперёд не давая себе и шанса на то, чтобы передумать. Мысли в моей голове неслись словно бурный речной поток и я силился выцепить хоть что-то, что могло бы остановить надвигающуюся битву между двумя богами. - Стойте! Подождите! Гор, я пойду к сфинксу! Я смогу отгадать загадку! - Я взмахнул руками в попытке привлечь к себе внимание и когда оба бога перестали сверлить друг друга взглядами и обернулись ко мне, я продолжил, - Я знаю, что могу погибнуть, пусть так. Но первое, что я скажу Сфинксу, это то, что бог-мудрец Тот отказался идти, потому что боялся что может не справиться.       В этот раз тишину, повисшую после моей речи, прервал тихий смех Хатор. А после и слова Тота. - И это лучшее что вы смогли придумать? Сыграть на моём высокомерии? - Гор отступил от него на два шага и застыл в ожидании. - Ладно. Ладно! Я пойду с вами. Но мне нужно закончить здесь свои дела, раздать указания и подготовиться к дороге. В путь отправимся с рассветом.       Он сделал несколько движений руками и один из двойников повёл нас коридорами показав купальню и покои, которые нам отвели для сна. Гору и Хатор были отведены большие светлые комнаты, мне же указали на закрытое помещение без окон, но там была застеленная мягким циновка, а о большем сейчас невозможно было и мечтать. Так же нам принесли чистую одежду, фрукты и вино. Хатор отправилась приводить себя в порядок первой. У меня было столько вопросов: Например откуда у бога мудрости нашлась одежда для всех нас? Как под корнями дерева растущего на болотах получилось выстроить такие огромные залы и покои? Что из себя представляют двойники Тота? Откуда тут берутся свежие фрукты? Можно ли вообще доверять тому, кто не принимает в противостоянии ни чью сторону? Столько вопросов и мыслей, но украдкой бросая взгляды на Гора, я так и не решился заговорить. За то время что Хатор провела в купальнях никто так и не проронил ни слова и напряжение явственно висевшее в воздухе душило меня и заставляло сердце в груди заходиться в нервной пляске. Тело мучал голод, но из-за тревоги горло как-будто бы сдавило невидимой рукой и я так и не смог заставить себя съесть хоть что-то. Когда богиня любви вернулась, распространяя вокруг себя тонкие ароматы цитрусов и цветов и бросая томные взгляды из-под полуприкрытых ресниц, бог неба удостоил её одним лишь взглядом, а после встал с кровати, всё так же молча посмотрел на меня и кивнув на дверь быстро вышел из комнаты. Подхватив аккуратно сложенные чистые вещи я поспешил за ним. Купальни не были столь же огромными как общественные бани, но были так же разделены на разные комнаты и на поверку там оказалось даже больше, чем было необходимо. На полках в стенных нишах стояли баночки и кувшины с разными средствами, за одной из дверей оказалась парная, так же я отыскал бассейн и глиняную ванную наполненную теплой водой. После беглого осмотра я вернулся в первую комнату с лавками в которой стоял уже полностью раздетый Гор. Даже на миг не задержавшись на лице взгляд мой змеёй сползал от шеи к мощной груди, бегло по рукам, по торсу, темным волоскам в низу живота и ещё ниже, на мгновение задержался на члене, скользнул по крепким прямым ногам, по ступням... Я чувствовал как душный жар затапливает меня изнутри, делает дыхание тяжелым, знал, что Гор так же смотрит на меня пока я раздеваюсь и от осознания этого заливался краской ещё сильнее. Когда Гор ушёл вглубь купален я глубоко вдохнул и уткнувшись лицом в ладони с тихим стоном выдохнул. Сложив свои старые вещи я подошёл к нишам и начал изучать содержимое сосудов и баночек. В одном довольно большом кувшине я по запаху щёлочи узнал нечерет, в баночке раскрашенной яркими красками обнаружилась паста пахнущая мятой, а в высоком узком кувшине заткнутом пробкой на поверку оказалось масло невероятно вкусно пахнущее какими-то травами и немного орехом. Набрав это всё с собой, а так же уцепив с полки губку я отправился в комнату с ванной. Зайдя туда я расставил всё, что набрал на небольшом столике, возле которого стояла бадья с лимонной водой . С тоской вспомнилось как я зарывался Зане лицом в волосы и чувствовал тонкий цитрусовый запах. Гор вошёл в комнату заливая пол водой, явно после того как окунулся в прохладный бассейн. Ничего не сказав он влез в ванную, откинул голову назад и прикрыл глаза. Я не знал, злился он или напротив, был в хорошем расположении духа, но так как движения его были порывистыми и резкими я бы поставил скорее на первое. Простояв так некоторое время в тишине я всё таки решился нарушить молчание. - Гор, слушай, - Он плавно перетек в сидячее положение и слегка склонив голову посмотрел на меня, - Я тут порылся на полках, нашёл там разные средства и хотел бы предложить тебе свою помощь. - Почему нет? - Я не ждал что он согласится, думал что как тогда, у водопада, скажет что в состоянии сам о себе позаботиться, поэтому услышав его ответ просто кивнул. Набрав в ковш воды с лимоном я подошёл к нему со спины и коснулся его волос, в немой просьбе отклонить голову. Одной рукой удерживая ковш я второй старательно смывал с волос грязь, зарывался пальцами массируя кожу. После того как волосы были тщательно вымыты он вылез из ванной и присел на лавку, я щедро плеснул на губку нечерет и начал аккуратно намыливать ему спину, плечи и шею, потом перешёл к рукам, добавил средствоа себе на ладонь и распределил по торсу. Мягко прошёлся губкой, стараясь не думать о том, как Гор едва заметно дернул плечом, стоило мне пройтись по груди. Когда я спустился к низу живота Гор перехватил мою руку и забрал губку из моих пальцев. - Спасибо, Бек, дальше я сам. - Взгляд мой невольно скользнул вниз и стоило мне увидеть вполовину окрепший член как внутренности мои залило жаром. Я поспешно прикрыл глаза и отвернулся. Пальцы на моём запястье разомкнулись и я как можно скорее вышел из комнаты, ушёл в парную и дождавшись громкого всплеска бассейна, уткнулся горящим лицом в ладони протяжно застонал.       Даже сам себе я не смог бы, а может не хотел, объяснить, почему сейчас сгораю от стыда и вины, почему сердце колотится настолько сильно, будто хочет вырваться из груди и упав на весы утянуть меня своей тяжестью в Нуад. Разум цеплялся за мысли как за струны, но вместо мелодии в голове рождались ужасные сцены. Вот я просыпаюсь после очередного привала в пути, но у кострища я один. Вот Гор и Хатор стоят надо мной и злобно смеются, над жалким смертным, который вообразил себе что на него мог обратить внимание бог. Вот Гор рывком распахивает дверь парной, делает два шага и схватив меня за горло сворачивает шею одним кратким движением пальцев... Сколько прошло времени я не знаю, но когда я наспех в одиночестве обмылся и одевшись вышел в коридор, меня встретила тишина и редкие едва светящиеся отблесками магии факелы на стенах. Слышать свои шаги и шумное дыхание в этой безмолвной тиши было неуютно и я крался мимо закрытых дверей, стараясь издавать как можно меньше звуков. И вот, когда коридор в очередной раз вильнул в сторону и вывел меня наконец к тем самым комнатам, которые нам великодушно выделили для отдыха, я услышал голоса. Я не собирался подглядывать или подслушивать, но уже который раз не смог сдержаться - моё любопытство всегда было сильнее меня. Дверь в покои Гора была приоткрыта и я крадучись пробирался вдоль стены, стараясь вслушаться в слова, которые полушёпотом произносила Хатор. Разобрать её речь не получилось, но сердце у меня тревожно сжималось от мыслей о том, что вот прямо сейчас богиня пытается применить свои чары. Когда она замолчала Гор насмешливо хмыкнул и шёпотом что-то ей сказал, после чего до моего слуха донеслись шорохи тканей и тогда я, надеясь что темнота скрывает меня достаточно надёжно, заглянул в комнату. Открывшийся вид заставил меня резко втянуть воздух - Гор сидел на краю ложа, упираясь руками за спиной, откинув голову, а меж его широко расставленных бёдер, стоя коленями на полу сидела Хатор, и макушка её ритмично поднималась и опускалась. Удушливая волна стыда прокатилась по всему моему телу и жаром прилила к лицу. Но что страшнее, кроме стыда пришло ещё одно чувство и вот оно ударило огненным хлыстом гораздо ниже. Страх быть обнаруженным тонко звенел у меня в ушах, но я не мог оторвать взгляд от картины, разворачивавшейся у меня на глазах. Лишь кратко мазнув по идеальной спине Хатор, взгляд мой сполз на крепкие руки, сминающие ткани ложа, поднялся к предплечьям, к часто вздымающейся широкой груди, опустился на вздрагивающий живот. Когда я услышал низкий протяжный стон Гора, дыхание моё, и без того прерывистое и частое, сбилось и я тяжело сглотнул густую слюну. Звук который я издал показался мне чудовищно громким и я не был уверен, что его не услышали. Отпрянув обратно в темноту я вслушивался, но из комнаты не прерываясь ни на миг раздавались лишь влажные звуки и частое дыхание. Я с усилием зажмурился, но увиденная картина стояла перед мысленным взором оживлённая распалённым разумом, а тело реагировало не смотря ни на страх, ни на стыд. За дверью вновь раздался короткий стон и я, закусив ладонь чтобы не издать звуков, запустил правую руку под одежду. Пройдясь пальцами вверх-вниз я с силой сжал член у основания едва ли не до боли. Хотелось чтобы возбуждение ушло, чтобы всего происходящего просто не было. Долго бороться с искушением вновь увидеть то, что происходит внутри покоев, я не смог и сделав пару глубоких медленных вздохов вновь сделал медленный шаг в сторону приоткрытой двери. И в тот же миг мне показалось что сердце моё остановилось и больше не сделает ни одного удара - затянутый пеленой возбуждения взгляд Гора вцепился мне прямо в лицо. Не было ни единого шанса на то, чтобы он не видел чем занята моя правая рука. Мне казалось что я тону в ледяной воде, что ещё чуть-чуть и в глазах начнёт темнеть и я умру прямо вот так, стоя в коридоре с рукой на члене. А потом случилось то, во что мой умирающий разум не мог поверить - медленно, не отрывая от меня блестящего взгляда своего единственного глаза, Гор вплёлся пальцами в волосы Хатор и склоняя её голову ниже медленно покачал головой. Я попытался медленно отступить в спасительную темноту, сбежать из под этого опутывающего, пленяющего взгляда, но едва я сделал шаг, Гор плавно подался вперёд и прищурившись снова покачал головой. А после его взгляд бегло мазнул по мне и бровь его выразительно выгнулась. Мне показалось что в голове я слышал его голос. Его приказ. Я зажал себе рот левой рукой, а правой, сжав пальцы в кольцо, я плавно двигал вверх-вниз, постепенно набирая темп, подстраиваясь под их ритм. Краем взгляда я замечал, как хищно трепещут его крылья носа, как он иногда подаётся бёдрами вверх, как сжимает в руке волосы Хатор, как дергается его кадык, когда он шумно сглатывает. И в то же время, как не единожды до этого, меня с непреодолимой силой затягивала бесконечная синева его взгляда, моментами мне даже казалось что я вижу отблески того яркого свечения, которое исходило из кристалла, что оно бьётся как пульс где-то в глубине, что я чувствую этот пульс внутри себя... Пальцы мои заскользили по влажному члену быстрее, удовольствие тяжелой волной поднималось в глубине, угрожая вот-вот обрушиться на меня. Я смотрел как Гор толкается в наверняка влажный податливый рот, слышал от неё эти влажные звуки... А потом я услышал как часто и прерывисто Гор задышал и зажмурившись, всё так же зажимая себе рот, сделал два шага назад и привалившись спиной к холодной стене излился себе на пальцы. Удовольствие было оглушительным, всё моё тело сотрясало сладкими судорогами, пока на пальцы толчками выплёскивалось горячим. Я проморгался, глубоко вздохнул и вновь сделал шаг к комнате Гора. И от того, что я увидел, все остатки миновавшего удовлетворения смело с меня ледяным ветром - Гор расслабленно полулежал, откинувшись на подушки, а Хатор, прижавшись щекой к его бедру, медленно доставала из под ковра кинжал. Крик "Гор, берегись!" вырвался у меня против воли, в тот миг ужас перед происходящим полностью выбил из меня способность думать. Хатор, замахнулась, метя Гору прямо в грудь, но замешкалась, дёрнулась услышав мой крик и это стало её ошибкой. Одним рывком Гор перехватил её тонкое запястье и рывком вывернул. Раздался тонкий вскрик, пальцы разжались и кинжал упал, затерявшись в тканях. А потом Хатор злобно расхохоталась. - Ты такой же как он. Ты презираешь его, ненавидишь, но ты такой же, только более жалкий и слабый. - Она цедила слова с такой ненавистью, что они походили на шипение змеи, - Ты жалок и это твоё увлечение... Я буду с удовольствием смотреть, как Сет будет потрошить его у тебя на глазах. И в то же мгновение она обернувшись хлестнула по мне ненавидящим взглядом, извернулась вырывая руку из пальцев Гора, стянула с другой руки браслет и исчезла.